Расскажи мне о...

«Я встретила Атиллу, когда изменила отношение к себе и миру. Он стал моей наградой. Истинная любовь может быть между самодостаточными людьми, умеющими быть счастливыми наедине с собой. Встретившись, полюбив друг друга, они решают вместе идти по жизни для приумножения счастья». <Расскажи мне о море> Дело было закрыто, отчёты почти написаны. Рита устало дописывала последний, как почувствовала на своих плечах теплые и такие родные руки… «Так, стоп, что? Я сказала «родные» руки?» — Рита не ожидала такой реакции своего тела на прикосновения напарника. Легкими, невесомыми движениями Данилов начал массировать ее плечи, изредка спускаясь на спину и проводя ладонью по распущенным волосам. Рита прикрыла глаза, наслаждаясь невинными ласками, но потом неожиданно вспомнила, чем их прогулка закончилась в прошлый раз, и вырвалась из чужих рук. — Мне надо закончить, — произнесла она, не поворачивая головы. — Хорошо, заканчивай. Я подожду. Стёпа присел рядом, разглядывая Риту. Она чувствовала на себе его взгляд и мечтала провалиться под землю. Ей снова хотелось почувствовать его руки на своей талии, губы на своих губах… Она старательно отбрасывала эти мысли, но они раз за разом возвращались. — Ну вот и всё, — она сложила последний листок в папку. — Мне пора домой. Стёпе не хотелось её отпускать, но решительный тон подсказывал, что вряд ли она сейчас согласится на свидание. Не зная, чтобы такое сказать, он от безысходности брякнул первое пришедшее в голову. — Тебя проводить? — сказал и тут же почувствовал себя идиотом: она же на машине. А Рита устремила на него внимательный взгляд и неожиданно сказала: — Ну, проводи. Стёпа удивился, когда они прошли мимо стоянки. — А где твоя машина? — не выдержал он. — В ремонте. Дальше опять повисла тишина. Он не знал, что сказать, а она ругала себя за то, что позволила ему проводить себя. Сейчас ведь начнет проситься пройти в квартиру, потом… — Я тут вспомнил! — громкий голос Степана заставил её вздрогнуть. Данилов начал подбирать любую тему, лишь бы Рита поддержала разговор и, о чудо! ему это удалось. Перейдя на спорт, оба выяснили, что болели в детстве за одну команду, и общение стало легче. Снова увлекшись, они не заметили, как небо заволокло тучами и пошел дождь. Парочка бегом добежала до подъезда Власовой. Она ждала, что он сейчас скажет: «Давай зайдем к тебе», но вместо этого он достал телефон посмотреть, где ближайшее метро. — С ума что ли сошел? — Рита бесцеремонно вырвала у него из рук мобильник. — Куда в такой ливень собрался? А ну пойдем, — тоном, не терпящим возражение, добавила она. Хитро улыбаясь, Стёпа последовал за Ритой в ее квартиру. Данилов впервые оказался у неё в квартире. На входе он сразу же споткнулся о ролики, которая Рита поспешила убрать в сторону, ворча на своего сына, что «он опять разбрасывает свои вещи». Стёпу вдруг накрыло такой волной нежности… От Риты повеяло сейчас теплотой и уютом, а эта квартира с вещами её сына, её собственными баночками, кремами, шарфиками — всё это наводило на мысли о доме и семейной жизни, которой, увы, Стёпа был лишен. И хоть он первый раз осматривал квартиру напарницы, у него возникло ощущение, что он здесь уже бывал много раз. Рита не мешала ему рассматривать комнаты и ушла на кухню. Есть совсем не хотелось, но она решила спросить Данилова. — Ужинать будешь? Стёпа отрицательно помотал головой, появляясь на кухне. Кивнув, Рита выудила откуда-то бутылку вина и немного фруктов и жестом пригласила Стёпу сесть за стол. — Извини, ничего крепче у меня нет, — она кивнула на бутылку. — Так даже лучше, — загадочно отозвался Данилов. Спустя полчаса они уже без умолку болтали, прерываясь на то, чтобы в очередной раз соприкоснуться бокалами. Рита была не из тех, кто быстро пьянеет, но то ли сейчас она сильно устала, то ли присутствие Стёпы оказывало на неё дурманящее действие, неизвестно почему, но она поймала себя на мысли, что рассудок начинает уступать эмоциям. Разговор плавно перетек в обсуждение личной жизни, и Стёпа понял, что пора действовать. — Почему ты не даёшь нам шанс? Рита задумчиво смотрела на него, а Стёпа склонил голову в ожидании ответа и не торопил её. — Все мои романы не заканчивались ничем хорошим, — Рита впервые откровенно сказала это, впрочем, она многое делала впервые именно со Стёпой. — И ты решила поставить крест, сказав, что все мужики — козлы? — Стёпа улыбался, но это, скорее, напоминало