I Should Hate You (but I won't)

«Хорд Прайм побеждён», — пронеслось в голове Адоры. Девушка только открыла глаза после первого за несколько недель крепкого сна. В окно заглядывали рассветные лучи, золотя бледную кожу. Распущенные волосы спутались и лезли в глаза. Белая ночная рубашка и штаны в цвет вспотели. Адора попыталась вспомнить, что ей снилось, но в голове остался лишь шум космических кораблей и две пары пугающих зелёных глаз. За окном распустились бутоны розовых и белых цветов, посаженных в честь вернувшейся из портала королевы Анжелы. Кое-где остались последствия многочисленных битв: сожжённая земля, поваленные деревья, осколки брони и побеждённые дроны. В столь ранний час никто не выходил на улицу, только фигура на другом конце замка забралась на крышу. Её хвост покорно лежал рядом, но девушка казалась напряжённой. Деревья Шепчущего леса качнулись с порывом ветра. Адора откинулась на подушки, но тут же приподнялась, надевая тапки. Война осталась позади, и теперь Эфирия была свободна. Принцессы могли расслабиться и не ждать нападения врага, но что-то внутри Адоры не давало вздохнуть ей полной грудью. Проворная лоза оплела сердце, пустив шипы, а девушка даже не заметила этого. Она сжала губы и переоделась. Из привычного хвостика выбилось несколько прядей, но Адора махнула на это рукой. Ноги сами понесли её к тренировочной поляне за замком. Девушка попыталась превратить браслет в оружие, но через секунду одёрнула себя. Меча и Ши-ры больше не было. Осталась лишь Адора, полная неуверенности в собственных силах, страхов и тяготящего прошлого. Она могла превращаться в воительницу, но без меча всё казалось неправильным, ненастоящим. Теперь Ши-ра стала частью Адоры, и девушке требовалось время, чтобы привыкнуть к этому. Отголосок злости наполнил её тело, и Адора стала атаковать заранее приготовленную мишень, пытаясь справиться с накатившими чувствами. Девушка свела тёмные брови к переносице и схватила палку, чтобы оставить как можно больше отметин на деревянной поверхности. Эмоции выливались в резкие движения, полные решимости, всё тело двигалось в едином ритме, будто Адора танцевала, а не дралась с невидимым противником. — Хэй, Адора, — раздался голос над девушкой. Она отпрянула, оглядываясь. Руки сильнее вцепились в палку. Катра, сидевшая на ветке широкого дуба, насмешливо глянула на Адору и нахально растянула губы. В её глазах отражались солнечные лучи. Они опоясывали фигуру Катры, делая её похожей на мистическое видение. — Что тебе нужно? — процедила Адора сквозь зубы. Волна мурашек прокатилась по телу. Горло сковали несказанные слова, но девушка прогнала непрошенные мысли, норовившие забраться в голову. — Скоро завтрак, не опоздай, — усмехнулась Катра, изящно спрыгивая на траву. Адора отметила про себя, что девушке шла одежда, которую сшили для неё в Яркой луне. Чёрные штаны обтягивали стройные ноги, а красный верх с тёмными рукавами облегал тело как вторая кожа. Движения Катры в обновках были куда легче, чем в экипировке Орды. — Спасибо, — тихо сказала Адора. Учащённые удары сердца отдались в её голове, словно грохот барабанов. Девушка не знала, что за чувства её сковали, не давая взглянуть в привычные жёлто-голубые глаза. Они сражались друг против друга ещё несколько месяцев назад и раны, оставленные чёрными когтями, продолжали болеть. Адора бросила взгляд в сторону довольной Катры и сжала ладони в кулаки. На душе скребли кошки. Внутри бушевал ураган эмоций, которые пробудились после долгой спячки, не давая свободно дышать и заставляя кричать в пустоту тёмными ночами. Они оставили друг другу множество уродливых шрамов, и жить с осознанием этого становилось тяжелее с каждым днём. Адора хотела снова держать Катру за руку, будто всё произошедшее с Ши-рой было утеряно, как осколки меча. Но