Пила

      Тэхёну на миг показалось, что он ослеп. Сквозь ослепительный свет прожекторов он смог разглядеть мужчину средних лет. В той же старой доброй потрепанной куртке, с неотесанной прической, словно только что проснулся, и с блестящим медальоном на шее, говорившем все за себя. Тэхён всегда узнает красный камень из тысячи, что находился в центре диковиной вещицы. Ведь этот медальон принадлежал его старшему брату, и был подарен этому человеку в знак крепкой мужской дружбы. — Тэхён?        Так и не дождавшись ответа, обладатель драгоценного украшения бросился обнимать Тэхёна, сжимая своими жесткими, как сталь, руками. Все тот же мускатный запах исходил от него, и Тэ едва ли мог поверить, что видит его перед собой. И былая мощь также ощущалась в этих нежных и в то же время сильных объятиях. Ким прикрыл глаза, протянул руки вперед и сжал его со всей силы, похлопывая по крепкой спине. Когда же они отстранились друг от друга, Тэ увидел в драконьих глазах напротив неподдельного лидера, каким был он всегда. И только милые ямочки на щеках при улыбке говорили о мягком сердце своего старого и хорошего друга — Ким Намджуна. — Брат… — слезно проговорил Тэхён, едва сдерживаясь на плач. — Поверить не могу, ты жив! Я думал, что больше никогда тебя не увижу, — обрадованно произнес Намджун. Однако в его словах незаметно проскальзывало глубокое сожаление. — Ты что, забыл? Меня не так просто убить, — рассмеялся по-доброму Тэхён. — Президент, вы знаете этих людей? — подбежал к нему один из дежурных, что до этого стоял на посте. — Знаю Тэхёна, — улыбнулся тот доброжелательно, а за тем перевел взгляд на опешившего Чонгука неподалеку, — А этого парнишку вижу впервые.       Как только к Тэхёну подбежал этот незнакомец, Чонгук принял позицию наблюдателя, ощупывая нож через приспущенный свитер. Он молча посмотрел на Тэхёна испуганными и не менее сердитыми глазами, требуя от него немедленных объяснений. Под любопытным драконьим взглядом Тэ широкой рукой притянул к себе младшего, легонько сжимая его хрупкое плечо. — Чонгук, познакомься. Это мой брат и очень ценный друг Намджун. — Прям-таки ценный, — задорно упрекнул его старый друг. — Говорю как есть. — Точно ценный? — спросил Чонгук волнительным голосом у старшего, а затем перевел взгляд на Намджуна в такой же потертой косухе, которую носил и Тэхён. — А то видел я уже одного такого друга, — подросток презрительно сомкнул глаза на добродушном лице с милыми ямочками на щеках. — Нет, Намджуну не страшно доверить свою жизнь, — Тэхён поспешил его успокоить, погладив по спине. Чону это не понравилось, но останавливать старшего не торопился. — А мне вот страшно. С моей-то неуклюжестью, — высказался Намджун.       Старые друзья мило посмеялись. Чонгук по-прежнему не доверял Намджуну, однако что-то особенное было в их общении. Придурковатый Тэхён и грозный на вид Намджун вместе становились такими душевными, будто шестидесятилетние дедушки встретились на веранде домика у озера за светскими беседами. И Чонгук заряжался от них этой теплой энергией. Нельзя сказать, что ему это не нравилось, весьма необычно отставить все насущные проблемы и просто радоваться. В кои-то веки быть благодарным за то, что имеешь. — Вы одни? Нужна кому-то помощь? — поинтересовался Намджун. — Да, там на дороге осталась наша машина. В ней люди, которых мы встретили по пути, — объяснил Тэ, и Намджун полностью понял его. — Хорошо, — Намджун обратился к своим людям и отдал следующий приказ: — Пригнать сюда тачку, людей накормить и выделить жилье. Завтра решим, что будем делать дальше. — Да, Президент! — воскликнули бравые мужички и тут же засуетились, выполняя поручение своего лидера. — Вижу, твоя демократичность сделала тебе карьеру, — подшутил над другом Тэхён. — Я не просил называть меня президентом, они сами, — казалось, что Джун испытывал некий стыд за привязавшееся к нему прозвище. Он был слишком скромен для целого поста президента, пусть и для маленького государства посреди леса. — И все же тебе идет, — Тэхён чувствовал себя расслабленно рядом с Намджуном, а значит, Чонгуку незачем волноваться. Он не раз видел подтверждение тому, что у Кима отлично развита чуйка на людей. Вот только прислушивались к нему немногие. — Чонгук, а какое твое полное имя? — решил поинтересоваться у подростка Намджун. — Чон Чонгук, — ответил смущенно он. Ему было приятно, что человек с драконьими глазами не забыл о нем, так же был добр и внимателен, как и к Тэхёну. — У тебя красивое имя, Чонгук. Очень сильное. Далеко пойдешь, — улыбнулся Намджун подростку, так и располагая к себе. — Да, мне тоже оно нравится, — возгордился Тэхён своим мальчиком.       Как бы Чонгуку не было легко в этой дружеской атмосфере, а чувствовал он себя так же тупо, как и в среде своих родственников. Не хватало еще обсуждений будущей жены для нашего Чонгуки!        