Встреча уготованная судьбой

***

Подплыв к берегу и ступив на землю, адепты весело засмеялись, говоря о чем-то своём. Сейчас они все направились в сторону гостиницы, чтобы отдохнуть после боя. Только двое юношей шли сзади, не говоря ни слова. Эта тишина не давила, наоборот, была приятной и успокаивающей. Но она бы все равно когда-нибудь прекратилась, поэтому Лань Сичэнь заговорил первый: — Цяо Вэн Лян, вы надолго задержитесь в наших краях? — немного с надеждой, Сичэнь посмотрел на бродячего заклинателя. Он надеялся, что Вэн Лян задержится хотя бы на неделю, ведь ему хотелось провести больше времени с этим юношей. — Можно просто Вэн Лян. — улыбнулся, после чего продолжил. — Кто знает сколько я тут продержусь, возможно я буду здесь, пока не услышу о нечисти или о лютых мертвецах, а, возможно, я останусь здесь на неделю, чтобы отдохнуть от длительного путешествия. — как-то задумчиво произнес Цзян Чэн, смотря вперёд себя куда-то вдаль. — Если вы не против, я бы хотел пригласить погостить вас в Облачных Глубинах. — Лань Хуань замолчал, ожидая ответа, он очень не хотел услышать отказ, но даже если это произойдет, то ему придётся просто смириться, ведь не будет же он его тащить силой в свою резиденцию. Услышав предложение Лань Сичэня, он вздрогнул, надеясь, что его не разоблачили, а потом начал взвешивать все за и против: во-первых, если он туда пойдет, то его могут узнать и уже завтра он будет сидеть перед своим отцом на коленях, во-вторых, эта идея была неплохая, ведь он мог чему-то научиться во время пребывания в другом ордене, а в-третьих, он почему-то не понимал, но ему хотелось проводить с этим заклинателем больше времени. Это было странно для Цзян Чэна. Он ловил себя уже третий раз на этой мысли, но отмахивался от нее, опираясь на то, что он уже давно не разговаривал с людьми, тем более с такими красивыми и приятными. — Спасибо за заманчивое предложение, но мне нужно подумать. После этих слов они снова начали идти молча, как и до этого. Идти им пришлось недолго, ведь они даже не заметили, как прошло время и они оказались около входа в гостиницу. Цзян Чэн прошел вперёд, намереваясь снять себе комнату. — Простите, молодой господин, но все комнаты заняты, — с грустью произнес мужчина лет 40 и осмотрел юношу, который сейчас был темнее тучи от того, что придется провести ночь на улице. Но через секунду Цзян Чэн почувствовал прикосновение к своей руке. Кто-то сжал его запястье, а когда он обернулся, то увидел Лань Сичэня, не успев ничего спросить или сказать, он услышал тихие слова: — В моей комнате две кровати, если хочешь можешь переночевать у меня, — как-то немного смущённо проговорил Сичэнь, когда в его голову полезли мысли, неподобающие первому нефриту клана Гусу Лань. Цзян Чэн странно посмотрел на него, отмечая про себя некоторые мелочи, а после, замявшись, все же произнес «Спасибо» и отправился за Сичэнем в их общую, на сегодняшнюю ночь, комнату.

***

За окном уже вечерело, солнце начало заходить за тучи и во дворе стало не так шумно. Цзян Чэн с Лань Хуанем сидели на своих кроватях. В то время, как один медитировал, второй — молча наблюдал, не издавая ни звука, чтобы не помешать. Когда на улице уже было довольно темно и начали появляться первые звёзды, ему с Лань Сичэнем, принесли ужин. Он не был таким вкусным, как в Пристани Лотоса, но нужно было есть то, что дают, ведь сейчас он лучше нигде не найдет. Через пару минут размышлений, он увидел рядом с собой сосуды с вином, которые имели название «Улыбка Императора». — Может выпьем? — выпалил Цзян Чэн, прежде чем подумал. Он помнил, что в ордене Гусу Лань три тысячи правил, поэтому был уверен, что правило на запрет алкоголя тоже имеется. Почему же именно в этот момент память подвела его? — Я не против. — мягко произнес Хуань, на ходу открывая сосуд и разливая вино в пиалы. Цзян Чэн сначала удивился, но позже вспомнил, кто перед ним сидит. Он как-то облегченно вздохнул, подумав, что Лань Сичэнь такой же, как и он, на которого также взвалили много обязанностей своего клана, поэтому он и решил, что хоть когда-нибудь нужно расслабляться. Когда третий сосуд «Улыбки Императора» был опустошен, в глазах Цзян Чэна немного поплыло, говоря о том, что с него уже хватит. На удивление, Лань Сичэнь сидел бодр или может только снаружи казалось, ведь его взгляд так и горел огоньками. Лань Сичэнь заметил взгляд Вэн Ляна и вздрогнул, ведь в его взгляде читалось желание и дикая страсть. Сичэнь бы уже давно кинулся к нему в объятья, но он видел, что его спутник был пьян. Лань Хуаню хотелось, чтобы Вэн Лян всё запомнил, а не просто думал, что ему приснился сон, возможно, даже кошмар, о котором он забудет на следующий день. Но, кроме этого, есть ещё одна мысль, которая его терзает. Сичэнь не уверен, что Вэн Ляну нравятся парни, возможно, из-за того, что тот пьян и у него в глазах плывет, он видит совсем не Лань Хуаня, а какую-то красавицу, это сильно расстраивало последнего. Когда Лань Сичэнь хотел подняться и выйти подышать свежим воздухом, его схватил за руку Цзян Чэн, не давая сделать и шага. — Ты куда? Я тебя чем-то обидел? — он был уверен, что обидел молодого господина Ланя, только не знал чем, ведь ничего плохого он ещё пока не сделал и от этого на душе было как-то неспокойно, поэтому Цзян Чэн крепче сжал руку парня. И не заметил сам, когда начал не только смотреть, а пожирать Сичэня взглядом. Он первый раз чувствовал такое влечение к парню, а не к красивой деве и почему-то, это его ни капли не смущало. Может это от алкоголя, что так не вовремя ударил в голову? Возможно, он завтра проснется и ему будет стыдно, он будет жалеть о своих поступках, но это будет завтра. — Я-я просто хотел пойти подышать свежим воздухом. Вы здесь не при чем. — сначала застыв, а потом вспомнив где он, запоздало ответил, переводя взгляд на свою руку и как бы не хотелось, Сичэнь вырвал её и вышел с комнаты, он помнил, что Вэн Лян — бродячий заклинатель и им вместе ничего не светит, поэтому он не переступит границы дружбы. Когда Сичэнь вернулся, Цзян Чэн уже спал, он подошел к нему и, не удержавшись, поправил прядку волос за ухо, считая, что во сне Вэн Лян очень милый. Простояв так ещё немного, Сичэнь хотел пойти к своей кровати, но его схватили за руку, а после и вовсе, потянули на себя. — Ммм, Сичэнь, не уходи. — в полудрёме пробубнил Цзян Чэн, прижимая молодого господина Ланя к себе, а после взял его руку в свою и нежно поцеловал в ладонь. Лицо Сичэня залилось краской от таких действий юноши. Когда он открыл глаза, то встретился с парой других глаз, которые смотрели на него, а после приблизились, целуя сначала в лоб, а позже в макушку. Так они и уснули.