Пила

      Было темно, когда Тэхён проснулся. Пробуждение было резким и в каком-то смысле даже мучительным. Голова по-прежнему гудела от боли, а на руке Тэ обнаружил наложенную повязку с уже запекшейся его кровью. Он протер лицо рукой, пытаясь отогнать наваждение после тяжелого сна. Ему снились пытки Чонгука, как над ним измываются самыми чудовищными способами. Тэхён испытывал мерзкое послевкусие, словно и впрямь видел все по-настоящему, что это не было и сном вовсе, ведь Чонгук так отчаянно звал его на помощь. А он в то время, как Чонгука медленно убивали, спал.       Тэхён поднялся на кровати, тем самым вызвав шум, что Хёну, сидевший на подоконнике и смотревший в окно, обратил на него внимание. — Проснулись? — спрашивал он, что было вызвано то ли из вежливости, то ли из неловкости. — Да, — прохрипел Тэхён, растирая изнывающие от боли виски. — Как самочувствие?       В темноте парнишка чем-то напоминал Чонгука, и Тэхёну было еще сложнее справиться со своими чувствами. Ему не хватало Чонгука. Эта картина на долю секунды возвратила в те времена, когда они вдвоем кочевали по стране, останавливаясь в самых разных городах, и Чонгук также посреди ночи мог проснуться и смотреть в окно (если таковое имелось, разумеется). Иногда и вовсе выходил на улицу и смотрел на ночное небо. Тэхён в такие моменты никогда его не беспокоил, оставляя наедине со своими мыслями. А сейчас задумывался над тем, правильно ли он тогда поступал. Быть может, надо было подойти к нему и также, как Хёну, спросить, как он себя чувствует?       Он ужасный партнер. — Нормально, — ответил Тэхён и не без усилий встал с кровати. — Где Чунгхо?       На столе у окна лежали бутылки с водой, разного рода сладости и маленькие пузырьки с алкоголем. Видать, все, что осталось в мини барах и чужих чемоданах. — Ищет припасы на нижних этажах. Мне сказала последить за вами, — объяснил подросток, опустив голову. — Вы бормотали во сне. Приснился кошмар?       Парнишка был любезен с ним, но Тэхёну вряд ли это помогло бы приободриться. Он продолжал осматривать найденное, пока не взял понравившийся ему шоколадный батончик. — Вроде того, — сказал он, раскрывая упаковку. — Ты перекусил? — Нет, ждал вас, — смущенно ответил Хёну.       Тогда Тэхён протянул ему бутылку с водой и пачку крекеров. — Держи. Бери еще, если нужно. Не экономь. — Спасибо.       На улице шел дождь, и судя по звукам, неслабый. Тэхён ел молча, в мыслях обдумывая дальнейший план. Если и выбираться отсюда, то сейчас было лучшее для этого время, в ночь. Однако дождь портил все, хоть и лето на дворе, а зябкими идти по лесу задача не из простых. У него есть плащ, и берцы вполне предназначены для походов по лесам, но что касается ребят — у них обычная одежда, а этот парень вообще — в одной футболке, а на ногах кроссовки. — Вы искали одежду? — спросил у него Тэхён, разрушив молчание. — Нет, а… нужно? — Тебе бы что-нибудь потеплее, а желательно непромокающее. Типа моего плаща, — указал Тэ рукой на него. — Предлагаете отправляться сейчас? В такую темень? — Это самый безопасный для нас вариант. Все их люди скорее всего отправятся спать, если они забили на наши поиски, а если и ищут, то в такой темноте хоть глаз выколи. Большая вероятность того, что нас не заметят или спутают с ходячими, — объяснил спокойно Тэхён. — Ходячими? — переспросил парень. — Да, я так называю этих тварей. А вы как их называете? — Да также — тварями, уродами… иногда зараженными.       