Защити меня

Раздался взрыв, оглушающая тишина, а за ней ужасный звон в ушах. Хонджун пытается открыть глаза, но кто-то укрывает его своим телом, Джун не может встать. Проходят секунды, но все вокруг словно в замедленном действии, Хонджун наконец может открыть глаза, но силуэт перед ним исчезает. Тело пробивает ужасная боль, Ким пытается закричать, но он не слышит даже себя. Вновь появляется чья-то фигура, она что-то говорит... Нет, показывает: «St-1117» Темнота. Хонджун теряется в этой оглушающей пустоте, он не видит и не слышит, страх окутывает парня с головой. До костей пронизывающий страх. Очередная вспышка белого света, вокруг тихо, но иначе, он слышит мелкий шорох и точечный звук какого-то аппарата. Хонджун вскакивает, но его тело сковывают какие-то трубки, все начинает звенеть, Ким через боль открывает глаза. – Хонджун-хён! – какой-то парень подлетает к нему, с силой укладывая обратно на койку. – Спокойно, все хорошо, ты дома, все хорошо, – без умолку твердит парень, пока не вбегает медперсонал и не вкалывают ему успокоительное. Хонджун начинает приходить в себя лишь через час, все это время тот парень был рядом и, кажется, держал Кима за руку. Без слов Хонджун постарался приподняться, чтобы осмотреться. Очевидно это была палата, он в больничном крыле, кажется, на Кастельме. Кастельм – огромная космическая станция, с населением более нескольких миллионов человек и гуманоидов. Будучи самой большой в своем роде она стала центром связи разных рас и космических империй. Перед глазами Хонджуна пронёсся главный штаб, его служба в войсках, но дальше пустота, словно ничего и не было. Ким остановился взглядом на форме, что лежала рядом. Это был защитный костюм, последней модели, но он был просто в ужасном состоянии, было сложно понять даже его первоначальный цвет. Парень остановился взглядом на небольшой сохранившейся надписи «Капитан Ким Хонджун». Ровно сквозь его имя был чёрный след, довольно вытянутый, так же как и соседние чёрные следы, они были похожи на руку, точнее пальцы. – Хонджун-хён, – послышался голос "незнакомца". – Ты меня слышишь? – он обеспокоенно смотрел на Хонджуна, в его глазах отчётливо виднелись слезы. Ким кивнул, но говорить, словно, боялся, он не понимал, кто рядом с ним, он совсем не ведёт себя, как медработник, значит он знакомый, но почему Хонджун его не знает, или не помнит? – Хонджун-хён, – вновь повторяет парень. – Я Уён, Чон Уён, помнишь? – из глаз парня потекли первые слезы, но Хонджун отрицательно покачал головой. – Что случилось? – Ким отчаянно пытался вспомнить хоть кого-то из своей прошлой жизни, но в голове лишь лица его начальников и парней, что с ним служили, когда он был рядовым солдатом. – Ты совсем ничего не помнишь? – Уён обессиленно склонил голову, кажется, начиная бесшумно заливаться слезами, но Хонджун ничем не мог ему помочь. Уён смог взять себя в руки и все рассказать только спустя целый день. Врачи предупреждали Уёна, что Хонджун мог частично потерять память, но чтобы забыть собственную команду... Уён был совершенно к этому не готов, он целый месяц провел у его койки в надежде, что тот расскажет хоть что-то, но в итоге они стали практически чужими друг другу. Чон рассказал, что он единственный, кто спасся с корабля в тот день. Он корил себя за это, ведь мог спасти и других. Уёна спас их механик, что затолкнул его в спасательную капсулу. Места бы хватило, если бы Уён чуть-чуть подождал, если бы ослушался того парня и не отправился сразу за помощью. Уён ненавидел себя за эти "если бы", но прошлое не вернуть и он пытался жить дальше. Через пару дней, как Хонджуну разрешили самостоятельно передвигаться по штабу в Кастельме, Уён отвёл своего капитана в музей, где всей команде отвели отдельный стенд. Чон не смог рассказать о них самостоятельно, он во всем винил себя и не мог с этим справиться. «Личная запись Ким Хонджуна номер... 