Лагерь изнутри представлял одноэтажные деревянные домики, выстроенные достаточно близко друг к другу, образуя маленькие улочки. Свет в домах отсутствовал, только на крышах некоторых домов горели гирлянды желтыми огоньками. На улицах иногда встречались стройматериалы, куча бревен и различного рода инструментов, но этот город жил и процветал. Даже в ночное время можно было встретить абсолютно мирных людей, спокойно идущих по улочкам без всякого оружия. Неужели здесь было настолько безопасно, что даже ночью люди спокойно прогуливались? В небольшом городе, за деревянными стенами? — Нас не так много, как кажется. Просто мне удалось вдохновить людей построить город на этом месте. Люди заинтересованы начать новую жизнь, — говорил Намджун, пока он вел Тэхёна и Чонгука по главной улице. — И вы это все построили за год? — спросил Тэхён, удивляясь деревянным постройкам вокруг. — Не все, — сказал Джун, и они прошли к центру города, где стояли два каменных здания, сильно отличавшихся от других построек. — За этими домами расположен ГЭС. Судя по всему здесь планировался маленький городок, уездный, для работы на станции. А остальные дома мы достроили сами. — А сколько вас человек? — Восемьдесят-девяносто, — приблизительно ответил Намджун. — Мы не устраиваем перекличку, поэтому точно не скажу. — То есть, вы подключились к той ГЭС? — предположил Тэхён. — Да, мы сначала внутри станции и поселились. А потом стали обживать это место. — Выглядит очень круто, правда. Чонгук, как тебе? — Тэ посмотрел на младшего, что в сторонке прогуливался взад-вперед и изучал здешние постройки. Красивые, ничего не скажешь. — Да, крутые, — скромно высказался Чон, поджав губы. — Только торгового центра не хватает. — Ха-ха, а он мне нравится, — посмеялся Намджун, добродушно приобняв подростка за плечи.       Чонгуку стало настолько неловко от сего жеста, что он весь сжался, но по доброму взгляду Тэхёна понял, что переживать незачем. Тэхён доверял Чонгука Намджуну? Настолько они хорошие друзья? Чонгуку уже не терпелось узнать, что между ними было в прошлом, если они даже в такое нелегкое время доверяют друг другу. Намджун напоследок похлопал подростка по спине и снова обратился к Тэхёну: — Вы, наверное, устали. Вам бы не помешало отдохнуть, — озвучил вполне очевидную мысль Намджун, двигаясь в сторону одного из каменных зданий. — Да, мы были бы признательны с Чонгуком, если ты позволишь нам перекантоваться у тебя, — Тэхён взял подруку Чонгука, приобняв его за плечи, и последовал за Намджуном вместе с ним. У Чонгука же смешались все эмоции: и приятно, и тревожно одновременно. Вдруг не так поймут. Вдруг просто не примут. — «Позволишь». Хах! Я настаиваю! — вскрикнул Джун от задорного смеха и задержал руку в воздухе.       Шагая под ночным небом, Чонгук не мог дождаться того момента, когда его голова коснется подушки, а сам он опустится на мягкую постель, о которой так долго мечтал. Сможет полноценно поспать и не переживать о ходячих вокруг зараженных, предаться сну и спать, спать… Чонгуку так льстила мечта о прекрасном сне, что и не заметил кроткого поцелуя Тэхёна. Прямо в висок, тихо за спиной Намджуна и украдкой, чтобы это было только для него одного. Чон взглянул на старшего, но тот уже на него не смотрел, поглощенный разговорами старого друга об их небольшом городке.       Добродушный Тэхён в самом естественном его проявлении — таким Чонгук его знал. Он ведь был таким, каков он есть на самом деле: простой сердцем, добрый, любит дурачиться и цепляется к каждому слову, юмор у него такой. Одним словом, настоящий. Чонгук бы искренне хотел быть таким же, как он. Однако для его юношеского максимализма пора бы уже определиться, кто он есть на самом деле. Каждый подросток задумывается об этом, и Чонгук не исключение.       Намджун провел их в старый мотель, который и являлся одним из каменных зданий в центре городка. Три этажа холодных стен в стиле дикого запада, узкие коридоры со скрипучими половицами и витающая в воздухе приятная безопасность. — У нас не все дома достроены, поэтому поживите пока здесь, — Намджун открыл дверь в самый дальний на этаже номер, пропуская вперед Тэхёна с Чонгуком. — Ничего страшного, что кровать одна на двоих? Есть еще свободный номер на третьем этаже, но там с проводкой проблемы. — Ну… — Тэхён неуверенно потянул резину, остановившись в дверях, рядом с Джуном, но Чонгук, что успел пройти внутрь крохотного номера, поспешил его перебить. — Ничего.       Они оба переглянулись, но так ничего и не сказали. Чонгук продолжал рассматривать номер, уже сидя на кровати. Какой же она была мягкой, что подростка уже клонило в сон от ощущения матраса под телом. — Кстати, на этаже есть душ, так что можете воспользоваться, — Намджун сделал доброжелательное лицо, показав рукой куда-то в коридор. — Да? А где он? — спросил сразу же Тэ. — Вот тут. Справа от вас через номер. — О! Это ко мне! — Чонгук тут же весь собрался и выбежал из комнаты по направлению Намджуна. — Чонгук, ты без всего вот так!.. — Тэхён хотел предложить взять с собой чистое белье, хотя бы полотенце или же спросить мыло на крайний случай, но подросток уже его не слышал, воодушевленный принять полноценный душ в благоприятных условиях.       