Тэхён покачал головой, догрызая батончик, который за годы пребывания здесь успел нехило засохнуть, но менее вкусным и сладким от этого не становился. Откуда вообще взялись они, ведь как-то заразился первый ходячий, и каким образом эта «зараза» поглотила весь мир? Тэхён нередко задумывался об этом, ведь никакой от информации от властей так и не поступило за все эти 2 года. — И куда дальше?       Тэхён показал жестом, чтобы он дал ему чуть-чуть времени, прошел за своим плащом и выудил оттуда карту, разворачивая перед подростком. — Как я и говорил, пойдем к лесу, оттуда по прямой выйдем к реке. А по ней уже доберемся до наших, на ГЭС, — гулял он пальцами по карте, разъясняя план действий. — Идти через главную дорогу может быть еще опасно. — А… Что будет со мной? — не побоявшись, поинтересовался подросток, взглянув ему в глаза. После его волнительного вопроса вряд ли Тэхён смог бы поступить с ним по-человечески, тем более что он с Чонгуком одного возраста. Тэхён разделял его волнения, так как и правда паренька будет тяжело доставить домой. Потребуется лишний человек, лишняя машина, топливо на нее. Однако он должен был о нем позаботиться, отплатив Вонхо. Потому что также надеется, что о его Чонгуки кто-то позаботится.       Тэхён положил руку ему на спину, приободряюще похлопав. — Не переживай, отвезем тебя домой. Может не сразу, но обещаю, я позабочусь о тебе. — Спасибо… вам, — ответил вновь со смущением подросток, уводя взгляд в сторону. Он испытывал дискомфорт рядом с Тэхёном, тот в свою очередь понимал это, но не видел причины тревожить юношу на этот счет. Его можно понять, парень буквально становился обузой. И вероятно, переживал, что они при удобном стечении обстоятельств, разумеется, в их пользу, могут его бросить.       Но Тэхён так не поступит. Он бы хотел, чтобы и о Чонгуке подумали также, если он попадет в такую ситуацию. Хотя… учитывая нынешнее положение дел, вряд ли сейчас Чонгука одаривают заботой.       Спустя недолгое молчание появилась Чунгхо, несущая в руках битком набитую сумку. — Так, это все, что нашлось полезного, — приметив стоящего у окна Тэхёна, она сказала следующее: — Проснулся? Как себя чувствуешь? — Тебе честно сказать или из вежливости? — проговорил быстро Тэ, доедая очередную шоколадку. — А ты на нее способен? — без замедления ответила Чунгхо, водрузив сумку на стол, и с нескрываемым пренебрежением покосилась на Тэхёна.       Неожиданно для них Хёну встал посередине между ними, расставив руки. — Прошу, не надо так, — попросил он решительно. — Я понимаю, я для вас совсем чужой, чтобы слушать. — Именно, не лезь не в… — перебила подростка Чунгхо, но Тэхён резко оборвал ее слова. — Нет, не перебивай его, — Тэ взглянул на паренька. — Хёну, продолжай. — Спасибо… — стушевался юноша, опустив свои руки. — В общем, я хотел сказать, что сейчас не самое подходящее время и место ссориться. Знаю, что для вас я только балласт! — Хёну, что ты такое говоришь, — пыталась вновь его остановить Чунгхо. — Но это правда! Из-за меня вам придется думать не только о себе, еще и после позаботиться о том, чтобы я добрался до дома. Я тоже это прекрасно понимаю, в какую тяжесть я вам достался! — рьяно воскликнул парень, сжав кулаки. — Я честно не знаю, что вы между собой не поделили и что у вас произошло, но прошу вас… Будьте снисходительны друг к другу, ради меня. Ради всех нас.       Хёну одарил их жалостливым взглядом, отступая к окну. — Может, я глуп и молод, но даже я понимаю, что с такой атмосферой нам не выбраться отсюда… — закончил он на печальной ноте. — Мы ведь должны помогать друг другу, верно?       Они молчали. Чунгхо стыдливо смотрела в сторону, и Тэхёну также было стыдно за свое поведение ранее. Парень дело говорит, у них ничего не получится, если они продолжат грызться. Это понимают и Тэхён, и Чунгхо, у которых, причем у каждого в равной степени, очень раздутое эго, чтобы пойти на перемирие первыми.       