Необычное в обычном

— Он меня ни во что не ставит. Питер яростно обхватил губами трубочку, со свистом втягивая остатки воздуха из сплющенного пакетика. День не задался с самого утра, а финальным аккордом стало очередное ледяное сообщение от Тони Старка. — Чувак, а чего ты ожидал? Что он похлопает тебя по плечу и выдаст медаль? — Нед сидел напротив в переполненной школьной столовой, активно жестикулируя и разговаривая с набитым ртом. — Без обид, Пит, но для него ты всё ещё ребёнок. Скажи спасибо, что он вообще оформил тебе официальную стажировку в СИ. Я до сих пор кайфую, когда вспоминаю, с каким грохотом Флэш рухнул со стула, когда в класс вошёл представитель «Старк Индастриз». Помнишь это его высокомерное: «Мистер Паркер, мистер Старк просил передать документы и напомнить, что ждёт своего стажёра сегодня к пяти»? Бомба! — Да какая разница? — Питер повысил голос, и на них тут же обернулось несколько человек из соседнего ряда. Паркер поспешно сбавил тон, переходя на яростный шёпот: — Я уверен, что тут не обошлось без Мэй. Понимаешь, если человека берут на стажировку, ему дают работать! А у меня что? Жесточайшие ограничения и комендантский час. Видите ли: «Карапуз, сначала вылези из-под юбки своей секси-тётушки, а потом уже будешь геройствовать по ночам». — Может… он просто переживает за тебя? — Серьёзно, Нед? — Паркер тяжело вздохнул и наконец оставил несчастный пакетик в покое. Точнее, то, что осталось от картонной коробочки, безжалостно смятой «слабенькими» пальцами Человека-паука. — Если бы он волновался, он вёл бы себя как наставник. Давал советы, учил. А у меня чувство, что он пытается вычеркнуть сам факт моего существования! Он даже в лабораторию меня не пускает. То он занят, то я, по его авторитетному мнению, должен делать уроки. То у него ремонт, то срочное собрание Мстителей, куда мне — какой сюрприз! — вход строго воспрещён. Ты бы видел этот бесконечный список отговорок. А вчера? Вчера я попросил его разрешить мне хотя бы на мой день рождения — между прочим, восемнадцатый! — просто краем глаза взглянуть на его личную мастерскую. И знаете, куда он меня послал? Питер горько усмехнулся. — Нет, не туда, куда он обычно отправляет своих пассий. В развлекательный центр! «Малец, давай так: я скину тебе карту, и вы со своим умным другом сходите в молл. ПЯТНИЦА шепнула, что там открыли отличный каток». Понимаешь? Даже ты для него — «умный друг», а я — просто «малец». Нед, в некоторых штатах я уже официально совершеннолетний! Лидс, вместо того чтобы посочувствовать, внезапно замер, его глаза округлились. Он заговорщически наклонился через стол. — Чувак, — заинтересованно протянул Лидс и наклонился к другу через стол, переходя на шёпот. — Он что, даст тебе свою безлимитную кредитку? — Это единственное, что ты услышал? Я не собираюсь её принимать, — отрезал Питер. На обратном пути в реальность он раздражённо сгреб свои вещи, подхватил пластиковый поднос и резко поднялся со скамьи. — Ну, ещё я услышал тонкие нотки зависти к его пассиям, — со смешком бросил вдогонку Нед, явно наслаждаясь моментом. Питер резко развернулся, наградив друга таким взглядом, словно Лидс был как минимум главным суперзлодеем Нью-Йорка. С недавних пор тот постоянно подкалывал его непристойными шуточками, в основном связанными со Старком, но Питер, как порядочный девственник, такое осуждает и юмор друга близко к сердцу не принимает. Подумаешь, Лидс просто подросток, гормоны и всё такое. Но иногда это действительно бесит. Как, например, сейчас. К сожалению, в гневе Паркер забыл проконтролировать свои паучьи рефлексы. Скорость его разворота превысила все допустимые нормы для обычного человека, поднос крутанулся в воздухе, и столовые приборы с оглушительным звоном посыпались на кафельный пол. Столовая моментально притихла. Десятки пар глаз уставились на него. — Серьёзно?.. — выдохнул Питер, обречённо опускаясь на корточки, чтобы собрать жестяных «беглецов». — М-да, уровень Паркера-неудачника сегодня бьёт все рекорды, — раздался над головой монотонный голос. К столу подошла Мишель, привычно пряча руки в карманах безразмерного горчичного худи. — И не смотри на меня так, Пит. Я не собираюсь прикасаться к этим грязным вилкам. — Люблю вас, друзья, — пробубнил Питер. — Чего он такой дёрганый? — ЭмДжей повернулась к Неду, который едва сдерживал смех. — Проблемы на любовном фронте. — Нед, заткнись! — рявкнул Питер с пола, окончательно забыв, что они находятся в общественном месте. — У Паркера? Любовный фронт? Не смеши мои эскизы, — Мишель скептически фыркнула. — Хорошего же ты о нём мнения, — Нед прыснул. — Но ладно, ты права. Его просто опять отшил Старк. — Дай угадаю: наш паучий мальчик пытался напроситься на свидание в мастерскую под предлогом совершеннолетия? — ЭмДжей, ты пугающе проницательна. У меня аж мурашки по коже. Они подружились с Мишель в тот сумасшедший день, когда Питер охотился на Стервятника. Она поймала Неда в пустом компьютерном классе с открытыми картами города и рацией в руках — сложить два и два для неё не составило труда. Теперь она была полноправным членом их секретного клуба, а их дуэт с Недом превратился в трио, которое Флэш Томпсон лаконично окрестил «главными фриками школы». На что Мишель с неизменным удовольствием демонстрировала ему средний палец. Наконец Питер поднялся, и они вместе двинулись к выходу. Следующим уроком по расписанию стояла физика. — Предлагаю отметить твоё восемнадцатилетие втроём, — озвучил Нед, едва они вышли в гулкий коридор. — Завалимся к тебе, наберём попкорна и устроим марафон «Звёздных войн». — Не, неудачники, это без меня, — лениво отозвалась Мишель. — Я эту попсу смотреть не буду. Но сама идея нормальная. Думаю, твоя крутая тётя разрешит нам сделать по паре глотков пива. — Кстати, Пит, — Нед вдруг посерьёзнел, в его глазах промелькнуло искреннее волнение. — Может, в этот раз повезёт? Ну… с меткой? У самого Лидса родственная душа «отозвалась» ещё в пятнадцать. Аккуратная, выведенная каллиграфическим почерком надпись «булочка» красовалась у него на правой ключице. Нед безумно гордился своей меткой, хотя понятия не имел, кому принадлежит этот почерк. — Я поговорю с Мэй. Думаю, она будет не против, — тихо ответил Питер. Прозвенел звонок, заставив ребят ускориться. Паркер шёл на урок, погружённый в свои мысли. Вдруг судьба действительно улыбнётся ему сегодня? Он проснётся, посмотрит в зеркало и увидит на коже какое-нибудь тёплое слово. «Красавчик», «любимый» или хотя бы простое, уютное «Питти». Неважно, как именно его назовёт соулмейт, главное — сам факт. Вокруг запястья Мишель, например, изящной вязью вилась надпись «милашка». Она, конечно, вечно ворчала, что её бесит это дурацкое обращение, но Питер видел, каким мягким становится её взгляд, когда она смотрела на руку. Каким он будет в глазах своей половинки? Из раздумий его выдернул резкий голос учителя физики. Преподаватель увлечённо рассказывал о великой женщине-учёном, получившей две Нобелевские премии, которая прожила долгую, счастливую жизнь со своим соулмейтом — таким же гениальным физиком. «Было бы круто, если бы она тоже любила науку, — мечтательно подумал Питер. — Мы бы до ночи спорили о квантовой теории, собирали бы что-то вместе в мастерской…» Впрочем, Паркер не привередничал. Наука — это здорово, но куда важнее, чтобы они просто любили друг друга. Всем сердцем. «Я бы отдал ей всего себя. Без остатка.»

