По волнам в бескрайнее

      Освежающий ветерок медленно трепал мятного цвета волосы. Юнги рассматривал билет на хорошо распиаренный лайнер, что держал в руках. Парень никогда не любил морские виды транспорта, его постоянно укачивало. Но в этот раз пришлось сделать маленькое исключение, ведь его друг — Чон Хосок — очень хорошо умеет уговаривать. Особенно, когда состроит милое личико, слегка надув пухлые губки.       И сейчас Мин стоит и ждет своего друга. Народ медленно собирается в очередь на корабль, выстраиваясь в невероятно длинную линию. Некоторые толкались, некоторые — не очень воспитанные люди — крыли благим матом тех, кто не пропустил их на палубу из-за отсутствия дорогущего билета. Юнги никогда не любил такое количество людей, его это раздражает, но приходится терпеть ради одного говнюка, что сейчас очень не вовремя опаздывал. Хватает же наглости у людей…       — Ух, прости, хён, будильник нечаянно выключил, — подбежал со спины запыхавшийся Чон, чем совсем не потревожил сильное спокойствие Юнги.       — Будешь должен, — хмыкнул тот, проходя ближе к персоналу, что пропускал людей на лайнер.       Парень устало посмотрел на огроменный корабль, которой получил величественное название «Грандлов». Забавно, что-то это ужасно напоминает. Юнги опять хмыкнул, протягивая свой билет миленькой девушке, которая мило улыбнулась и пропустила его на борт лайнера.       Где-то сзади плелся Хосок, иногда спотыкаясь из-за своей невнимательности. Шатен с восхищением осматривал потрясающее внутреннее убранство. И действительно, внутри это был целый замок. Шелковые красные занавески в тон красному длинному ковру, красивые золотые канделябры, гипсовые узоры на стенах, картины, а если пройти в глубь, то можно увидеть даже архитектурные ордера из дерева, что было довольно странно для профессионалов. Красивая деревянная арка украшала широкий вход в зал для трапез. Все выглядело величественно, даже, немного громостко. Создатели явно вложили в проект весь свой пафос. И, возможно, даже перестарались, по мнению Юнги.       — Ого, этот корабль действительно потрясающий, — завороженно выдохнул Хосок, поспевая за другом.       — Да, а напомнить какой корабль с такими же изысками потонул в Атлантическом океане? — скептически ответил мятноволосый, ища свою каюту.       — Бу… Ты такой злюка, этот корабль намного прочнее! Да и радиосвязь стала намного лучше, как и способы обнаружения айсбергов! — Возмутился парень, немного обижаясь на друга. Тот лишь закатил глаза, на что шатен радостно рассмеялся, позабыв обиду.       Каюта была благополучна найдена, вещи разложены, поэтому парни сейчас завороженно наблюдали за красивым видом с палубы.       — Никогда бы не подумал, что это так красиво…- Улыбнулся Чон, смотря куда-то вдаль. Парень впервые плыл через океан. Раньше ему доводилось лишь летать на самолете. С самолета тоже красивый вид, но это не сравнится с ощущением ветерка в волосах и потрясающим запахом морских волн.       — Обычно, — пожал плечами Юнги, совершенно неудивленный этим видом. Его вообще мало можно чем удивить.       — Ну что ж ты сегодня такой ворчливый? Расслабься и наслаждайся! — захихикал Хосок, хватая друга за руки и закружив его в легком простом танце. Свидетели сие деяния странно косили на них взгляды, словно на ненормальных, но парням было это совершенно неважно.       Юнги уже давно догадывался, что у них с Хоби какая-то химия происходит, которая видна только им. Но решиться поговорить об этом с шатеном он не решался, постоянно откладывал, а вскоре и забыл про эту мысль. И сейчас, когда Хо так радостно смеется, лучезарно улыбается и так искренне восхищается этим путешествием, Мин вспомнил про ту свою забытую мысль. Поговорить надо. Но не сейчас.       — Ну все, хватит, люди смотрят, — остановился Юнги, немного раздраженно отдернув руки от друга.       — Ладно…- грустно улыбнулся Чон. Перечить другу он не стал, но так хотелось с ним закружить в танце, позабыв обо всем: о проблемах, о людях.       — Ой, смотри, это же Мин Юнги! — донесся до парней визг девчонок, что узнали корейского репера.        Чону стоило бы обидеться, ведь его то они не узнали, но он не стал обращать на это внимание, поскорее уводя Мина за руку в другую сторону.       Вечером друзья решили сходить на небольшое мероприятие знаменитостей, проводимое в том самом шикарном зале с аркой.       Официанты любезно разносили заказы, знаменитые личности попивали шампанское и разговаривали не то о политике, не то о карьере. Высший свет, так сказать, но почему-то бывшему уличному танцору тут было не комфортно. Слишком… изысканно для него, поэтому при первой же возможности он сбежал на палубу, чаруясь ночным небом, звездам и Луной, что неясно освещала сверкающий лайнер.       — Тебя довольно легко найти, — слышится сзади знакомый голос. Хосок оборачивается и улыбается. Немного грустно, словно что-то его гложет.       — Да, я предсказуемый. Но здесь так красиво и свежо, а в зале ужасно душно, — он снова обратил свой взор на небо, облокачиваясь о перила.       — Вот как, — хмыкнул Юнги, тоже приблизившись к перилам. Без Чона ему делать на мероприятии нечего.       — Я все еще поражаюсь… Здесь так красиво. Я бы хотел тут пробыть вечность, — прошептал парень, рассматривая сверкающие звезды. Ветерок был слегка холодным, заставляя ежиться от своего тихого дуновения.       — Накинь, — сказал Мин, протягивая Чону свой пиджак. Хосок немного помедлил, но все же принял из рук друга теплый и пропахший хозяином пиджак. Такой интимный жест… Казалось бы, что в этом такого? Но на самом деле это очень много значит, это так интимно, как первый поцелуй, первая любовь. Это нечто волшебное, которое могут понять лишь двое и никто другой.       — Спасибо, хён, — улыбнулся шатен, смотря в красивые шоколадные глаза, в которых отражались огни лайнера.       — Как дела с новой песней? — Как бы невзначай спросил Хосок, решив слегка разбавить повисшее между ними молчание.       — Стоит на месте…- Недовольно нахмурился блондин, доставая из кармана пачку с ментоловыми сигаретами. Хосок недовольно цыкнул.       — Опять принялся за старое? — Отобрал он у парня пачку, немного злясь. Он и так очень старался, чтобы Юнги бросил эту свою вредную привычку.       — Верни, — вежливо, пока что, попросил старший, сохраняя свое хладнокровие.       — А вот и не верну! — Показал Чон ему язык.       — Ну сам напросился, — с этими словами Мин прохрустел пальцами и тут же поймал в тиски младшего, начиная беспощадно щекотать.       По палубе раздался громкий хохот и мольбы о пощаде, но щадить никто не собирался. Чон змейкой вертелся в объятьях друга, стараясь выбраться и ускользнуть от длинных тонких пальцев, но выходило это у него, мягко говоря, плохо. Юнги был непоколебим. Он не собирался так просто отпускать свою жертву.       — Ладно, Ладно, прости! Я сдаюсь! — затараторил Хосок, устав хохотать и извиваться. На губах Мина проскользнула легкая улыбка победы.       — То-то же, — горделиво задрал он нос и благополучно забрал свою пачку, но закуривать сигарету не стал.       Они медленно прогуливались по палубе, уже было далеко за полночь, многие уже спали, но только не одна парочка. Обоим стоило поговорить друг с другом на одну очень важную тему, но каждый тянул, тянул, тянул… Оба боялись, ведь один неправильный шаг — и дружба, и те отношения, что сейчас имеются, все это будет разрушено.       — Знаешь, а я ведь все-таки купил ту футболку, — с улыбкой сказал Хосок, смотря себе под ноги.       — Пхах, что и следовало ожидать. Ты падок на столь глупые вещички, — хмыкнул блондин, не решаясь взять его за руку.       — Мне стоит обидеться? — Надул губки Чон, но тут же рассмеялся, не удержав позицию обиженного.       — Пошли спать, уже поздно, — устало потер глаза Юнги, проигнорировав вопрос друга. Он слишком устал.       — Ты иди, а я еще немного полюбуюсь звездами, — ответил на предложение шатен.       — Только не задерживайся, а то простынешь, — с этими словами Мин ушел по направлению к каюте.       Хосок медленно втянул носом морозный ночной воздух и выпустил облачко пара из рта, рассматривая Луну.       — Мне так страшно ему говорить…- прошептал в пустоту парень.       — Капитан, по курсу айсберги, — предупредил подчиненный мужчину с усами.       — Мы хоть и уверены в безопасности данного корабля, однако лучше немного сменить курс, — сказал мужчина мудрую вещь, на что молоденький паренек кивнул и убежал передавать приказ другим.       -Мы не повторим тех ошибок…- проговорил капитан сам себе.       — Ну блин, хён, зачем ты меня так рано разбудил…- хныкал Хосок, ведь совершенно не выспался, а теперь еще и носом шмыгал, а ведь Юнги предупреждал.       — С тобой одна морока, — недовольно цыкнул Мин, накрывая теплым пледом плечи Чона.       — Я засмотрелся…- пробубнил шатен, пытаясь себя оправдать, но тщетно. Все его попытки жестко пресекали одним лишь взглядом.       Чон обреченно вздохнул и сильнее укутался в плед. Спорить совсем не хотелось. Голова ужасно была загружена мыслями лишь об одном: как сказать?       — Я принесу завтрак, — сказал Мин, вставая с кровати. Не дожидаясь ответа, он тут же скрылся за дверью Каюты. Хосок погрузился в свои мысли в одиночестве. Так много несказанных слов, но это так страшно…       Весь день Хосок провалялся в постели, выслушивая нотации старшего. Тот, хоть и ворчал, но окружил друга заботой, ведь тому сейчас плохо.       На часах ровно 23:00, все пассажиры спокойно расхаживали по палубе, залу, везде, не зная, что же их ждет…       Хосок и Юнги сидели в каюте Чона. Младший читал книгу, а старший с ручкой в руках пытался придумать слова песни, но у него ничего не выходило. Бросив это дело, Мин отложил тетрадь с ручкой и посмотрел на друга. Он рассматривал его лицо, стараясь разглядеть каждую маленькую мимическую морщинку, клеточку.       Под таким пристальным взглядом Хоби стало не по себе и он поднял взгляд на хёна.       — Что-то не так? — Мягко улыбнулся он, закрывая книгу.       — Нет, просто стало скучно, — пожал он плечами, отворачивая голову. Все еще было тяжело на душе…       — Давай тогда поиграем? Как насче-е-е-т… В карты! — Осенило Чона и он загорелся этой идеей.       — Хах, ну давай. Я тогда схожу за картами в свою каюту, — сказал блондин, вставая со стула, на что Хо кивнул.       На часах 23:35. Друзья не спеша играли в карты, иногда подшучивая друг над другом.       — Ты проиграл, — с легкой улыбкой заявил Юнги, смотря на недовольное лицо друга.       — Ты жульничал, я точно знаю! — Сощурил глаза тот, нападая на друга с щекоткой.       — Это было твоя ошибка, — усмехнулся Мин, хватая друга за руки и тут же начиная щекотать его в ответ.       Каюта заполнилась задорным смехом танцора, который уже пожалел о своем покушении.       Но вдруг смех прервал громкий скрежет. Корабль пошатнулся и гулко засвистел, пугая не только пассажиров, но и экипаж.       — Что это такое, капитан??? — Испуганно спросил матрос, подбегая к мужчине. Тот молча посмотрел на него и покачал головой, мол не знает.       — Отправь людей осмотреть корабль на наличие пробоин, — приказал мужчина.       Парнишка кивнул и тут же убежал. На палубу потянулись сонные люди, недоуменные этой тряской. В том самом зале, как на зло, оркестр решил сыграть мелодию из «Титаника». Люди заволновались, ведь великая трагедия медленно и точь в точь повторяется.       — Что происходит? — Возмущенный и напуганный возглас разнесся по корме лайнера.       — Это прям как в фильме! Это конец! Мы все умрем! — Началась ужасная паника.       Люди начали мельтишить по палубе, кричать и паниковать. Конечно, кто же хочет умереть?       — Спокойно, дорогие гости, у нас достаточно спасательных шлюпок, так что все будет хорошо! — Объявил в микрофон капитан, стараясь успокоить толпу, что ему удается.       — Капитан! У нас большая пробоина! — Прибежал тот самых матрос с корабелом.       — История точь-в-точь повторяется! — С большими глазами сказал кораблестроитель.       Капитан молча смотрел в даль, раздумывая.       — Сколько у нас есть времени? — перевел он взгляд на мужчину.       — Два часа, сэр, — сглотнул тот.       Капитан прикрыл глаза и вздохнул.       — Спускайте шлюпки на воду и сажайте туда женщин и детей, а затем и мужчин, — отдал он приказ. Парни кивнули и скрылись за пределами капитанского мостика.       — Это очень подозрительно…- тихо проговорил сам себе мужчина.       Друзья выбежали на палубу, не понимая что происходит. Общая паника передалась и им и лишь спустя какую попытку они узнают, что начинают спускать шлюпки.       — А я тебе говорил, что это плохая идея, — пилил друга Мин, цыкая и злясь. Их очередь на шлюпки будет совсем не скоро, поэтому они решили вернуться в каюту, чтобы не толпиться на палубе. Все равно вода до сюда еще не скоро дойдет.       — Это кошмар… Как такое могло произойти…- шептал Хосок, нервно сжимая руками плед.       — Да все в порядке будет, шлюпок то теперь достаточно на всех, — попытался успокоить его Юнги, чуть обнимая за плечи, хоть и сам ужасно волновался.       Паника на корабле усилилась, когда оказалось, что две третьи шлюпок непригодны. Их кто-то специально продрявил. Осталось ровно 20 шлюпок, пригодных для спасения.       — Это заговор!       — Это ужас!       — Мы все умрем!       Крики отчаяния так и раздавались везде, кто-то плакал, кто-то нервно трясся, а кто-то… Паника зародилась дичайшая. Люди начали сходить с ума от страха. Один мужчина напал на другого, разбивая его бровь в кровь. Дело дошло до абсурда, когда раздался выстрел на палубе. Женщина замертво упала на холодный пол под крики людей и своих детей. Даже экипаж не мог управиться. За шлюпки началась настоящая война не на жизнь, а насмерть.       — Хён, там что-то происходит…- начал сильнее нервничать Хосок, услышав истошные крики с палубы.       — Давай проверим, — нахмурился Мин, взяв за руку друга и подходя к двери. Но та не поддалась.- Что за…- сильнее нахмурился парень, дергая за ручку двери.       Она была заперта снаружи. Кто-то решил жестко пошутить ценой жизни парней.       — Хён…- закусил губу младший, пугаясь воды, что начала медленно проникать под дверью.       — Тихо, я что-нибудь придумаю, — Юнги начал оглядываться, ища пути спасения.       Они пытались выломать дверь и стульями и огнетушителем, но все тщетно. Дверь сделана добротно.       — Хён… Прости меня…- у Хо наворачивались слезы на глаза. Вода уже была по пояс, а отчаяние захватило с головой.       — Это ты прости…- обнял его Юнги, поглаживая по волосам.       — За что? Это же не ты предложил ехать на этом корабле…- шмыгнул носом Чон, замерзая в ледяной воде.       — За то, что не сказал раньше… Я тебя люблю, — Мин сильнее сжал в объятьях друга, зажмурившись. От признания не стало легче. Наоборот, стало намного хуже, ведь он дотянул с ним до последнего… И теперь почти что поздно.       Хосок застыл, а по его щекам прокатились крупные капли соленых слез.       — Ю.Юни… Я тоже тебя люблю, — дрожащим голосом ответил Хо, срываясь на отчаянное рыдание. Было ужасно чувствовать, что они вот так умрут: в холодной воде, на тонущем корабле, не вкусив чаши любви…       — Нет, мы не умрем, — твердо заявил Мин, отстраняя от себя Чона.       Он начал ходить по полу-затопленной водой каюте, ища хоть что-то, что может их спасти. И он нашел.       — Готовься, Хо, я еще жду от тебя поцелуй, — подмигнул Юнги удивленному парню и замахнулся топором на дверь. Да, странно, что в каюте есть топор, видимо, его кто-то забыл, но сейчас это им сыграло на руку.       Спустя несколько ударов дверь поддалась и с треском отварилась.       — Вперед! — Схватил за руку Чона Мин, поскорее уводя его в сторону палубы.       Пробегая по еще сухому коридору, они увидели затоптанного насмерть ребенка и отчаянно кричащую женщину рядом, видимо, мать. Это картина опровергла в шок обоих. Вот что творит с людьми животный страх. Это не милые мемуары, где мужчины благородно спасают всех, жертвуя собой. Это реальность, где все пытаются спасти свою шкуру.       Уговорам женщина не поддалась, желая умереть с сыном вместе на этом месте. На палубе был настоящий хаос. Повсюду окровавленные тела, крики, беготня. А корабль медленно уходил под воду.       — Хён…- прошептал Чон, сжимая руку любимого в своих. Он уже не верил в спасение.       — Всё будет хорошо, — и снова обнял Хоби. Нежно, успокаивающе. Он не даст этому солнцу погаснуть. Никогда.       — Я тебя люблю…- шептал Хосок, сжимая в руках сырую рубашку блондина. Как же страшно и больно…       — Я тебя тоже…- он мягко отстранился и посмотрел в глаза, наполненные слезами. Медленно потянулся и поцеловал, как в последний раз. И все равно, что увидят… Сейчас есть только Хосок.       Люди уже начали глупо прыгать в ледяную воду. Шлюпки, что были целые, уже уплыли. Приближался конец.       — Хён…- Хосок сжал в объятьях Юнги, наблюдая, как вода поглощает корабль. Осталось совсем чуть чуть до смерти.       — Все будет хорошо, — улыбнулся Юнги, рассматривая карамельные глаза. И Хосок улыбнулся. Улыбнулся так искренне и легко, что ты веришь, что свернешь горы ради такой улыбки.       За утонувшим кораблем последовала воронка, засасывающая в глубину океана. Справившись с этой проблемой, парни нашли плавающую перевернутую лодку.       — Я… Не хочу умирать…- шептал Хосок, весь содрогаясь от ужасного холода.       — Мы… И не умрем…- ответил Юнги, сжимая его руку в своей.       Вокруг разносились ужасные вопли. Самое страшное — это слышать крик маленьких детей, что мерзли на руках матерей. Эти крики… Настоящий кошмар.       Спасатели прибыли раньше, чем большая половина людей успела окончательно погрузиться в сон. Но слишком поздно, чтобы выжившие…       — Я же говорил… Мы выживем, — улыбался синими губами Мин, сжимая холодную руку Чона. Они лежали под теплыми одеялами. Вокруг копошились спасатели, врачи, что-то кричали, но они слышали лишь друг друга.       — Я тебя люблю…- улыбнулся Хосок, медленно прикрывая глаза навсегда.       — А я тебя… солнце…- прошептал Юнги, погружаясь с любимым в вечный сон.

***

      — Пап, а кто это? — Спросила девочка, держа за руку Чимина.       — Это, моя милая, верные друзья, — лишь сказал Пак, поднимая дочь на руки. Малышка посмотрела на надгробия, что были расположены близко друг к другу. На них была написана одна на двоих цитата:        «И будут они вечно держаться за руки…»