Пила

      Мэрия была самым крупным и, пожалуй, единственным каменным зданием в городе, что выстояла после начала эпидемии. Именно в ней собирался совет города. Это их главный штаб — место, где проходили важные переговоры между жителями и его лидером, Намдждуном. Своего рода парламент, в интересах которого оставалась организация и благоустройство жизни города.       Быть может, лидерство Намджуна и держалось на этой системе особо демократических отношений между всеми другими лидерами, но он ставил во внимание мнение каждого, стремясь прийти к консенсусу. Отголоски криминального прошлого. Намджун не соглашался на сделку, если одна из сторон была неудовлетворенной. В этом он лучший командир из всех. Было у него какое-то сверх-чувством, которое подсказывало ему, как будет правильно поступить. Это был его характер — стремиться к совершенству, быть совершенным. Даже если его одолевали эмоции, он мог хладнокровно подойти к вопросу, отбросив все переживания. Настоящая машина вычисления, которая никогда не ошибется.       Однако Намджун был обычным человеком, несмотря на его критический склад ума. Людям свойственно ошибаться. Иногда Намджун просто не справлялся с нагрузками. Мог игнорировать сон и еду, ведомый чувством единства, поехать с парнями на важную вылазку. Истощение приводило его к обморокам — он отдавал все свои силы на успех операции, всего себя. Тэхён не эксперт, но ему в такие моменты казалось, что было бы лучше, если бы Намджун доверил часть дел кому-то другому и просто бы отдыхал, хотя бы по часу в день. Город нуждался в таком лидере, но, пожалуй, не в полудохлом состоянии.       И сейчас произошла примерно одинаковая история, только под другим углом. Намджун позволил себе отдохнуть, взял двое выходных в честь свадьбы. Совпадение или нет, а кто-то этим воспользовался. — Кто стоял на дозоре? Как они могли упустить это? — Они появились из ниоткуда! Вы сами бы справились с бронированными кусачими? — Почему вы все обвиняете друг друга, когда у нас появилась реальная угроза?! — Ворота разъебаны! Кто угодно может войти в город и всех порубить! — Надо выставить защиту у ворот, пока не отремонтируют ворота.       За происходящим в стороне следил Тэхён, как и за Намджуном, что безмолвно сидел во главе большого стола и слушал препирания между своими подчиненными. Намджун никогда не запрещал Тэ присутствовать на собраниях штаба, пусть он и не занимал основной руководящей роли, даже настраивал его участвовать в дискуссиях. Однако Тэхён предпочитал стоял у стены, как верный слуга, и наблюдал за всеми. Он не высказывался в лишний раз, лишь после собрания мог лично сказать Намджуну, как он видит эту ситуации и какое решение ему кажется верным. Удивительно то, что Намджун прислушивался к нему. И в большинстве случаев результат был всегда успешен. — …А я говорю, что надо как можно скорее чинить ворота, а не хуйней страдать. Распизделись тут все! — взъелся главный механик и строитель города.       Эта вакханалия начинала действовать Тэхёну на нервы. — Они скоро загрызут друг друга, — прошептал он другу. — Да пусть уж выговорятся. Чего торопиться, — с тяжелым вздохом произнес Намджун, даже не обернувшись к Тэхёну.       Намджун не стремился унять балаган, а внутри Тэхёна разгоралась настоящая буря. Он метался от одного желания к другому: разрешить все одним предложением или броситься на поиски Чонгука, от которого ничего не слышно который час. Его терзали мысли насчет произошедшего. Откуда взялись бронированные мертвецы? Кто стоял за столь необычным нападением? И причем тут роковое послание? В чем их обвиняли?       Все это не было похоже на банальный розыгрыш. За все время, как Тэхён примкнул к ним, случалось разное, но подобное — впервые. Все нападки мародеров получалось подавлять без потерь. Таков кодекс города: право на убийство человека ты имеешь только в том случае, если есть существенная угроза тебе или твоему напарнику. И в контексте нападений все оправдано — эти люди первыми нападали, первыми и обрекали себя на смерть.       