гримасу боли. — Да нет же, — женщина улыбнулась в ответ. — Просто есть люди, которые, видимо, не созданы для любви, и я одна из них. Все мои прошлые отношения это подтвердили. — Может, ты просто ещё не встретила того самого человека? Рита устремила на Данилова свой внимательный взгляд, на секунду позволив себе утонуть в его глазах. — Не надо, Стёп. Я причиню тебе только боль, а я не хочу этого, — она сказала это с грустью, но у неё сейчас не было ни сил, ни желания прятаться за стеной из сарказма. — А ты спросила, чего хочу я? — Стёпа не выдержал, наклонился к ней и накрыл своей рукой её руку. Рита опустила голову и, словно боясь выдать себя, она резко встала, но мужчина преградил ей путь. Она была так близко, Стёпа чувствовал её дыхание на своем лице, слышал сердцебиение, видел, как поднимается и опускается грудь в такт вдохам, а сама она немного подрагивает, но безуспешно пытается это скрыть. Данилов осторожно притянул её к себе. Он всё ещё боялся, что она оттолкнет, скажет, что это неправильно, прогонит его, но, набравшись смелости, он невесомо коснулся губами её лба. Дыхание Риты сбилось за секунду. Он продолжил целовать её лицо, преодолевая страх быть отвергнутым. Но Рита сама приблизилась и крепче прижалась к Стёпе. Её рука переместилась ему на шею, и он не смог сдержать тихий стон. Пальчики Власовой зарылись в его волосы, а он, наконец, накрыл своими губами её. Женщина отвечала на поцелуй, теснее прижимаясь к Данилову. Он слегка отстранился и заглянул в её глаза. Они были затуманены нежностью и желанием. — Я люблю тебя, — вырвалось у Данилова. — Прошу, позволь мне быть рядом. Власова не ответила, но страстно поцеловала его. Это было лучше любого ответа, и Данилов решил, что это и есть ее «да». Его руки стали гулять по её телу, а Рита отзывалась на это тихими стонами. — Пошли, — прошептала она, сжимая руку мужчины. Она провела его по коридору, заводя в спальню. Стёпе всё ещё не верилось, что это наяву. Что он сейчас рядом с ней, целует её, касается её, а Рита не отталкивает и не прогоняет. Он так боялся, что этого никогда не случился, но сейчас вот она перед ним в собственной спальне, такая красивая, такая желанная. Он потянулся руками к её одежде, но прежде чем он дотронулся до неё, Рита несильно ударила его по руке, толкнула на кровать, а сама села сверху. Её руки медленно расстегивали пуговицы на блузке, а Стёпа неотрывно следил за этим. Пульс зашкаливал, он постоянно хватал губами воздух, которого катастрофически не хватало в легких. Затуманенные глаза Риты гипнотизировали Данилова, пронизывая насквозь, а его руки уже плотно осели на её талии, сжимая и поглаживая её. Отбросив в сторону блузку, Рита откинула назад голову, тряхнув волосами, а Данилов медленно провел руками по обнаженной спине возлюбленной, нащупывая застежку бюстгальтера. Миг, — и вещичка валялась на полу рядом с кофточкой. Миг, и Данилов уже подмял под себя Власову, аккуратно нависая сверху. Его губы накрыли губы Риты, она отвечала с неистовой страстью, поглаживая Стёпу по спине, изредка впиваясь в кожу коготками, а он едва слышно стонал в поцелуй, пытаясь не сорваться и не войти в нее прямо сейчас. После откровенных разговоров он не хотел всё опошлить, перейдя на грубый животный секс, поэтому старался максимально доставить удовольствие своей любимой женщине. Власова же сама потянулась к ремню на брюках Данилова и начала нетерпеливо его расстегивать, извиваясь под телом Стёпы. Правильно поняв намек любимой, Данилов отстранился и принялся медленно снимать оставшуюся одежду, а Рита не могла оторвать глаз, глядя на крепкое подтянутое тело Степана. Проведя ладошкой по рельефному прессу, она притянула мужчину к себе, страстно целуя его. Руки Стёпы гуляли по всему её телу, останавливаясь то на груди, то на бедрах, то на ягодицах, Рита же отзывалась с такой же страстью, водила ладошками по его рукам, спине, животу, изредка спускаясь ниже и поглаживая его через ткань боксеров. Стёпа сам не замечал, как сдержанно стонал, прикусывая кожу на шее и груди Риты. Её тихие сладостные стоны заполнили комнату, запах окутал Данилова, и он понимал, что больше сдерживаться он не в силах. Подцепив рукой трусики, он сорвал их и скинул на пол, туда же отправились и боксеры Степы, и вот они уже обнаженные прижимаются к друг другу, ощущая жар возбужденных тел. В комнате было жарко, как в Африке, но им обоим было ещё горячее. Стёпа честно пытался