Случайное сообщение

      Воскресенье.       В будние дни я зачастую не давал себе нормально высыпаться, работая ночами до упора, но выходные… Это было святое. Посягательства на них воспринимались мною, как личное оскорбление и предательство. И вот сегодня где-то на задворках ещё затуманенного сном разума я услышал шипение. Моему отчасти воспалённому мозгу казалось, что это шипение исходит не извне, а изнутри. В попытках заглушить этот мерзкий звук, я сжался на кровати, бормоча какие-то неразборчивые проклятия, однако шипение не проходило. К нему помимо прочего прибавилось бренчание посуды, звук воды… музыка? Музыка!       Я резко открыл глаза, и сонная дрёма слетела в считанные секунды, даря осознание того, что за окном ранняя рань! Взглянув на часы, я с ужасом обнаружил, что стрелки еле-еле ползли к шести. Сказать, что я был в ярости, значило ничего не сказать. Уже в предвкушении разгромного ора, криков и смачного скандала, я укутался в простыню и яростно двинулся в кухню, откуда, очевидно, эти мерзкие звуки и доносились.       — Поттер! — заорал я, едва выйдя из своей комнаты.       — Знаешь, мне нравилось то время, когда ты ещё не знал моей фамилии, — не оборачиваясь обронил Гарри.       Его вид на кухне становился слишком постоянным явлением. Складывалось впечатление, что вся моя жизнь закольцевалось на этом событии. И я искренне понадеялся, что это не так, ведь к хорошему быстро привыкаешь, а вот отвыкать от этого приходится уже с бо́льшим трудом.       — Какого чёрта? — продолжил я, пропуская его ремарку мимо ушей.       — Что тебя не устраивает на этот раз? — на полувздохе спросил Гарри, оборачиваясь.       Но стоило ему окинуть меня взглядом, как он замер. Я не мог понять этой реакции. А затем этот лёгкий румянец, расползающийся по его щекам… Медленно и методично он прошёлся по моему телу с головы до ног, прикусив губу и облокотившись на кухонную тумбу за спиной, складывая при этом руки на груди.       — Ты спишь прямо так? — вскинув бровь, решил уточнить он.       — Что? — я проследил за его взглядом и понял, что идея укутаться в простынь была более чем ужасна. Лёгкий, тонкий хлопок, обмотанный вокруг ног и бёдер, на свету открывал заинтересованным зрителям доступ практически ко всему, не делая поблажек и исключений. Осознав это безобразие, я постарался прикрыть наготу, намотав второй слой простыни, но не сказать, что это хоть немного спасло ситуацию. — Иди к чёрту, Поттер!       Гарри усмехнулся, явно забавляясь.       — Какого хрена ты гремишь в такую рань? — вернулся я к тому, с чего начал.       — А что тебя не устраивает?       — Время! Время меня не устраивает! Шесть утра! В грёбанное, мать его, воскресенье! Кто не спит в воскресенье? Что ты за человек, Поттер?       — Самый обычный, — неопределённо пожал плечами Гарри. — И, если ты закончил орать, я предлагаю встретить рассвет за завтраком на балконе. Одному мне скучно, а ты всё равно уже проснулся. Хочешь?       Я был потерян и ошарашен. Надежды на хорошую выволочку пали прахом. Слишком спокойную натуру Поттера так просто из себя не выведешь. К тому же у меня на сегодня была запланирована ещё пара встреч, почему бы не начать их с самого утра? Да и ароматы кофе, витающие по кухне, были слишком соблазнительны, чтобы от них отказываться. Подсчитав все «за» и «против», я решил пойти по пути наименьшего сопротивления. Поскандалить с Гарри я всегда успею.       — Ладно, сегодня я пропущу тебе мой нахальный и явно бессердечный подъём с кровати, но в следующий раз, бога ради, имей совесть, люди любят спать по воскресеньям, — сказал я, подходя и усаживаясь на барный стул у кухонного островка и наблюдая как Гарри возвращается к готовке чего бы там ни было. — Может тебе чем-то помочь?       — Угу. Оденься, пожалуйста, если не хочешь быть изнасилованным.       — Очень смешно, Поттер. Но, чтобы ты знал, потенциальных партнёров принято сначала приглашать на свидание, а может и на несколько. Учись, пока я жив, — полушутливо сказал я, но всё же поднялся, чтобы надеть что-нибудь более удобное и абсолютно точно более закрытое.       — Приму к сведению… — ответил Гарри, жестом руки веля мне убираться из кухни.       