Однако Тэхён старше, и именно он, как сам думает, должен сделать первый шаг. — Извини, что провоцировал. Сильно ударился башкой, вот и херню сгородил, — оправдывался Тэ. — Проехали, — отмахнулась Чунгхо. — Мне тоже не стоило поднимать на тебя пистолет. Но от своих слов не отказываюсь. — Сочтемся на этом, — выдохнул Тэхён, начав собираться.       Они разминулись. Каждый был занят сборами, и только Чунгхо с Хёну разбавляли тишину своими переговорами. — Вы что-то еще нашли полезное? — Тоже самое, что и до этого. Разве что пару швейцарских ножей, но на кой они черт? — отбросила она несколько на стол. — Если нужно, можешь забрать. — Возьму один, — обрадовался парень, забирая тот, что не заедает в механизме. — Что в итоге решили? Выдвигаемся на рассвете? — спросила Чунгхо. — Идем сейчас, — решительно сказал Тэхён, надевая поверх плаща ножны с катаной. — Ночью? В такой ливень? — Нет смысла ждать больше. А темнота играет нам на руку, сможем быстро проскочить к лесу, а дальше уже выйдем к реке, а по ней — на ГЭС. — Ты уверен? Ночью идти в лес еще опаснее, могут быть зараженные. — Зараженные не умеют стрелять и не водят машин, а еще у меня есть фонарь, — объяснил Тэ и достал из плаща фонарик и показательно пощелкал им, освещая темный номер. — Ты не находила еще? — У меня свой. А у тебя? — спросила Чунгхо у Хёну. — К сожалению, нет. Не брал с собой. — Ничего, с двумя справимся. По итогу, спускаемся на первый этаж, выходим опять же через служебный вход, и дальше к рынку, как я и говорил, — разъяснил по новой Тэхён.       Он заметил несогласие на лице Чунгхо, неоднозначно поджавшая губы. — Что-то не так? — Один момент. На первых этажах зараженные, — предупредила она. — Чего?! — воскликнул Хену. — Двери заперты, но я по звукам все поняла. Нам придется либо спрыгивать с этажа третьего, либо… — Прыгать на соседние дома, — с вымученным стоном догадался парень. — Именно, — закивала девушка. — Тогда предлагаю перелезть по доске на это здание, с которого пришли. Дальше уже по мере поступления, — Тэхён засобирался на балкон, открывая дверь на себя. — Лучше их не тревожить, еще шум поднимут, и пизда, — проговорил он, выходя на улицу.       Когда все были готовы, они вышли на балкон номера и по доске перебрались на предыдущий дом. Представлял из себя офисное здание, написканное каюинетами разных фирм и конторок, и пробраться вниз не составило никакого труда. Уже на первом этаже они все втроем вышли через разбитое окно в узкий переулок. Лило как из ведра, а громкий шум ливня не давал оценить обстановку на улице. За отелем, как оказалось, не пройти — территория была ограждена сетчатым забором, и закрыта на замок. — Блеск! — нервно высказалась Чунгхо. — И что теперь? — Обойдем с другой стороны, что еще делать, — спокойно среагировал Тэ, позвав за собой.       Им предстояло сделать немалый круг, но, как Тэ и говорил, на улицах и правда почти никого не было. Это что касалось переулков и узких пролетов между домами, однако по центральным улицам то и дело проезжали машины, о чем свидетельствовал ослепительный свет от фар, пугающими переливами доходящий до переулков. В такие моменты они застывали на месте, прижавшись к стенам.       Медленно, но верно они выбрались к улице, через которую было видно огромное складское помещение, на котором померкнувшими буквами была вывеска «Городской рынок». За ним был небольшой пустырь с машинами, и уже дальше виднелся лес. Вот только рынок был не заброшен — там горел свет, кругом ходили люди с автоматами, и всюду проезжали машины. — Какого хера?! — вновь возмутилась Чунгхо. Но ей не хватило времени как следует повозмущаться на Тэхёна, ведь по их стороне вновь ехала очередная машина. — Сюда, быстро! — решительно скомандовал Тэ, подзывая их к зданию, где было разбито окно.       