Plumeria, coffee and mint.

       Нильсон открыл перед девушкой дверь в огромный дом, пропуская Гермиону вперед, и перед ней открылся невероятно красивый вид. Огромная лестница вся была украшена разными цветами, у белоснежных стен стояли стеклянные столы с напитками и едой, повсюду ходили красивые мужчины и элегантные женщины в темно-синей одежде и разносили напитки гостям.  — Красиво как! — прошептала девушка.  — Ага. — улыбнулся Нильс. — Ты такая забавная, когда так с восхищением смотришь на это все. Гермиона цокнула языком, закатила глаза и, подняв брови, посмотрела на него.  — Ой, да ладно тебе… — сказал Нильсон и быстро провел пальцем по ее носу. — Пойдем уже, потом налюбуешься. С этими словами они поднялись по лестнице, усыпанной белыми лепестками роз, и, постучавшись в дверь, зашли в просторную гостиную, в которой стоял утонченный высокий мужчина в черном костюме. Когда дверь открылась, мужчина повернулся к вошедшей паре и широко улыбнулся.  — Гермиона! — протянул он и подошел к девушке, крепко обняв.  — Мистер Тейлор, я так рада за Вас. — пролепетала девушка и обняла мужчину.  — Милая, какой Мистер Тейлор? Просто Ричард, Рич или как угодно, но не по фамилии. Ты же моя семья. — улыбнулся он, нежно взяв ее за лицо.  — Ричард, я безумно рада, что все так сложилось! Ты прекрасный человек и я тебя люблю… Мама очень счастлива с тобой. Спасибо за то, что сделал ее такой счастливой! — говорила девушка и на ее глаза наворачивались слезы.  — О, моя дорогая, мне очень приятно это слышать, ты не представляешь, как я ее люблю. И тебя я очень люблю, вы две прекрасные женщины в моей жизни. — стирая ее слезинки, сказал Ричард.  — Пап, знаешь, я тебе очень благодарен! — встрял Нильсон.  — За что, сынок?  — За то, что выбрал прекрасную женщину, у которой невероятная дочка. — ответил Нильсон, обнимая девушку. — За то, что у меня теперь есть Гермиона, и я всегда буду любить ее и защищать, как мою маленькую сестренку. Ричард сощурил глаза, но улыбнулся.  — Девочка моя, иди к маме, она очень ждет тебя. — восхищенно сказал Ричард и погладил ее по руке. Гермиона улыбнулась и, посмотрев на Нильсона, вышла.  — Нильс! — серьезно, но с пониманием бросил Ричард. Парень потрепал себя за волосы и, успокоив внутреннюю бурю, произнес:  — Это тяжело, отец! Я люблю ее… Люблю, но во много раз больше, чем сестру! Она заставляет чувствовать себя влюбленным мальчишкой рядом с ней, а когда я ее вижу, во мне просыпается такое сильное желание, но это все невозможно! Черт! — схватив себя за голову, крикнул он.  — Я понимаю, что ты чувствуешь. Она невероятная девушка и не влюбиться в нее невозможно. Ты будешь проводить рядом с ней огромное количество времени. Ты ее брат, старший брат, который любит свою сестру. Попытайся справиться с этим и ты сделаешь и себя, и ее счастливой. Она твоя семья, разве может быть что-то прекрасней этого? — обняв его, прошептал Ричард.  — Я буду стараться, но я всегда буду любить ее и защищать. Если хоть кто-нибудь обидит ее и я об этом узнаю, я убью этого человека! Ричард улыбнулся и потрепал его по волосам.  — Вы будете прекрасными братом и сестрой. Береги ее, хотя ты и будешь это делать. ҉҉҉҉҉҉ Гермиона тихо постучала в дверь и быстро зашла в холл. Перед ней стояла прекрасная женщина в шикарном платье. Вся огромная комната была усыпана цветами и благоухала. Женщина грациозно повернулась и, увидев Гермиону, расплакалась.  — Мама! Ну ты чего! — рассмеялась девушка и бросилась в ее объятья. — Какая ты красивая…  — Милая моя, как я соскучилась! Какая же ты красивая и…влюбленная? Гермиона от этих слов съежилась и, вспомнив Драко, пустила слезу.  — Ты прекрасна, мамочка! — переводя тему, прошептала девушка.  — Я очень счастлива, Гермиона! Он прекрасный мужчина и сын у него золотой! — прошептала влюбленная Мисс Грейнджер.  — Но тебя что-то беспокоит, так ведь? — спросила девушка.  — Не то чтобы, никак не привыкну к этой роскоши и богатству.  — Ты достойна всего, что тебя окружает! Вы очень любите друг друга и вы прекрасны. Не думай ни о чем! Просто живите счастливо и любите — все остальное неважно. — говорила девушка, поправляя прическу красивой женщине.  — Ты права! Я очень люблю тебя!  — И я тебя, мамочка. Они стояли и обнимались, совсем забыв о времени.  — Гермиона, я боялась спрашивать тебя об этом, но, видя тебя здесь, я спрошу. Как у вас там… с…убийствами? Все хорошо? Никто не пострадал? — взволнованно спрашивала женщина.  — Нет конечно! Все нормально, мы потихоньку ищем убийц. Нас никто не трогает. — не задумываясь тараторила девушка. Гермиона ни за что бы не рассказала, что происходит и чему все подвержены.  — Это хорошо! Как мальчики и Джинни?  — Все прекрасно! Все в делах. — сказала девушка.  — Когда ты зашла, мне показалось, что ты вся светишься, но я чувствую, что кто-то сделал тебе больно. — вопросительно сказала она.  — Все хорошо, мам. — сглотнув подступающие слезы, произнесла девушка. — Все очень сложно и, кажется, невозможно.  — Детка, пусть будет боль, пусть будет страдание. Пройди через темную ночь, и достигнешь прекрасного восхода солнца. Только в утробе ночи развивается солнце. Только в темноте ночи приходит свет. Боль тем и полезна, что заставляет двигаться дальше. Чтобы добиться успеха в жизни нужно выиграть лишь одну битву — битву с самим собой. Если по-настоящему любишь, то простишь. Она как будто видела гермиону насквозь, как будто знала, что произошло. Гермиона еле улыбнулась и вытерла слезы.  — Милые дамы, не хочу вас прерывать, но мой отец уже не может спокойно сидеть на месте. Влюбленный мужчина похоже сошел с ума, так что поторапливайтесь. Они засмеялись и невеста пошла к выходу.  — Мам, ты забыла. — крикнула Гермиона и подошла к ней, вручая нежный букет. Мисс Грейнджер вышла на террасу, ведущую в красивый парк, и скрылась за оливковыми шторами.  — Ты плачешь? — озабоченно спросил Нильсон.  — Это от радости. — снова скрывая свою боль за маской, улыбаясь ответила Гермиона.  — Я не верю, что-то ты скрываешь, но, я надеюсь, что тебя никто не обижал, потому что иначе…  — Эй, защитник, пойдем уже! — кинула девушка и взяла его под руку. Он закатил глаза и рассмеялся, плетясь за сильной, но хрупкой девушкой. Цветочный сад встретил их ароматами имбиря и лимона. Маленькие белые стульчики стояли в несколько рядов и на них сидели гости. В конце сада возвышалась украшенная розовыми цветами каменная беседка, в которой стояли молодожены. И у Нильса, и у Гермионы стояли слезы радости в глазах, когда они расписывались и произносили клятвы. Нильсон слегка обнимал девушку и положил голову на ее плечо, щекотя своими волосами ее шею. Пришло время букету невесты. Миссис Тейлор встала спиной к гостям и с радостью кинула цветы в толпу. Нежный букет прилетел прямо в руки Гермионы и она расширила глаза и улыбнулась.  — Ну нет! — крикнул Нильсон и, забрав букет, еще раз кинул его в толпу. — Не так быстро, я тебя пока не отдам. С этими словами все засмеялись, а Гермиона слабо ударила его по груди рассмеялась.  — Нильсон Тейлор! Ну зачем?! — промямлила девушка.  — Тебе рано еще, а цветы ты вечером все равно получишь, так что не дуйся, сестренка. — издевательски сказал парень и поцеловал ее в макушку. Гермиона улыбнулась и погрузилась в мысли.  — Могу ли я пригласить на танец такую прекрасную леди? — прошептал Нильсон, протягивая руку.  — Конечно… — радостно ответила девушка. Весь танец она думала о Драко, о его прикосновениях, о его дыхании, о красивых словах, но все это растворялось под серьезными словами «Я тебя не люблю». Они балансировали в медленном танце и растворялись в своих мыслях.  — Эй, Гермиона! — потрепал ее по плечу парень.  — Что такое?  — Я уже пять минут тебя зову, ты где витаешь? — серьезно спросил брюнет.  — Ой, прости! Я замечталась. — виновато бросила девушка.  — Мечтательная моя… Пойдем выпьем что ли! ҉҉҉҉҉҉ До самого вечера они развлекались. Гермионе было спокойно и весело, но все же ее не покидало мысль о том, что ее использовали и предали.  — Нильс, я, наверное, уже поеду. — не спеша сказала девушка.  — Так скоро? — грустно спросил брюнет. — Хорошо, но я с тобой поеду. Иди, попрощайся с нашей влюбленной парочкой, а я тут подожду. Девушка хихикнула и пошла в сторону беседки, а Нильсон провожал ее печальным взглядом, зная, что опять долго не увидит и будет скучать.  — Мама, Ричард, поздравляю еще раз. Я вас очень люблю и уже скучаю. Я постараюсь закончить свою работу как можно скорее и вернуться, а сейчас я поеду. Будьте счастливы. — с улыбкой, еле сдерживая слезы, пролепетала Гермиона.  — Спасибо, что приехала! Приезжай скорее, нам тебя не хватает, а особенно этому мелкому пакостнику. — кивнув головой в сторону Нильсона, засмеялся Ричард. Парень понял, что речь о нем и развел руками в стороны, улыбаясь.  — Детка, удачи тебе. Мы будем скучать. И, пожалуйста, береги себя! Мы любим тебя. — обнимая дочку, произнесла мама.  — Я постараюсь. Не переживайте, все будет хорошо. — сказала Гермиона и, поцеловав и обняв их на прощание, пошла к Нильсону. Они шли через сверкающий холл и Нильсон, подойдя к длинному столу, взял три шикарных букета и подошел к Гермионе.  — Я бы подарил тебе все цветы, находящиеся в этом доме, но боюсь тогда придется вызывать десять грузовиков. — протянул Нильс, пытаясь взять цветы так, чтобы они не вывалились из рук.  — Спасибо большое, не нужно было. — рассмеялась девушка, смотря на парня, пытающегося не уронить букеты. — Давай помогу!  — Иди! Такие тяжести такой хрупкой малышке носить нельзя. — серьезно ответил парень.  — Ну как хочешь… — подмигнула девушка и пошла вперед.  — Стой! — крикнул Нильс. — Возьми мой пиджак. Гермиона аккуратно стянула темно-синий пиджак с вешалки и подошла к спине парня, чтобы надеть.  — Глупая, на себя надевай! Ты в таком прелестном платье сейчас замерзнешь. Здесь тебе не Италия. — пробубнил Нильс, подмигивая Гермионе. Девушка с умилением посмотрела на заботливого парня и накинула на себя пиджак. Уложив букеты на задние сидение машины, Гермиона подошла к водительской двери, но брюнет схватил ее за руку.  — Не не, пойдем. — он перевел ее на пассажирское сидение и, открыв дверь, усадил девушку в машину, а сам пошел за руль. — Снимай туфли и отдыхай. Я всегда удивлялся женщинам — как они могут так долго проходить на каблуках и оставаться такими элегантными, это же чертовски неудобно?!  — А что, пробовал походить на каблуках? — рассмеялась девушка. Парень подхватил ее хохот и с таким настроем они добрались до дома Гермионы. Выйдя из машины, Нильсон взял букеты и коробочку с тортом, а Гермиона взяла сумку и закрыла машину. В доме девушка забрала букеты и поставила их в длинные вазы, стоящие на полу. Повернувшись к стоящему возле двери брату, она подошла к нем и сильно обняла.  — Я буду скучать, Нильс! — прошептала она.  — А я еще сильнее, малышка! — грустно сказал он ее в волосы. — Я надеюсь ты скоро приедешь! С этими словами он нехотя оторвался от нее и медленно поцеловал девушку в щеку, оставляя после себя пряный аромат.  — Если кто-нибудь будет ебя обижать, ты пиши. Я одним взмахом палочки его придушу! И не пропадай надолго! Я буду писать и ты тоже. — нежно бормотал парень. — Ладно, я пойду. Сладких снов, малышка. Он погладил ее по щеке и вышел из дома, так как в доме трансгрессировать он не хотел. Через пару секунд Гермиона поняла, что он забыл свой пиджак и, будто читая ее мысли, в дверь позвонили.  — Нильс, ты как всегда все забываешь у меня, как специ… С этими словами она открыла дверь и остолбенела.  — Ну здравствуй, солнышко… В нее полетело парализующее заклинание и девушка отлетела на несколько метров. Двое людей в масках и мантиях спокойно вошли в дом, обойдя заклинания Гермионы.  — Но… Это не возможно. Как вы зашли? — прохрипела удивленная девушка.  — Я ожидал, что твоим первым вопросом будет — Что вы тут делаете? Как вы узнали? И далее, далее, далее. — усмехнулся мужчина в маске. Гермиона медленно встала с пола и вытащила палочку, направляя на них.  — Оу, а это ты зря! — серьезно сказал он, бросив в нее заклятие, но девушка его отразила.  — Что вам нужно от меня?! — кричала испуганная девушка, отражая летящие в нее проклятия. Как бы она не пыталась, им все же удалось обезоружить ее. Палочка вылетела из ее руки и девушку отбросило от нее. Мужчина в один миг подлетел к ней, взял за горло и поднял так, что она не упиралась ногами в пол, а висела над ним. Она схватила его за руки, пытаясь оторвать их от своей шее, и трясла ногами в попытке достать ими до пола. Ей было нечем дышать: горло пересохло, шея гудела, глаза начали наполняться слезами, а сознание было готово покинуть ее, но мужчина не дал. Увидев, что девушка на исходе, он отбросил ее в сторону, отчего девушка ударилась об острый выступ каменной кладки и закричала от ужасной боли. Ее рука была сломана. Он подошел к ней и начал бить девушку ногами, заставляя ее кричать от боли. После долгих пыток он наклонился к ней и прошептал:  — Это так прекрасно — видеть, как ненавистный тебе человек мучается от ужасной боли. Что, здесь тебя не кому спасти и твоя защита не работает? Ну уж прости. С этими словами он ударил ее еще раз и девушка отключилась. Связь с Айроном работала, но, так как он был далеко, она была слаба.  — Хватит!!! Черт! Зачем ты издеваешься над ней! Давай просто уйдем и все! — кричала девушка в мантии.  — Заткнись! Хватит ее защищать. Она такая же грязнокровка как те, которых ты беспощадно убивала. И тебе, как я помню, было их не жаль! Гермиона прервала их от беседы резким всхлипыванием.  — Солнышко пришло в себя… Замечательно… — кинул он, подходя к ней. Девушка резким движение взмахнула палочкой и сняла маску с лица мужчины. То, что она увидела повергло ее в шок, но уже через секунду она была в отключке.  — Что, теперь она знает кто я, я не могу оставить ее в живых. — сказал он и засмеялся. ҉҉҉҉҉҉ Все сидели за столом и что-то обсуждали. Невилл и Рон стояли на террасе и быстро жестикулировали руками. Малфой сидел с пустым лицом и смотрел в одну точку, а Блейз серьезно и грустно смотрел на него. Он хотел что-то сказать, но их отвлек вбегающий Гарри, который был похож на смерть.  — Что-то не так! — крикнул он.  — Что? — тяжело спросил Блейз.  — Айрон прислал письмо, в котором просит адрес Гермионы, потому что все его тело горит от резкой боли! — быстро ответил Гарри, держась за голову.  — Черт!!! — вскрикнул Малфой. Он резко ударил ногой стул, который в миг превратился в груду деревянных досок.  — Пиши, Гарри! Что ты стоишь! — кинул обеспокоенный Рон. Через пять минут сова улетела с письмом, а в доме воцарилась тишина, которую прерывали тяжелые дыхания ребят.  — Что это значит? — тихо спросила Астория.  — Без понятия. Может быть что угодно. — прошептал Невилл.  — Они не могли найти ее там? — осторожно спросил Нотт. Малфой после этих слов схватил себя за лицо и начал кричать.  — Драко! Хватит! Айрон найдет ее и все будет нормально… — сказал Блейз, схватив друга за плечи. — Все! Нельзя поддаваться паники. Она справится.  — Блейз, я не могу без нее! Она нужна мне как воздух, без нее я умираю, а сейчас вообще не знаю что с ней. — кричал он.  — Малфой, она скоро будет здесь. Просто верь и все. — прошептал Невилл. ҉҉҉҉҉҉  — Ты не тронешь ее! Понял? Я сотру ей память, этот кусок и все. — кинула девушка.  — Сотри всю ее память!  — Ты идиот, ты думаешь, что настолько умная ведьма не защищает свои воспоминания?  — Я все равно ее убью, слышишь? Так почему не сделать это сейчас? — приближаясь к девушке, сказал он.  — Оставь ее!  — Оу, ты прониклась к ней. Дружить что ли хочешь? Эта девушка засадит тебя туда, откуда ты не выйдешь никогда. Она слишком умна и сильна. Она нас уничтожит! — схватив ее, крикнул парень. Оторвавшись от нее, он подошел к Гермионе и, взяв ее на руки, посадил на стул, привязав силками, которые сжигали ей кожу.  — Стирай… — сказал он, махнув рукой на девушку. — Ты же сама понимаешь, что спасая ее, ты делаешь девке еще хуже, она больше страдает. Проигнорировав эти слова, девушка подошла к Гермионе и, найдя нужные воспоминания, стерла их.  — Очень глупо. — закатив глаза, бросил неизвестный.  — Замолчи… Через несколько минут Гермиона очнулась. Голова звенела и раскалывалась, ребра ныли, нечем было дышать.  — Что вам нужно от меня?! Что? Почему вы просто не можете исчезнуть, чтобы мы не нашли вас? Вы же просто можете уйти! Убить меня не составит вам труда! Зачем вы нас пытаете? — девушка хрипела, так как от голоса ничего не осталось и больно было говорить. Я знаю! — оживилась она. — Вы просчитались где-то, и я это знаю, но не могу вспомнить, а вы боитесь, что я что-то вспомню и вы проиграете, а в память залезть вы не можете, потому что не знаете, где искать. Мужчина подлетел к ней и ударил по лицу.  — Заткнись! Ты ничего не знаешь! — крикнул он.  — Да как же! Все очевидно… Я знаю важную вещь, поэтому вы боитесь и не можете уйти! Вы изводите меня, чтобы я сама умерла, а вы не морали руки. Вы боитесь, но чего? Вы не хотите меня убивать. А ты *она указала на девушку* защищаешь меня, но почему? Я все узнаю… — хрипела девушка, пытаясь вырваться из силков, которые прожигали ей руки и тело. Мужчина снова взял ее за шею и со всей силой бросил ее в конец дома.  — Ты скоро сдохнешь! С этими словами они трансгрессировали, оставив девушку умирать от боли. Она не чувствовала тела: рука и несколько ребер были сломаны, лицо разбито, а на шее не было живого места — одни синяки. Она не могла дышать и не знала, что делать до этого момента. Дверь резко открылась и в дом забежал испуганный Айрон.  — Айрон… — сквозь слезы прошептала девушка и отключилась. Он подскочил к ней и начал осторожно бить по щекам.  — Мерлин! Что они с тобой сделали? — пропуская через себя слезы, с испугом спросил Айрон. Он отнес ее на диван и приложил мокрую тряпку к горячему лбу. Через час девушка пришла в себя. Проснувшись тело болело, но не так сильно, потому что Айрон излечил ее.  — Гермиона, слава Мерлину, ты очнулась! — проснувшись, крикнул Айрон. — Я пытался, правда, избавить тебя от боли, но я не могу. Раны слишком большие, простыми заклятиями никак, нам нужно лететь сейчас же.  — Стой, Айрон! Как ты понял? И…как нашел меня? — медленно поднимаясь, прохрипела девушка.  — Я был здесь, в Министерстве по делам. Я почувствовал, что все тело пронзает ужасная боль и понял, что что-то не так… Я… написал письмо Гарри, спросив твой адрес, и нашел тебя. — виновато произнес он.  — Черт! Спасибо тебе большое, что спас меня… — пролепетала девушка.  — Гермиона, что они хотели? — аккуратно спросил Айрон.  — Если бы я знала…  — Нам надо обратно. Тебе нужен отдых, а в Замке тебе будет лучше, о тебе позаботятся.  — Но как мы достанем билеты за такой короткий срок? — сквозь боль спросила девушка.  — На то мы и волшебники! — улыбнулся Айрон и протянул стакан с успокоительным. — Пей и лежи. Я скоро буду. С этими словами Айрон удалился, а Гермиона легла на диван, чувствуя каждую рану. ***  — Эй, Гермиона, вставай… — будил ее Айрон. — В машине поспишь. Девушка осторожно встала, держась за сильные руки блондина и из глаз потекли слезы.  — Милая, не нужно. — обнял ее Айрон, проводя рукой по волосам Гермионы.  — Я устала, Айрон. От всего… От предательств, от ран, от угроз — от всего…  — Я удивляюсь, как ты держишься и сколько в тебе мужества. Но без боли ничего не бывает. Ты справишься, мы справимся, Гермиона. Девушка обняла друга и кивнула.  — Самолет через два часа, так что нам надо поторопиться. Все твои вещи я сложил, не беспокойся, ничего не забыл. Сумка и чемодан у выхода. Иди переоденься, а я подожду здесь. — улыбаясь сказал Айрон и Гермиона, держась за стены, добралась до комнаты.  — Бедная девочка… Столько пережила, но сколько еще ей надо мучаться… — прошептал Айрон. Гермиона зашла в комнату и подошла к зеркалу. На ней не было живого места: лицо было покрыто ссадинами и синяками, которых не возможно было убрать с из-за яда, руки и живот со спиной были в отметинах от ядовитых силков, руки дрожали, а сама она была похожа на маленького несчастного котенка, который нуждался в помощи. Она достала из шкафа широкую бежевую толстовку, черные джинсы, белые кроссовки и черную кепку. Спрятав себя в широкую одежду, она натянула рукава на ладошки и вышла к Айрону, который уже ждал ее с чемоданом. Он взял ее багаж и портфель, и они вышли. Около дома их ждало такси. Время было около 7 утра, когда Гермиона и Айрон стояли у входа в Замок.  — Пойдем к тебе, нужно обработать раны. — сказал Айрон, снимая с себя толстовку.  — Нет, нужно к нашим, они волнуются! — серьезно произнесла девушка.  — Глупая, о себе подумай! Ты видела на кого похожа, на тебе живого места нет! — грозно ответил Айрон.  — Я знаю. Но нужно к ним.  — Мерлин, дай мне сил… Ладно, но сначала в ресторан — нужно поесть, а то кофе и булочка в аэропорту сказываются на твоем и так отвратительном состояние.  — Ох, ладно. — пробубнила девушка, взяв его под руку, и прихрамывая поплелась в ресторан. Позавтракав, девушка натянула на себя капюшон, и они пошли к домику, в котором уже сидят их друзья. Щелчок и в гостиной появились Айрон и Гермиона, которая держалась за руку друга.  — Гермиона, слава Мерлину, ты здесь! — крикнул Гарри и уже хотел подбежать к ней, но Айрон поднял руку и замотал головой.  — Гермиона… Посмотри на меня. — обеспокоенно кинул Блейз. Айрон лишь тяжело вздохну и, скорчив грустную гримасу, посадил ее за стол. Малфой, увидев ее, был в полном замешательстве. Его съедали изнутри все чувства горя, любви, страх, отчаяния… Гермиона села за стол и, взяв спрятанными в рукава длинной толстовки руками капюшон, сняла его, посмотрев на друзей. Ее состояние убило абсолютно всех. Девушка еле улыбнулась и пожала плечами.  — Твою мать! Что? Что, черт возьми, случилось? — крикнул Блейз, держа за плечо дрожащего Малфоя. У Драко в груди все так сильно сжалось, когда он увидел ее состояние, что ему стало трудно дышать. Во всем этом он винил себя. Больно режущие слезы затуманили его глаза, и он сжал кулаки так сильно, что мог сломать себе руки.  — Я не буду рассказывать, я все покажу, и вы сами все увидеть. — еле прохрипела девушка, достав из кармана пузырек с синей ниточкой воспоминаний.  — Герми… — прервал ее Айрон, обратив на себя настороженные взгляды всех. — Моя рука.  — Что? — непонимающе спросила она.  — Она болит. Похоже я не до конца тебя излечил… — прошептал он. — Снимай толстовку. Гермиона помедлила, но сняла, обращая взгляды друзей на свое все устланное синяками тело.  — Твою мать… — прошептал Драко.  — Блейз, возьми ее за руку! — попросил Айрон.  — Зачем? — ошарашенно спросил Блейз, подходя к ним.  — Просто возьми и держи… Без вопросов. Все уставились на них и стали ждать, что произойдет дальше.  — Гермиона, будет больно… Девушка вцепилась в руку Блейза и закрыла глаза. Малфой обперся о стену и стал что-то шептать, пытаясь унять головокружение и бешеное биение сердца. Через секунду Айрон вправил сломанную руку Гермионы и гостиную пронзил громкий крик. Гермиона прижалось спиной к стулу и из глаз потекли слезы, которые она сразу же смахнула.  — Извини… — виновато сказал Айрон.  — Все нормально, надеюсь больше не придётся ничего вправлять. — ответила девушка, все еще державшая руку в ладони Блейза.  — Спасибо! — улыбнулась она ему.  — Ты до жути напугала меня! — крикнул Блейз и осторожно поцеловал девушку в лоб. Гермиона отдала Гарри пузырек с воспоминаниями, а сама закрыла глаза руками, чтобы не видеть того, что было. Блейз обнял ее и стал смотреть в Омут. Омут Памяти показал все, что происходило с ней. Гермиона закрыла уши, чтобы не слышать своих же криков. Когда Омут закончил свой рассказ все испуганно уставились на нее.  — У меня нет слов! Что за чертовщина, как они посмели так издеваться над тобой? Что происходит вообще? Что им надо? — кричал ошарашенный Невилл. Гермиона плакала, закрыв ладонью рот, и мотала головой.  — Я…Я не знаю. — задыхалась она.  — Смотри на меня! Тихо… Дыши глубже. — успокаивал ее Айрон. Все просто со страхом смотрели на нее и не понимали, как она все еще держится. Драко, увидев все это, все издевательства над ней — он разбился. «Это я виноват! Идиот! Рон был прав… Какой же я придурок…я поверил им, а они сделали ей больно снова. Я ей сделал больно снова… Я трус, не более. Будь я с ней, все было бы иначе!» — он прогонял через себя эти слова и слезы так и текли. Холодный, эгоистичный и жестокий Драко Малфой — превратился в ничтожество, неспособное защитить свое. Но сможет ли он заслужить ее прощение? Сможет ли она снова простить его? Вопросы не покидали его, Драко всем сердцем и душой хотел ее сейчас обнять и забрать, никуда не отпуская. Его жизнь с этой минуты изменилась. Он тот, кто получает то, что принадлежит ему. Он тот, кто никогда не остановиться перед тем, что безумно желает всем своим сердцем. «Пора прекращать быть трусом!» Сможет ли он перебороть себя? Ради нее — да. Ради нее он готов на все. Он будет бороться и добиваться, уничтожать и убивать всех, кто сделает его женщине больно. Гермиона восстановила дыхание и глубоко вздохнула.  — Так-так, и как же там поживает твой Нильсон? — улыбаясь спросил Гарри.  — Гарри! Даже не думай начинать. — широко открыв глаза, кинул девушка.  — Ну как же, с этим сердцеедом у тебя был первый поцелуй. Не отрицай! Еще бы чуть-чуть и вы начали бы встречаться! Блез бросил осторожный взгляд на Малфоя, от которого сейчас исходил настолько огромный поток ревности, что он чувствовал его в конце комнаты. Малфой сжал кулаки и напрягся, а на лице заходили желваки. «Первый поцелуй? Нильсон…» — пробуя на вкус его имя, перебирал у себя в сознании Драко. «Он труп.»  — Гарри! Он мой брат, вообще-то! — крикнула девушка, тыкнув в друга пальцем.  — Это ты так считаешь, а он точно нет! Девочка, я его прекрасно знаю, там даже полный идиот поймет, что ты не просто маленькая сестренка… — засмеялся друг.  — Я убью тебя! — закатила девушка глаза и улыбнулась.  — Герми, ты была у отца? — осторожно спросил Рон. Гермиона опустила глаза и тихо всхлипывала. Она кивнула головой и тяжело вздохнула.  — Гермиона…  — Не надо, Гарри. Я справляюсь. Прошел год с его смерти, я отпущу его, нужно время. — ответила девушка. Малфой тяжело вздохнул и понял, что это его отец виноват в его смерти. А Драко виноват во всем.  — Гермиона, тебе не показалось странным, что кусок воспоминаний немного съехал. — спросил Невилл.  — Да. Мне стерли память, а это значит, что я увидела то, что нельзя было. И, мне кажется, я видела их лица. — ответила девушка.  — Гермиона, нужно обработать раны. — поворачиваясь к ней, сказал Айрон. — Ладно, завтра будете сплетничать. Сейчас ей нужен отдых. С этими словами Айрон встал и осторожно поднял девушку. Она обхватила его руку своими руками и, прихрамывая, пошла к выходу, помахав рукой друзьям. «Что я наделал!» — пронеслось в голове у Драко. Он отошел от стенки и пошел к выходу, но Астория его остановила.  — Драко, не сейчас…  — Я не могу больше, не могу. Я нуждаюсь в ней, меня всего трясет от того, что я не могу обнять ее и поцеловать, ты не понимаешь! — крикнул он, высвобождаясь из хрупких рук девушки. Она взмахнула палочкой и усадила его на стул.  — Ты ничего сейчас не изменишь. Девушка еле стоит на ногах, она вся избита и сломлена. Ты хочешь добить ее? Если пойдешь, ты сделаешь еще хуже и себе, и ей. Поговори завтра, когда она будет лучше чувствовать себя. Пожалей ее, все-таки ты сделал ей во сто раз больнее, чем те, кто пытались ее убить. — медленно и с пониманием проговаривала Астория.  — Драко, Асти права. Дай ей прийти в себя. — кивнул Блейз.  — Ладно… — схватив себя за голову, произнес Драко.  — Мне его жалко… — прошептала Джинни Гарри.  — Все образуется! Они слишком любят друг друга, чтобы отступать. Но помучаться они заставят друг друга. — тихо ответил парень. ҉҉҉҉҉҉ После того как Айрон обработал раны Гермионы и ей стало лучше, он оставил ее дома и сказал, чтобы девушка одевалась поудобнее, на что она удивилась. Она надела джинсовые шорты и хлопковый белый топ с аккуратными свисающими помпонами. Через 15 минут в окно помахал радостный Айрон и позвал ее. Девушка вышла и увидела два велосипеда с цветами.  — Садись! Мы едем поднимать тебе настроение. — крикнул он.  — Велосипеды? Серьезно? — рассмеялась Гермиона.  — Ну это невероятно крутая вещь, изобретенная маглами. Так что сажай свое прекрасное тело на велик и поехали.  — А куда мы поедем? — удивленно спросила Гермиона.  — Увидишь… — прохрипел блондин и ускорился. Они ехали почти 30 минут до места, в которое девушка сразу влюбилась. Это был песчаный пляж с кристально-бирюзовой водой, в которой плавали черепахи. Вдали стояли высокие пальмы, а небо окутывало весь пляж пурпурно-оранжевым цветом.  — Это невозможно! Сейчас же полдень, откуда тут закат? — завороженно спросила девушка.  — В этом месте всегда такое небо, оно меняется лишь на другие оттенки, но не зависит от времени дня и ночи. Сам всегда поражаюсь этой красотой. — ответил Айрон и улыбнулся краешком губ. Они сели на белоснежный песок и их обнял теплый ветер, который разносил запах цветущей сирени и хвои.  — Ветер здесь успокаивает твою душу. Если ты чувствуешь запах дождя — значит на твоей душе все спокойно, если хвойный запах — то в твоей жизни есть человек, который любить тебя больше всех, а если сирени — то это к прощению. Но есть еще один запах — запах свежеиспеченного хлеба, прекрасный запах, но обманчивый. Он несет обиды и боль потери… Что ты чувствуешь? — аккуратно спросил блондин.  — Медовый запах сирени и пряной хвои… — просто ответила девушка.  — Я так и предполагал. Гермион сидела на теплом песке, погруженная в свои мысли, а Айрон лежал на спине, подогнув руки под голову, и посапывал. Его разбудили тихие всхлипывания Гермионы, и он поднялся с песка.  — Герми… Ну что такое? — грустно спросил Айрон. — Это из-за Малфоя, я прав? Девушка лишь отвернулась и дала волю слезам. Айрон обнял ее за плечи и положил ее голову к себе на колени, поглаживая волнистые волосы девушки.  — Когда он увидел тебя сегодня всю избитую…он выглядел убитым полностью. Он очень испугался за тебя. Гермиона, Драко любит тебя, очень сильно любит. И я уверен в том, что он будет бороться за тебя. — шептал ей друг, накручивая ее кучерявый волос на палец. — Так, вставай! Тебе надо выпить!  — Что? — вытирая слезы, ошарашенно кинула девушка.  — Что? Говорю, напоить тебя надо, чтобы ты перестала плакать. — крикнул Айрон, хватая ее за руку и сажая на велосипед.