Добравшись до комнаты, я скинул своё жалкое прикрытие в виде простыни и направился к шкафу. Вытащив свои любимые штаны и футболку в тон, я быстро оделся и, не давая себе шанса встрять у зеркала, даже не глядя в него, поспешил вернуться к месту предполагаемого завтрака.       Гарри уже заканчивал приготовления. Судя по тарелкам, ютившимся на подносе, это были тосты с Нутеллой и фруктами, просто и безумно вкусно!       — Обожаю Нутеллу, — выдохнул я, увидев любимое лакомство.       — Почему-то даже не удивлён, — улыбнулся Гарри, добавляя к тарелкам чашки с кофе и подхватывая поднос на руки.       Мы вышли на небольшой балкончик нашей квартиры, его минимальная площадь не позволяла поставить сюда что-то посолиднее пары стульев и самого простого деревянного ящика, поэтому поднос с завтраком опустился именно на него, а я и Гарри приземлились на те самые стулья рядом.       Гарри вытянулся и откинул голову на спинку, закрывая глаза и вдыхая прохладный свежий воздух полной грудью. Солёный и влажный он несильными потоками кружил вокруг, навевая какое-то меланхолично-романтичное настроение. Не хотелось ни думать, ни разговаривать, но тишина создавала какое-то странное наэлектризованное напряжение.       — Никогда бы не подумал, что ты ранняя пташка, — начал я, вгрызаясь в тост с Нутеллой.       — А я и не она, — улыбнулся Гарри, открывая глаза и беря кружку с импровизированного стола. — Как видишь, я тоже заливаюсь кофеином по утрам.       — Ничего не понимаю, — мой тост замер на пол пути. — Тогда как мы оказались тут, когда на часах только-только наметилось шесть?       — О, — улыбнулся Гарри, — мне нравится бегать по утрам, но, учитывая время, в которое я обычно ложусь спать, рассветы встречать не получается, так что приходится переносить сон на первую половину дня. В итоге создаётся впечатление, что я встаю безумно рано, хотя по факту я вообще вряд ли ещё ложился.       — А как же учёба? — удивлённо уточнил я.       — А что с ней? — нахмурился Гарри, отпивая кофе из своей чашки.       — Ну лекции, семинары, — всё проходит с утра. Тебя уже должны были отчислить за систематическое прогуливание.       — Драко, — Гарри сделал паузу и взглянул мне прямо в глаза. — То, что наши пары перекликаются по утрам, не означает, что вся моя учёба сосредоточена вокруг утреннего расписания. После обеда тоже бывают занятия. Большая моя часть проходит именно в это время, утром же мне помогает моя фирменная смесь из кофеина и энергетика.       — Ненавижу её, — пробубнил я, в надежде, что Гарри не услышит.       — Почему? — но он, конечно же, всё услышал, и в уголках его губ я заметил улыбку.       — Мне кажется, сердечный приступ будет тебе не к лицу.       — Осторожней, иначе я решу, что ты обо мне волнуешься.       — И не подумаю. Просто если вдруг с тобой что-то случится, придётся самому платить аренду, чего мне искренне не хотелось бы. Всегда есть практическая сторона вопроса, Гарри, — многозначительно улыбнулся я и слегка повёл бровями.       И это моё выражение почему-то показалось ему до боли смешным, он смеялся не переставая ещё минуты две, пытаясь моментами сохранить серьёзность, но всё равно срываясь на заливистое хихиканье. Это было заразительно. Так что пару раз я тоже посмеялся с ним. Успокоившись, он посмотрел на меня со всё ещё блуждающей улыбкой на губах и о чём-то задумался, затем снова слегка улыбнулся и уставился в свою чашку кофе.       Рассвет мы встретили молча, каждый со своими мыслями. Не знаю, о чём думал Гарри, но я занялся тем, что умею лучше всего, просто наблюдал. Наблюдал за тем, как солнце окрашивает его лицо, подсвечивая кожу, акцентируя внимание на уже известных до боли деталях, из-за чего глаза казались ещё зеленее, в них будто плясала листва деревьев, и бликовала гладь спрятанного озера. Губы казались ещё более яркими и алыми, с каким-то лёгким медовым налётом. Они манили меня прикоснуться, проверить их на реальность, и я не знаю, что сыграло свою роль, этот жуткий недосып или романтизированная обстановка вокруг, но я вдруг увидел Гарри буквально в новом свете… И, если всё было так, как мне показалось, то это обещало стать началом конца…