Та самая ночь

Это был один из тех дней, время которых несётся очень быстро. Когда ты даже не успеваешь подумать, который час, как выглядываешь в окно и понимаешь: наступил вечер, который так же торопливо близится к глубой и таинственной ночи. Но что ночь для придворных алхимиков? На самом деле, даже день не имеет для них большого значения, так как они всегда трудятся не покладая рук, не имея возможности отвести взгляд от своего нового эксперимента или препарата, ведь это очень ответственная работа, требующая невероятной концентрации внимания и отстранения от всех мирских потребностей, эмоций и чувств. Но, как иногда случается в нашей жизни, бывают дни, продуктивность которых ты контролировать просто не в силах. И это был один из них. Хотя, это скорее была ночь. Прошу Вас заметить, что алхимики - народ очень и очень приземлённый. Люди науки, как-никак! Поэтому, растрогать их не так уж и просто, что уж говорить о тонкой душевной организации и натуре романтика, вразрез противоречащей всему их существу. Хотя случается, что обстоятельства складываются именно в такую поэтичную и сказочную картину, что даже самый опытный и прагматичный алхимик не может устоять. И это была именно такая ночь. Поняв, что сегодня Вэриану не светит ни то, что открыть новый элемент, к примеру, или создать ещё одно своё уникальное устройство для облегчения жизни в его любимом королевстве, а просто смешать препараты в нужном количестве уже составило довольно большую проблему и, возможно, маленький взрыв. Парень решил дать себе пару минут передышки и выйти на улицу, чтобы узнать, какое сейчас время суток. Работать в когда-то тайном месте Деманитуса, где Лорд построил своё чудо-изобретение, два раза спасшее Корону от ужасного бурана, было для юноши большой честью, но так же это было немного проблематично. Ведь оно находилось под землёй, очень-очень глубоко в королевском дворце. И, как можно было догадаться, путь туда и обратно занимал слишком много времени, поэтому приходилось жертвовать меньшим из зол. Например, тайными ночными прогулками под луной, которые раньше, приносили герою так много удовольствия. Или здесь играл тот факт, что ответственность, возложенная на его плечи, не была столь серьёзна. Сейчас же, всё изменилось. Он изменился. Думая о чём-то своём, парень и не заметил, как поднялся наверх, поплутав немного коридорами, которые так и не смог до конца изучить спустя столько времени, проведённого в замке, он всё же нашёл выход к одному из балконов. Осторожно открыв дверь, юноша впустил такой приятный, свежий летний ветерок внутрь, попутно растрепавший его уже довольно отросшие тёмные волосы, и вышел наружу. Стоит признать, что ночь была удивительно прекрасна. Возможно, если бы он был писателем, поэтом или просто безнадёжным романтиком, то смог бы найти для её описания более подходящий эпитет, но, увы и ах, он алхимик. Поэтому, не дурманя голову этими сложными мыслями, Вэриан приблизился к перилам балкона и, оперевшись, снял перчатки, с которыми уже сроднился. Потерев уставшие глаза, парень провёл по волосам. Подняв голову наверх, он задержал взгляд на этом безмятежном, чарующем небе, и устало выдохнув, произнёс: — Мда, трудный выдался денёк. — Почему? — услышал он голос где-то сзади и резко обернулся. — Р-рапунцель, — немного заикаясь, произнёс юноша, — ч-что ты здесь делаешь в такое время? — Я хотела нарисовать звёздное небо, но отвлеклась, наблюдая за ним. Сегодня оно особенно прекрасно, не находишь? А потом, оглянувшись, увидела тебя, стоящего на балконе и тоже смотрящего на него и удивилась. Последнее время ты редко появлялся здесь из-за работы, вот я и решила спуститься, поговорить с тобой. Но ты видимо так задумался, что не услышал. — Хах, да, вот оно как...