Последний закат

Глухарев лениво потянулся и нехотя перевернулся на живот. -Сереж, ну вставай уже, -Ира поставила возле майора небольшой поднос с бутербродами и чаем. Глухарев что-то промычал в ответ и опять уткнулся в подушку. -Ну ты издеваешься? Мне домой уже скоро ехать, а ты дрыхнешь. -А ты не езжай, оставайся. И всем будет счастье. -Сереж, ну я маме обещала, что Сашку сегодня пораньше заберу. Сергей глубоко вздохнул и притянул рыжую к себе. -Ир, когда ты уже им скажешь? Ну что мы как подростки бегаем по закоулкам. -Сереж, ну ты же знаешь, как у меня мама ко всему этому относится. Мужчина в который раз устало закатил глаза. История с мамой повторялась из раза в раз и изрядно уже поднадоела. -Кстати, забыл спросить, а куда это вы вчера с Карповым ходили? -Со Стасом? -Ну я искренне надеюсь, что такой Карпов в единственном экземпляре. -Обедали. -А когда это ты стала делить своё обедное ложе с врагами? -Глухарь удивлённо вскинул брови. -Считай, что подписали пакт о ненападении. -Интересно, -Сергей ухмыльнулся, -и часто вы подписываете свои пакты? Что-то раньше я этого не наблюдал. -Сереж, что за детский сад? -Да просто понять вас пытаюсь. Странные вы, женщины. То грызёте Карпова со всех сторон, то обедать с ним ходите. Определились бы уже. Или вы по принципу «от ненависти до любви»? Зимина предпочла тактично промолчать и сделать вид, что не услышала последнюю фразу. Да и объяснить Глухареву, что за неожиданный прилив дружелюбности у них в отношениях с Карповым, было весьма проблематично. Лезть и копошиться в прошлом Ира категорически не желала, но прекрасно понимала, если история начнёт набирать обороты, то Сережа все равно все узнает. -А ты себя не чувствуешь третьей лишней в этом тандеме? Погрузившись в мысли, женщина не сразу поняла смысл вопроса и пару секунд медленно хлопала ресницами. -Только не говори, что ничего не знаешь, -выдавив чеширскую улыбку, опередил ответ Глухарев. -Сереж, я в чужом грязном белье не копаюсь. И тебе не советую, -отрезала Зимина. -Это было много лет назад, тебя ещё тогда в отделе не было. -Но всё-таки это было. -А тебе то что от этого? В конце концов, они взрослые люди и имеют право на личную жизнь. -Просто интересно, я никогда бы не подумал, что она может с ним закрутиться. -Я надеюсь, обсудить с ней этот вопрос, у тебя ума не хватило, -Ира скептически изогнула бровь. В ответ послышалось молчание. -Сереж, ты серьезно? -А чего такого? Мы не первый год дружим, спросил и спросил. -А об элементарных рамках приличия ты хоть когда-нибудь слышал? Глухарев, ну почему ты вечно лезешь туда, куда не надо? -А че ты завелась, я не понимаю? Ты сама сказала, что все взрослые люди. -Да потому что ты ведёшь себя как ребёнок! -Ну спросил я у неё, и что теперь? Карпов в открытую стебет нас перед всем отделом, так что-то его ты не отчитываешь как ребёнка. -Так тебе просто повод нужен, чтоб постебать его в ответ? Я не думала, Глухарев, что ты так низко падешь. -Это я низко пал? -от возмущения сперло дыхание. -Хватит, Сереж! Я не хочу больше ничего об этом слышать! Я тебе все сказала! Зимина выпалила все на одном дыхании и начала одеваться. -Просто надо понимать, Сереж, что в жизни бывают такие моменты, которые хочется забыть как страшный сон, и чтобы в них никто не лез со своим «простым интересом». А уж тем более, чтобы это не стало предметом подколов. -Ир.. -Я поехала, -не удостоив возлюбленного даже взглядом, Ира, накинув пальто, ушла. На шумный город медленно опускалась ночь, сбавляя темп шумной Москвы. За окном слышался гул проносившихся машин и мотоциклов, а в комнате играла тихая музыка. Надя, поджав ноги под себя, не спеша потягивала вино из бокала, закусывая кусочком сыра. Заметно охмелев, она погрузилась в воспоминания десятилетней давности. В то время, когда для неё ничего не значили звездочки на погонах и бумажки в кошельке. В то самое время беззаботной молодости и глупости, когда она дышала полной грудью и наслаждалась жизнью. Надя подошла к своему столу и достала из выдвижного ящика пыльную фоторамку. Сдунув слой пыли, она протерла стекло краешком футболки. С фотографии на неё смотрели