взгляды, которыми они смеряли друг друга за общим столом напоминали, что теперь они — другие люди с разными судьбами. Катра скрылась за поворотом, искоса взглянув на Адору. Последняя села на землю. Мысли превратились в запутанный клубок, разобраться с которым могла только кошка. Одна конкретная кошка. Девушка встала, встряхнув головой. Ей нужно было переодеться. Принцессы уже наверняка собирались в зале. Первый завтрак в мирное время — не то событие, которое стоило пропускать. Жизнь продолжалась, несмотря на потери, и над Яркой Луной вновь взошло солнце. Вернувшись в комнату, Адора посмотрела на платье, висевшее в шкафу. Она улыбнулась, вспоминая, как Глиммер пыталась найти наряд, способный заменить форму Орды, к которой привыкла подруга. Но ничто не смогло сравниться с удобством солдатской формы, и Адора осталась верна своим привычкам. Девушка спустилась в зал одна из последних. Глиммер и Боу помахали ей, приглашая сесть рядом с собой. Адора улыбнулась друзьям и плюхнулась на стул. На дне глаз принцесс залегло непонимание, но они болтали друг с другом, смеялись и препирались. Мир, только что разрушенный и вновь собранный по кусочкам, казался сном, и Адора понимала, что на принятие этого уйдёт время. — Как там Катра? Ничего не задумала? — шёпотом спросил Боу, когда все принялись за еду. Адора положила на тарелку огромную порцию желе и пожала плечами. Катра ловко пряталась за усмешками и полуулыбками, и разгадать её казалось непосильной задачей даже для Адоры. Заглядывая в хитрые глаза, девушка начинала сомневаться, действительно ли она знала бывшую подругу, или та лишь хорошо притворялась. Глиммер, подслушавшая их разговор, нахмурилась: — Она наша гостья, Боу! Катра помогла мне сбежать от Хорд Прайма. Если бы не она, мы бы не победили. Адора вздохнула. Она нехотя размяла желе в тарелке, делая его похожим на бесформенную кашицу. В воздухе застыла невысказанная боль утраты. Никто в зале не знал, как жить дальше. Каждое королевство потеряло бойцов и продолжать прежнюю политику стало невозможным. — Дамы и господа, минуточку внимания, — начала спасённая королева Анжела, сидевшая во главе стола. Она подняла бокал. — Последние недели были сложными для всех нас. Мы многое потеряли в этой войне, но Эфирия выстояла против врага. Наши земли больше не оккупирует Орда, но это не значит, что Восстанию суждено кануть в небытие. Мы нужны друг другу как никогда, чтобы устранить последствия войны. Я предлагаю принцессам обсудить это после завтрака. Все за столом помрачнели. Мермиста сжала бокал в руке, и Адора испугалась, что он разобьётся. Фроста, смеявшаяся несколько секунд назад, сжала губы в тонкую линию. Глиммер нахмурилась и отложила приборы, сжав ткань штанов под столом. Боу погладил её по плечу, пытаясь успокоить, но девушка лишь опустила голову. — Да, нам это нужно, — подала голос Парфюма. Все кивнули, разом погрузившись в собственные мысли. На плечах каждой лежала ответственность за своё королевство. Адора почувствовала, как сердце сделало кульбит и противно сжалось в груди. Она не могла помочь друзьям, и от осознания этого к горлу подступала тошнота. Девушка незаметно ускользнула из зала. На вопросительный взгляд Боу она произнесла одними губами: «Прости». Адора поднялась в свою комнату, хватаясь за сердце. Оно ныло в несколько раз сильнее, чем раньше, заставляя скрючиваться на кровати и открывать рот в немом крике. Мысли метались от Восстания к огорчённым друзьям, сломанному мечу и Катре. Адора открыла окно, садясь на подоконник. Птицы кружили над головой, напевая о радостях жизни. Девушка вцепилась руками в волосы, пытаясь привести мысли в порядок. — Хэй, принцесса, — раздался голос откуда-то сверху. — Ты какая-то грустная. Катра висела вниз головой, сладко мурлыча себе под нос. Адора встрепенулась и поддалась