Намджун только усмехнулся, провожая младшего слегка тоскливым взглядом. Может, он завидовал юным годам этого несмышленного подростка? — Я очень рад, что встретил тебя, брат, — сказал Тэхён с твердой мужской любовью. — Я тоже, брат, — ответил также радушно Намджун, наклонив голову. — Нам столько нужно обсудить… — Оставим все разговоры на завтра. Сейчас отдыхайте. — Спасибо, — Тэхён по-мужски пожал руку старому другу, вливая в рукопожатие всю свою благодарность за его гостеприимство.       Намджун отличался, пожалуй, самым полезным для их времени качеством: он не лез не в свое дело. Пусть они давно знакомы, но Намджун не тупой, чтобы не заметить особенное отношение к этому подростку. С первого взгляда на него появились вопросы о его связях с Тэхёном. Если они познакомились во время апокалипсиса, то вместе максимум год. А за такое время невозможно притереться с Тэхёном, Намджун знает — у самого понадобились годы, чтобы границы сточились о жесткий нрав Тэхёна, пока они нашли общий язык.       Пожелав друг другу спокойной ночи, они разошлись. Тэхён впервые за долгое время почувствовал себя в безопасности. Он стянул с плеч катану, отложил в сторону и дробовик, и только тогда отправился за Чонгуком в душевую. Подступая все ближе к комнате, откуда доносился шум воды, Тэхён не мог унять трепет внутри себя, ведь там совсем один находится Чонгук. Наверняка уже без одежды, подставляет голову под струйки воды и намывает свое безупречное тело, выгибаясь навстречу своим рукам. Разгоряченный, мокрый и, самое важное, абсолютно голый. Тэхён уже и не вспомнит, когда на него находила такая юношеская влюбленность.       Оказавшись уже в душевой, Тэхён видел его, как из собственных фантазий, он стоял под струйками воды за тонкой дверцей и как будто совсем не двигался, ожидая чего-то. Тэхён начал неспешно снимать одежду, оставляя рядом с брошенной поодаль Чонгука, даже избавился от горячо любимой шапки. Комнату заполнил шум воды, одним невозмутимым потоком разбивающейся о каменную плитку в душевой. Спустя столько времени без цивилизации этот звук был весьма приятен для обоих. Он создавал ностальгию. Тэхён плавно открыл шторку, заставив Чонгука повернуться в его сторону. Он знал, что Тэхён придет к нему, но унять возникшее смущение был не в силах. Чонгук жался у стенки, не решаясь встать под струйки воды, словно невидимые границы мешали ему это сделать. Тогда Тэ встал ближе к мальчишке, взял его за плечи и любвеобильным взглядом осмотрел его: он дрожал. — Ты чего тут жмешься? — спросил Тэхён тише самой воды, шумящей в пару сантиметрах от них. — Вода… холодная, — сказал Чонгук нерешительно, еще больше смущаясь.       Тэхёна эта новость даже позабавила, чем обидела. Чонгук оказался самой настоящей неженкой. Он на самом деле такой: маленький в этой крохотной душевой, рядом с очищающей, но такой холодной водой. И пусть его коленки дрожат, от холода или же из страха, у Чонгука не перестанут сверкать глаза пламенным желанием жить и бороться.       Взяв Чонгука под талией, Тэхён притянул его к себе и заглянул прямо в глаза. — И поэтому тут стоишь и дрожишь? —шептал Тэхён, касаясь невообразимо мягкой кожи подростка. — Прям как трусливый зайчик?       От такого сравнения у Чонгука мурашки пробежались по всему телу, волной возбуждения ударяя в низ живота. Мило, нелепо и как же безоговорочно правдиво! И Чонгуку безумно нравилось быть маленьким пушистым зайчиком в руках бесстрашного мужчины напротив. Если так подумать, что в этом плохого? Довериться мужчине, который не раз доказывал свою надежность, который жертвует на каждодневным уровне ради своего трусливого зайчика? Никто не вправе осуждать такие взаимоотношения.        Время шло, хотелось уже добрести до кровати и отрубиться. Однако принять вместе такой долгожданный душ куда ценнее любого сна. Тэхён взял Чонгука за руку, чтобы подвести ближе к воде. Для него такая температура была более чем освежающей, а не холодной, хотя, если учитывать, что Чонгук зимой мерз и заболевал, то вода действительно могла быть холодной. Тэхён не отпуская чонгуковой руки шагнул под струйки воды, принимая на себя блаженство освежающего душа. — Иди ко мне. Я тебя согрею, —пообещал Тэхён, глядя Чонгуку в глаза, что представлялось крайне сложным.        Чонгук долго не раздумывал. Он дрожал от холода, от капель воды, что через раз падали на его тело. Набрав в груди побольше воздуха, Чонгук лихо примкнул к Тэхёну. Ледяной душ окатил его с головой, как и в первый раз, когда он до прихода Тэ включил воду, и на него обрушился этот ледяной град. Однако сейчас рядом с ним был Тэхён, такой горячий, родной. У Чонгука рот раскрылся широко-широко от резкого перепада температур, дабы игнорировать холод, он начал быстро дышать, словно пробежал пару километров без передышки. И его рваные вздохи забрал Тэхён, заткнув требовательным поцелуем. Он прижимал к себе мальчишку, блуждал руками по его красивому телу, пока языком исследовал теплый ротик. Ким хотел его. Еще когда в коридоре сюда шел и думал об этом. Но он не мог подумать, что желание возьмет над ним верх.        