Атака Титанов: моя последняя утренняя звезда

— Эрвин, ты так это и планировал?! — недоброжелательно, сверкая глазами, спросил капитан Леви. Командор сидел в своём кабинете, сохраняя на лице тяжёлую сосредоточенность. — Не совсем, — ответил командор. — Агенты секретного подразделения смогут сделать с ней то же самое, что и со священником. Почему ты меня не предупредил? — не церемонясь, произнёс капитан. Командор тянул с ответом. Возможно, он зря решил не сообщать Леви о том, что удалось выяснить шпионам Разведки. — Мы её вытащим, но для начала нужно поговорить с Джеймсом Коннелом. За ним тоже скоро могут прийти. Капитан Леви не понимал, как этот парень мог быть связан с арестом Линнет. Его раздражало находиться в неведении. Всё же он считал, что отпускать её было ошибкой. * * * Сырые стены были покрыты зелёным мхом, где-то с потолка медленно капала вода. Камилла сидела на жёстком деревянном стуле, прикованная наручниками. В голове роилось множество тревожных мыслей. — Добрый день, капитан Линнет, — в полумраке произнёс липкий, неприятный голос. Камилла не видела лица собеседника, но всем нутром чувствовала исходящую от него опасность. — Давайте не будем тянуть, — продолжил он. — Просто ответьте мне на несколько вопросов. — Что вы хотите узнать? — тихо спросила Камилла, заметно напрягаясь. — Расскажите мне, мисс Кингсли, где находится то, что прятал ваш отец? Глаза Камиллы широко распахнулись, к горлу подступил тяжёлый ком. ,, Что это значит? Кто их раскрыл?’’ — Я… я не знаю, — только и смогла выдавить Кингсли. Камилла и правда не знала. Ей не верилось, что её личность раскрыта, а значит, и Август мог оказаться в серьёзной опасности. — Что ж, я хотел бы поступить иначе, но, может быть, так вы будете разговорчивее. — А может, и ваш брат нам расскажет побольше. Из темноты выступил ещё один силуэт. Он бесцеремонно связал её руки и ноги. Камилла попыталась сопротивляться, но был ли в этом смысл? Ей всё равно нечего было рассказать. Послышался глухой удар. Камилла, насколько это было возможно, запрокинула голову. Из носа потекла густая кровь, в висках забилась тяжёлая пульсация. — Я не знаю, что скрывал отец, — прошептала Камилла, а затем слегка усмехнулась. — Мой отец мертв по вине государства, можете убить и меня, — это было последнее , что ей удалось сказать Камилла не знала, сколько прошло времени, но для неё оно тянулось мучительно медленно. В голове уже давно звенела пустота. Её так и оставили на этом деревянном стуле, пропитанном кровью. Русые волосы растрепались, дышать было тяжело не только от привкуса металла во рту, но и от острой боли в животе, не говоря уже о сорванных ногтях. Камилла не умела терпеть боль: она кричала, дёргалась, но больше не могла произнести ни слова. На какое-то мгновение ей показалось, что смерть станет спасением. Не от физической боли, а от бесконечных вопросов без ответов, от тоски по утраченному дому. * * * — Рассказывай, — твёрдо приказал командор. Август сидел неподвижно, слегка нахмурив брови. Его положение напоминало птицу, загнанную в угол. Но он напряжённо молчал, лихорадочно придумывая, как выбраться из этой ситуации. — Ты уже услышал, что наши агенты выяснили о вашем кровном родстве с графом Кингсли, — не сводя глаз с загнанного юноши, произнёс Эрвин. — Но чтобы ты стал сговорчивее, знай: твоя сестра сейчас в руках агентов Военной полиции. Услышанное заставило Августа побледнеть, по спине пробежал ледяной пот. Быстро осознав ситуацию, в его груди начала закипать ярость. — Вы это допустили, — это были первые слова, которые смог выдавить Кингсли. — Я думаю, командор, моя сестра стала приманкой, чтобы убедиться в подлинности нашего происхождения. За такие обвинения Августа могли строго наказать, но как же он был зол. Как же ему хотелось сейчас сорваться с места, найти сестру и уничтожить каждого, кто посмел причинить ей вред. — Даю тебе слово, мы вытащим Линнет… или, вернее сказать, Камиллу Кингсли. Но ты должен рассказать нам всё, что знаешь, — голос командора стал ещё требовательнее. — То, что вас раскрыли, — не единственная наша проблема. — Её уже могли убить, — выдавил из себя Август. — Эй, — резко подал голос капитан Леви. — Не будь идиотом. Сейчас им это не выгодно — Август, я доверяю тебе, несмотря на твоё положение, — продолжил командор. — Правительство отдало приказ… Эрена и Кристу нужно передать под их контроль. Думаю, за тобой тоже скоро придут. — Давайте заключим сделку, командор, — бесцеремонно предложил Август. В его нынешнем положении это было рискованно, но другого выхода не оставалось. — Вы спасёте мою сестру, а я помогу спрятать Эрена и Кристу, пока вы не разработаете план дальнейших действий. * * * Камилла не знала, сколько прошло времени. Наверное, немного. Было холодно, но уже не страшно. Бояться нужно было раньше. Было очевидно, что рано или поздно о них узнают, но она не переживала за свою судьбу. Смерть давно ходила за ней по пятам. Она готова была заплатить ей эту цену — отдать свою душу в обмен на душу старшего брата. — «Никто не придёт», — пронеслось у неё в голове. Где-то еле слышно прозвучали крики. Камилла слегка удивилась: возможно, в соседних камерах сидит ещё кто-то. Ну а что поделать? Правительство всегда найдёт неугодных, даже если человек ни в чём не виноват. Карали даже за то, что ты просто родился. Камилла вдруг резко вспомнила ту девочку, Кристу. Даже её втянули в эти грязные политические интриги. Вдруг скрипнула дверь, но Камилла даже не подняла головы. Ей было уже безразлично, как будут пытать её в этот раз. — Капитан Линнет, — тихо прозвучал знакомый голос. — Давайте выбираться. Пришёл капитан Леви. Спасти её? Но зачем? Она всё равно ничего не знала, не смогла бы дать Разведкорпусу никаких ценных ответов. Подняв голову, Камилла смогла разглядеть лёгкое сочувствие в его глазах. Наверное, сейчас она выглядела крайне жалко и мерзко. — Здравствуйте, капитан, — всё, что она смогла прохрипеть. Капитан развязал ей руки и ноги, но Камилла не смогла нормально сделать и шага. — Давайте, обопритесь на меня. Нужно уходить как можно быстрее. Одежда капитана заметно испачкалась. Где-то пятна грязи, где-то — запёкшейся крови. Камилла знала: он был брезглив. Сейчас ей почему-то стало неловко за его испачканную форму. Но она заметила, что на лице капитана Леви не дрогнул ни один мускул, не появилось ни тени отвращения.