назад, испуганно потянувшись к оружию. Маленький клинок, лежавший на комоде, вмиг очутился в её руке. Девушка заняла боевую стойку, отчаянно надеясь, что ей не придётся атаковать. — Воу, полегче, я с миром, — сказала Катра, легко запрыгивая в комнату Адоры. Её тело грациозно выпрямилось, а на губах расцвела улыбка. Девушка подняла руки, выдавая свою безоружность. — Видишь? — Что тебе нужно? — Может, поговорить, — протянула девушка, подходя ближе. Адора сглотнула вязкую слюну. Разноцветные глаза были непозволительно близко, вызывая внутри непреодолимый жар. Сердце учащённо застучало в груди, а дыхание сбилось. Девушка была уверена, что ненависть должна ощущаться не так, но тяжесть, сковавшая сердце, отдалённо напоминала о сражениях и вкусе крови на губах. — О чём? — спросила Адора с напускным равнодушием. Она опустила кинжал, убирая его за пояс. От Катры не укрылось, как вздрогнула девушка, когда между ними осталось несколько сантиметров. Чужое дыхание щекотало щёки, обдавая мятной зубной пастой. — Да ладно. Я знала, что ты немножко тупенькая, но не настолько, — фыркнула Катра, закатывая глаза. — Ты буквально ненавидишь меня. Все это видят. Даже этот Боу не шугается меня так, как ты. В глазах Катры промелькнуло отчаяние, ловко замаскированное под недовольство. Острые когти впились в мягкую кожу ладоней, но Адора не заметила этого, погрузившись в свои мысли. Девушки наблюдали друг за другом, заглядывая в знакомые с детства глаза. Их тела были рядом, но ни одна не собиралась атаковать. За месяцы, прошедшие в боях друг с другом, это ощущалось странно, но вместе с этим правильно. — Ты хотела убить меня и тех, кто мне дорог, — процедила Адора сквозь зубы. Хвост Катры недовольно дёрнулся, задевая девушку. Адора опустила голову, не желая смотреть в манящие глаза. Захлестнувшая её буря эмоций была непривычна. Сердце ёкало, посылая сигналы в живот, где поселилась приятная щекотка. Голова разрывалась от странных мыслей, а воздуха стало отчаянно не хватать, будто лёгкие вмиг стали размером с пуговицу. Катра хмыкнула, взяла Адору за подбородок и приподняла её лицо. Она впилась взглядом в голубые глаза, словно знала, что творилось внутри принцессы. Солнце осветило их фигуры, делая их похожими на призраков. Ветер ворвался в комнату и растрепал волосы, но они не прекращали смотреть друг на друга. Катра скривила губы и отошла назад. Адора приоткрыла рот, но слова застряли в горле, и девушка лишь наблюдала, как гостья запрыгнула на подоконник. — Я никогда не сделала бы это. Ты не знаешь меня, — презрительно бросила Катра на прощание, спрыгивая вниз. Как только стройная фигура скрылась, Адора бросилась к окну, но никого не увидела. Девушка вздохнула и обняла себя за плечи, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. Она не знала, что за чувство сковывало рёбра, каждый раз, когда их глаза пересекались. Губы Катры казались мягкими, и Адора хотела попробовать их на вкус, раствориться в родном запахе хозяйственного мыла и гари. Рука непроизвольно коснулась шрама на челюсти, оставленной когтями в разгаре битвы, и всё внутри сжалось. Тогда они дрались не на жизнь, а на смерть. В комнате стало невыносимо жарко. Все разошлись по своим покоям, пытаясь спрятаться от полуденного зноя. Птицы за окном замолкли. Солнце осветило всю комнату, нагревая пол. Оставаться в помещении стало пыткой. Деревья Шепчущего Леса взмахнули могучими ветвями, заманивая Адору в прохладные объятья. Девушка вышла на улицу, захватив с собой только кинжал. Тело не слушалось, и колени мелко дрожали. Катра заняла все мысли девушки. Адора чувствовала себя беззащитной. Впервые в жизни она не могла справиться с чувствами, накатившими на неё словно цунами. Обычно все проблемы решала Ши-ра, но теперь девушке оставалось рассчитывать только на себя.