Они мигом устремились за ним, спрятавшись за окном в обычном круглосуточном магазине. Тэхён проследил за машиной, на капоте которой за руки был привязан человек. Точнее, верхняя его часть, изуродованная и обезглавленная. — Что за пиздец… — прокомментировала Чунгхо и повернулась к Тэхёну. — Ты же был здесь? Какого хуя тут такая поебень? — Мы были тут месяца два назад, не меньше, но было абсолютно пусто, — рассказал Тэ, также наблюдая за этой машиной, которая парковалась напротив рынка. — Они тут недавно, это точно. Видишь, они даже никак не огородили свою территорию. — Они приманивают тех, кто проездом. Таких, как мы, — вступил в диалог Хёну. — Въезд оставляют открытым, тормозят, а потом нападают. — Точно! Ты ведь сразу понял, что тот урод притворяется. Но почему? — обернулась Чунгхо к Тэ, требуя ответов. — Был такой опыт уже, — сказал он сдержанно. Он не стал рассказывать о том, как он в молодости со старшим братом и его компанией точно также стопали водителей на въезде в город и клянчили денег за проезд. В случае, если человек отказывался, его вытаскивали из машины и сбивали боковые зеркала, только тогда несчастный соглашался платить.       Тэхён стыдился такого эпизода своей жизни. Он был ребенком и слишком наивен, чтобы сомневаться в правильности поступков старшего брата. Что хён говорил, то он и делал. Они старались выжить, да и только. И вот Тэхён вновь боролся за жизнь, но в этот раз он хотел попробовать остаться человеком. Насколько это возможно. — Мы можем сделать следующее: либо идем к частным домам и надеемся там проскользнуть, — начал планировать Тэхён вслух. — Мы в центре города, а они тут повсюду. Нам не удастся пробраться туда, — парировала Чунгхо. — Да, либо второй и самый стремный вариант. — И какой же? — настаивала девушка. — Мы можем… навести суматоху, — Тэ взглянул на Чунгхо, у которой глаза стали размером с монету. — Нееет, — отказывалась в это верить Чунгхо. — Что такое? Я не понимаю, — Хёну переглядывался со старшими, вертя головой. — Он хочет полезть в открытую, — предположила Чунгхо. — А вот не совсем, — Тэхён щелкнул пальцами. — Мы выпустим зараженных из отеля и натравим их на этих уродов. — Это опасно. Мало того, что мы и сами можем подвергнуть себя опасности, так еще… Мы даже не знаем, сколько их. Окажется их мало — плохо, много — еще хуже. Ты понимаешь, что за сумасшествие ты предлагаешь?! — взвинченно произнесла девушка. — Тогда что ты предложишь? Ждать рассвета? — Тэхён указал на улицу. — Они, может, чутка притормозили с нами, но ваще не забыли, что три чувака просто так разгуливают на их территории. Поверь мне, их не было бы так много на улице, если…       В это время, как они переговаривались между собой, Тэ смог расслышать посторонние звуки. Он приставил палец к губам, призвав Чунгхо с Хёну притихнуть. Они прятались за стеллажом, как в это время в магазин зашло двое мужчин. — Поверить не могу, что сегодня поставили в патруль. — Да у меня тоже выходной так-то. — И чего они хотят? Кто ездит ночью и в такой дождь, а? — Ты чо, не слышал что ли? Днем стопанули целый пикап. — И чо? Нашли что-то? — Один умер, а трое сбежало. Вот и найти не могут.       