Турианские пословицы не ошибаются

— "Лола", значит? — Что? А, ты об этом. Джеймс всем даёт прозвища. Говорит, так лучше запоминает. — И тебя, значит, он зовёт "Лола"? В голосе Гарруса ей почудилось недовольство. — Ну да. А в чём дело? — Ты вышестоящий офицер. Разве он не должен обращаться к тебе "коммандер" и "есть, мэм"? Они вошли в подъехавший лифт. — Да брось, ненужная субординация. Ты же знаешь, я этого не люблю. Ты и сам давно зовёшь меня по фамилии, а не по уставу. — Да, но… — турианец запнулся, и в его смущении Шепард вдруг разгадала причину их разговора. — Гаррус! Ты что, ревнуешь? — Вовсе нет, — ответил он. Слишком поспешно, чтобы она поверила. Двери лифта открылись на жилой палубе. До главной батареи они дошли в молчании. — Так значит, ты ревнуешь меня к Джеймсу? — продолжила она, едва они остались наедине. Гаррус отвернулся к терминалу и сосредоточился на данных. Когда Шепард подумала, что он вообще забыл о её присутствии, и собралась повторить вопрос, он вдруг заговорил, продолжая пялиться в экран. — Мы не виделись полгода. Даже не переписывались. Я ничем не мог тебе помочь, а он всё это время был рядом… Я не знаю… — Так я, по-твоему, бросаюсь на кого-то просто потому, что он рядом? Маневр удался — Гаррус посмотрел на неё. — Я не это имел ввиду! — Я знаю. Гаррус, — она сжала его плечо, — мы не виделись всего полгода. Если твои чувства не изменились, почему должны были измениться мои? Чёрт, однажды я два года была мертва, и даже это ничего не изменило! По удивлению в его взгляде она поняла, что ляпнула что-то не то. — Ты хочешь сказать, что, ещё когда мы гонялись за Сареном, ты?.. — Попалась. Мандибулы турианца разошлись в довольной ухмылке. — Чёрт, а я-то думал, тебя привлекли мои шрамы. Шепард не смогла сдержать ответную улыбку. — Нет, это был твой голос. И твоя невыносимая манера постоянно спорить со мной. — О! Так мне надо почаще с тобой спорить? — Только посмей. — Это значит "да"? — Это значит "всё-то ты понимаешь, проклятый турианец". Она поднялась на носочки и прижалась губами к его губам. Гаррус обнял её за талию и они целовались, пока она не устала стоять на цыпочках. — Коммандер Шепард? — "Коммандер"? — Я, так и быть, в виде огромного одолжения, не против панибратства со стороны лейтенанта Вега. — Очень любезно, офицер Вакариан. — Но я этого не одобряю. — Я учту.