Однако в этом случае были повреждены главные ворота, а это, считай, открытое приглашение всем неравнодушным вторгнуться в город и навести свой «порядок». Из-за этого Тэхён не мог найти себе места. У них появился очень сильный враг, который явно что-то замышляет против них. Эта машина была лишь началом, Тэхен уверен. Напрашивался встречный вопрос: какой будет следующий шаг?       Тэхён, порядком, устал выслушивать эту истерию, поэтому выступил вперед и встал на уровне Намджуна. Несмотря на вопросительный взгляд Кима, он достал из-за пазухи пистолет, снял затвор и выстрелил в потолок, где уже вырисовывался целый узор из пулевых отверстий. Оглушительный выстрел заглушил всех на мгновение. — Вот так лучше, — и Тэ обратно убрал оружие. — Ты, блять, совсем охуел? — захлебнулся в возмущении перепуганный Юнхо, высокий мужчина средних лет и лидер разведгруппы. Тэхён хорошо с ним общался, но… парень явно не любит резких звуков. — Надо же было как-то вас заткнуть, — Тэхён пожал плечами и, не выражая никаких эмоций, обратно облокотился о стену позади.       На собраниях штаба он переставал шутить, бакланить и попросту являться тем клоуном, которым особенно раздражал всех. Это не лицемерие, он вел себя подстать соответствующей обстановке — строго и серьезно. — Такими темпами ты скоро потолок пробьешь, — саркастически высказалась Мишень. — В таком случае… Свежего воздуха здесь не помешает, — Тэхён услышал тихое в свою сторону «кретин», и в диалог тут же вступил Намджун. — Я понимаю, что все на взводе, но давайте охладим пыл и сосредоточимся на проблеме, ладно? — Мы поэтому и собрались здесь, чтобы что-то с этим решать, Намджун, — сказал Юнхо. — Для начала есть важное объявление. Что касается пропавшей команды на ГЭС, — произнес Намджун, и лицо Мишень помрачнело. — Стоп. КТо-то пропал ссо станции? — задался вопросом Юнхо.       В этот момент Субин, также находящийся в штабе, выпрямился в спине, готовясь сказать слово. — Кстати, команда Шиюна так и не вернулась, — возник Сонун, также известный своей организацией по патрулю на стенах и в городе. — С ними же все в порядке, да? — Суджи с надеждой посмотрела на Намджуна и, не найдя ничего хорошего на его лице, округлила глаза. Она занималась организацией еды, в прошлом агроном, благодаря чему смогла вырастить собственного производства плантации, что значительно облегчали своими запасами на зиму.       Не для кого не секрет, что она с Шиюном состояла в отношениях, и сейчас Субину предстояло объявить, что его больше нет в живых. Не успел он произнести и слова, как девушка, закрыв лицо, выбежала из штаба. За ней также пошла Чэрён, ее помощница.       Все замолчали. Было очевидно, что парни со станции больше не вернутся, — Шиюн хотел поехать на свадьбу, — подал голос Субин, и все повернулись в его сторону, кроме Тэхёна, что смотрел на вид из окна. — Сел в машину, которая должна была вернуться в город позавчера. Но она так и не появилась, поэтому мы с парнями поехали их искать, — Субин выдержал паузу. — В итоге их нашла поисковая группа. В паре миль отсюда, в уездном городке, — он перевел взгляд на Юнхо, который был осведомлен о произошедшем. — Грузовика на месте не оказалось, как и другого снаряжения. Мы нашли пару трупов — из обезглавили. Других ребят так и не нашли, — скептически проговорил Юнхо, и у всех присутствующих пробежались мурашки по телу. — Вы хотите сказать, что нападение на грузовик из ГЭС и взорванные ворота дело рук одних и тех же людей? — Сонун взглянул на Намджуна. — Все произошло это за короткий срок, вполне возможно, — не стал отрицать этого Субин. — А вы не заметили ничего знакомого в бронированных кусачих? — спросила Мишень, оглядев мужчин. — На всех были формы ГЭС, и грузовик тоже — наш. — Как они могли сначала обезглавить одну группу, а потом пригнать их на грузовике уже с касками? — задался вопросом Юнхо. — Потому что нападение было не два, а на самом деле три, — вступил теперь и Тэхён, пораженный своей догадкой, и все уже смотрели на него. — Грузовик, который взорвал ворота, вчера уезжал на ГЭС. Я его помню, потому что в это время я как раз вернулся в город. Сначала было нападение за день до свадьбы — убили Шиюна и остальных, затем вчера перехватили второй грузовик, который и использовали сегодня. — Минус два грузовика и шесть отличных работников, — вздохнула печально Мишень. — Тебе лишь бы считать убытки, — фыркнул недовольно Сонун. — Такая работа… — Подождите! — Юнхо резко повысил голос. — Но кому и зачем нападать на нас? Видно, что люди эти не лыком шиты. Зачем им резко понадобились мы?       