Тэхён одним жестом руки показал им сидеть смирно, а сам очень тихо на корточках прошел за следующий стеллаж. — Да и нахуй эти тогда сдались? — Ты что, не понимаешь? Нужны для… — мужчина не договорил, изъясняясь жестами. — Тем более, что они вооружены. — Понятно. Блин, и зачем ради троих челов сразу два отряда поднимать, а? — Они немало наших положили. — Сколько? — Человек 10-12. Короче, Ли из злости уже поквитаться с ними хочет. К тому же с ними девка. — Красивая хоть? — Ну а то. Все нормальные бабы уже померли давно, а только старухи и остались. — Потрахаюсь хотя бы. — Если тебе вообще останется, — и разразился мерзким гоготом.       Чунгхо от злости сверкнула глазами, так и спрашивая у Тэхёна, может ли она прямо сейчас с ними расправиться. Тэ наотрез отказал ей это делать, махнув рукой. — Ну, походу тут чисто. Сзади еще проверю. — Ладно.       Один из них вышел в дверь, вероятно, ведущую на склад магазина. Тот же, что остался внутри, стал ходить между стеллажами, высматривая что-нибудь для себя. И когда его глаз упал на стенд с журналами, он остановился, начиная их перебирать. Тогда Тэхён очень тихо и незаметно подкрался к нему. А когда встал слишком близко, что незнакомый мужчина обернулся назад, Тэхён вмиг поднялся и подставил нож к горлу, схватив мужчину за шею. — Только пискни, и сразу присоединишься к своим товарищам на том свете, — пригрозил Тэхён свирепым голосом.       Он повернулся к Чунгхо и кивком указал на дверь, куда вышел второй мужчина. Она поняла его без слов, сразу же отправившись туда. — Сейчас ты позовешь своего дружка, — Тэхён посильнее надавил на горло нож, и мужчина дернулся в его хватке, хотел взвизгнуть, но он закрыл его рот ладонью. — Только без выебонов, иначе вскрою раньше, чем ты это поймешь.       Мужчина быстро закивал, соглашаясь со словами Тэхёна. Чунгхо уже стояла наготове у двери, взяв огнетушитель в углу. И только Хёну отсиживался у окна, вжавшись в стену. — Давай, — разлепив мужчине рот, приказал Тэхён и еще раз надавил ножом на глотку. — Х-хён! Ну где ты там… — неуверенно, содрогаясь всем телом, проронил мужчина. — Громче, — зашипел Тэхён на ухо. — Хён! Быстрее! — уже слезно умолял мужчина придти своего напарника.       Немного погодя, из-за двери показался второй мужчина. — Дэхо, ну что еще?..       Только за ним закрылась дверь, как со стороны на него налетела Чунгхо, со всей дури ударив по голове огнетушителем. В эту же секунду Тэхён взял своего заложника за голову и приложил о прилавок, вырубив моментально.       Этих двоих они оттащили в подсобку, связали их поодаль и заперлись внутри. Хёну вместе с Чунгхо сторожили вход в подсобное помещение, как и весь магазин, в целом. За дверью они слышали хлесткие удары и болезненное мычание с мольбами о пощаде, молитвами и душераздирающими стонами. На каждый такой звук Хёну вздрагивал, но старался выглядеть более чем бодро. Это не могла не заметить Чунгхо, которая оставалась предельно спокойной. — Никогда пыток не видел? — ухмыльнулась девушка, косясь на юношу. — Нет, просто… — замялся Хёну, нерадостно вздыхая. — Каждый раз вьетнамские флешбеки. — Тебя пытали? — без зазрения совести спросила Чунгхо. — Моих родителей, — ответил парень и тут же поник.       Чунгхо удрученно вздохнула, пожалев, что вообще начала разговор об этом. Бестактная. Дабы оправдаться перед парнем, она легонько похлопала его по плечу. — Иди проверь, что тут можно взять. Нечего тебе стоять здесь и подслушивать, — высказалась она сердито, продолжив подпирать собою дверь. А вскрики за ней все усиливались, вместе с ударами. Ранее она относилась к Тэхёну как к эгоцентричному говнюку, пусть он и старше нее. Но сейчас у нее зарождался слабый страх.       