1? Я очнулся словно в другом мире, меня пытаются адаптировать к новой жизни, но я и старую то не помню. Мне очень жаль этого парня, Уёна. Вероятно мы с ним многое пережили, но я действительно ничего не помню. Я был в музее, там есть записи о моей бывшей команде, я хочу вновь туда сходить и перенести некоторые записи сюда. «Их называли Хранителями Млечного Пути. Команда из шести воинов, защищавших спокойствие в нашей галактике.» Звучит просто ужасно, наверное, я бы исправил формулировку, если бы помнил их... Точнее мне так сказал Уён. «Кан Ёсан. Снайпер, в прошлом разведчик, был признан лучшим в своём отряде и отправлен на службу к капитану Ким Хонджуну. Из воспоминаний: "Он иногда казался холодным, но команда значила для него всё, как и для всех нас" Статус: без вести пропавший» «Чхве Сан. Пилот, принимавший участие в лётных испытаниях легендарного корабля "Иллюжен". Из воспоминаний: "Капитан всегда говорил, что Сан мог бы стать лучшим пилотом в галактике, но он выбрал участь связаться с ним. Сан никогда не жалел о своем выборе" Статус: без вести пропавший» «Чон Юнхо. Руководил созданием "Иллюжен", после был зачислен на корабль, как механик. Из воспоминаний: "Да, он был прекрасным механиком, но для команды он был еще и медиком. Юнхо постоянно доказывал, что к машинам, как и к людям, нужен индивидуальный подход" Статус: Без вести пропавший» «Пак Сонхва. Друг детства и напарник капитана Ким Хонджуна. Они вместе прибыли на Кастельм будучи подростками. Из воспоминаний: "Он был для нас старшим братом, тем, к кому можно было обратиться по любому поводу. Он был словно другой" Статус: без вести пропавший» Что-то не так, такие чёрные волосы и грубый, серьёзный взгляд. Сонхва, я совсем тебя не помню, но эта фотография в музее не даёт мне покоя. Словно ты должен выглядеть иначе, но я не помню как... «Чон Уён. Один из выживших в той катастрофе. В команде занимал место ученого ботаника, но так же, как и остальные, проходил военную службу. Статус: Жив» «Ким Хонджун. Капитан и лидер команды. Был удостоен множества наград, но никогда не прекращал бороться за свой дом, Млечный Путь. Служил в войсках главного штаба, получил звание офицера, после операции по освобождению Глизе 667. Был удостоен звания капитана, после уничтожения вражеских кораблей вблизи звёздной системы Лейтен. Статус: Жив» Жив... Если так можно сказать, от прошлого меня даже собственных воспоминаний не осталось. Конец записи» Прошло уже несколько недель и Хонджун смог полностью реабилитироваться. Он говорил со множеством человек, некоторых даже вспомнил, но о команде ничего. Джун чувствовал себя виноватым перед Уёном и всем командованием, поэтому отказался от предложения продолжить службу в главном штабе. Ему нужно было время придти в себя, привыкнуть к тому, что с ним произошло. В конечном итоге ему предложили отправиться на военный аванпост на планету ближе к границе. Рэньо была скалистой, пустынной планетой за которую раньше часто велись бои, но сейчас она принадлежит людям. Туда летали челноки с провиантом, на одном из которых Хонджун и отправился в путь. Ким настоял, чтобы сесть в кресло второго пилота, он обещал ничего не трогать. За время на Кастельме он уже успел отвыкнуть от ощущений на космических аппаратах, пусть это и был обычный челнок. Чхве Чонхо был первым пилотом челнока, в котором летел Хонджун. Они успели познакомиться, но за первые несколько часов полета не проронили ни слова. – Капитан... – начал было Чонхо, но его тут же перебивают. – Просто Хонджун, – кивает Ким, смотря в глубокую даль космоса. – Я солдат, капитан, и вынужден называть вас по званию, – строго говорит Чонхо, но Хонджун лишь лениво потягивается – Прежнего капитана уже нет, я так, довесок, – слишком грустно усмехается Ким. – Поэтому просто Хонджун, это приказ. – Хорошо, – чуть запинается Чонхо, поставив челнок на автопилот. – Почему вы решили отправиться сюда? – Не знаю, – Хонджун все еще не поворачивал голову. – Хочу начать жить заново, а на аванпосте от меня хоть толк будет. Внезапно приборы начали бить тревогу и челнок автоматически перешёл на ручное управление. – Что происходит? – всполошился Хонджун, глядя по сторонам. Чонхо со всей силы ударил по радару и тот наконец начал показывать объекты со всех сторон. – Твою... – Хонджун поднимает голову наверх. Прямо в них с огромной скоростью летело целое скопление астероидов. – Прокатимся, – Чонхо схватился за штурвал, резко опуская его вниз, начиная выруливать между астероидами. Послышался грохот из грузового отсека, кажется, тросы лопнули и все коробки с провиантом разлетелись во все стороны. – Тебе помочь? – Хонджун крепко держится за ручки кресла; он сам был неплохим пилотом, но без разрешения лезть не станет. – Ради всего...! – Чонхо запинается, он выглядит очень серьёзным. – Просто держитесь крепче, – приказным тоном говорит Чхве, пока по его виску скатывается капля пота. Пилот резко отклоняет челнок, но в него все равно врезается небольшой астероид, сильно