Чонгуку было очень холодно, а поцелуи Тэхёна наоборот разогревали внутри него огонь, целое пламя, способное сжечь все до тла. Постепенно он стал привыкать к ледяной воде, забирая оставшееся тепло у старшего. Напор воды был нейтральным, но не напор Тэхёна. И Чонгук сам не мог устоять перед его пылкими поцелуями, поддаваясь своим инстинктам. Он взглянул в глаза Киму, льнул все ближе к его телу, а рукой заскользил по животу вниз, и когда достал до его возбуждения, обхватил член и начал медленно водить рукой. Тэхёну нравились такие игры. Продолжая целовать вошедшего в кураж подростка, он опустил руки на его бока, опускал и к ягодицам, требовательно сжимая и разводя в стороны, подставляя под холодные струи воды. Поднимал их с к самой груди, играясь со вставшими от холода сосками. — А ты уже разогрелся, да? —усмехнулся Тэхён, массируя мягкий половинки мальчишки. — Я щас нахуй окоченею тут, если так и продолжишь елозить, — зашипел Чонгук больше от усталости, нежели от злости. Чонгук был бы не Чонгуком, если бы не использовал возможность нагрубить в такой момент. — Елозить это как? — переспросил Тэ серьезным голосом. Отчего-то он не хотел юлить, как обычно любил делать. Он так был сконцентрирован на теле Чонгука, что мыслить строго по своему шаблону уже был не в состоянии. Да и как перед такой пышной задницей быть в состоянии? — Хуем своим все тыкаешься, а вставить не можешь, — дерзко высказался Чон, посмотрев на старшего. — Может, я тоже хочу подразнить тебя? — Тэ в конце улыбнулся, подло обнажив свои зубы. Чонгука это злило. — Гад.        Тэхён только усмехнулся, но более ничего не произнес. Оно того не стоило. Чонгук продолжил в своем репертуаре надрачивать ему все сильнее, тем самым выбивая из него несдержанные стоны. Тэ уже откровенно двигал бедрами, своим членом толкался в руку Чонгука, засасывая в поцелуе с утроенной силой. Он хотел его, очень сильно хотел оттрахать в душе, куда мог зайти кто угодно в любую минуту.       Убрав от себя его руки, Тэхён развернул Чонгука к себе спиной и надавил на поясницу, чтобы тот прогнулся. Его аппетитная попка выпятилась к нему навстречу, что даже дырочка выглядывала между сочных половинок. Тэхён сжал его задницу обеими руками, раскрывая шире, с вожделением наблюдая, как его сладкая дырочка сжимается и разжимается в такой манящей мольбе. Чонгук сильнее выгибался в спине, оперевшись руками и грудью о стенку напротив, и специально сжимал сфинктер, выставляя его напоказ. — Будет плохо, если мы сделаем это здесь? — спросил волнительно Чонгук, проседая вперед. — Нам плохо точно не будет.        Они оба посмеялись, как два последних идиота, непринужденно, каждый по-своему. В действительности никому хуже не станет. Тэхён аккуратно провел большим пальцем вокруг ануса Чонгука, мягко скользя по мокрой коже. Недолго раздумывая, он вошел в него без подготовки. Чонгук подавился воздухом от неожиданности, но, к удивлению, никакой боли не почувствовал. Они так много занимались сексом, что теперь у него более податливым анус стал? Если так, то Чонгук горел желанием радоваться. Стыдно признать это плюсом.        Тэхён заполнил Чонгука целиком, рискованно толкнувшись на всю длину, затем обхватил дрожащее от холода тело двумя руками и потянулся к сгорбленной спине, где оставил легкий поцелуй между лопаток. Такая грубость со стороны старшего вызывала у Чонгука искры из глаз, глухой стон и банальное желание наконец-то согреться. Несмотря на это, Тэхён оставался предельно аккуратным. Да, с силой двигал бедрами, вгоняя член на всю длину, но целовал спину, растирал бока. Он согревал Чонгука своим телом, прижимаясь к нему сзади. Их тела соприкасались, терлись друг о друга, сливались и становились одним целым.       Дотягиваясь сзади, Тэхён целовал лицо младшего, его руки властно сжимали худощавые бедра и насильно насаживали на член, как в это время подросток сам изящно двигался навстречу толчкам. Все чаще дышал, захлебывался в этом ледяном душе из страсти и чувств. Кровь стыла в жилах, закалялась. Холодный душ превратился в самый горячий, что они принимали за всю свою жизнь.

***

       Чонгук плохо спал. Все никак не мог уснуть, ворочался с одного бока на другой. Тэхён чутко спит, всегда чувствует шевеление сквозь сон. Поэтому просыпался вместе с младшим, спрашивал его самочувствие и, убедившись, что с его мальчишкой все хорошо, сиюминутно засыпал. Под утро, когда яркое солнце заглянуло в их небольшую комнатку, Чонгук совсем отчаялся искать сон грядущий и просто лежал в обнимку со спящим Тэхёном, боясь разбудить и на этот раз. Так рьяно мечтать о сне на настоящей кровати и так глупо промучиться с бессоницей. С февраля она его так не беспокоила, и вдруг решила напомнить о себе в самый неподходящий момент. Или же так сказался весьма контрастный душ с Тэхёном? Чонгук не знал. И точно был уверен в том, что не хочет.       