Ловцы

— Слушай, Гарри, — привлекает к себе его внимание Джинни одним утром, стоит тому спуститься на кухню «Норы», чтобы отыскать что-то на завтрак, — вот скажи — только честно — у тебя когда-нибудь был краш в Седрика Диггори? Гарри непонимающе на неё смотрит, испытывая что-то среднее между смущением и возмущением. А может всё сразу. — Что?.. Нет, конечно! С чего ты это вообще взяла? Видимо, звучит он не очень убедительно, потому что губы Джинни растягиваются в ехидной ухмылке, а в глазах уже можно разглядеть пляшущих чертят. — Ну, смотри. На четвёртом и пятом курсах тебе нравилась Чжоу, которая была ловцом Рейвенкло. Потом мы с тобой встречались, а я ведь тоже была ловцом Гриффиндора какое-то время, помнишь? Поэтому я чисто в шутку решила предположить, но по одному твоему лицу вижу, что оказалась права. — Доброе утро, — очень вовремя прерывает сумасшедшую теорию Гермиона, заглядывая на кухню. После выпуска из Хогвартса они не так часто имеют возможность собираться всей компанией, но в эти выходные Гарри просто несказанно повезло. Знай он, что его ожидает, остался бы дома. — Что обсуждаете? — У Гарри был краш в Седрика Диггори, — заговорщицким тоном делится с подругой Джинни. Та изумлённо приподнимает брови, по пути хватая джезву. — Да не было у меня ничего! Против воли Гарри чувствует, как предательски кровь приливает к щекам. От возмущения. Он ненавидит обсуждать свою личную жизнь, даже если какой-то определённый момент имел место быть где-то в далёком прошлом. Гарри уважал Седрика, ладно? Ему нравился Диггори [как личность], и, как и любой другой парень, уже достигший начала переходного возраста, Гарри признавал, что Седрик был привлекательным. В целом, объективно, а не согласно его — Гарри — вкусовым предпочтениям. — И как мне мог нравиться Седрик, когда ты сама подтвердила: на четвёртом курсе мне уже нравилась Чжоу! Что-то не складывается в твоей теории. Джинни лишь небрежно от него отмахивается. — Вы, мальчишки, просто вечно находите что-то постыдное в том, чтобы признать, что вам понравился другой парень. Поэтому с двойным усердием цепляетесь за девушек, — она делает паузу, и её улыбка похожа на чеширскую. — Как ты сейчас. Гермиона, к большому разочарованию, на его сторону встать не торопится. Гарри качает головой и занимает рот бутербродом с ветчиной, который заботливо приготовила миссис Уизли незадолго до его прихода. Он мысленно благодарит всех богов и Мерлина с Морганой заодно за то, что та сейчас копается где-то в саду и не является свидетелем столь неловкого разговора. Иначе Гарри бы под землю со стыда провалился. И это ещё не считая того факта, что инициатором столь щепетильной дискуссии является его бывшая девушка. Мерлин, за что ему это. — Я ещё не закончила! — после небольшой паузы восклицает она и принимается загибать пальцы, перечисляя имена. — Я с Гриффиндора, Чжоу с Рейвенкло, Седрик с Хаффлпаффа… Для полной коллекции не хватает только–… Гарри неожиданно понимает, к чему Джинни клонит, и из горла вырывается обречённый стон, приглушённый из-за того, что он не выдерживает и прячет лицо в ладонях. — Да ты, должно быть, шутишь. Гарри даже готов признать, что в самом деле испытывал когда-то симпатию по отношению к Седрику, лишь бы она не продолжала. К последнему известному ему ловцу Гарри никогда ничего подобного не испытывал. У них была только вражда и упёртое, подстёгнутое неприязнью соперничество. — Малфой! — произносит Джинни с торжеством, которое явно не должно присутствовать в голосе любого Уизли, упоминающего любого Малфоя. — Колись давай, ты наслаждался вашими напряжёнными играми! А потом что? Дрочил на него в душе, прилегающем к раздевалке, после матчей? Честное слово, да она просто наслаждается этой пыткой — даже намеренно подражает его игре бровями на последнем предложении. — При всём уважении, — Гермиона неловко прочищает горло, впервые отказываясь от роли довольного молчаливого свидетеля представления, — я даже думать не хочу о таких подробностях. — Гермиона, ну хоть ты ей скажи! Подруга поджимает губы и посылает ему сочувствующий взгляд. — Прости, Гарри, хоть я действительно не думаю о том, что — не верю, что говорю это — ты был влюблён в Малфоя, — медленно начинает она, — я не могу отрицать тот факт, что ты был крайне одержим им, особенно на шестом курсе. Ладно, такого предательства он не ожидал. Гарри с долгую минуту смотрит на них с открытым ртом, а затем снова прячет лицо в ладонях. — Мерлин, у меня же с ним деловая встреча в конце недели! — обречённо восклицает он. — Мне как теперь забыть об этом ужасном разговоре и в глаза ему смотреть после такого? Как вы додумались вообще… это же Малфой! Джинни вместо ответа резво запрыгивает на край стола и отнимает у него недоеденный бутерброд, откусывая от того добрую половину. — Да не парься, — весело советует она с набитым ртом. — Просто пригласи его на свидание, делов-то! Этот день явно настроен против него, потому что в этот момент на кухню заходит Рон. — Что за повод для веселья? — сонно интересуется он. — Гарри собирается пригласить Малфоя на свидание! — Джинни, хватит дезинформировать людей! От услышанного это Рона, правда, всё равно не спасает. Он зависает ненадолго, слепо уставившись в стол. Затем качает головой. — Всегда подозревал, что когда-нибудь этот день настанет, — едва слышно бормочет его лучший друг скорбным голосом, почёсывая затылок. — Но давайте я лучше выйду, потом снова зайду, и мы сделаем вид, будто этого разговора никогда не было, ладно? Не уверен, что хочу знать. Нет, определённо не хочу. Гермиона прыскает в кружку с кофе, а Джинни даже не думает делать вид, словно ей не смешно. Заливаются хохотом, предатели, а Гарри только и остаётся, что смотреть на них возмущённо и гадать, когда они успели скооперироваться. Надо же ещё до такого бреда додуматься — он и Малфой. Сплетня, достойная фантазии Скитер. Глаза неожиданно цепляют лежащий на столе свежий выпуск «Ведьмополитена». Гарри подозрительно прищуривается. — Джинни, передай-ка мне журнал. — Зачем он тебе? — тут же переходит в оборону та, отодвигая выпуск на другую часть стола. — Да брось. Просто дай мне этот чёртов журнал. Гарри поднимается с насиженного места и обходит стол с другой стороны, но «Ведьмополитен» ловко оказывается в руках Гермионы, а оттуда — Рона. Друг, правда, решает проявить солидарность. Добрая треть обложки занята зазывающим:

