Stay with me

Когда мой новый знакомый скрылся за дверью, я пододвинулась к краю кровати. На подносе с едой были два сэндвича, стакан сока, гроздь винограда и апельсин. Есть не хотелось совсем, но я все же съела один сэндвич и выпила сок, который оказался апельсиновым. Когда я поставила поднос обратно, в комнату вернулся Майлс с полотенцем на плече, миской воды в одной руке, бинтами и каким-то тюбиком в другой. — Это, — он протянул мне тюбик, — мазь, которая поможет шрамам быстрее пройти. — Спасибо, — я взяла тюбик и покрутила в руках, — и за еду тоже. — Ты почти ничего не съела, — брюнет нахмурился, отодвигая поднос в сторону, — тебе нужна еда, чтобы набираться сил. — Я не голодна. Майлс вздохнул, поставил миску с бинтами и полотенцем на тумбочку, и подошёл к кровати. — Пока ты будешь ждать, что проголодаешься, ты можешь потерять все силы, — Майлс присел на край кровати, забрал тюбик из моей руки и дотронулся бинта на моем запястье. — Что ты делаешь? — я отдёрнула руку. — Хочу снять эти бинты и перебинтовать новыми. Только не говори, что сама справишься. Я не стала спорить, и парень аккуратно взял меня за руку и начал разматывать бинты, к которым прилипла застывшая кровь. По мере того, как моя кожа освобождалась от бинтов, моему взору открывались все новые и старые шрамы. На некоторых ранах проступала кровь, которая начинала течь дальше по руке, норовя испачкать постельное белье. — Ты не боишься крови? — вдруг спросил Майлс, и я подняла глаза на него, — Если тебе неприятно, ты можешь не смотреть. — Не хочу, чтобы что-то испачкалось, — парень снял бинт с одной руки полностью и взялся за вторую. Пара алых капель все же упала на светлые простыни, — И я не боюсь крови. — Не переживай из-за этого, — брюнет кивнул на постель, — Это не так важно. — Хорошо, — я кивнула и снова посмотрела на него, — спасибо. — Ты перестанешь меня благодарить? — он улыбнулся, на моих губах тоже невольно появилась улыбка, и я отрицательно покачала головой. Дальше я молча следила за тем, как Майлс снимал бинт со второй руки, на которой ран оказалось значительно меньше. Видимо, я приземлилась на бок. Закончив, он взял два кровавых бинта и поднялся. Брюнет выкинул их и взял миску с водой и полотенце. Через секунды он снова сел на край кровати и смочил белую ткань в воде. Майлс молча взял мою руку и начал аккуратно вытирать мою кожу от крови мокрым полотенцем. — Здесь не только вода, но и физраствор, — сказал брюнет и вдруг замер, я снова подняла на него взгляд, — У тебя же нет непереносимости? Я улыбнулась и отрицательно закивала. Майлс выдохнул и продолжил, а я теперь неотрывно смотрела на него. Парень был сосредоточен, брови чуть сведены к переносице, а губы слегка поджаты. Я знала только его имя, а он не знал обо мне ничего, как и я сама. Мне казалось удивительным то, что я попала в дом к человеку, который действительно пытается помочь. Я бы вряд ли решилась сама ухаживать за человеком и отвезла бы в больницу, доверяя это дело профессионалам. — Сколько тебе лет? — Семнадцать. — Хочешь стать врачом? — Точно нет, — брюнет усмехнулся, — Я любил помогать людям, но работать в больнице я никогда не хотел. — Любил? — почему-то моё внимание уцепилось за это слово. — Люблю, — он вдруг нахмурился и исправился. Я промолчала и не стала спрашивать его об этом. Майлс тем временем закончил протирать мои руки, отложил полотенце и взял тюбик. Выдавив немного крема на пальцы, он начал осторожно наносить его на шрамы. — Полностью они не пройдут, — Майлс слегка подул на глубокий порез, когда я дернулась, — но они быстрее заживут и станут меньше. Я выдохнула, наблюдая за его действиями. Перспектива остаться со шрамами на всю жизнь меня не радовала, но я осталась жива, и это самое главное. Когда Майлс закончил, началось несильное жжение на коже. — Это скоро пройдёт, — будто услышав мои мысли, сказал он. — Жутко выглядит, — я смотрела на свою израненную кожу. — Не переживай из-за этого, — брюнет сжал мои ладони в своих, — Они не будут бросаться в глаза. — Спасибо, — Майлс улыбнулся и провёл пальцем от мизинца до запястья, — ты вечно будешь благодарить? — Возможно. Я улыбнулась, и пару секунд мы смотрели друг другу в глаза. Майлс так и держал мои ладони в своих. — Так, — он отвёл взгляд и отпустил мои руки, — Мне нужно посмотреть твою спину. — Что? — Ты упала на бок, но и спине досталось, так что шрамы на ней тоже нужно помазать кремом. — Там тоже сильно? — Нет, — брюнет отрицательно покачал головой, — шрамов там немного, но и лечить их тоже надо. Я кивнула, повернулась к парню спиной и аккуратно сняла с себя майку, стараясь не смазать крем с рук, которую прижала к груди. Через мгновение я почувствовала прикосновение. Я почти не чувствовала никакой боли и жжения. Кажется, спина действительно пострадала не сильно. — Ты пока ничего не вспомнила? — Майлс продолжал осторожно наносить средство. — Нет, — после своего ответа я перестала ощущать тепло его пальцев и посмотрела на парня, повернув голову на бок, — Бинт не нужен? — Нет, — он закрутил тюбик крышкой и отложил его в сторону, — Можешь надевать майку, крем быстро сохнет. Я оделась и снова развернулась. Крем на руках высох, и все неприятные ощущения прошли. Майлс поднялся с кровати и взял чистые бинты. — Протяни руки, — я послушалась, и он начал бинтовать мои руки. — Из тебя получился бы хороший врач. — Возможно, но для этого нужно закончить школу. — Это проблема? — Да, я больше не буду учиться. Майлс замолчал, не желая говорить об этом дальше, а я не стала принуждать его к объяснениям. В любом случае он не обязан мне что-то рассказывать. После того, как брюнет забинтовал мои руки, он принялся снимать бинты с моих ног. На одном бедре была глубокая рана, кровь из которой попала на постельное белье, когда я немного согнула ногу в коленях. На голени были небольшие порезы, которые, кажется уже зажили. На второй ноге было множество маленьких шрамов, которые буквально осыпали всю кожу. Майлс все так же молча выкинул окровавленные бинты и начал протирать раны смоченным полотенцем. Брюнет ничего не говорил даже когда наносил мазь под мои вздрагивания. Майлс по-прежнему молчал, когда стал забинтовывать мои ноги. — Майлс, — не выдержав, я позвала его, и после взгляда брюнета продолжила, — я тебя чем-то обидела? — С чего ты это взяла? — он казался действительно удивлённым. — Ты ушёл в себя после моих вопросов. — Нет, всё хорошо, — парень улыбнулся и закрыл тюбик, — А ты лучше поспи. Вдруг, что-нибудь вспомнишь о себе. С этими словами Майлс забрал поднос, на который предварительно поставил миску с водой, взял полотенце и вышел из комнаты. Пару минут я сидела и смотрела на закрытую дверь, а потом откинулась на спину и закрыла глаза. Находясь на грани сна и реальности, я услышала чей-то голос. «Джейн...»