Турианская мечта

      Где-то вдали приземлился шаттл. Гаррус, даже будучи при смерти, узнает звук двигателей «Кадьяка» Альянса. Однако, похмелье не позволяло быть уверенным на 100%. Выбравшись из своего импровизированного шалаша, Вакариан с прискорбием заметил, что все запасы выпивки подошли к концу. А казалось, их было так много… Вариантов действия, напротив, было куда как меньше. Решив разнообразить ежедневную самоизоляцию в развалинах, Гаррус решил пошататься по разорённому войной городу. Взяв свой визор, он отправился на прогулку.       Руины человеческого города не вселяли надежды, однако приносили странное, развращенное успокоение. Было что-то умиротворяющее в этом чёрном небе, развалинах и запахе смерти. Под ногами было месиво из земли, боеприпасов и остатков техники. Но Гаррус не обращал на это внимания. Он наконец решился.       Взгляд его был прикован к визору, который находился всё это время в его руке. Визор неустанно мигал, оповещая о том, что у пользователя осталось одно непрочитанное сообщение. Очевидно, что пришло сообщение ещё до финального сражения, так как почти сразу после, Гаррус обрубил все контакты с внешним миром. Он прекрасно знал, от кого весточка. Но вот открыть её он так и не решился. До сегодняшнего дня.       Гаррус набрел на парк. Хотя сейчас парком это было назвать сложно. Но некоторые скамейки всё ещё сохранились, и этого Вакариану было вполне достаточно. Он просидел в парке около часа, прежде чем вновь посмотреть на визор, так и призывающий закончить всё это. Гаррус и сам это понимал. Пора заканчивать.       Но из головы всё никак не выходили мысли о тех самых днях, когда трава была зеленее. С первых дней «Нормандия» стала ему семьёй. Служить на корабле людей? Радоваться этому? Любить человека? Для молодого сотрудника СБЦ Гарруса Вакариана это было сродни безумию. Но для бышего сотрудника СБЦ, Архангела и турианца, потерявшего свою душу — всё это было теперь несбыточной мечтой, далёким и столь желанным прошлым, которое уже никогда не вернуть.       Гарруса захлестнул гнев. Все эти чувства давили на него, он не мог смириться ни с одним из них. В поисках избавления он резко надел визор и включил видео сообщение. Сердце замерло. Затем резко и учащённо забилось, впервые за несколько месяцев. На глаза навернулись слёзы. На экране была она. Шепард. — Так, надеюсь эта штука пишет. — голос Шепард эхом отозвался в душе турианца, по дороге зацепив все воспоминания, какие только возможно. Вот она, стоит в своей каюте на «Нормандии», где они провели последнюю ночь. Живая, улыбается. Её голос всё так же сладок, лицо всё так же прекрасно. Гаррус стал забывать об этом. Пелена скорби затмила разум. — Не буду долго тянуть, скоро мы прибудем в солнечную систему. Ты только что ушёл, поэтому я решила воспользоваться моментом и подстраховаться. На случай, если что-то пойдёт не так. Хотя, если так подумать, «Что-то пойдёт не так» — это вся моя жизнь в одном предложении. — Шепард слегка усмехнулась.       Этот момент резко всплыл в памяти Гарруса. Как он поцеловал её и отправился в последний раз проверить орудия «Нормандии». В голове внезапно всплыла ужасная мысль: «Ты променял её на какие-то пушки! Ты мог быть с ней ещё хотя бы пару мгновений! Ты мог не пустить её на штурм Луча! Ты мог…»       И, казалось бы, вот она тьма. Снова подступает из дальних уголков души, а рядом вечные её спутники: боль, вина, сожаление. Но где есть тьма, там и свет. Иначе одно от другого мы бы не отличили. Казалось бы, будто из ниоткуда, тихий и обволакивающий голос не имеющий формы, заговорил с Гаррусом. — «Это неправда. Горькая истина в том, что сколько бы мы не находились с человеком, который нам дорог, которого мы любим, сколько бы последних минут нам не давали — всегда будет мало. Такова натура живых существ. Не важно человек или турианец. Мы все всегда пытаемся отсрочить неизбежное. Прошлое не изменить. И уж точно не изменить его виной и сожалением.»       После такого нехитрого спора внутри себя, внимание Гарруса вновь вернулось в реальный мир, к сообщению. — Не буду врать, мне страшно — Шепард слегка потупила взгляд и сделала небольшую паузу — Страшно, что не смогу сделать то, что нужно. На меня надеется вся галактика, а я просто…вот она я. Мне страшно. Но я знаю, чтобы не случилось — ты будешь рядом. Ты всегда рядом со мной. Я люблю тебя, Гаррус Вакариан. — И я…тебя — тихо прошептал Гаррус. — Я надеюсь, что я неправа — вздохнула Шепард — и что мы сейчас смотрим это вместе, ты обнимаешь меня и мы тихо посмеиваемся над тем, какой трусишкой я была. Но если нет…если случилось так, что ты сейчас смотришь это один, тогда знай — это неправда. Ты не один. Я всегда, слышишь, всегда буду с тобой. И я не хочу причинять тебе боль, поэтому прошу — не кори себя. Прошлого не изменить, как бы сильно ты не страдал и не винил себя. Но будущее…оно только в твоих руках. Наших руках. Живи дальше, будь счастлив и не беспокойся — я застолблю нам местечко в баре. — Шепард подмигнула, улыбнулась и на этом сообщение оборвалось.       Гаррус чувствовал невероятной силы опустошение. Как будто всего его вывернули наизнанку и выжали пару раз, как старую турианскую половую тряпку. Слезы капали, а по телу проходил лёгкий мандраж, но было ещё кое-что.       Появилось странное чувство, которого раньше не было. Было похоже на…надежду? Нет, воодушевление? Облегчение? Гаррус не мог понять до конца, но это странное чувство заставило его подняться со скамейки и идти в сторону приземлившегося шаттла. Он знал, что это либо Кайден, либо тот, кому он всё разболтал. Но это было уже не важно. — Я всегда буду помнить тебя — всхлипывая, вздохнул Гаррус — я буду жить ради тебя, ради того, чтобы чтить то, что ты для меня сделала. Ты вернула меня из мёртвых. Я не забуду это. Я буду помнить, обещаю. Я… — Вакариан шёл, бормоча себе под нос, пока наконец не наткнулся на Кайдена — Гаррус! Чёрт, ты меня напугал, старина. Ты так резко из-за угла вывернул. Ты в порядке? Мы беспокоимся о тебе. Лиара место себе не находит, Тали постоянно пишет, спрашивает о тебе, мы… — Всё в порядке. Я…я в порядке. — Уверен? Выглядишь хреново. Мы можем поговорить об этом, если хочешь. Знаю, ты сказал, что тебе нужно время, но я… — Мне уже лучше. Поговорим на «Нормандии», ладно? — Ты возвращаешься? — Скорее отдаю должок старому другу — устало усмехнулся Гаррус. — Что ж, ладно, как скажешь. Это…это супер. Мы все будем рады вновь тебя видеть — от неожиданности Кайден слегка опешил. Он думал, что придется уговаривать Гарруса, помня, каким он уходил, а тут… — Да, спорю на 100 кредитов, что про орудия «Нормандии» все забыли, как война закончилась, а? Идём, меня ждёт долгая калибровка.