закручивая корабль. Хонджун теряет ориентир, делая глубокий, шумный вдох. Грохот из отсека не прекращался, но он встал на второй план, сейчас главное остановить челнок. Чонхо выжимает скорость на полную, действуя очень неразумно, но, положившись на удачу, им удается выскочить из поля. – Ты с ума сошёл! – завопил Хонджун, вжимаясь в кресло, кажется, от этого он визуально уменьшился в несколько раз. Чонхо игнорирует эмоциональный всплеск капитана и сразу проверяет камеры в грузовом отсеке, а далее вызывает центр. – Четвёртый челнок запрашивает Палладиум, – Чонхо говорит это почти спокойно, если бы не вспотевшее лицо, Хонджун бы никогда не подумал, что что-то случилось. – Палладиум слушает, четвёртый. – Почините грёбаные радары, я их вам, знаете куда засуну, – Чонхо сбрасывает, ударом кулака по прибору. – Извините, они чуть нас не убили. – Мы живы, все хорошо, – приходит в себя Хонджун, когда они вновь выходят на курс. – Чонхо, да? – Да, ка... – вновь запинается парень, но вовремя останавливается. – Где ты так научился летать? На обычную летную академию не похоже, – теперь Ким смотрел на Чонхо совершенно иначе, этот человек был полон безрассудства и отваги, что так ценил сам Хонджун. – Я с семи лет за штурвалом, – Чонхо наконец отходит от шока и говорит с присущим ему выпячиванием губ на гласных буквах. – Мечтал стать частью спец отряда, как ваш, но судьба распорядилась иначе, – Чонхо цыкнул, но в глубине души он никогда в себя настолько не верил и смирился с его нынешней работой. Вскоре они приземлились на Палладиум и Чонхо был вынужден покинуть капитана, чтобы разобраться с грузом. Самого Хонджуна здесь уже ждали, его быстро ввели в курс дела, выделили отдельную комнату и дали под командование несколько человек. Рэньо – неприветливая планета с ужасной атмосферой, но гравитация была в норме. Воздух был разряжен, от чего без костюма выходить было нельзя, в довесок вечные песчаные бури делали эту планету худшим вариантом для "отдыха". Первые несколько дней Хонджун не мог уснуть, то ли от нескончаемой песчаной бури, то ли того, что более полугода не сходил на поверхность планеты. Он часто звонил по ночам Уёну, заставая его за совершенно разными делами. На Кастельме жили по привычной системе двадцати четырех часов в сутки, а на аванпосте сутки длились почти тридцать часов, из-за чего обычный счёт времени терял какой-либо смысл. С каждым днем Хонджун привыкал к этому месту все больше. Работал с бумагами, расчётами, даже помогал обычным солдатам наравне с ними. Всё становилось на круги своя, жизнь, хоть и была однообразной, получила свой смысл Пока... «Личная запись Ким Хонджуна номер 13. Меня одолевает один и тот же сон, я не понимаю с чем он связан. Я рассказал об этом Уёну, он сказал, что в прошлом меня иногда преследовали сны, но как я от них избавлялся, никому не рассказывал. В моем стиле. Во сне я блуждаю по бескрайнему космосу, рассматривая туманности и прочие потрясающие явления вселенной. Вдруг кто-то начинает напевать мелодию, голосом до боли знакомым, но чей он, я не могу понять. Я открываю рот, словно знаю слова, но просыпаюсь. Каждый раз. На утро я уже не могу вспомнить мелодию, моя голова раскалывается от попыток ее вспомнить. Сегодня бесшумная, прекрасная ночь, может мой сон станет чётче? Конец записи» Хонджун убирает планшет и укрывается одеялом, чтобы поскорей провалиться в сон. Этот голос из сна словно манил его, Ким не мог ему сопротивляться. Парень в мгновение засыпает, проваливаясь в излюбленную красоту вселенной. Хонджун распахивает глаза, начиная улыбаться, как ребёнок. Да, он вновь парит в открытом космосе, было ощущение, словно он мог руками двигать целые скопления звёзд, это так завораживало Хонджуна. Послышался голос, тот самый, как и всегда, но на этот раз Хонджун стал нервно крутиться, ища его источник. Ким парил в пустоте, пока перед его лицом не оказался Он. Без сомнений это был Пак Сонхва, но не такой как на голограммах в музее. У него были светлые волосы и невероятно добрые глаза. Сонхва протянул Хонджуну руку, но Джун не смог и пошевелиться, его словно сковало цепями – Я больше не боюсь, ведь ты тоже в темноте, – шепчет Сонхва, успокаивающе улыбнувшись, начиная исчезать. – Подожди! Сонхва, постой! Я не понимаю, я не помню! – Хонджун машет руками, но силуэт все быстрее исчезает. Хонджун с криком просыпается на рассвете, стоило лучам белой звезды коснуться лица парня. – Аврора!