Поиграем, каттен?

— Ну и что теперь? — спросила я, натягивая лёгкую ухмылку на свое лицо, — убьёшь меня и свалишь на несчастный случай? Да тебе никто не поверит! Все указывает на то, что убийца ты и только ты, — щека заныла и покраснела от резкого удара мужской ладони. — Тебе не кажется, что ты далеко не в том положении, чтобы грубить мне? А на счет твоего убийства…было бы крайне глупым решением убивать тебя самому, поэтому, — он положил пистолет рядом, а сам принялся освобождать меня от верёвок, которые сковывали движения, — если тебе он действительно дорог, то убьёшь себя сама, только бы спасти его. — Кого? — саркастично спросила я, дабы оттянуть еще немного времени. Они ищут меня. Знаю, что ищут. — Не строй из себя дуру, Агата. Ты прекрасно понимаешь, что речь идет и твоем женишке Нильсене, — при упоминании фамилии шведа, его образ сам собой всплыл в голове. Последнее воспоминание — это нежное, успокаивающее поглаживание по ноге. Дядя отпрянул от меня, взяв в руки второй пистолет. — И даже не смей дёргаться. Просто бери и стреляй себе в голову. Полиция наверняка спишет это на то, что ты не выдержала разлуки с любимой тетушкой и отправилась к ней, — Чарльз, видимо в случае форс мажора, перезарядил свое оружие и направил на меня. Он знал, что я не смогу выстрелить в него. Знал, что всегда прощала всех и если бы он сейчас упал передо мной на колени и попросил прощения, то я бы кинулась к нему в объятия, как полная дура. — Стреляй! — командный, приказной тон дяди вывел меня из размышлений и вернул в темную атмосферу подвала. В уголках глаз скопились слезы. Вот почему? Я просто приехала на юбилей к тётушке, а теперь подставляю дуло пистолета к своему виску. — Всем не с места! Полиция! — в помещение ворвался Гудман, а за ним Алекс и Сэм. Увидев меня, их глаза полезли на лоб. — Агата, Чарльз, положите пистолеты! — крикнул детектив, медленно подходя ко мне. — Ты так не вовремя, Гудман. Прости, племяшка, у меня не было другого выбора, — раздался оглушительный выстрел. Тело дяди обмякло и упало на землю. В тот же момент оружия в моих руках не оказалось и я медленно скатилась по стене, утопая в своих слезах. Алекс был рядом. Всегда рядом. Он что-то говорил, но я не слышала. Я просто прижалась к его груди и тихо всхлипывала, а затем и вовсе потеряла сознание. Но я могла все слышать и чувствовать. Сильные руки подхватили меня и куда-то понесли. Вокруг раздавались голоса Сэма, Марты, Фредерика, Гудмана, которые крутились вокруг Алекса. Он ничего не отвечал. Казалось, что швед шёл напролом, не желая ничего говорить. Вскоре под собой я почувствовала мягкую кровать и погрузилась в сон.

***

Открыв глаза, я тут же увидела Алекса, который сидел в кресле. Заметив, что я очнулась он присел рядом со мной на кровать. — Как ты себя чувствуешь, каттен? — только услышав его голос, душе сразу стало неимоверно легко. — Вроде жива, — коротко ответила я и приподнялась, чтобы сесть на кровать. — Какого хрена ты пошла с ним разговаривать один на один? — я прижалась к нему, успокаивая нас обоих. — Алекс, я так испугалась… За всех, а за тебя больше всех, — я начала обсыпать его тело и щеки мимолетными поцелуями. — Глупенькая, каттен. Ты по-моему еще не до конца пришла в себя. Тебя чуть не убили, а ты переживаешь за меня, — швед прижался губами к моему лбу, аккуратно придерживая руками талию. — Алекс, я… — Я люблю тебя, Агата, — прервал меня шатен, — Когда я подумал, что Чарльз сможет что-то с тобой сделать, во мне закипела кровь. Я никогда не испытывал на себе такое чувство. Ты знаешь, что мне тяжело говорить об этом, но я абсолютно точно знаю, что люблю тебя. Сильнее, чем кого-либо. Что ты хотела мне сказать? — он смахнул пару капелек слез, которые уже стекали с моих щек. — Я тоже. — Что тоже? — сказал швед и придвинулся чуть ближе. — Я тоже тебя люблю…