***

На следующее утро Питер подскочил с кровати так, словно его ударило током, и пулей полетел к зеркалу. Он тщательно, едва ли не под лупой, осмотрел себя трижды. Чисто. Ни единого пятнышка, ни единого намёка на чернила. «Может, чуть позже? — закралась робкая мысль. — Мэй говорила, что я родился поздно вечером». Списав кристальную чистоту кожи на время своего рождения, Питер постарался вернуть себе оптимизм и пошёл на кухню. — Пит! С днём рождения, солнышко! Мэй уже ждала его, сияя улыбкой. На столе высился аппетитный шоколадный торт, а в руках она держала небольшую коробочку, перевязанную лентой. Питер почувствовал, как к горлу подкатил ком благодарности. Какое же это счастье, что у него есть Мэй. — Это, конечно, не космический корабль, но консультант в магазине уверял, что это пик молодёжной моды, — рассмеялась тётя, протягивая подарок. —Открывай давай! Под упаковочной бумагой оказался новенький, сияющий смартфон. Тот самый, на который Питер пускал слюни последние полгода. Он стоил как две её месячные зарплаты. — Мэй… Ты с ума сошла? Ты хоть представляешь, сколько он… — Питер Бенджамин Паркер! — напустив на себя строгий вид, перебила его женщина. — Конечно, представляю, я же его оплатила! И даже не думай включать режим зануды. Я захотела порадовать своего племянника — и сделала это. Ни слова о деньгах! «Сколько же месяцев ей пришлось экономить…» — у Питера защемило сердце от вины, но одновременно с этим грудь затопило невероятное тепло. Он шагнул вперёд и крепко, насколько позволял контроль силы, обнял тётю. — И ещё, Пит, — тихо добавила Мэй, утыкаясь носом в его плечо. — Я сегодня на ночном дежурстве. Так что вы с ребятами остаётесь за главных. Надеюсь вернуть квартиру в целости, сохранности и без следов разрушений. В холодильнике я припрятала три баночки пива — чисто символически, для совершеннолетия. Ведите себя прилично. — Мэй, ты лучшая тётя во Вселенной! — Я тебя тоже, солнышко. А теперь беги в школу, ты уже опаздываешь. Взгляд на часы — упс. Похоже, сегодня до школы придётся добираться на паутине, иначе первый урок пройдёт без него. Запихав коробку в рюкзак и ещё раз чмокнув Мэй в щеку, Питер вылетел за дверь. «Этот день просто обязан стать великолепным!»