Kisses

      Шёл сильный ливень. Наступили сумерки. Две тени перемежались меж старых зданий по улице. Одна тень тянула другую за собой, произнося: - Следуй за мной. Другая ей жалобно отвечала: - Но я уже продрог, Шурик... И хочу домой... Но та словно не слышала другую: - Не отставай. Возьми меня крепче за руку. Вторая послушно взяла первую за руку, бурча: - Так неловко... - Да все пучком. Мы почти близко... Вдруг прогремел сильнейший раскат грома, и в небе заплясала, разрастаясь паутиной, яркая молния. Вторая тень дико шарахнулась и удрала в сторону кого-то переулка. Первая нагнала и нашла её на крыльце под каким-то узким козырьком. - Нет больше сил идти... Давай хотя-бы останемся здесь...? - Дрожащими голосом произнёс Лёва. Первый присел с ним рядом, кладя тому руку на колено, и склонив к нему голову, произнес полушепотом: - Лёвчик, я обещаю... Я постараюсь тебе воздать за все эти принесенные неудобства. Лёва промолчал на такое высказывание друга.       Они были практически промокшими насквозь, их волосы липли к лицу и одежде. Ботинки были полны дождевой воды. Лёва округленными глазами поглядывал в небо, из которого, иногда, не сильно доносились громыхания и сверкание молний. Его уже потряхивало от холода, который давно пробрался ему под одежду вместе с водой. Шурик наблюдал за видом промокшего бездомного котёнка некоторое время. Затем он взял Лёву за руку. Она была холодна. Шура заметил что, волосы друга от воды стали практически чёрными. Он потянул своего подопечного за собой. Тот нехотя подался вверх. Длинноволосый резко толкнул друга к стенке, практически ударяя, того затылком об влажный кирпич. Лёвчик почувствовал боль, перед его глазами взорвался фейерверк искр. И их губы слились в один поток удовольствия. Сначала такие холодные и неподвижные, а затем горячие и эластичные, солоноватые на вкус - эти тонкие губы.       Глаза Бортника ошарашено смотрели пред собой на партнёра, он позабыл о боли в миг. Его как будто бросили в пучину, в самую глубину океана, в которой он мог лишь молча наблюдать, что происходит вокруг и бесцельно водить конечностями, дабы всплыть на поверхность.       Шура сжимал уже тёплую ладонь партнёра придерживая его голову за ухом. Не торопясь, он мял его намокшие густые каштановые волосы, иногда поглаживая большим пальцем шарик серьги в мочке уха. Парень кусал губы своего друга, наслаждаясь моментом некоторой, растерянности и обездвиженности Лёвы. Уман оторвался от его губ. Лёва тяжело дышал и в смущении переводил взгляд с одного угла на другой. Его лицо впервые за последние полчаса порозовело. "Я никогда не забуду эти ошарашенные распахнутые голубые глаза, холодные дрожащие несмелые губы, промокший шёлк волос и тёплые ладони..." - думал про себя Шурик, не убирая руку из-за головы друга. Бортник до сих пор не мог сформулировать в голове нужный вопрос или фразу для того, чтобы прервать неловкость момента. Но вот, он нашёл те самые слова: - Шурик, думаю, нам стоит поторопиться... - Вот и я так же думаю. - Шурик отстранился от Лёвы, не расцепляя с ним крепко сомкнутых рук.