Сто дней с мистером Недоразумение

— Эм… извини, ты не могла бы мне помочь? Я не могу правильно написать это слово, — одна из одноклассниц робко подала девушке тетрадь. Быстро исправив ошибку, Сенна улыбнулась и указала на правильно написанное слово. — Большое спасибо, — низко поклонилась та, удаляясь с подругами к своему месту. — Сенна-тян такая милая. В это же время ее подруги косо посмотрели на Рукию, сидящую за последней партой, и, прошептав что-то, слегка усмехнулись. — Почему они так поступают? Рукиа-тян такая же милая, — находясь рядом с брюнеткой, Иноуэ возмущенно и обиженно надула щеки. — Не обращай внимания, Орихиме, — не меняя выражения лица, Кучики перелистнула страницу учебника. — Не понимаю, как все так получилось. А ведь несколько дней назад все было по-другому. Если ты продолжишь вести себя так, то станет еще хуже. — Мне все равно. Через пару месяцев меня уже ничего не будет связывать с этим местом. — Не говори так, Кучики-сан. — Прости, Иноуэ, но это, действительно, так. Занятия были окончены. Подруги ушли первыми, как обычно, ни с кем не попрощавшись. Однако спокойно уйти им не удалось. На выходе из здания путь им преградили три девушки. Одна из них важно выступила вперед и, обойдя нервничавшую Орихиме и, по обыкновению, спокойную Рукию по кругу, сделала ехидный смешок. — Значит, ты и есть Иноуэ Орихиме. Признаюсь, ты превзошла мои ожидания. И, как я вижу, это Кучики Рукиа. — Мы… знакомы? — неуверенно произнесла рыжая. — Не думаю, но… — Тогда не стоит задерживать нас, — за нее ответила Рукиа, уводя подругу за рукав пальто. Не обращая внимания на раздражительные крики за спиной, девушки скрылись за поворотом. Половину пути они шли молча, позже шинигами все же спросила: — Ты не знаешь, чего они о тебя хотят? Девушка расстроенно помотала головой. На перекрестке подруги разошлись в разные стороны. Убедившись, что за Иноуэ никого нет, Рукиа направилась к дому Харуки. Сумеречные улицы, слегка озаренные последними лучами угасающего солнца, бесшумно вели девушку. Ритм ее шагов мерно отдавался эхом от бетонных стен, ограждающих дорогу от жилых строений, пока в один момент не стал замедляться, а вскоре и вовсе стих. Рукиа вздохнула и поспешила обратно к развилке. Она остановилась у небольшого магазинчика с зонтами, когда увидела, что навстречу ей бежит Орихиме. — Кучики-сан, — беспомощно взвыла та, со слезами на глазах вцепившись в пальто брюнетки. На этот раз интуиция ее не подвела. Нахальная троица, с которой они столкнулись в школе, не оставила своей обиды. Через несколько секунд компания появилась, с усмешкой наблюдая за испуганной «жертвой». — Встань позади меня, Иноуэ, — Рукиа заслонила подругу. — Слушай, Кучики, лучше отойди и не мешай, — досадно нахмурилась одна из девушек. — Что вам от нее нужно? — Это наше с ней личное дело. — Придется тебе поделиться своим «личным делом». — Слушай, ты. Если не хочешь проблем… — Знаешь, последнее время мне как раз не хватает проблем. Вульгарно одетая блондинка с комплексом Бога, хмыкнув, протянула своей прислужнице раскрытую ладонь, и та передала ей довольно длинный и тонкий деревянный шест. Угрожающе демонстрируя его, она намекнула: — Я уже несколько лет занимаюсь кендо и неплохо преуспела в этом. Даю тебе последний шанс. Мне досчитать до трех? Шинигами несильно оттолкнула рыжую в сторону, а отсчет тем временем уже был окончен. С некой жалостью пожав плечами, блондинка размахнулась, и деревянный меч со свистом рассек воздух. Кучики ловко отскочила в сторону, но так как защищаться было нечем, пришлось сделать это еще раз. Оказавшись у двери магазина, она заметила небольшую корзину, из которой торчали ручки зонтов. Быстро вытащив один из них, лейтенант 13 отряда уверенно блокировала стремительный удар. Вывернув в руках зонт, а затем, нанеся несколько отточенных ударов, ей удалось выбить шест из рук соперницы, остановив острие зонта у ее горла. — И сколько же лет ты занимаешься? Уверена, что я держу меч в руках гораздо дольше. Ты даже представить не можешь, насколько, — Рукиа сделала небольшой разворот, и ее орудие защиты вновь оказалось на своем месте в корзинке. — Теперь ты послушай. Я сегодня не в настроении, так что если не хочешь проблем… — Мы еще не закончили, — трусливо удаляясь, бросила троица. — Кучики-сан, ты в порядке? — на короткий кивок Орихиме облегченно вздохнула. — Большое тебе спасибо. Я не понимаю, с чего это они на меня так обозлились. — С этого момента будь осторожнее, хорошо? Думаю, что домой тебе лучше ходить с остальными. Так безопасней. — Кучики-сан, я не хочу, чтобы ты оставалась одна. — Не волнуйся. Со мной все будет хорошо. Мне достаточно и того, что ты продолжаешь общаться со мной в школе, — улыбнулась девушка. Кивнув на прощание, она спокойно направилась домой… Друзья шли к супермаркету уже не в том составе, что было раньше. Беседа не была такой живой и насыщенной, лишь Кейго выкрикивал свои глупые и похабные шуточки на всю улицу, чем отпугивал прохожих. Кое-как успокоившись, он посмотрел назад, затем грустно вздохнул. — Что вообще