Вопрос так и не остался отвеченным. Все сидели молча с понурыми головами, пытаясь додуматься каждый сам. — Приватизация, — огласил Субин, несмотря на повисшую паузу. — Эти люди сильны, их много, и им не хватает своих ресурсов. Я думаю, они нападают на всех, чтобы забрать больше территории. — Но никого, кроме нас, нет в нашем округе. Мы каждый день прочесываем местность, — возразил Юнхо. — Может, вы просто не доглядели, — вымученно сказал механик. — Ты сомневаешься в навыках моих ребят? — Юнхо грозно посмотрел на высокого мужчину. — Я говорю о том, что с каждой вылазкой вы уезжаете все дальше от города. — В этом есть смысл, — вникла в обсуждение и Мишень. — Пока вы прочесываете новые местности, на уже осмотренных и могла зародиться новая группировка. — Но странно, что за все время ее становления мы ее не замечали. Да и сильная она, падаль, — выругался Юнхо.       Намджун понизил голос, и все буквально замолкли, чтобы услышать его. — Либо за короткое время рядом с нами действительно образовалась сильная группировка, либо… — Либо? — не терпелось Юнхо. — Либо нам кто-то мстит, — заключил Намджун и перевел взгляд на Тэхёна. Этот взгляд ничего не означал, ни о чем не намекал, но Тэ явно почувствовал укор в свою сторону. Происходящее и впрямь было похоже на месть, сладчайшую и беспощадную. и чем больше он перебирал все имеющиеся факты, тем больше не хотел признавать то, что мстили всему городу из-за проделок его Чонгука. Чувствовал, что младший мог быть замешан, но доказать не мог. Даже самому себе. — Но… Кому понадобилось нам мстить? — спросил Субин. — Я увидел на грузовике надпись, — хотел сказать Сонун, но Тэ его опередил. — «Воры и убийцы»… — загадочно произнес зловещие слова Тэхён, написанные кровью. — Сдается мне, — Юнхо откинулся на спинку стула, — когда мы обчищали заброшенные склады, они все-таки кому-то принадлежали. — Но мы никого не убивали, — возразила Мишень. Парень переменился в лице. — Тогда хуй знает, чо им надо от нас.       Главный механик далеко не молодой мужчина. Сбор штаба вызывал в нем усталость больше самых тяжелых работ, он всегда подначивал Намджуна быстрее закончить собрание. Даже как маленький ребенок отпрашивался уйти с собрания, так как Дело зовет. — Президент, я знаю, что все это важно, — заговорил негромко механик, пока остальные продолжали дискуссию. — Ворота сами себя не починят, надо собрать людей и материалы для восстановления. — Да, пора заканчивать и приступать к делу, — поддержал его Тэ, стоящий по-прежнему в стороне.       Намджун оглянул присутствующих и сам убедился в том, что строить догадки — сейчас бесполезно, это ни к чему не приведет. У них мало информации, чтобы найти ответ. Тогда Намджун показательно обошел весь стол, направляясь к двери, и остановился у самого выхода, привлекая внимание всех. — Президент? — все вопросительно на него уставились. — Мы не знаем, кто напал на нас, но они смогут сделать это снова. А к этому времени следует подготовиться, — сказал Намджун строгим голосом и начал показывать на отдельных людей рукой. — Кан Дэсон, подготовь все для восстановления ворот и почини их до конца этого дня. — Спасибо, — механик поднялся из-за стола и в спешке покинул штаб. Только из-за возраста Намджун позволял ему так делать, ведь личное отношение Дэсона к нему никак не изменялось, да и выполнял свою работу он на отлично. Как-никак это он построил город и стены. — Субин, вам на ГЭС нужно улучшить защиту, в том числе и перевозку. Если нужна дополнительная охрани, то Сунон выделит тебе людей. — Да, президент, — ответил сдержанно Субин. — Сунон позаботится об охране стен вместе с Юнхо. Пока восстанавливаются ворота, все должны быть в безопасности, ясно? — Так точно! — А ты, — Намджун посмотрел на Тэхёна. — Ты разберешься в том, кто за этим стоит. На сегодня все. Мишень, — обратился он напоследок к девушке. — Да? — она поднялась из-за стола. — Подготовь отчет и повесь на стенде. Нужно сообщить о нападении на группы из ГЭС и огласи список тех, кто погиб. Не пиши ничего про группировку, мы еще ничего не знаем. — Сделаю… — сказала она без энтузиазма, опустив голову.       