— произнёс Вэриан и неловко улыбнулся. Ведь как только он посмотрел на небо, сразу же вспомнил её, от чего сердце предательски пропустило удар. Парень уже долгое время догадывался о том, что чувствует к принцессе, но так как у него никогда не было и не могло быть и шанса, он решил похоронить эти чувства глубоко внутри себя, углубившись в работу ещё больше и сокращая общение с Рапунцель насколько это возможно. Никто бы не хотел разбивать себе сердце наблюдая за тем, как его мечта являлась реальностью кого-то другого. Но вот, она здесь, стоит перед ним, такая яркая и чистая, будто Солнце. От её присутствия сразу стало теплее и по его телу побежали мурашки, а глаза предательски смотрели, не в силах отвести взгляд. — Знаешь, мы могли бы посмотреть на звёзды вместе, если ты не против, —произнесла она, поправив выбившуюся прядку волосы. — Х-ха-ха, да, конечно, почему бы и нет, я совсем не против, — затараторил паренёк. — Спасибо, — ответила Рапунцель, и подошла к Вэриану, точно так же оперевшись на балкон, что заставляло их локти соприкасаться. — Когда я была ребёнком, я любила смотреть на огоньки и мечтать о своём заветном желании. И вот, спустя восемнадцать лет оно сбылось. Вэриан, есть ли что-то, что ты желаешь больше всего на свете? — сказав это, она посмотрела на него. — Да, вот только это желание никогда не сбудется. — до этого смотревший на неё парень, отвёл взгляд, — некоторые мечты не сбываются, Рапунцель. — Эй, ты не можешь так говорить, даже не попробовав. Я хочу чтобы ты был счастлив! — с жаром произнесла она, хватая его за плечи, чем заставляя развернуться в её сторону. Покраснев до кончиков волос, но сохранив самообладание, он ничего не ответил на это, только улыбнулся, переводя взгляд с её глаз на яркое небо. Казалось, что звёзды сегодня ожили и пляшут какой-то свой тайный дивный танец. — А давай я расскажу тебе о созвездиях? Широко улыбнувшись, девушка произнесла: «Давай», — и он начал свой рассказ, во время которого, принцесса часто задавала вопросы, громко восклицала и даже пустила маленькую слезу, что было вполне в её духе, так как не все легенды был радостными. Вскоре, они переместились с перил на пол балкона, усевшись на одеяле Рапунцель, которое она так удачно принесла с собой. Оно было настолько длинным, что им хватило места не просто сесть на него, а и укутаться, так как даже летние ночи всё ещё ночи. Улечённый своими рассказами, Вэриан не заметил того, как она задремала на его плече. Осторожно развернувшись так, чтобы не потревожить её сон, он посмотрел на девушку и на минуту замер. Её спокойное выражение лица и маленькая полуулыбка заставили его сердце собраться, чтобы в который раз разбиться. До чего же она была прекрасна. Он позволил себе прикоснуться к её волосам, нежно проведя по ним, и приобнять за плечо, легко прижимая к себе. От того, что после этого она не проснулась, юноша понял, что девушка имеет очень крепкий сон. Уткнувшись в её макушку, он на мгновение замер, вдыхая когда-то далёкий, но теперь такой близкий аромат цветов. Это мгновение было настолько прекрасным, что парню захотелось остановить его навечно. Была бы его воля, он никогда бы больше не отпустил эту волшебную девушку. Она была необходима ему как воздух. Но будучи рядом с ней, он задыхался. Как будто цветы, которыми пахнут её волосы, проросли в его лёгких. И если бы это была плата за её любовь, он не думая, умер ради этого. — Я люблю тебя, Рапунцель… — Я тоже люблю тебя, Вэриан, — слабым и сонным голоском произнесла она, — ты такой чудесный друг. — Спасибо, принцесса, — проглотив боль, ответил парень, — Вы засыпаете, позволите ли сопроводить вас до комнаты? — Да-да, конечно, — через зевания, разобрал он. Быстро преодолев коридоры, они добрались до комнаты принцессы, где он собирался удалиться, но видя, что та почти спит у него на плече, всё же решился войти в покои. Юноша донёс девушку до кровати и даже помог ей уложиться, после чего присел рядом. — Мне пора, Ваше Высочество. — Стой, Вэриан, подожди. Ты так и не ответил мне, что тебе нужно, чтобы стать счастливым? Немного помедлив, парень посмотрел на девушку с такой выразительной нежностью, на которую только был способен, и произнёс: — Ничего. Я счастлив рядом с тобой, Рапунцель. На её лице расцвела любящая улыбка и она взяла его за руку. Вероятно, девушка хотела ему что-то ответить, но усталость слишком сморила её, тут же погрузив в сон. Юноша медленно встал с кровати, уже развернувшись к двери, он резко передумал и опустился к лицу Рапунцель. Медленно и осторожно, будто вор перед своей первой кражей, он наклонился к нему, проведя рукой, и остановив свой взгляд на губах. Сглотнув большой ком в горле, Вэриан всё же решился, и приблизившись к ним, поцеловал принцессу. Это был быстрый поцелуй, осторожный и пугливый, но от того не менее важный или нежный. Отодвинувшись, алхимик ещё раз взглянул на её лицо и маленькая грустная улыбка коснулась его рта.

— Доброй ночи, моя мечта…

Наступила ночь, в которую даже алхимики становятся романтиками.