счастливые лица мужчины и женщины, крепко обнимавших её с сестрой. Это была последняя их совместная семейная фотография. Принципы и авторитет оказались дороже родной дочери. Надя с горечью закинула фоторамку обратно и захлопнула ящик. По щекам покатились горячие слезы. -Моя дочь не принесёт в подоле! -мужчина со злостью швырнул стакан на пол. -Я мирился со всем! Я закрыл глаза на то, что ты не поступила в Лондон, я промолчал, когда ты пошла на работу в бомжатник, я ни слова не сказал тебе про твоего опера! Но сейчас - это предел! -Саша.. -невысокая женщина пыталась усадить разгневанного мужа. -Не лезь! -он оттолкнул женщину и выкинул её из комнаты. -Ты все, что могла, уже сделала! Вот, любуйся своим воспитанием! Родная дочь в подоле принесла, опозорила по всем фронтам! -Что ты такое говоришь? -Закрой рот! Завтра же пойдёшь на аборт! И чтобы ни одна душа не знала об этом! Девушка растерянно смотрела на отца, стараясь уловить его взгляд. -Ты меня услышала? -Я не буду ничего делать. Мужчина подошёл впритык к дочери. В лицо ударил неприятный запах виски. -Пока ты живешь в моем доме, на мои деньги, ты будешь делать то, что говорю я. Его хриплый голос звучал тихо и пробирал до мурашек. -Ты поняла меня? -Я не буду ничего делать. Ты понял меня? Резкая пощечина обожгла лицо, оставляя глубокий красный след. -Дрянь неблагодарная..какая же ты дрянь. Я же все делал для тебя, чтоб вы ни в чем не нуждались. И это твоя благодарность? Где ты будешь без меня? -Там, где я захочу! Где меня и моего ребёнка не будут попрекать каждой копейкой! Вторая пощечина обожгла лицо ещё больнее. Надя упала к столу, не устояв. -Если ты его родишь, чтоб ноги твоей больше здесь не было. Пошла вон отсюда! -отец ткнул пальцем в сторону выхода Женщина опустилась в кресло и укуталась в тёплый плед. Чувство одиночества обхватывало все сильнее и сильнее. Ссора с отцом оборвала все связи с матерью и сестрой. Полностью от него зависимые, они остались на его стороне. И если сестра хотя бы изредка давала о себе знать, то женщина, носившая гордое звание «мама», напрочь вычеркнула дочь из своей жизни. Это было сродни предательству. Гордость и желание всем доказать, что она может, оставили молодую девушку на плаву, не дали ей утонуть. Но хлебнуть всякой гадости пришлось не мало. Бомжатник же стал не только единственным средством к существованию, но и подарил ей надежного и верного друга. Несмотря на небольшую разницу в возрасте, с Зиминой Надя быстро нашла общий язык. Именно её семья вытянула Самойлову в трудный момент. Майор была частым гостем в доме Зиминых, и ни один праздник не проходил без её визита. Сашка и вовсе считал её чуть ли не своей сестрой, а мать Иры стала для девушки наставником и примером. Вечер воспоминаний затянулся до глубокой ночи, а бутылки из-под вина прибавились. Надя утёрла нескончаемые слезы и заревела в голос. Тонкая линия света тихонько пробивалась в коридор. Заметив, что племянник ещё не спит, Стас еле слышно постучался и, не дожидаясь ответа, вошёл. Мальчик повернулся в его сторону, прикрывая книгу на коленях. -Не самое лучшее время для чтения, -мужчина присел на край дивана. -Чего не спишь? -Не хочется. Дядь Стас, я сегодня когда убирался, альбом старый нашёл. Можно я его посмотрю? -Ну раз нашёл, доставай, -Карпов был приятно удивлён, что племянник спросил у него разрешения, а не полез в личные вещи без спроса. Лёня быстро соскочил с дивана и полез за альбомом в шкаф. Альбом был весь потрёпанный, опер и вовсе забыл про его существование. На обложке красовался корявый почерк молодого курсанта Карпова С.