произошло?! — взбушевался он. — О чем ты? — не оборачиваясь спросил Ичиго. — Раньше было так весело… а теперь. Рукиа почему-то стала странно себя вести и отдалилась, Орихиме с ней и уволилась даже, а Тацуки и Ишида не захотели работать без нее. Остались только Мизуиро, который всю дорогу пялится в телефон, немногословный Ичиго и Чад, который вообще не разговаривает. Сенна, хотя бы ты можешь разрядить атмосферу? — А что я могу сделать? — удивленно спросила та. — Говорить. Найди тему, и давайте ее развивать. — Я… не уверена, что смогу, — неловко улыбнулась та. — А что случилось между тобой и Рукией? — неожиданно и напрямую спросил Коджима, обращаясь к рыжему другу. — Сам не знаю. Она просто не разговаривает со мной, — отмахнулся тот. — А ты ждешь, пока она сделает шаг первой? Я не помню, чтобы ты пытался с ней поговорить. — Я уже… — Пробовал? Пару раз, пока тебе не надоело? Куросаки промолчал. Говорить о Рукии ему сейчас совершенно не хотелось. Он думает о ней каждый вечер, каждую ночь. И засыпает тоже с мыслью о ней. Только вот совершенно не понимает, что же такое произошло между ними, и от этого не может найти решимости с ней заговорить. А что если снова сделает что-нибудь не так? Что если снова заставит плакать? Сенна уже много раз пыталась разговорить временного шинигами, чтобы помочь ему. Она-то заметила, как он изменился после ссоры с подругой, однако тот лишь отшучивался, что, мол, такое у них часто происходит. Однажды, у нее даже появилась идея использовать приманку для пустых, чтобы у этих шинигами была совместная работа, но здравый смысл отговорил ее от этой затеи. Ей кажется, или она сейчас немного ревнует своего друга?... — Ты сегодня поздновато, — у двери девушку встретила Кирозэ. Рукиа устало улыбнулась, и они обе вошли в теплое помещение. Около трех-четырех часов брюнетка провела в комнате, меланхолично валяясь на кровати и сверля потолок. В дверь постучали, и вошла Харука. — Не хочешь попить со мной чаю? Суи уже уснул. Мягкий свет лампы озарял небольшую, но уютную кухню. На небольшом столике было две чашки с горячим напитком, а также корзинка со сладостями и свежей выпечкой. Было тихо, что отчетливо слышалось тиканье часов над дверью. Шинигами задумчиво попивала чай, а женщина внимательно наблюдала за ней, словно пыталась прочитать ее мысли. — Вы еще не помирились? — не выдержав ожиданий, спросила она. Рукиа встрепенулась и отложила кружку. — Мне кажется, что в этом уже нет смысла, — ответила она. — Почему ты так решила? — Семьдесят дней — это, конечно, не мало, но и не много. Так что лучше я… — Дело ведь в той девушке, так? — тепло улыбнулась Харука. — Нет, о чем вы. Все не так, — попыталась оправдаться брюнетка. — Знаешь, я и мой муж на протяжении пяти лет были лучшими друзьями. Мы были грозой школы. Нас даже называли «золотым дуэтом», — Кирозэ с улыбкой предалась сладкой ностальгии. — И я в то время никак не могла предположить, что однажды мы поженимся. Я совершенно не понимала, что он для меня значил, пока однажды он не встретил свою давнюю подругу, с которой он учился в младшей школе. У них было много совместных воспоминаний, о которых я ничего не знала, и обо мне часто забывали. Мне было настолько обидно, что я, не сдержав гнева, однажды сильно его ударила. Позже я поняла, что ревновала. На следующий день он остановил меня на улице, когда вокруг не было ни единой души, и мы начали ссориться, в ходе чего, я так неосторожно заговорила о своих чувствах, что искренне призналась ему. Мы тут же замолчали, а потом я убежала. В ту ночь я плакала так, что утром у меня были чудовищные синяки под глазами. Это было ужасное зрелище — мне стыдно было идти в университет с таким видом. Я избегала его весь день, а он, поймав меня во дворе, среди толпы студентов, сделал мне предложение. Кучики, как завороженная, слушала ее рассказ, улыбаясь каждый раз, когда та рассказывала такие милые вещи. История Харуки, действительно, была похожа на ее собственную. Только вот конец у этой истории не был счастливым. — Мы прожили с ним четыре года. Это было поистине великолепное время. Через два года после замужества я родила сына, а еще через два… — тут она прервала рассказ. — Мне очень жаль, — тихо произнесла шинигами. — Суи… только благодаря ему я справилась с горем. И живу ради него, — вытерев слезы тыльной стороной ладони, она посмотрела в сторону детской комнаты, из приоткрытой двери которой была видна кроватка со спящим малышом. — Спасибо, Рукиа… что выслушала. Я давно держу все в себе. — Я всегда могу вас выслушать. Вы всегда можете со мной поговорить. Рукиа ворочалась в постели не в состоянии заснуть. Все, что произошло с Харукой, было слишком похоже на происходящее сейчас… Ревнует ли она его? Не просто потому, что ее друг отдалился от нее, а потому что он ее не замечает, потому что у него уже есть та, что завладела его сердцем. «Вот так все и закончится, даже не начавшись», — грустная усмешка и соленый привкус на сжимающихся губах. Она всхлипывает и прикрывает глаза рукой. «Нельзя плакать, Рукиа. Просто потерпи. Скоро все пройдет»…