Тэхён молча принял указание и пошел следом за Намджуном, как Юнхо позади неожиданно возмутился. — Простите, президент, что спрашиваю такое. Но почему со всем этим будет разбираться один Тэхён? — других тоже волновало такое решение лидера, и их взгляды устремились на Намджуна. Тэхён молчал. Он сам не понимал, почему Ким доверил это именно ему. — Потому что этот пес любого из могилы вытащит, — Намджун посмотрел на мирно приближающегося к нему Тэ и ухмыльнулся. — Тэхёну я доверяю больше всех взятых в этом городе. Можете быть свободны.       Их объединяло общее криминальное прошлое, но разве это повод доверить расследование только Тэхёну? Он не понимал. Может, Намджуну все же известно больше, чем он знает?       Намджун вышел на улицу вместе с Тэхёном, через некоторое время за ними выходили и остальные, направляясь каждый по заданному указанию. Тэхён пребывал в задумчивости и совсем не заметил, как Намджун смотрит на него с некой грустью. — Что с тобой? Переживаешь из-за случившегося? — Нет, на самом деле, мне все равно, — скептически выразился Тэ. — Если бы я тебя не знал, то мог подумать, что тебе начхать на город, — усмехнулся Намджун. — Нет, Джун, мне правда поебать на всех этих людей и город, в целом, — только Тэхён произнес это, как лицо Намджуна совсем приняло досадный вид. — Прости, что говорю это, тебе неприятно, знаю. Меня куда больше волнует, где блять пропадает мой Чонгук, чем спасение какого-то города.       Ким тяжело вздохнул и поставил руки на бока, недовольно покачав головой. Тэхён как был эгоистом, таким и остался. Но говорить ему об этом Намджун не собирается — не его эта задача. — Я не знаю, где он, Тэ. Я не могу тебе помочь. Но если ты хочешь оставаться жить с Чонгуком в городе, то ты должен относиться к нему с уважением, — Намджун положил свою тяжелую и сильную руку на плечо Тэ, заставив его посмотреть на себя. — Когда-то эти люди мне доверились, и теперь у нас всех есть небольшая гарантия на безопасную жизнь. И то, что вы с Чонгуком все еще живы, должен сказать спасибо не мне, а всем этим людям. — Извини, я погорячился, — обдумав сказанное другом, Тэхён несколько успокоился и убрал его руку с плеча. — Но ты не заставишь меня переживать за твой город сильнее, чем за Чонгука. — Я и не заставляю, просто будь благодарнее, ладно?       Рядом с друзьями нарисовалась Чунгхо, грузными и яростными шагами стремительно сокращая расстояние до Тэхёна. Он понимал, что причина ее настроения Чонгук, и был даже счастлив увидеть ее. Наверное, узнала, что Чонгук натворил, и пришла разбираться с ним. — Где твой мелкий засранец? — грозно сказала Чунгхо. — Что-то случилось? — Тэхён не двигался с места и ждал, когда Чунгхо все же даст хоть какую-то информацию. — Где он? — сдержанно по отдельным слогам проговорила девушка.       Намджун решил вмешаться. — Успокойся, Чунгхо. Не стоит так злиться, — он понимал, что Чунгхо не станет угрожать или нападать, пока рядом стоит ее лидер. Поэтому он остался помочь Тэ в этом разговоре. — Простите, президент, но я лишь хочу выяснить, где моя сестра, — все также через силу произнесла Чунгхо, будто сдерживает себя от жесткого кулака по самодовольной роже Тэ. — Так тебя интересует Чонгук или Чунгхи? — спросил Тэхён с нотой издевки. — Не зли меня, Ким Тэхён, — Чунгхо резко приблизилась к нему и заговорила прям в лицо, угрожающе смотря прямо в глаза. — Я знаю, что твой придурок вылезает за стены когда ему вздумается, а моя младшая сестра просто ведется, как глупый ребенок. И если с ней что-то случилось, в этом виноват будет только он! — Я не знаю, где шляется твоя младшая сестра. Мой «придурок» если и виноват, так только в том, что не мог сказать твой мелкой сошке «нет», — Тэхён был на взводе, и ответил такой же злостью на злость. Чунгхо было испугалась его заискающего голоса, но после собралась и была готова наброситься на него, как вовремя вмешался Намджун. — Так, полегче, — Намджун тактически протянул руку между ними, успокаивающим касанием до плеча попросил девушку отойти назад. — Без обзывательств и ругани, что у вас случилось.       