Тэхён лежал позади, обнимал его со спины, перекинув руки на сторону младшего. Чонгук тихонько вложил свою маленькую ладошку в руку Тэхёна. Теплая и грубая. На руках Тэхёна виднелись шрамы, бесчисленное количество затянувшихся порезов от ножей, расположенных хаотично по всем кистям. От костяшек до самых локтей. Кто-то нашел забавным резать его руки? Или же кто-то от безысходности царапал его кожу, пытаясь спастись?        Чонгук насильно прогнал ужасные мысли, возникающие в его голове. Тэхён честно признался, что его прошлое, мягко сказать, было нелегким, но больше ничего не говорил. Вероятно, ему было стыдно, он хотел сбежать от него. И находил успокоение в Чонгуке, который также не был счастлив от своей былой жизни. Все слишком запутано. Чонгук игрался пальчиками с пальцами рук Тэхёна, как взгляд снова упал на безобразный укус на кисти. От зубов остались только шрамы в виде лунок. И множество вопросов. Чонгук провел пальцами по укусу, но ничего не почувствовал, как будто в этом месте чувствительность совсем притупилась. Он и раньше это замечал, но особое значение не придавал. Мало ли всякое покажется: отлежал, простудил — с кем не бывает! Однако Чонгук не припомнит, чтобы кто-то выживал после укуса ходячего. — Болит? — спросил Тэхён, незаметно пробудившийся ото сна. — Нет, — ответил Чонгук, ничуть не удивившись внезапному пробуждению старшего.        Тэхён взял руку Чонгука в свою, рассматривая, прикасаясь пальцами к укусу с осторожностью и неким опасением. С каждым месяцем этот шрам затягивался все плотнее, но бесследно не исчезал. И он допускал мысль, что внутри Чонгука живет этот вирус, который в любое время может обратить его. Но пока эта теория не подтвердилась, они продолжали спокойно не обращать внимание на то, что было. Он поцеловал Чонгука в его голые плечики, сплел их ладони вместе, сжимая в теплых объятиях. Как чудесно просыпаться вместе. Со спокойствием на душе, что не придется бежать, искать еду и укрываться черт пойми как. Теперь можно об этом позабыть. На какое-то время. — Ты так вкусно пахнешь, — Тэхён продолжал покрывать тело Чонгука мелкими поцелуями, плавно перебираясь от плечиков к манящей шейке. — Мой пот для тебя вкусный? — недоумевал Чон, повернутый к Тэ вполоборота. — Нет, твой настоящий запах, — Тэхён провел носом по шее, останавливаясь у самого затылка, вдыхая ценный аромат своего зайчика. — Особенный. — Ну и чем же я для тебя пахну? — весьма скептически спросил Чон, но где-то глубоко в душе ему хотелось знать. Так, чисто из спортивного интереса.       Тэхён вдохнул побольше чонгукова аромата и удовлетворительно выдохнув, наслаждаясь этими мимолетными мгновениями. — Орешками. — Фу, ты извращенец, — Чонгук перевернулся на правый бок, встретившись с Тэхёном лицом к лицу. — Пахнешь ты, а я извращенец? — Ну правда. Это, — Чонгук задумался, разглядывая перед собой Тэхёна, — странно?        Ему казалось, что он не может насмотреться на него. Вроде обычный Тэхён, который не отлипает от него больше года, а вроде это тот самый мужчина, с которым он получает неземное удовольствие, занимаясь сексом. Смешанные чувства, и все они создавали целый образ Тэхёна: весьма противоречивого и контрастного человека. Может, Чонгук действительно чего-то не знает о нем? Поэтому не может отбросить все сомнения? Тэхён ведь при первой встрече отметил проницательность Чонгука. И именно его проницательность шептала на ушко, что Тэхёну есть что скрывать.        Они смотрели друг на друга, обнимались. Чонгук запустил руку в длинные распущенные волосы Тэхёна, расчесывая грязно-рыжие локоны. Чонгук иногда забывал о его красивых волосах, ведь тот днем и ночью не снимал шапку. Все прятал. — У тебя сильно корни отрасли, — озвучил вполне очевидную мысль Чон, не находя других слов. — Буду в салоне, покрашу, — пошутил Тэхён, глупо улыбнувшись. — Как оригинально, — цокнул Чонгук, состроив недовольную гримасу. — Они будут мешаться тебе. Да и жарко сейчас в шапке разгуливать. — Ты предлагаешь мне подстричься? — Это только для твоего удобства. Посмотри как у меня отрасли, — Чонгук продемонстрировал свои волосы, которые уже почти доставали до плеч. — Хочу сегодня попросить кого-нибудь постричь меня. — Попроси. — А ты? — Что «я»? Мне не надо. — Ну почему? Тебе будет куда легче ухаживать за ними. — Не могу, — Тэхён убрал руку подростка от себя и прижал к своему сердцу. — Прости, Чонгук. Мои волосы напоминают мне о матери. — Я просто хотел как лучше, — насупился Чон. — Ты и так лучший, — и поцеловал подростка в носик. — Мой зайчик. — Что за? Ты убегаешь от ответа. — Чонгук понимал, чем ласки Тэхёна могут закончиться, и всячески старался сопротивляться его напору. — И я не зайчик! — Ты маленький-маленький зайчик, который попал в лапы настоящего тигра, — Тэхён игрался, ему было весело. Что скрывать, Чонгуку тоже приносили удовольствие такие ненавязчивые шуточки со старшим. Его нестандартный юмор отвлекал от общей картины апокалипсиса за стенами. Даже мягкие поцелуи, которыми он изрисовывал бледное тело Чонгука.       