«ГЛАВНЫЙ СЕКРЕТ САМОГО ЗАВИДНОГО ХОЛОСТЯКА ГОДА РАСКРЫТ»

«интимные подробности, слабости и предпочтения в партнёре претендентам на заметку!» Автором провокационной статьи [разумеется] является Рита Скитер. Гарри раздражённо выдыхает и открывает журнал на нужной странице, уже догадываясь, о чём пойдёт речь в статье. Шутка Джинни не просто достойна фантазии Скитер. Она и оказывается фантазией Скитер. До мельчайших деталей. Занимает целый разворот, где мелким шрифтом та строит предположения о тенденции Гарри встречаться с игроками в квиддич [ловцами, в частности] [«… возможно, у нашего Героя своего рода фетиш на спортивную униформу?»]. Рассказывает о любовном треугольнике между ним, Чжоу и Седриком, а ещё [о, Мерлин!] неожиданно освещает под другим углом ей же придуманную на четвёртом курсе сплетню об их конфликтных отношениях с Крамом [«… не за сердце мисс Грейнджер, оказывается, велась борьба!»]. Даже от беглого взгляда на статью Гарри хочется взвыть. Хуже копания в его грязном белье может быть только огласка его ближайшей запланированной встречи с Малфоем и «смелое» предположение Скитер о том, что Гарри «собирается сделать первый ход в сторону ещё одного хорошо знакомого ему ловца, занимающего второе место в топе “Самых завидных холостяков 2000-го года“, так что запасайтесь носовыми платками, дамочки, вероятно в следующем году на этих позициях окажутся другие имена». Скитер, тем не менее, советует не отчаиваться тем, кто хотя бы косвенно связан с квиддичем, ибо «шанс ещё есть». Что в целом выглядит довольно противоречиво с учётом, что она предлагает им конкурировать с Драко Малфоем. Не то чтобы он считает Малфоя таким уж и привлекательным. Гарри готов провалиться под землю. Три дня спустя, когда у Гарри всё валится из рук с самого утра, Драко Малфой смотрит на него с этой свойственной повзрослевшему ему насмешливой снисходительностью. — Да брось, Поттер, — лениво тянет он, подмечая нервное состояние Гарри. — Мы же взрослые люди, — губы его растягиваются в ухмылке, и [видит Моргана] Гарри она не нравится. — Если тебе в самом деле так хочется пригласить меня выпить, я свободен в следующую пятницу после восьми. Мерлин, и этот туда же.