***

Катра ненавидела Яркую Луну. Ослепительные краски били в глаза, гостившие в замке принцессы радостно смеялись, а люди вокруг были до тошноты добрыми. Глиммер, которую девушка спасла из заточения, провела экскурсию по родному дому. Увидев начищенные до блеска полы и зеркала, чистые ванны и сладко пахнущее мыло, Катра кое-как сдержала отвращение. В Орде может и были потрескавшиеся потолки и колючие одеяла, но это было лучше, чем кровать приторного фиолетового цвета и воздушные перины. Хмурая Адора, её ненавидящий взгляд и чёртов шрам ярко вспыхнули в голове Катры. Девушка поёжилась, закрывая дверь в свою комнату. Не нужно было принимать предложение Глиммер. Уж лучше бы она скиталась по всей Эфирии, чем каждый день терпела недоверчивые взгляды принцесс и разговоры за спиной. Катра закричала, вцепившись когтями в отросшие волосы. Она прикусила губу до крови, пытаясь заглушить ураган боли, затаившийся внутри. Девушка не хотела признавать, как скучала по улыбке Адоры, их дружбе и сну в одной кровати. Катра не могла принять поражения в битве за своё сердце. Девушка разворошила всю комнату, пытаясь найти хоть одну вещь, которая принадлежала бы ей. Но всё, что нашлось в шкафу, было принесено по просьбе Глиммер. Озноб прошиб тело девушки. Она не могла оставаться в стенах замка. В голове возник образ улыбающейся Адоры, и из горла вырвался очередной вскрик. Глупое сердце не подозревало, какой болезненной может быть любовь. Живот скрутило, и Катра была готова вырвать все внутренности, лишь бы не чувствовать разрывающую изнутри щекотку. Она разъедала сердце, будто серная кислота, не давая вздохнуть полной грудью. Катра выскочила из комнаты и громко хлопнула дверью. Всё внутри горело. Она хотела прижаться к Адоре, сжать её в объятьях как раньше и никогда больше не отпускать. За завтраком Катре пришлось впиться когтями в бедро, лишь бы не накинуться на девушку и не закричать о своих чувствах прямо в глаза. Принцессы так и не закончили собрание. Шедоу Вивер наверняка возилась в саду, а Адора пошла на тренировку. Катра помедлила секунду, внимательно оглядев комнату. Она схватила рюкзак, положив в него припрятанные с завтрака свежие овощи и булочки. За кроватью был тайник, откуда девушка выудила кнут и электрошокер. Катра незаметно выскочила из замка. Стражи не обратили на неё внимания и, выйдя за пределы Яркой Луны, она помчалась в лес. Внутри разгорелось неистовое пламя, причинявшее невыносимую боль. С уходом Катры Адора могла бы вздохнуть спокойно. Это казалось лучшим решением, но сердце всё равно предательски сжималось в груди. Девушка остановилась и присела под деревом. Могучие ветви закрыли её от всего остального мира. Трава мягко щекотала оголённые щиколотки. Катра вздохнула, но горечь, захлестнувшая всё её существо, не ушла. Тогда девушка вскочила на ноги. Дерево качнулось, и она накинулась на него. Злость на себя, на Адору, на принцесс не давала Катре вздохнуть. Из глаз брызнули слёзы, скатывающиеся по щекам. На дереве осталось множество царапин, тёмно-коричневая кора стала казаться безжизненной. Катра вздохнула. Ей стало легче, но сердце в груди продолжало ощущаться будто неподъёмный камень, застрявший внутри. Девушка фыркнула и оставила израненное дерево. Она двинулась вглубь леса. Катра не надеялась найти людей в лесу, но за зеленеющими кронами клубился дым. Она тихо подошла ближе, не издавая лишних звуков. Девушка почти не дышала, приблизившись к деревянному домику. На крыльце танцевала старушка с метлой. Растрёпанные волосы обрамляли покрытое морщинами лицо, а толстые стёкла очков делали её глаза огромными. Катра спряталась за деревом, надеясь, что её не обнаружат. Удары сердца гулко отдавались в груди, и девушка захотела слиться с витиеватыми сучками. — А, это ты, дорогая! — закричала старушка, вмиг оказавшись рядом. Катра испуганно вскрикнула и отпрыгнула в сторону. — Мадам Разз приготовила пирог. Где там Мара? Мы должны отпраздновать! — Какая Мара? Что отпраздновать? — спросила Катра, незаметно вцепляясь в электрошокер. Мадам Разз на секунду нахмурилась и почесала затылок. Бабочки, летающие вокруг неё, ускорились. — Вашу свадьбу конечно! Или этого ещё не было? Ох, Катра, дорогая, пойдём домой, напоим тебя чаем и покормим. Заодно всё