Тем временем Тэхён, устав, присел на нижнюю полку стеллажа, рукавом смахнув выступивший пот на лбу — на руке остались неприятные капли крови. Он сорвался. В такие моменты он совсем отключался, представляя на месте избиваемого своего отца. Тэхён уверен, он подох давным давно, может, еще до эпидемии, однако злости в нем не убавилось от этого. Забавно, но он даже не может вспомнить его лица, как будто и не видел его никогда. Оттого и легче становилось убивать этих ублюдков, так как все они в какой-то момент превращались в него — мерзкого, безработного и вечно злого. Животное, что бросало бутылки в них. Урод, что напивался и не слышал звонка в дверь, когда как они вместе с мамой ждали на улице по несколько часов, а случалось и целую ночь. Редкостный мудак, который водил домой такую же пьянь. Чудовище, ничего не предпринявшее, чтобы остановить их.       И прямо сейчас он видел перед собой своего отца, что отхаркивался кровью, истошно воя и плача от боли. Он и пальцем не пошевелил, когда несколько мужчин затащили в комнату его мать. Он продолжил бухать, несмотря на крики. А его, умоляющего спасти маму, он грубо отпихнул, выставив на улицу. После этого Тэхён увидел свою мать всего лишь раз, разбудившую его поздно ночью, а потом она бесследно исчезла.       Посидев так пару минут, Тэхён смог придти в себя. Он встал и медленно прошел к мужчине, привязанному к стулу. Второго, кого они приковали к трубам, он уже не трогал — отключился слишком быстро, вероятно, Чунгхо хорошенько его ударила по голове. Только Тэхён приблизился к избитому мужчине, тот весь сжался, начал беспорядочно что-то мямлить, а по щекам лить слезы. — П-пожалуйста… Не убивайте меня. Ч-что вам нужно от-от-от… м-м-меня, — заикаясь, проговорил мародер.       Пропустив мимо ушей его мольбы, Тэхён тихим и вкрадчивым голосом заговорил с ним. — Я задам тебе несколько вопросов. Соврешь, и я вас убью, — указал он на мародера без сознания.       Беспомощный мужчина неистово закивал головой, соглашаясь с условиями Тэхёна. — Отлично, — Тэ поправил волосы, убирая выбившиеся пряди с лица, и вновь надел шапку на голову. — Рассказывай, кто вы и какого черта вы тут делаете. — Мы-мы, м-мы… — разбитая губа у мужчины неистово затряслась, а лицо вновь обливалось слезами. Он был жалок. — Четко, без соплей, — пригрозил Тэхён. — М-мы просто выживаем, — проговорил более смело мужчина, но трястись при этом не перестал. — Выживаете? А мне казалось, когда выживают, заботятся о своих шкурках, а не о том, как содрать шкуры с других, а?       Он молчал, не находил слов для ответа. Быть может, в нем и осталась частичка человечности, мог и не участвовать в засаде. Однако будь он хорошим человеком, сейчас бы не сидел здесь перед Тэхёном. — Ну так что, грабите и убиваете, чтобы выжить? В этом смысл вашего жалкого существования? — Нет-нет, вы не понимаете. У нас… — мужчина начал было оправдываться, но быстро заткнулся, будто язык проглотил. — У вас? — допытывался Тэхён, сверля его своим тяжелым взглядом. — Нет, я не могу! Не могу я! — замотал мужчина головой, начиная еще сильнее рыдать.       Не выдержав, Тэхён достал пистолет и приставил его прямо под челюстью, да с таким нажимом, что мужчина завыл от боли. Разумеется, больно — этой свинье выбил два зуба точно. — Я могу спустить курок в любой момент. Поверь, мне этого ничего не будет стоить, у меня в запасе еще твой дружок. Он уже в таком состоянии, что расскажет все и даже больше, — размеренным и холодным голосом говорил Тэхён, все сильнее надавливая дулом пистолета мужчине в горло. — Ну а ты? Неужели та информация, которую скрываешь, ценнее твоей жизни, м? Или есть что защищать? Или кого? — Мы должны… собираем ресурсы для выживания, — сквозь зубы прохрипел мужчина, едва справляясь с невыносимой болью. — Это вы шрамы? — Шрамы? Без понятия, нет… Нет, кочуем