Чунгхо посмотрела с упреком на лидера, но, не найдя в нем ничего, чтобы могло вести ее в сомнения довериться ему, заметно успокоилась. — Чунгхи утром сказала, что пойдет к Чонгуку кое-что обсудить. Сейчас пять часов вечера, и их двоих нигде нет. — Ты же понимаешь, что Чонгук не мог ей навредить, — резонно сказал Тэхён. — Он — нет. Но его секретные побеги уже здесь по горло. Я бы закрыла на это глаза, если бы не знала, что Чунгхи часто с ним уходит за стены, — Чунгхо встала в позу, скрестив руки на груди. — Они… ходят вместе? — удивленно спросил Тэ. — Да. Ты не знал? — Чего? — Намджун оглядел сначала Чунгхо, не поверив ей, а потом посмотрел и на Тэхёна, который всем своим обескураженным говорил о том, что слова девушки правдивы. — Чонгук выбегает из города? Но… зачем, если он может спокойно выйти через главные ворота?       Тэхён взялся за голову, отойдя в сторону. Он не знал. Тэхён не дурак, он понимал, что Чонгук периодически выходит из города по своему усмотрению. Но ему казалось, что делает он это цивилизованным образом, а не тайком. Все приобретает весьма странный характер. — А… Чунгхи не говорила, куда они ходят? — спросил внезапно Тэхён. — Обычно в Кенгидо. Ну знаешь, я думала, просто по детской глупости собирают всякую ерунду вроде одежды или дисков с музыкой, — Чунгхо потерла шею, разминая позвонки. — Чунгхи рассказывала мне об их увлечении, я особо не переживала. Да и… Чонгук хорош в бою.       Сказала она это с таким странным чувством, что Тэхёну стало не по себе. Намджун с таким же выражением лица говорил о Чонгуке вчера. Они все считают его жестоким. Что, кстати, вполне оправданно, но все еще болезненно слышать Тэхёну. — Но недавно Чунгхи вернулась с раной. Она скрывала ее от меня, так как боялась, что я больше не буду разрешать ей выходить с Чонгуком за стены, — Чунгхо выдохнула. — Так и произошло. Я ей запретила, а теперь — она пропала. — Ты уверена, что их нет в городе? — запереживал Намджун. — Да, я всех опрашивала. Никто их не видел со вчерашней свадьбы. Даже Джевон не знает.       Тэхён стал размышлять с утроенной силой. Если Чонгук и впрямь тайком уходил из города, то он всегда успевал возвращаться без всяких подозрений. Неужели он выбегал по ночам? Это глупо, Тэхён бы наверняка услышал, как тот удирает. Он делал это быстро, пешком до Кенгидо и обратно? Они вчера на свое путешествие потратили часов пять, если не меньше. Автомобиль они взяли только для того, чтобы доехать до Кенгидо, а дороги по городу все перекрыты. Это наталкивало на мысль, что у Чонгука появилась машина на стороне.       Это и был Чонгук? Он украл автомобиль у этой таинственной группировки, что им мстила? Нет, в таком случае Чунгхи обязательно бы проболталась о машине. Да и Чонгук не разбирается в них.       Или разбирается?.. — Джевон выходил с ними за стены? — спросил вдруг Тэхён. Они все трое подростки, наверняка они ходили вместе. — Я… не спрашивала, — Чунгхо растерялась, отведя взгляд. — Джевон не стал бы сдавать Чонгука, поэтому и не сказал об их вылазках тебе ничего, — рассудил Намджун. — В этом… есть своя правда. — Значит, пойдем к нему и все узнаем. Намджун, — Тэ умоляюще посмотрел на него, как бы выпрашивая у него разрешения сначала решить дела с Чонгуком. — Ха… Хер с тобой, ищи своего пацана, — махнул рукой Джун и пошел своей дорогой, оставляя Чунгхо и Тэхёна вдвоем. — Спасибо, брат.       Тэхён испытывал тревогу. Что-то ему подсказывало, что он ввязывается в очень опасное дело. И найти Чонгука с Чунгхи будет непростой задачей.