делать всё осторожно и нежно, но стоны Риты, её прикрытые глаза, податливое тело заставляли его срываться, отчего движения получались рваные и несдержанные. Власова резко распахнула глаза, и Стёпа заметил, как они потемнели от страсти. — Стёп, не сдерживай себя, — так нежно и одновременно страстно прошептала Рита, и этого хватило, чтобы Данилову окончательно сорвало крышу. Он перешёл на быстрые и частые толчки, одну руку он положил на грудь Власовой, поглаживая её и слегка сжимая, Рита же вцепилась в его плечо, кусала губы и тяжело дышала, безуспешно пытаясь скрыть рвущиеся наружу стоны. Данилов нашел её губы, и она с таким рвением ответила, что оба застонали в унисон от переполнявших их эмоций. Стёпа чувствовал, как температура в комнате накалилась до предела, по его спине стекали капельки пота, а Рита водила по нему своими горячими ладошками, заставляя кожу буквально плавиться от этих прикосновений. Ему хотелось ощущать её снова и снова, прижиматься к ней вечно и никогда больше не отпускать ее от себя. Почувствовав, что разрядка близко, Стёпа быстро вышел и перевернул Власову на живот. Женщина застонала, поняв, что лишилась долгожданного финала, но Данилов тут же вошёл обратно и принялся быстро набирать темп. Власова от неожиданности громко вскрикнула, а потом зарылась головой в подушку, скрывая стоны, что вырывались из неё. Она прогнулась в спине, а темп Степана стал совсем бешеным. Его руки нежно поглаживали спину любимой, бедра, ягодицы, а затем он сжал грудь, слегка массируя сосок большим пальцем. Рита еще раз громко вскрикнула, задрожала, и Стёпа почувствовал, как она сжалась вокруг него, а потом обессиленно рухнула на подушку. Он сделал ещё пару толчков и тоже достиг разрядки. Завалившись рядом, Стёпа притянул к себе Власову. Она никак не могла восстановить сбившееся дыхание. Её волосы, намокшие от пота, прилипли к шее, что возбуждало его снова, хотелось её опять и опять. Но, понимая, что обоим нужен отдых, Данилов постарался перевести дух, пристроив Риту на своей груди и ласково поглаживая подрагивающую женщину по плечам и спине. — Я люблю тебя, — снова произнес Стёпа. — Давай попробуем быть вместе? Он с замиранием сердца ждал ответа. Рита подняла голову, утопая в его глазах, чувствуя, что ей давно не было так хорошо и спокойно, как сейчас в его руках. Она поняла, что все её подколы и шутки в его сторону были всего лишь защитной реакцией, а на самом деле она давно уже испытывает к нему далеко не дружеские чувства. Видя, что Стёпа ждет её ответа, она ласково поцеловала того в уголок губ. — Я согласна. Я тоже тебя люблю. Она сказала это с такой нежностью в голосе, кажется, она и сама не ожидала, что умеет быть такой ласковой и женственной, а у Степана в груди всё сжалось от этих слов, и слёзы подкатили к горлу. Он теснее притянул к себе Риту, словно через прикосновения хотел передать всю свою любовь к этой женщине. Стёпа чуть наклонил голову и накрыл своими губами её. Это был нежный и чувственный поцелуй, совсем не те страстные касания, что были между ними всего пару минут назад. Рита отвечала ему с такой же любовью и преданностью, и казалось, это и есть самое настоящее счастье. Внезапно Рита резко отстранилась. Данилов испуганно посмотрел на неё. Неужели она сейчас скажет ему идти домой? После всего, что было? — Что такое? — спросил он. — Мы же бутылку с вином открыли, — распахнула глаза Власова. — Если мы его не выпьем, оно умрёт до утра! Стёпа пару секунд осмысливал сказанное, а потом поняв, что никто его прогонять не собирается, вдруг рассмеялся заразительным смехом, который тут же подхватила и Власова. — Ах ты, — шутливо начал Данилов, подхватил любимую за талию и уложил обратно на кровать, нависая сверху. Рита смотрела на него снизу вверх, и в её глазах отражались спокойствие, нежность и такая теплота, что Степа не смог удержаться, склонился ниже и снова отыскал её губы. Они целовались до тех пор, пока в легких не закончился воздух. Стёпа нехотя отстранился, пытаясь восстановить дыхание. Щеки Риты немного раскраснелись, некогда аккуратная прическа растрепалась, а стрелки смазались, но именно такую Риту Стёпа и хотел запомнить. Такую домашнюю, такую настоящую, не ту неприступную волчицу, которую он встречал в ФЭС. — Ну, вино, так вино, — объявил он, резко вскакивая с кровати и за руку поднимая Власову, а затем окинул Риту глазами с ног до головы и, изогнув бровь, спросил, — Одеваться будем?