расскажешь. За пирогами Мадам Разз время пролетает незаметно! Старушка направилась в дом, жестом приглашая девушку последовать за собой. Катра, ведомая любопытством, зашла в дом и принюхалась. Запахи трав, специй и затхлого дерева щекотали ноздри. Повсюду стояли банки с разным содержимым. Катра убрала электрошокер в потаённый карман и села за стол. Старушка разливала травяной чай по старым кружкам. Черничный пирог оказался на тарелке, а через секунду перед девушкой появились приборы. — Кто вы такая? — спросила Катра. Она попыталась скрыть любопытство, которое сквозило в голосе. Женщина откуда-то знала её имя, и это казалось странным. Катре хотелось знать больше. — Я — Мадам Разз, — улыбнулась старушка, присаживаясь рядом. Её ноги свободно болтались навесу, а руки кое-как дотянулись до стола, чтобы схватить чашку. — Неужели мы ещё не встречались, дорогая? Катра помотала головой и отпила дымящийся напиток. В доме Мадам Разз было уютно. Солнце, клонящееся к закату, заглядывало в столовую, кое-как проскальзывая через немытые окна. Катре захотелось остаться в деревянном доме посреди Шепчущего леса, прилечь на мягкий коврик перед дверью и погрузиться в сладостный сон. — Как там Мара? — спросила Мадам Разз, громко хлюпая чаем. — Кто это? — Катра откусила кусочек пирога. Её глаза загорелись, и девушка накинулась на пирог, сметая его подчистую. Мадам Разз рассмеялась. — Как кто? Ши-ра конечно! Или вы пока не знакомы? — Вы имеете ввиду Адору? — нахмурилась Катра. — Блондинку с голубыми глазами? Ещё с таким глупым хвостиком? — Да, это точно Мара! — улыбнулась Мадам Разз. Она подлила ещё чая в кружку, и Катра жадно его отпила. — У вас что-то случилось, дорогая? Девушка захотела резко ответить, но шестое чувство подсказывало, что старушке можно верить. На её губах застыла нежная, почти материнская улыбка. Катра не помнила, чтобы кто-то смотрел на неё так. Ни в Орде, ни среди принцесс девушка не чувствовала, что её готовы выслушать, что кому-то не плевать на её чувства. — Я не знаю, что делать, — сдалась Катра. Как только слова сорвались с губ, девушке стало легче, будто груз, который она несла, стал постепенно исчезать, оставляя после себя только ноющие мышцы. — Адора никогда не сможет понять и принять меня. Её друзья ненавидят меня и она, видимо тоже. Но это не честно, потому что… Катра запнулась, снова заглядывая в глаза Мадам Разз. Старушка кивнула, и слова, словно по велению магии, тут же слетели с языка: -…я люблю её. Всё внутри сжалось, чтобы через секунду расслабиться. Катра схватилась за сердце. Её глаза округлились, и девушка недоуменно посмотрела на Мадам Разз. Катра впервые за долгое время почувствовала лёгкость во всём теле. Тяготившие её мысли пропали, будто внезапно растаявший снег в середине весны. Лишь приятная щекотка поселилась в животе. — О, дорогая, так чего ты ждешь? — спросила Мадам Разз, вставая. Катра последовала её примеру. — Поговори с ней! Иди-иди, на Мадам Разз ещё уборка! Удачи, дорогая. Катра кивнула, слабо улыбнувшись. Она бросилась к выходу, кинув короткое прощание. Несмотря на слова старушки, внутри сидели сомнения. Адора ненавидела её так сильно, что сжимала зубы, думая, что этого никто не видит. Катра вышла на поляну. Она оглянулась, но домик уже пропал. По телу прошлась стайка мурашек. Катра принюхалась, надеясь уловить аромат травяного чая, но ноздри щекотал только запах смолы и хвои. Девушка усмехнулась про себя. Она совсем недавно перестала верить в сказки о магии, скрывающейся в каждом закоулке Шепчущего леса. Катра поплелась к исцарапанному дереву. Её следы всё ещё виднелись на земле. Девушка могла бы вернуться по ним в замок, остаться там назло всем, поговорить с Адорой и обрести зыбкое счастье. Но вспоминая лица принцесс, смеряющих её недоверчивым взглядом, Катре хотелось убежать по таинственной тропинке в глубь неизвестной лесной чащи. Девушка зло зашипела. Она пнула увесистый камень и обняла себя руками. По телу прокатилась волна раскаяния. Катра хотела вырвать себе сердце, вспоминая свои поступки, драки с принцессами и предательства. Она стояла посреди леса совсем одна, без крыши над головой и друзей. Катра поддалась неведомому порыву и громко рассмеялась, распугав птиц в округе. Лёгкие девушки распирало от нехватки