***

Рот наполнился кровью, металлический привкус которой ощущался даже в легких. С каждым ударом Чонгуку становилось все тяжелее держаться. Не хватало сил даже сплевывать всю кровь, что накапливалась во рту. Она мерзкими сгустками застывала на разбитых губах, стекала по онемевшему подбородку, капая на грязную футболку. Самым болезненным были ребра. Кажется, их все уже переломали. Было больно даже дышать. Чонгук перестал вопить и вырываться из привязанного к нему стула, уворачиваться от ударов. После первых попыток его сразу же повалили на бок вместе со стулом и принялись отбивать живот. Поэтому у него так изнывали сломанные ребра, что при каждом вздохе адской болью давили на грудь. Единственное, что его волновало в тот момент, это Чунгхи. Ни эти злобные парни, что по очереди избивали его, ни воняющий плесенью сырой подвал, ни своя жизнь. Только беспомощная Чунгхи, которую схватили по его же вине. — Хватит с него, — возник голос за дверью. — Он готов. И ведь действительно, Чонгук был настолько сломлен беспрерывными часами расправы над ним, что уже готов был сделать, что угодно, лишь бы это прекратилось. По звукам он различил, как двое парней, чьи кулаки стали за это время почти родными, покинули жуткую комнату пыток. В ней остались Чонгук с обмякшей головой и человек, что только что вошел к нему. С минуту он просто смотрел на него, оценивая проделанную работу его, судя по всему, подчиненными. — Как же тесен мир, — заявил явно мужской голос, бесстрашный и совсем не сожалеющий. — Я уж думал, что уже не поймаю тебя. Мужчина прошел за Чонгуком и взял стоящий позади стул, приволок за собой и уселся на него, прямо напротив бессильного подростка, облокотившись на его спинку. В руках он вертел отцовский стилет Чонгука, кончиками пальцев проводя по острым краям. — Отличный нож. Ручная гравировка, да? — беззаботно спросил мужчина. — Наверное, и его ты украл. — Где… — прохрипел низко Чонгук, откашливая оставшуюся кровь прямо себе на джинсы. — Не надрывайся, я подожду, когда сможешь говорить. Времени у нас достаточно, — он улыбнулся, наклонив свою голову. Чонгук не понимал, где он просчитался. Каким образом его выследили? Он ведь всегда был так аккуратен. — Ты спокоен. Это даже поражает, сколько времени понадобилось, чтобы выбить из тебя все дерьмо, — он вздохнул, начиная мастерски крутить в руке нож и наблюдать за ловкостью своих пальцев, как ни в чем не бывало. — Даже слишком. Твоей подружке хватило всего одного удара, чтобы заставить ее умолять о пощаде. Она не такая, как ты. — Где… она, — болезненно надрывая глотку, проговорил Чонгук, но мужчина все продолжал говорить, не обращая на него внимания. — Слабая. Совсем не подготовленная к новым правилам нашего мира. Другое дело ты, — он резко вонзил нож в деревянную спинку стула, что и до него была вся истерзана в царапинах и сколах. — Тебя не взять просто так. Крепкий орешек. Выглядишь очень молодо, кстати. Сколько тебе? — Где Чунгхи… — повторял свое Чонгук, не поднимая головы. — Ебать тебя в сраку! — воскликнул удивленно мужчина. — Тебе и этого было мало? Они два часа подряд тебя колошматили, а ты все не успокаиваешься со своей подружкой. «Где она?»; «Отпустите ее!»; «Она не при делах!», — он приблизился к лицу Чонгука, закрытому засаленной и окровавленной челкой. — Если переступаешь дорогу Койотам — твоя и глотки всех твоих друзей теперь у них на прицеле. До тех пор, пока не перестанет