с места на место, но сейчас пока здесь. Я-я… Честно не знаю, я только недавно присоединился к ним, — у него вновь затряслась губа, он уронил голову и сквозь тихий скулеж быстро проговорил: — Не стоило мне с ними идти, не стоило. Боже, как же я был слеп и не прав… — Перестань! Говори нормально, четко! — приказал Тэхён, вновь ударив его по щеке. — Говори, видел парня с девчонкой, видел?! — Нет! Простите, нет! Никого, простите меня! Я не должен был этим заниматься, меня заставили, понимаете? Мне было некуда идти, вся еда, все патроны кончились. Я был потерян… — кричал он в отчаянии, как к концу просто поник головой, рыдая без малейшего звука. Не было похоже, что он вообще что-то знал об этих пугающих шрамах и, вероятно, Чонгука с Чунгхи также не довелось встретить. И Тэхёна это злило еще сильнее, что он снова теряет его след.       Он схватил мужчину за грудки, отрывая его вместе со стулом от земли. — Да мне поебать, что там у тебя было. Ты и куска говна не стоишь, — прошипел Тэхён сквозь сжатые зубы и отпустил его так, что стул покосило, и он упал на бок, нехило так ударившись головой об пол.       Тэхён понимал, что ему нужно было убавить свой пыл, ведь так он мог и впрямь его прибить, так ничего и не вытянув из него. А если учитывать, что в этой группе он недавно, то он вполне мог рассказать многое, а то и все, не успев как следует привязаться и вникнуть во всю их идеологию. А она точно была, Тэхённе сомневался. Он присел на корточки возле него и лениво закурил — нашел сигареты в куртке его напарника, а те вылетели, когда он избивал его на полу. — Кто главный ваш? — спросил он очень спокойно, а тот был действительно готов все ему рассказать, даже без слез. — Сержант Чонг. В форме военной, виски седеют — ты сразу его узнаешь. — Где находится? — Час назад был в амбаре. Там весь главняк сидит по вечерам. — Что за амбар? — Он тут недалеко, сразу за домом. Раньше был рынком, но его переделали. — Почему амбар? Как его переделали?       Мужчина замолчал, словно и впрямь проглотил язык. — Ну? Чего замолчал? — Не могу, вам лучше самим увидеть. Но если захотите выбраться, то лучше туда не соваться. — Что там такое? Пытаете людей? Для чего вам нужны мы? Рабочая сила? Прислуга? — Тэхёна вновь начинали раздражать ответы мародера, он чувствовал, что может снова сорваться на него, да похлеще предыдущего. — Там все: еда, оружие, медикаменты — весь провиант, который мы находим или сами производим, — тяжело сглотнув, сказал он. — Ты меня не дури, я все слышал, когда вы вошли. Зачем мы вам нужны? Для чего, а?       Мужчина вновь разрыдался. — Я-я… Я… Я честно не могу, это… выше моих сил… — Да что ты?       Тэхён подорвался. Выкинул сигарету, не докурив, перевернул мужчину на спинку стула и возвысился над ним, чтобы замахнуться для удара, но тот так оглушительно завизжал, что своими криками перепугал не только своего товарища, но и Тэхёна дернуло. Он выл, рыдал, молился — всеми силами пытался заставить Тэ не делать этого. Тогда что-то сломалось в нем, и Тэхён не смог его ударить, только поставил стул на место, на все его четыре ножки. — Спасибо-спасибо-спасибо-спасибо! Пожалуйста, все что угодно, не убивайте, прошу! Пожалуйста-пожалуйста… — лепетал он в истерике.       Тэ подвел нож к его лицу, и мужчина вновь завизжал от страха, рыпаясь и плача еще пуще прежнего. Он устал, у него неустанно болела голова, плечо неприятно ныло, а с этими выродками надо было заканчивать, и поскорее. Тогда Тэхён развернул нож острием к себе и резко всадил его рукоятку между окровавленными зубами, заткнув мародера, а затем демонстративно начал разворачивать карту. — Сейчас ставь метку, в каком месте меньше всего охраны и где можно тихо уйти, — прошептал тихо Тэхён       И мужчина быстро и яростно закивал, сжимая в зубах нож. — И советую тебе показать правильно. Потому что если твой ответ не сойдется с его, — Тэхён показал на его едва живого напарника, лежащего в луже собственной крови у стены. — Убью обоих.       