Memories and dreams

Слегка пошатываясь и поочерёдно переставляя ногами, Энджел неспешно возвращается обратно в отель, после очередного клиента, а может и клиентов, он не утруждал себя множеством попыткок запомнить внешность, а то и элементарные однообразные имена жалких грешников, что решались удовлетворять физические потребности, такие же скучные и до отвращения, уродливые гримассы, что встречают его, чуть ли не ежедневно, да и чего скрывать, от самого процесса, он терпел ещё больше неприязни. Почти каждая игра в свете софитов - была, лишь очередной маской, мастерски шлифовать истинные эмоции, под умелой актерской игрой - стала неотъемлимой частью мерно идущей жизни арахнида. Даже после смерти, парень продолжил заниматься порноиндустрией, почему? Ему, уже и неизвестно, но одно, можно сказать наверняка, у него, просто не было другого выбора. Энджел, лишь попался на наигранную доброту и бескорыстность, что активно излучал Валентино- наиболее популярный порно-магнат, ну и по-совместительству - один из одиннадцати сильнейших демонов преисподнии, попутно расставляя профессиональные сети, в терпеливом ожидании очередной, столь наивной и неуверенной в себе, жертвы, жаждущей прославленности и всеобщего внимания, возможно и заботы, в чем отчаянно нуждался паук, изо дня в день, выживая на бесчисленных улочках Ада. Однако, с неспешным течением времени, демон постепенно осознавал, что его всего-навсего, обвели вокруг пальца. С того момента, как блондин попал в ад, прошло уже более двадцати лет. Но жизнь свою, он помнит лишь скудными, не несущими в себе никакой подробной информации, обрывками, единственный, кого смог вспомнить Энджел, так это его любимая сестричка - Молли, которая попала сюда чуть раньше него. Найти её не составило большого труда, потому что она, как и многие члены семьи Даста, вобрали в себя образы пауков. Единственное, о чем, одновременно и сожалел и был счастлив - так это отсутствие, а может и скрытность его матери в этом затхлом местечке. Он всегда любил и доверял ей, как когда-то верил и самому себе, всегда любил и прислушивался, к тёплым словам, испытывал жалость, при слезах, одного из самых дорогих ему людей. Бесспорно, отец, всегда был своеобразен в воспитании и мировозрении, оттого и сложилось неприязненное отношение блондина, к родственнику. Порой, он и был невыносим и негуманен, но, даже подобному человеку, на собственное удивление, Даст не желал зла, или смерти, скорее, присутствовали, лишь равнодушие и некая пустота внутри. У него не было выхода, кроме, как наблюдать, как всё больше, они отдаляются друг от друга. Прочих, смутно знакомых лиц, он, так и не обнаружил, только потому что не пытался или же не посчитал нужным терять время на бесплодные поиски. Недавно, Энджела выгнали со студии из-за постоянных опозданий и претензий с его стороны, но увольнять не стали, так как тот был один из самых востребованных актёров в городе. Не найдя подходящего жилья, блондин заселился в «Hotel Hazbin». Этот отель прославился на весь Ад, но, грубо говоря, не в самую лучшую сторону, когда получил провал в прямом эфире, а конкретнее - небольшой студии, сплошь наполненной самыми разнообразными демонами. Многие считают, что мертворождённая идея наивной блондинки, свято верующей исправлению грешников, глупа, как и она сама, не взирая, на собственный статус, потому туда, до селе, не ступала, ни одна мёртвая душонка. Да, присутствовало некое непонимание и, наверное...разочарование? Да, отец, а по-совместительству - Владыка порочного, наполненного болью и муками мира, что пропитался удушающим смрадом гари копоти, с приместю металлического запаха свежей крови, ну, или же, едва ощутимыми нотками дыма и гниения разлагающихся тел. Именно он предугадывал, подобную участь девчушки и пытался уберечь, от угнетающей обиды, закравшейся и паразитирующей внутри, да и разочарования в окружающих, а главное - в своих силах. Но Энджел стал первым, кто не только зашёл туда, так ещё и остался жить, но в его планы не входило искупление и попадание в рай, лишь пережить чистку и комната для ночлега, однако, Шарлотта возложила на него, как вскоре, оказалось ложные надежды В тот же день, после провала на телевидение к ним зашла, довольно неожиданная персона, а именно, Радио-Демон или Аластор. Тот и по сей день считается одним из самых могущественных демонов Ада. И он решил помогать Чарли- владелице этого отеля, с ведением этого нелегкого дела, не смотря на то, что это было достаточно подозрительно, девушка с неким недоверием к личности, приняла его помощь. -Энджел, ты где был?