течь ваша сучья кровь. Мужчина отстранился и поднялся со стула, отбрасывая его в сторону, тотчас схватил Чонгука за волосы, поднял лицо верх и вопиющим взглядом смотрел в его заплывшие кровью глаза. — Я сразу вижу умных людей. И парень ты явно не глупый. Нам нужны такие: бесстрашные, безумные, сильны духом. Такие, что даже самые страшные пытки не сломят их, — говорил он яростно, шепотом, своим вкрадчивым голосом проникая в саму голову. — Если не хочешь играть со смертью, то предлагаю отбросить свой ебучий героизм и пойти к нам навстречу, м? Что скажешь? Чонгук тряпичной куклой болтался в сильной руке незнакомого мужчины, не в силах что-либо сказать. Ему настолько отбили челюсть, что она просто свисала вниз, когда этот свирепый человек поднимал его голову наверх. Расфокусированным взглядом он уставился на мужчину и смог выдавить изо рта один хрип, что в ту же секунду раздирал горло. С раскрытых губ последовал влажный кашель, и прямо на лицо, нетипично овальное и вытянутое, мужчины плеснула кровь. Тогда он поморщился, грубо отшвырнул голову подростка. — Ладно, это твой выбор. И не мне тебя осуждать, — высказался довольно беззлобно мужчина, прошел к стулу, что до этого бросил, и забрал чонгуков стилет. — Можешь не переживать за своих дружков, мы им уже отправили послание. Неизвестный пригнулся к Чонгуку, высвободил его ноги и руки из веревок, затем взял за шкирку и насильно вытащил с его стула, бросая прямо к стене. Чонгук пытался сопротивляться, но тело его совсем не слушалось, только отзывалось болью. Упав на жесткий и грубый бетонный пол, он так и продолжил лежать, стараясь минимизировать все свои движения, чтобы не стало еще больнее. — Почему-то я верю, что ты выживешь, хотя некоторые уже ставят, что ты и до утра не протянешь. Так что… — мужчина развел руки в стороны, встал по центру комнаты и воткнул нож в прибитую к полу доску. Для чего она находилась здесь, было не ясно. — Сколько часов ты здесь проторчишь, зависит только от твоих друзей. И да, — он прошел к двери, прикоснувшись к ручке, — прикоснешься к ножу — сразу же прикончу. Незнакомец выходил за дверь, как его резко остановил хрипящий голос Чонгука. — Они… не знают. — И чего же они не знают? — Для этого человека были забавой страдания Чонгука. Он насмехался, возвышался над его ничтожным положением и весь ликовал. — Где все запрятано, — Чонгук повернул голову к мужчине и смотрел на него. Нет, не с жалостью, не с просьбой его пощадить. Скорее этот взгляд был уставшим, вымотавшимся, будто сейчас Чон потеряет сознание. Мужчина некоторое время простоял в двери, смотря на подростка. Он до сих пор не мог поверить, что этот малец смог сотворить такое в одиночку. Также и не поверил ему, что никто другой из его города не знает об этом. — Хо, мы включаем? — обратились к мужчине другие люди за комнатой. — Да, врубайте, — приказал этот человек и вновь посмотрел на побитого и окровавленного подростка, не испытывая к нему ни капли жалости. — Так пусть ищут, — сказал он и захлопнул дверь. Щелчок — его заперли. Чонгук не мог поверить, что наконец пытки окончены. Набравшись с силами, он заставил себя перевернуться на спину, расслабить тело и отдаться сну. Если пытки продолжатся, то ему стоит восстановить для начала силы. Но как бы не так. Спустя некоторое затишье послышалась громкая музыка — вот, что спрашивали включить. И пусть она звучала бодрой и веселой, а постепенно сводила с ума.