Тэхён подмял подростка под себя, оказываясь сверху, прямо между покорно разведенными ногами. А Чонгук испытующе смотрел на своего тигра, который так безжалостно загнал его в клетку. Большой и сильный зверь, с завидной шевелюрой и преданной любовью. Взгляд скользнул ниже, к рукам — и снова эти шрамы, порезы, уродливые царапины. Теперь Тэхён казался не диким зверем, а обычным котиком со своим багажом проблем.       «Или же кто-то от безысходности царапал его кожу, пытаясь спастись?»       Чонгук изменился в лице, что не осталось незамеченным для Тэхёна. Веселье испарилось в мгновенье, оставив после себя жалкое глупое чувство. Все это казалось таким глупым. Тэхён сам потерял свой настрой, обратив внимание на Чонгука, который сконцентрированно гладил его руки по уродливым шрамам. Он уже породнился с ними, привык к отличиям своего тела, но для Чонгука каждый раз они становились предметом наблюдения. — О них так же нельзя говорить, как и о твоей маме? — задал вопрос Чонгук.       И Тэхён, подтверждая короткую гипотезу подростка, молча кивнул. Чон вздохнул, ведь надеялся на другой ответ. — Ну ладно. Нельзя так нельзя.       Чонгук был расстроен. Тэ хотел было объяснить, оправдаться, ведь ему тоже тяжело с этим грузом жить! Но за дверью послышался стук и предупредительный возглас: — Доброе утро! Вы проснулись?       Это был никто иной, как Намджун, которого никто из них сейчас не ждал. Кто еще из всего города мог их побеспокоить? — Да, проснулись, — Тэхён стушевался, и за него ответил Чонгук. — Тогда я захожу… — Нет! — воскликнул Тэ, поспешив отстраниться от младшего.       Только Чонгук оставался на месте, ничего не предпринимая — не так уж он и боялся этого Намджуна, а подставить Тэ перед своим другом очень даже казалось забавной идеей. В отличие от Тэхёна, который так и застыл на месте под влиянием острого взгляда вошедшего Джуна. Они смотрела друг на друга, все понимали, но боялись заговорить. Мучали, испытывали своими тяжелыми взглядами. — Я пришел пригласить на завтрак, — неловко начал Намджун, стараясь обращаться в частности к Чонгуку, нежели к Тэ. — В соседнем здании кухня. Чонгук, зайди туда, когда соберешься, тебе дадут еду. — Спасибо, а… Тэхён? — поинтересовался Чон. — Его я буду ждать на улице, — улыбнулся без всякой тени зла Намджун, отступая к выходу.        Чонгук с насмешкой взглянул на старшего, а улыбка непроизвольно растягивалась на самодовольном лице. Как же было приятно наблюдать за тем, как кто-то главенствует над Тэхёном, независимым и бесстрашным зверем. — Ну что, доигрался? Хищный тигр, — Чонгук совсем рассмеялся, откидываясь на подушки. Только Тэхёну было не до смеха. Он поднял с пола джинсы и грубо их отряхнул, начиная собираться.        Намджун, как и сказал, ждал на улице, прямо возле входа в мотель, облокотившись о балку на крыльце. Такой же непоколебимый и здоровый Намджун, которого помнил Тэхён, не хватало только сигареты в зубах. А так и кожаная куртка на месте, нервозный вид и присущая ему небольшая неуклюжесть. Завидев в дверях Тэхёна, Намджун переключил все свое внимание на него. — Мне сейчас въебать или когда будем одни? — в очень вежливой форме спросил Намджун у давнего друга. — Прежде чем ты меня ударишь, давай я попробую все объяснить. О’кей?        Намджун никогда не злился, он мог только пассивно агрессировать. Накапливал в себе бурлящие эмоции, а после спускал все на не самых лучших людей. Они были похожи, но координально отличались. Прежде всего от образа мысли. — Пойдем на крышу. Там никто не помешает, — Намджун направился в то самое здание, в котором была расположена кухня, не оборачиваясь в сторону Тэхёна.        Они поднялись по пожарной лестнице на плоского типа крышу, наконец оставшись наедине. Здание было не таким уж и высоким, но отсюда Тэ смог в далеке разглядеть ГЭС, о которой говорил Джун, и весь город был как на ладони. Красивый, слаженный, все заняты общим делом, что весьма похвально. И этот маленький городок построил Намджун своими умелыми мозгами. Собрал людей, вдохновил начать жизнь с чистого листа, продолжал вести их за собой. Намджун подошел к парапету, наклонился к нему, широко поставив руки на перилах. Всегда так становился, когда о чем-то сильно думал. — А теперь можно въебать? — спросил вновь Намджун. — Только после моей маленькой истории, — Тэхён не боялся. Ждать кулаков от Намджуна не самое страшное. Да и Джун слишком мягок характером, чтобы и по-настоящему его избить, не жалея сил.        Намджун всплеснул руками и повернулся к младшему, опираясь о перила уже поясницей. — Вперед, — Намджун милостиво предоставил ему слово. Не демократично с его стороны не дать возможность человеку высказаться и исправить мнение о себе. — Я не педофил и никогда им не был, — первым, что Тэхён сделал, разрушил переживания Намджуна на этот счет. — Рад это слышать, — весьма скептически ответил Намджун, глядя на друга. — Чонгуку семнадцать, он уже достиг возраста согласия. Если ты об этом. — Ты извини, Тэхён, но меня не так сильно волнует то, что вы спите. Я больше переживаю о другом, — Намджун сверкнул своим драконьим взглядом. — Что это за пацан, из-за которого ты стал таким неженкой?        