М. Стас мысленно чему-то улыбнулся и развернул альбом. С фотографий улыбался молодой и обаятельный курсант в фуражке, обнимавший невысокую девчушку с длинными чёрными косами. -Это мама? -восхищенно спросил Лёнька. -Да, у неё тогда очень длинные волосы были, для бабушки целое наказание было их заплетать в школу. -Здорово. -А это кто? -мальчик ткнул пальцем на выцветшую фотографию девушки с большими зелёными глазами. -Ленка Павлова, однокурсница моя. Хорошая была девчонка. -Почему была? -Погибла на задержании, почти сразу после выпуска. На её похоронах и была наша первая встреча с выпуском. -Вы встречались? -Ну, как модно сейчас говорить, да. -Ты её любил? -пользуясь моментом близости с дядей, рискнул спросить Лёня. -Не знаю, любовь понятие сложное. -А почему ты не женат? -Потому что женат на своей работе. Как ударом по голове, эти слова снова всплыли в голове, как когда-то десять лет назад. Я уже женат на работе и считаю этот брак самым разумным -А дети? -Мне тебя хватает, -хмыкнул Стас, листая альбом дальше. Мальчик с интересом разглядывал старые фотографии и удивлялся, каким был разным дядя. Улыбчивым, радостным, веселым. Таким, от которого сейчас не осталось и следа. Неужели я таким же буду злым?Парнишка недовольно нахмурил брови и перелистнул страницу. На глаза попалась маленькая фотокарточка кареглазой шатенки с погонами лейтенанта. -А это кто? -Работали вместе. -Она тоже погибла? -Нет, с ней все хорошо. -А где она сейчас? -Работает. Каждый день перед глазами маячит -Красивая. Ты тоже с ней встречался? -Ты решил мемуары моих похождений написать? Смутившись вопросу дяди, Лёнька предпочёл больше ни о чем не спрашивать. Стас же взял маленькую фотографию и стал рассматривать. Те же длинные густые волосы, выразительные карие глаза, милая улыбка. Словно и не было всех этих лет. Только теперь на погонах вместо двух маленьких звёздочек красуется одна большая. Карпов и сам не заметил, как начал гладить пальцем фотографию, что не укрылось от взгляда племянника. -Так, давай-ка ложиться спать, тебе в школу рано, а то затянулся у нас вечер ностальгии, -стараясь как можно строже, Стас отправил мальчика спать. Прикрыв плотно дверь, он ушёл к себе. Маленькая фотокарточка обжигала ладонь будто раскалённый уголёк. -Стас, я оставлю ребёнка, я буду рожать! Опер подпер голову руками, облокотившись на колени. -Ты меня слышишь? -девушка наклонилась к мужчине и погладила его по руке. -Какой срок? -9 недель, -Надя проговорила еле слышно. -2 месяца. -Стас -Ты уверена, что он мой? -Карпов бросил на неё тяжелый взгляд. -Прежде всего это мой ребёнок, -девушка помедлила, а потом добавила, -..каким бы образом он не получился. Мужчина молчал, тяжело дыша. Все вокруг будто замерло и потеряло счёт времени. -Что сказал врач? -Плод впорядке, развитие идёт хорошо. -Ты следователь. И ты сама не раз видела, чем заканчиваются истории сохранения беременности после изнасилования. -Зачем? -Надя подскочила как ужаленная. -Зачем ты мне это напоминаешь? -Я хочу, чтобы ты реально смотрела на вещи. -Какие вещи, Стас? Ребёнок - это не вещь. -Вот именно! Ребёнок - это не вещь! Это на всю жизнь! Ты уверена, что сможешь полюбить его? Сможешь не вспоминать каждый раз, как смотришь на него, ту ночь? -Перестань! -девушка замахнулась на Стаса, но он ловко перехватил её ладонь. -Ты чуть не вскрылась, а сейчас хочешь рожать? Вместо слов поддержки летели моральные пощечины. И как бы не было больно, но они отрезвляли. -А если это наш ребёнок? Твой, Стас! Он старался об этом не думать, ведь шансы были слишком противоречивы. Стас обнял её за плечи и прижал к себе. -Это может быть наш с тобой ребёнок, наша семья, Стас. Надя уткнулась в его грудь и изо всех сил вцепилась в китель. -Ну чего ты молчишь? -она с надеждой подняла заплаканные глаза. -Моя семья - это работа, я женат на работе и считаю этот брак самым разумным. Девушка медленно отпустила воротник кителя и отошла. -А я тогда кто? Любовница? -Я никогда ничего тебе не обещал. Ты знаешь мои принципы. -Опять принципы..да пошли вы все к черту со своими принципами! -Успокойся! Карпов попытался перехватить Надю, но получил неслабый удар. Истерика накрыла девушку мгновенно, на крики сбежались медсёстры и сделали какой-то укол. Через пару минут лейтенант ослабла, и её уложили на кушетку Стас задумчиво вертел потрёпанный кусочек картона, гоняя мысли в голове как шайбу по пустому стадиону. Неужели все возвращается обратно? Весь этот ужас, когда даже он, Стас Карпов, хозяин земли, ходил с опаской. Если это действительно так, то впереди ждёт не тот маленький бой, как десять лет назад, а настоящая война, которая, как известно, не бывает без потерь.