- Спросила Шарлота, подходя к только что пришедшему парню. Девушка не знала о его работе и подработках, отчаянно цеплялась, за мысль, что тот и впрямь, желает искупиться. -Ох, дорогуша, за меня переживаешь?- мурлыкнул паучок расплываясь в ехидной, самоуверенной ухмылке, обнажающей ряд бритвенно острых зубов, подходя к барной стойке, виляя бёдрами. -Хаскер...- Протянул блондин, отодвинув стул и сев за стойку.- А плесни мне чего-нибудь, по старой дружбе...- Но увидев злой взгляд бармена, Энджел раздраженно вздохнул и протянул ему одну смятую купюру. -Как же я тебя ненавижу!- Со злобой сказал Хаск и протянул тому стакан виски. -Взаимно!- Ответил актёр и залпом выпил содержимое, а затем встав с места, он пошёл к себе в комнату. Хоть у Энджела и была специфическая профессия, но за гигиеной он тщательно следил и старался поддерживать, по-этому зайдя в комнату, он спешно взял чистые вещи и пошёл в ванную. *** Уже приняв теплые объятия воды, паучок, был вынужден с разочарованием покинуть их и вернулся в комнату, устало падая на кровать, приземлившись лицом в одну из многочисленных подушек, мирно покоившихся, на шелковых, местами смятых простынях. Уже закрывая глаза и собираясь уснуть, сзади он услышал приглушенные радиопомехи и едва уловимый слухом, белый шум. Не сложно было догадаться кем являлся их обладатель. -Что тебе опять нужно?!- Не отрывая голову от подушек, устало бросил блондин. -Там твоя свинья опять погрызла тапки Вегги, по-этому она просила забрать его, так как брезгует к нему прикоснуться, мой друг,- спокойным голосом с помехами на заднем фоне, ответил Аластор и покрутил в холодных, словно сама смерть руках, винтажный микрофон излюбленного владельцем, цвета. -Да за что вы его так ненавидите?!- Уже раздраженно сказал Энджел, после чего пересел на широкой кровати в "позу лотоса", скрестив верхнюю пару лапок на объёмной груди, выпирающей из небольшого выреза. -Я не люблю животных, - собрав в голосе, все имеющееся равнодушие, с легкой примесью неприязни - пояснил Аластор и пожал плечами. Радио-демон покинул пределы комнаты, в коей, как и всегда витал неприятный, для него, запах пряностей. Недовольно простонав, актёр с огромным усилием оторвал зад, от кровати, и постукивая платформой ботфорт,вышел из помещения, продвинаясь, сквозь полупустые коридоры, погрузившиеся в приятную полутьму, направляясь к лестнице. -Энджел, убери эту грязную тварь от сюда! Как Чарли тебе вообще разрешила привести это сюда?!- постепенно закипала сероволосая, метлой отгоняя отчаянно похрюкиваюшую свинью подальше от себя. -Эй, нельзя поаккуратней с ним?! Он вообще-то тоже чувствует!- Возмущался блондин, беря на руки питомца,- кстати, для отсталых, я напомню, что у него есть имя!- С этими словами, Энджел поцеловал свинку в мерно раздувающийся в такт учащенному дыханию, розоватый пятачок, от чего рядом стоящая девушка с веником в руках недовольно сморщилась. -Для отсталых напомню, что если кто-то живёт в отеле и заводит какую-либо живность, то это животное должно сидеть в номере и не высовываться!- Продолжила Вегги, отставляя несчатную метлу на законное место, в пыльной, местами покрывшейся невидимыми нитями паутины, кладовой и скрестив руки на груди. -Тогда почему ты здесь? Разве Чарли не должна была запереть тебя в комнате?- прыснул от своей же шутки парень. Девушка слегка краснела, от, только нарастаюшей злости, с самого начало она невзлюбила этого актёра и сейчас, её мнение никак не изменилось, даже наоборот укреплялось, с каждым днём, проведенным с подобным шлюханом. -Иди ты! Ещё раз твоя свинья что-то сделает, я его на бекон пущу!- Крикнула Вегги и в спешке удалилась из комнаты. Безразлично пожав плечами, паучок спокойно поднялся обратно в комнату.