Длинные волосы Малфоя

У Малфоя охрененно красивые волосы. Длинные - ниже лопаток - блестящие и очень шелковистые. Однажды Поттер даже ляпнул, что они похожи на девчачьи, и в ответ получил совсем не девчачьим кулаком в нос. Конечно, Малфою пришлось потом этот самый нос лечить, ведь он давал какой-то давно почившей шишке колдомедицины клятву, что не оставит в беде "даже такого непроходимого идиота, как Поттер", но подобных глупостей Гарри больше не говорил. По крайней мере, при Малфое. Поттер и сам потом удивился тому, что сравнил волосы Драко с чьими-либо другими. Потому что они были уникальны. Не похожи больше ни на чьи другие. Даже на волосы старшего Малфоя. Наверное, Драко с длинными локонами должен был быть похожим на своего отца, но, слава Мерлину, это было не так. Если единственное желание Гарри при виде волос Люциуса было вырвать их, изуродовать, повесить на них их обладателя, то прическу Драко хотелось трогать, гладить, зарываться в нее носом. Да и что уж скрывать, локоны Драко вызывали у Гарри и менее невинные желания. Если быть точнее, совсем уж грязные. У Гарри было как минимум три эротические фантазии, которые преследовали его буквально всегда. В одной из них Драко стоял на четвереньках, голый, прекрасный и развратный, а Поттер держал его волосы намотанными на кулак и вбивался в его охрененную задницу членом. Потом Гарри тянул его голову на себя, поворачивал к себе лицом и впивался в губы кусающим поцелуем. Во второй фантазии Драко самоотверженно отсасывал Гарри. Только - ой, как неловко - длинные распущенные волосы мешались и лезли в рот. Поэтому Поттеру приходилось браться за затылок Малфоя так, чтобы по максимуму собрать локоны, а потом самому направлять голову Драко. А третья фантазия всегда заставляла Гарри достигать оргазма буквально через пару движений руки по члену. В ней Поттер имел наглость кончить прямо на чудесные локоны Малфоя. В мечтах белесая сперма медленно стекала по платиновым волосам, а на лице оттраханного Малфоя появлялось выражение ярости, так знакомое Гарри со школы. Да, именно на это выражение лица Поттер дрочил весь шестой курс. На самом деле, Поттер долгое время надеялся, что его чувства к слизеринцу прошли безвозвратно. Сначала ему приходилось думать о том, чтобы найти все крестражи, потом об убийстве Волдеморта. После его голова была забита учебой - Гарри хотел стать образцовым аврором. Когда он начал работать в Аврорате, все силы уходили на то, чтобы зарабатывать хорошую репутацию и продвигаться по карьерной лестнице. Даже друзья от него отдалились - Джинни наконец-то завоевала сердце Крама и переехала в Болгарию, Гермиона и Рон, узнав о том, что Гарри хочет стать аврором, обвинили его в нежелании перестать воевать и заперлись в своем маленьком идилическом мирке. Поэтому Гарри стал особо успешным в своем деле - ему было не для кого жить, и он выходил на каждое задание, как в последний раз, совсем себя не жалея. Вот и после очередного такого задания все изменилось. Гарри прикрыл собой менее опытного аврора и попал в Мунго тогда, когда у Малфоя было ночное дежурство. Это был первый раз после финальной битвы, когда он увидел свою школьную любовь, и вряд ли бы чувства вспыхнули с новой силой, если бы не волосы Драко. Было заметно, что Малфой только что проснулся, потому что немного растрепанные локоны лежали на плечах. Но, увидев привезенного на носилках Поттера, колдомедик привычными и очень ловкими движениями быстро заплел их в простую косу, и Гарри просто залип на этот процесс. Последней мыслью Поттера перед потерей сознания было то, что, если бы у Малфоя были бы такие же длинные волосы в школе, то Волдеморту бы очень повезло, ведь Гарри умер бы задолго до финальной битвы лишь от невозможности потрогать это великолепие. После того случая Гарри совсем потерял инстинкт самосохранения и страх. Он выходил на самые опасные задания вместо младших коллег, защищал всех своей грудью, лез на опасных нарушителей и провоцировал гнев бывших пожирателей. В общем, делал все, лишь бы получить ранение и отправиться в Мунго. Но там его ждало небольшое разочарование - Драко всегда встречал его с заплетенными в косу волосами. Зато презрительное выражение лица и искусные оскорбления - так только Малфой умеет - всегда оставались неотъемлемой частью колдомедика, и это заставляло Поттера прыгать на заклинания снова и снова. И ему совсем не было страшно умереть. Во-первых, во всем мире не было ни одного человека, ради которого Гарри хотелось бы жить. У него не было никого родного и близкого, все давно покинули его. Во-вторых, он был уверен, что Драко его спасет. Это было очень глупо и по-детски - полностью доверить свою жизнь человеку, который тебя ненавидит. Тем не менее, уже несколько раз Гарри выживал только из-за своевременной колдомедицинской помощи от бывшего врага. Малфой ворчал, высказывал Поттеру все свои претензии, называл его безмозглым самонадеянным идиотом, но не переставал лечить. Гарри даже начал думать о том, что если бы у него был ангел-хранитель, то у него бы были очень длинные платиновые волосы и скверный, совершенно невозможный характер. Однако один случай дал Гарри понять, что иногда нужно думать головой. На задании он почти специально попал под тяжелое заклинание, но в Мунго его встретил не привычный недовольный длинноволосый Малфой, а какой-то омерзительно вежливый и заискивающий колдомедик. Даже попросил автограф для своего сынишки. Получается, что Гарри чуть не умер только ради того, чтобы не увидеть прекрасные волосы Драко, и это заставило его задуматься. Решение нашлось быстро: Гарри узнал у флиртующей с ним медсестрички расписание дежурств Малфоя, и теперь позволял себе действовать безрассудно только в его смены. Однажды даже ему показалось, что его спалили. Малфой, как обычно, злой и уставший, сказал: - Поттер, иногда мне кажется, что ты специально играешь роль суицидника, лишь бы сюда попасть. Так надоели полуфабрикаты, что ты делаешь все, чтобы позавтракать в Мунго? На самом деле, готовил Гарри очень даже хорошо, и ему нестерпимо хотелось доказывать это Драко каждое утро до конца своей жизни. Но это была лишь блажь. Малфой не чувствовал к Поттеру ничего, кроме ненависти, и вряд ли бы стал есть что-то с его рук. Сегодня как раз был день, когда Малфой отдыхал, поэтому Гарри приходилось делать все для спасения своей задницы. И впервые это было настолько сложно. Они отправились зачищать гнездо неуспокоившихся бывших пожирателей, которые готовили восстание. Кажется, даже снова пытались возродить Волдеморта. Застать их врасплох не удалось. Они словно ждали авроров и были готовы к битве. Били непростительными, причем очень метко. У Гарри получилось обезвредить больше половины, когда в него прилетела отраженная в зеркале Авада. Почему-то вспомнилась поговорка, которую часто упоминала тетушка Петунья: Бог любит троицу. Что ж, это третья Авада, и ее он уже точно не переживет. Жалко только, что не успел увидеть волосы Малфоя напоследок.