***

Прошло несколько дней после смерти «дядюшки». Хотя, если посудить, то какой он мне дядя? Столько лет хотел убить меня, убить тетю. На часах полночь. В руках баночка, уже слегка подтаявшего мороженого. Лишь оно, хоть чуть-чуть, но все же успокаивало меня. На своей талии я почувствовала тяжелый мужские руки и от испуга дернулась. — Аристократкам запрещено сидеть на барной стойке, — чуть помедлив он продолжил, — разве что только в благих целях, — промурлыкал швед. — Ты меня напугал, Алекс, — я отставила мороженое в сторону и повернула голову в бок, чтобы хоть краем глаза увидеть шатена, — почему ты не спишь? — Стало холодно без тебя, — его руки уже вовсю бродили по моему телу. Я откинула голову на плечо парня, когда почувствовала его ладони на своей груди. — Алекс, мы на кухне, прекращай, — уже чуть тише сказала я. Но он не останавливался и уже принялся развязывать мой шелковый халатик. — А если я скажу нет, что ты сможешь сделать, любимая? — после этой фразы у меня окончательно сорвало крышу. Он прав, я не смогу ничего сделать, — Поиграем, каттен? Он обошёл барную стойку и теперь я могла увидеть своего мужчину во всей красе. Руками он раздвинул мои ноги, размещаясь между ними. Окончательно сняв халатик, он начал осыпать мое тело, на котором, к слову, осталась только сорочка, поцелуями. — Будь тихой, малыш. И все будет хорошо, — я не успела ничего понять, как его пальцы уже оказались внутри меня, — ты же будешь послушной девочкой для папочки? — я утвердительно кивнула и схватилась за край столешницы не в силах сдерживать стоны. — Алекс, по...пожалуйста, — это была мольба. Мольба о большем. — Что хочет моя девочка? — он играл, издевался и пробуждал все мои скрытые желания. — Я хочу...чтобы, — каждое слово давалось с трудом. Его пальцы грубо вбивались в мое лоно. Я хваталась за все подряд, дабы быть тихой и послушной девочкой для своего папочки Алекса. — Я не слышу, каттен. Что ты хочешь? Как ты хочешь? — он вытащил пальцы из меня и добавил, — Может быть ты хочешь, чтобы мы пошли спать? — я отрицательно покачала головой, — Тогда говори! — и снова его повелительный тон, который обсыпал мурашками мое тело. — Я хочу тебя. Тебя и только тебя. Жестко, грубо, как ты любишь. Я хочу, чтобы ты трахнул меня прямо на этой барной стойке, Нильсен! — Воу, а маленькая Агата Кристи знает и такие слова? — он потянулся к краю своих спортивных штанов, но помедлил, — попроси вежливо, Агата. Да он издевается надо мной? Как вообще возбужденный человек, может так много говорить? — Возьми меня, папочка Алекс, пожалуйста. — Ну что же, желание дамы - закон. Я почувствовала, как он заполнил меня целиком и полностью и начал двигаться. Сначала он делал это нежно, но вскоре начал набирать темп. Не в силах сдерживаться, я закрыла рот рукой. Только этот мужчина может такое со мной делать. Излившись в меня, швед отстранился, задержав губы на моем виске. — А теперь спать, миссис Нильсен, — я удивлённо посмотрела на шведа. — Но я не миссис Нильсен... — Это пока.

***

Спасибо тебе, тетя. Благодаря тебе, я нашла того, кому доверяю также сильно, как тебе. Люблю также сильно, как тебя. И из-за которого, я могу улыбаться каждый день. Все как ты и хотела…