Отбеливатель

Хэзер юная, нахальная и яркая; она прекрасна порочной, хищной красотой: дорогая одежда, кукольная фигурка, сияющее в нимбе белокурых волос лицо, в котором нет ничего человеческого (у Вероники синяки под глазами и взгляд несчастного животного на убой, но она хотя бы без гнильцы — ей самой хочется в это верить). «Тут все либо хотят со мной дружить, либо переспать», — стерва в красном снисходительно пожимает плечами, просто констатируя факт, а у Сойер вдруг пересыхает в горле; она раз-другой качается на носках туфель, нарочито прямо смотрит глаза в глаза и нервно облизывает губы (провокационный жест, Хэзер это ей еще припомнит). Чендлер умирает через два дня, так и не придумав достойной издевки. Вероника относит себя к третьей категории, к тем, кто хотел бы убить Хэзер — это тоже факт, и о таком лучше даже не писать в дневнике; правда не всплывает наружу, даже когда стерва в красном все-таки умирает (и Сойер мысленно подчеркивает: не «даже», а «особенно»). В рассветной тишине отвратительно настоящая Чендлер в шелковом халате сидит на кровати Вероники, а потом ме-е-едленно развязывает пояс; девчонке хочется кричать, но тонкая ткань удавкой ложится на горло, а синие от жидкости для очистки труб губы целуют ее грудь и лицо. Сойер будит своим криком родителей, и не может объяснить, что с ней случилось; она жует размокшую во рту сигарету, которую так и не подожгла, и слепо смотрит на красную резинку для волос на собственном запястье. В голове у Вероники полнейший беспорядок-раздрай, а на шее — след пояса от чужого шелкового халата; в голове у Вероники мертвая одноклассница, и ей не стоит врать хотя бы себе: убитая; у-би-та-я (повторяй по слогам снова и снова, пока не проснешься от этого кошмара, а ты не проснешься). Хэзер смеется над дурочкой Ронни визгливо и громко даже по ту сторону гробовой доски, и Вероника затыкает себе уши ладонями, только бы ее не слышать; если бы девчонка могла все переиграть — лучше бы она с Чендлер переспала. Мертвая стерва согласно мурлычет ей в ухо, а к запаху химозного очистителя можно привыкнуть.