Из разбитого носа текли сопли, слезы размазывали грязь и кровь по всему лицу, и нож, зажатый меж оставшихся зубов, неистово дребезжал, намереваясь выскользнуть в любую секунду. Он взглянул на Тэхёна, на своего напарника, который вряд ли слышал все их диалоги, и ткнул самым кончиком ножа на карте. Тэхён посмотрел, молча кивнул, забрал нож и прошел ко второму, однако ему объяснять правила не пришлось — как миленький указал на такую же точку на карте, оставив краснове пятно на ней. — Отлично. Говорить можешь? — обратился он к лежачему.       Не сразу, но он кивнул, прикрывая глаза, залитые кровью. — Это ведь ты в магазине сказал, что мы вам нужны. Может, скажешь, для чего?       Мужчина пытался сказать, но из горла вырвался только сухой хрип. Он обездвижено лежал, не мог пошевелиться, вероятно, Тэхён переломал ему все конечности. — Чего? — пытался он расслышать, даже пригнулся к нему ниже, но услышал только гортанный хрип. — М-м-х-а-о-о… — выдавил он, почти не смыкая губы. — Я не понимаю, еще раз! — Тэхён вновь хотел сорваться, хоть и где-то глубоко понимал, что ответов от него он не добьется. Этот человек был бы рад не пощаде, а смерти — настолько Тэхён беспощадно расправился с ним.       И только он забыл о первом, кто все еще сидел привязанный к стулу, как он прервал давящее на виски молчание своим скулежом. — Мясо… — прошептал он, повесив голову перед собой.       Тэхёна пронзило липкое неприятное чувство отвращения. Нет, его постиг самый настоящий ужас. Он потерял дар речи — не мог поверить, что такое в самом деле возможно. — Что ты сказал?       Мужчина скривился, начал вновь рыдать — не мог он повторить, слишком больно ему было произносить это вслух снова. Тэхён снова подорвался, подлетел к нему, но уже без всякого желания напасть или угрожать. Им руководствовала уже не ярость, а нечеловеческий ужас. — Они… грабят… Убивают… А потом едят, — его губы тряслись, и заплакал он так горько, будто только что узнал о гибели всей его семьи.       А Тэхён был так ошеломлен, что и вовсе не мог пошевелиться. Смотрел на этих двоих, на задыхающегося мужчину на полу, на воющего перед ним его напарника, и впервые не знал, что делать. На спине выступил липкий пот — впервые он ощущал себя жертвой в самом ярком понимании этого слова. — А ты — ел? — спросил Тэхён, смотря на него сверху презренным взглядом.       Мужчина не поднял головы, а только сильнее завыл, сгорбившись перед собой, а скованные руки и ноги неистово затряслись.       Тэхён не вспомнит, о чем он думал в этот момент. В голове было пусто, а сердце — омрачено. Ни секунды думая, он выстрелил сначала в лежащего, а затем направил дуло пистолета на последнего. Медлил. А этот начал еще больше выть и визжать от страха, обливаясь слезами. — Я не знал — я не знал! Честно, простите, я не хотел! Правда! Извините меня! Прошу, простите! Они не сказали, я правда не знал! Я чудовище — чудовище! — Я тебе верю, — проронил Тэхён и приставил дуло к его лбу. — И что чудовище — тоже.       Он выстрелил. Кровь с мелкими частичками плоти брызнула ему на лицо. Слишком близко стоял. Вытерся забытой пыльной тряпкой, протер и пистолет. Закурил. Никогда не чувствовал себя настолько грязным. Это самое настоящее дно человеческой цивилизации, которой, как ему казалось, пора бы уже подохнуть.