Слишком очевидно, чтобы скрывать это. Тэхён подошел к парапету и взглянул на раскинувшийся лес за городом. Раньше он и не замечал, насколько может быть прекрасна природа, в то время как искал прелести жизни в больших городах. Намджун прав, Тэхён утратил ту былую грубость, с которой всегда выживал. Тэхён и не думал расставаться с ней никогда, но конец света заставил его пересмотреть свои убеждения. — Этому пацану я спас жизнь, — Тэхён переместил свой взгляд с леса на друга. — А потом и он мне. — Зациклен на спасении жизней? — усмехнулся Намджун. Естественно, такой ответ слышать от Тэхёна было весьма удивительно. Тэхён никогда не заботился о чужой шкуре, кроме своей собственной. Помогал только своим, больше никому. — Скорее на понятиях, — ответил Тэ. — Когда я встретил Чонгука, он был совсем нелюдимым.        Намджун понимающе промычал и вдобавок одобрительно кивнул. Был отчасти согласен с этим. — Он ведь очень красивый, и много кто пытался воспользоваться им. Я как раз и спас его тогда от износа, — рассказывал дальше Тэхён. — Ты сам знаешь, как я отношусь к этому. Вот и не смог пройти мимо, помог. — То есть, если бы его просто убивали, ты бы забил?        Тэхён не ответил, оставив озвученный вопрос висеть в воздухе. Он не знал. Сейчас конечно бы спас Чонгука от всех и каждого. Но тогда… Не обладал таким милосердием и состраданием к другим, как уже сейчас. — Он просто приглянулся мне. С самой первой встречи. Чонгук не был похож на остальных. Ты не представляешь, он настолько ненавидел людей, что с простреленным бедром, посреди леса с кишащими ходячими сбегал от меня. Он не мог ходить, уползал и никак не хотел сдаваться, — горько усмехнулся Тэхён. — Если бы я не надавил на него… Не заставил умолять меня спасти его, он бы дал им себя сожрать. — И тебя это восхитило, — предположил старший. — Я никогда не встречал такую стойкость в столь раннем возрасте. Да, Чонгук не идеален, многих убил без веских причин, даже когда его жизни не грозила опасность. Но он очень сильный. Очень. — Новый глава банды растет? — усмехнулся Джун. Шутки о мафии из Тэгу до сих пор были актуальны. — Я думаю, он всех нас перерастет. Меня так точно уже перерос. — Знаешь, я не знаком с Чонгуком настолько хорошо, как ты. Ты лучше его знаешь. Но я все равно не могу понять, почему Ты изменил своим принципам? — Намджун старался осторожно выражать свои мысли, боясь спугнуть Тэхёна с его открытым настроем на душевный разговор. — Насколько я помню, ты был ярым гомофобом. — Эм… Любовь? — приподняв одну бровь, произнес Тэхён.        Намджун выждал длительную паузу, прежде чем задать следующий вопрос: — Любишь его? — Да, — не отрывая своего взгляда, твердо проговорил Тэхён. — Я очень его люблю.       Внутри Намджуна закипали эмоции, он не мог сдержать истинного восторга. Он был счастлив за своего друга, который в свое время разделял взгляды нигилизма. — Вау. Честно сказать, я не ожидал. — А чего же ты ждал? — Думал, ты просто трахаешь его. — Ну, не без этого, — пошутил Тэхён, заставив Намджун неловко посмеяться. — Меня всегда бесила твоя прямолинейность. — Зато я честный. — Иногда чересчур, — упрекнул его Намджун. — Все еще хочешь мне въебать? — продолжал юморить Тэ. — Ну разве что чуть-чуть. — А есть за что?       Намджун невесело покачал головой. — Есть, — ответил он сухо.        Намджун был непременно рад видеть своего друга, с которым успел попрощаться навсегда. И встретиться с ним вновь — великое приобретение для каждого из них. Нет ничего лучше настоящей крепкой дружбы. В любви всегда успеется, а найти человека, к которому прилепится твоя душа, — должно серьезно повезти. — Ты… Прости меня, — друг с сожалеющим видом разминал костяшки, избегая взгляда с Тэхёном. — Я приходил к тебе, когда все это началось. Но тебя не было в палате, только пятна крови. Что мне оставалось думать? — Ты ведь не мог знать, жив я или нет. Мне нечего тебя винить, — спокойным голосом говорил Тэхён, найдя свое успокоение в разговоре с родственной душой. — Я понимаю, да. Просто хочу подбодрить тебя, что я пытался тебя спасти. Мы… просто разминулись, скорее всего. — Наверное. — Кстати, как сердце? — поинтересовался лидер. — Работает как мотор. Намного легче теперь бежать, — Тэхён блаженно закатил глаза, поглаживая себя по груди. — Да и не задыхаюсь, когда трахаюсь. — Все у тебя мысли об одном, — цокнул Намджун. — Да ладно тебе. Ты больший извращенец, чем я. — Я хотя бы этим не горжусь. — А зря, — Тэхён хлопнул рукой по плечу Намджуна. — Ладно, что-то мы с тобой заговорились. Я уже давно не видел Чонгука. — Скучаешь по нему? — А как же!        