воздуха, тело дрожало. Она согнулась от боли в животе, но не могла остановиться. Во всём была виновата только её глупость, её жажда власти, её эгоизм, её собственничество. И Катра ненавидела себя за это. Но шанса исправить это у неё не было. — Катра! Катра, подожди! Где ты? — раздался голос между деревьев. Катру сковал страх. Она не могла узнать Адору. Девушка в последний раз мотнула взгляд в сторону неизвестной дороги, прежде чем из её лёгких вырвался возглас. — Адора! — Катра не знала, пожалеет ли она об этом или нет, но сердце одобрительно ёкнуло в груди. На встречу выбежала Ши-ра. Её волосы развевались за спиной. Голубые глаза сияли на бледном лице, словно сапфиры в обрамлении белого золота. Катра была готова влюбиться ещё раз. — Я так перепугалась, — сказала Адора, перевоплотившись. Она обняла Катру, будто они снова были ничего не понимающими детьми. Но через секунду девушки отстранились друг от друга и неловко улыбнулись. — Мне нужно поговорить с тобой. — Да, нам стоит обсудить некоторые вещи, — усмехнулась Катра. — Ты первая. Адора глубоко вздохнула. На секунду её лицо накрыла пелена сомнения, но девушка прикрыла глаза и собралась с мыслями. Она начала медленно, будто подступаясь: — Катра, я ошиблась. Ты сделала очень многое для победы над Хорд Праймом, и я ценю это. Прости, что сомневалась в тебе. Прошлое сложно забыть, но сейчас… Ты изменилась. И я тоже. Может, мы могли бы вновь стать друзьями или даже… Адора запнулась. Её лицо покрылось еле заметным румянцем, и Катра захотела поцеловать порозовевшие щёки, провести ладонью по светлым волосам, вглядываясь в синеву перед собой. Но она одёрнула себя и попыталась собраться с мыслями. — Мне нужно сказать тебе кое-что, — выпалила Катра и до крови прикусила щёку. Лес затих, будто прислушиваясь к их разговору. Где-то вдали щебетала одинокая птица. Девушка взяла ладони Адоры в свои, пытаясь передать ей свои чувства. — Я люблю тебя. Внутри Катры всё сжалось. К глазам подступили слёзы то ли облегчения, то ли страха. Пальцы девушки задрожали. Всё тело содрогнулось, словно пожелтевший кленовый лист в конце октября, готовый сорваться с дерева. — Ты ненавидишь меня, но так будет честно, — сказала Катра. Она бесстрашно посмотрела в глаза Адоры и отпустила её руки. Девушка была готова сорваться и убежать в лес, где её не нашли бы ни принцессы, ни Мадам Разз, ни прошлое, тяжёлым грузом лёгшее на плечи. — Катра, — начала Адора, но не договорила. Она схватила Катру за запястье и притянула девушку к себе. Она заглянула в разноцветные глаза на секунду, словно спрашивая разрешение, и отчаянно прильнула к пухлым губам. Катра не понимала, что происходит. Сердце грозилось выпрыгнуть из груди и ускакать вглубь леса вместо хозяйки. Щекотка, обитавшая в животе, теперь заполонила всё тело. Адора не спешила, лишь посасывала губу девушки. Катра фыркнула про себя, и утянула возлюбленную в глубокий поцелуй. Она неторопливо сплела их языки, исследуя чужой рот. Руки Адоры переместились на талию Катры и притянули её к себе, не оставляя между ними и сантиметра. Они оторвались друг от друга. Девушки заглянули друг другу в глаза и улыбнулись. Адора прижимала к себе Катру, будто боясь, что та убежит. — Не думала, что скажу это так, но я тоже люблю тебя, Катра. От этих слов за спиной у обеих будто выросли крылья. Адора ласково смотрела на Катру, нежно заправив непослушный локон за ухо. Девушки обнялись, и прошлые обиды растворились в лесном сумраке, оставив место лишь светлым чувствам, трепыхавшимся внутри. Адора поймала себя на мысли, что она счастлива. Ни один меч, ни одна победа не могли сравнится с обволакивающим теплом прижимающейся к ней Катры. — Пойдём домой, — прошептала Адора, утыкаясь в тёмную макушку. — Ты дрожишь. Они взялись за руки. Услышав слово «дом», сердце Катры замерло. Она удивлённо выдохнула и посмотрела на Адору, но та лишь лучезарно улыбалась. — Я немного замёрзла, — пробормотала Катра, опустив голову. На её плечи тут же была наброшена тёплая красная куртка. Девушки смущённо стояли несколько секунд, и Адора неловко поцеловала Катру в щёку. Лица обеих покраснели, став цвета июльского заката. Катра сделала первый шаг в сторону Яркой Луны. Адора последовала за ней, переплетая их пальцы. Они возвращались домой.