Выдавив смешок, Намджун в паре с Тэхёном ушли с крыши. Они вышли к улице, где уже стояли люди. И завидев вдалеке своего лидера, обратили все свое внимание на него. В том числе и идущего рядом незнакомца. — Доброе утро, Президент! — Как вам спалось? — Какие задачи на сегодня? — доносились вопросы ото всех, и Намджун поспешил на них ответить своей неповторимой улыбочкой, при которой на его щеках образовывались милые ямочки. — Все замечательно. Сегодня отдохните. Скоро нас ждут великие перемены, друзья, — заверил всех Намджун, сверкая от счастья. Разумеется, всем понравился такой настрой своего президента. Даже Тэхён на минутку загорелся желанием все здесь преобразить. — Джун, это тот самый новичок рядом с вами? — спросил у него один из мужчин, что находился ближе всех в подчинении у лидера их города. — Это не просто новичок, а мой старый верный друг из прошлого, — Намджун обнял по-братски Тэхёна, демонстрируя его своим людям. — Он очень сильный и крепкий, а еще у него отличное чувство юмора. На него можно положиться, не переживайте. — День добрый, — поприветствовал их также и Тэхён. — А как тебя звать? — поинтересовался тот самый мужчина возле Намджуна.       Только Тэхён успел открыть рот и представиться, как за десятки метров от него послышался оглушительный, яростный и женский крик: — Ким Тэхён!!!       Можно ли узнать человека, который кричит ваше имя? Определенно, ведь Тэхён не мог ошибаться в том, что его окликнул именно та самая женщина из его незавидного прошлого. На него неслась разъяренная девушка с явным желанием мести. Развязная походка, руки в боки и грозный взгляд самых злых глаз на всем белом свете. Маленькая девушка с противно писклявым голосом, у нее были тонкие ручки и длинные модельные ноги, которые не вязались с ее стандартным для корейских девушек ростом. Она изменилась, вместо атласных платьев носила военные штаны с карманами по бокам и летние майки, а привычные каблуки заменяли грубые ботинки на высокой подошве. Чувство стиля у нее было не отнять. Конечно, бывшая девушка крупного киллера в узких кругах и дочка богатого мэра Тэгу. И пусть апокалипсис также изменил ее, но в одном она оставалась неизменной, а именно заядлой истеричкой. — О, Рэ… — Тэхён был удивлен встрече со старой… Старой! Но не думал, что девушка вовсе не желала с ним вспоминать былые времена, как Намджун. — Ты! Конченный мудак! — она своим ярым криком заткнула Тэхёна и огрела его хлесткой пощечиной. — А-а-а-уч… — почти беззвучно проговорил Тэ, хватаясь за лицо. — Откуда ты вообще тут взялся?! — Слушай, Рэйка, тут такое дело… — Намджун хотя бы попытался успокоить девушку, хоть и рассчитывал на провал. — Стоп! С тобой я разберусь позже, — гневно посмотрела малютка на опешевшего Намджуна. — Почему ты сердишься, Рэй? — Тэхён испуганно отходил назад. — Сердишься? Сердишься?! Да как ты!..       Тэхён закрылся руками, готовясь принимать удар, но его не последовало. В пару метрах от него послышалось лязганье ножа. Как из ниоткуда появился Чонгук с обнаженной катаной Тэхёна, которую беспощадно направил прямо на девушку. Все изумились вокруг, достали оружие и направили стволы на новенького в их городе. Даже Намджун дернулся к пистолету за спиной, но вовремя остановился. Вот о ком говорил Тэхён. Парень и впрямь сильный, не побоялся при всех посягнуть на жизнь девушки, что старше его на десять лет. Это непросто невежливо, а бесчеловечно с его стороны. — Ты сама угомонишься или это сделать мне? — Чонгук совсем замер, не двигался. Только смотрел на девушку, что, кажется, совсем не боялась его. — И ты правда убьешь девушку, что старше тебя, на глазах у всех? В чужом городе? — спросила у него Рэйка, бесстрашно повернувшись лицом к клинку. — Я не стану тебя убивать, — ответил честно Чонгук. — Только отстою честь этого придурка.        У Тэхёна глаза на лоб полезли. Теперь во всей этой ситуации нелепо выглядела девушка, которая, между прочим, подняла на него руку. Из-за ее положения никто из присутствующих не стал осуждать сей поступок, но все перестали косо смотреть на Чонгука, положив оружие обратно. Чонгук также опустил катану, сложив в ножны. — Ну! Все разрешилось. Можете расходиться, — заверил всех Намджун, распустив толпу зевак в округе. — Дальше мы сами.        Чонгук выждал момент, когда Тэхён сделает к нему шаг ближе, чтобы после вручить обратно катану. Он выглядел совсем безрадостным. — Ты оставил, — грубо протянул Чонгук, несмотря старшему в глаза. Намджуна все больше и больше удивлял этот паренек, ведь еще утром он казался беззащитным зверьком в лапах бесстрашного Тэхёна. Теперь же очередь Тэхёна быть в чужих лапах, пускай мягких и пушистых. Да они друг друга стоят! — Чонгук… — выдохнул Тэхён. — Не поспешишь объяснить, почему я встречаю тебя на улице с бабкой, которая дает тебе по еблу? — Эй, ты кого бабкой назвал? — возмутилась девушка, которую тут же остановил Намджун, успокаивающими движениями поглаживая за плечи. — Я, ну, это… Рэйка моя бывшая, — сказал как есть Тэхён. Нет смысла церемониться, все уже произошло.        Чонгук неодобрительно посмотрел на парочку напротив, как величавый брат и верный друг Тэхёна, Намджун, обнимал безумно красивую Рэйку, бывшую Тэ. Ему самому смешно от всей сложившейся ситуации. А сердцем завладела слепая ревность.