Бессмертный что может любить

      Только я собрался пойти дальше за древесиной, как вдруг раздался женский крик. Это был голос Алисы.       Я побежал к ней; я понимал, что если она в беде, то помочь я ей смогу только за плату. Иначе смерть, но оставить спутницу на погибель я точно не мог: у неё уже должно было быть много провианта. Да и я надеялся, что она просто чего-то испугалась: змея или ещё что. Я и представить не мог, что когда обнаружу её, я увижу оцепеневшую от страха девушку, а напротив — огромного свирепого быка, что вот-вот сорвется с места.       В этих местах не должно быть таких быков. Он был огромным, ростом с высокого человека, а глаза были черные, как сама темнота. Рога переходили от грязно-белого к пепельно-черному на концах.       Да, здесь действительно есть быки, но те и размером поменьше и более привыкшие к людям, а при встрече они скорее убегут, нежели нападут.       Мой дед, который умер от старости, когда мне только исполнилось 9, был охотником. Он рассказывал мне разные истории, в том числе и от таких свирепых быках, что водились в степях в нескольких днях езды от этих мест. Поэтому я точно знал как себя вести в такой ситуации. И пусть я почти не слушал эти рассказы и напутствия старика, вмиг вспомнил его слова об этом могучем звере: «Спину зверю не показывай, не беги, но и на месте не стой. Тихо отходи с его территории; если же ты не уверен где она, то иди в одном направлении назад.»       — Алиса! Медленно отходи назад! Алиса!       Но девушка не слышала меня. Я сам стоял в оцепенении, я не готов был умирать за помощь незнакомке, но и смерти её видеть не хотел. Тогда я нашел мелкий камушек и кинул в неё. Девушка пришла в себя. — Алиса, медленно отходи назад: тогда он тебя не тронет. Она пошла потихоньку назад. Бык стоял на месте и смотрел на девушку. Алиса сделала шаг, что-то хрустнуло… девушка в страхе побежала.       Все дальнейшие действия прошли за пару мгновений, но для меня будто бы прошла целая вечность.       Вот я вижу, как белокурая девушка в белом длинном платье с цветочным узором бежит в мою сторону. А вот и бык дернулся с места. Он конечно же быстрее девушки. Кричу ей чтобы она уходила в сторону, но девушка опять не слышит меня. У неё паника, ровно как и у меня. Я стою и смотрю на это и стою как вкопанный. Алиса бежит, а за ней бык, и он её настигает. Моё тело всё дрожит. Я не понимаю почему! Все мои инстинкты говорят стоять, но голос в голове прямо орёт о спасении.       Когда дело касается близких знакомых или родственников, это всегда сложный выбор: выжить самому или спасти человека. Перед нами стоит безумная моральная дилемма, но тут другой случай. Мы толком не знакомы, может, никогда и не увидимся более, я всего 2-3 раза видел её, пока работал в полях и разнорабочим. Так почему же меня так тянет отдать за неё свою жизнь? Почему мне хочется спасти её, зная, что даже если я не умру от удара быка, я сгорю в жуткой агонии от боли.       Я будто отключился. Вот она в метре от меня, а бык в полуметре он неё. Мои ноги дернулись сами по себе. Я выбегаю перед быком и толкаю её в сторону.       И бык ударяет меня в бок своей головой, мне повезло ещё не нарваться на его рога. Дальше я вижу пролетающие макушки деревьев и ударяюсь об одно такое. Бык остановился на мгновение, а затем продолжил бежать на меня. И только сейчас я понял, почему зверь так себя вел. Из его правого бедра торчала ветка. И судя по тому, что была она вся в крови, она там давно. Вот он и бесится. Я решил, что раз мне уже не жить, так хоть Алису спасу.       Я кое-как встал. Животное уже совсем близко и в последний момент я нагибаюсь, отчего оно врезается в дерево и застревает в нем рогами. У меня есть лишь несколько секунд. Я тянусь к палке и выдергиваю её. Рана тут же начинает зарастать.       — Так ты ещё и магический зверь. Вот оно что…— не в силах более стоять, я падаю на землю. Всё моё тело пронзает боль.       Бык освободился и убежал прочь. Алиса подбежала ко мне.       — Тоя, ты зачем это сделал? Теперь ты умрешь! Попросил бы сначала плату, — она говорила настолько спокойно, насколько это было возможно в данной ситуации.       — Ты не отвечала мне. Я…— дышать и говорить становилось очень тяжело. Боль усиливалась с каждым мигом, — Я просто сделал, что должен был. Этот мир уродлив, и эта боль тому доказательство; я устал пахать на работе. Пора бы и отдохнуть. Оставь меня: не хочу, чтобы ты видела, как я умираю. Закончи работу, — разум мутнел.       — Дурак ты. Я сделаю как ты сказал. Я сообщу в твою деревню о тебе.       — Спасибо. Пусть моё тело тут и оставят. Это моё последнее желание, — девушка уже ничего не ответила. То ли не слышала она, то ли я уже не слышал, а может я эти слова сказал лишь у себя в голове.       Вот и всё. Я так и не дожил до 10 лет. Как нелепо! Я отключился. POV Алиса       Я пообещала ему рассказать в его деревне о том, что Тоя, пусть и был ещё совсем мальчишкой, был героем, которых этот мир не жаловал.       Пообещав это, я встала и ушла. Он пытался ещё что-то сказать, но было уже не разобрать. Слёзы наворачивались в точности как в тот день, когда погиб отец.       Но я не имею права на грусть, я должна закончить работу.       Слёзы текли из глаз ручьём, заливая мой сарафан, а я продолжала собирать урожай.

***

      Прошел примерно час. Я уже успокоилась, да и мешок был полон. Мной было принято решение идти обратно к телеге и собрать ещё немного еды по дороге. Заполнив мешок до предела, крепко его завязала и стала собирать палки. Телега уже виднелась вдалеке. А за телегой кто-то стоял, пытаясь, видимо, что-то взять из неё. Я побежала вперед.       — Ей, это моё не смей брать! — мой крик раздался эхом, а затем я впала в ступор, не поверив своим глазам, и несколько раз протерла их. Конец POV       Солнце уже садилось. Я лежал в луже собственной крови у дерева.       — Я ещё жив? Как так? — с трудом произнес я.       Судя по солнцу, прошло около полутора часов, может, чуть меньше. От проклятия умирают за несколько минут. А оно точно сработало, ведь на моей груди появилась печать, даже сейчас от неё виден след. Никто и никогда не выживал от её воздействия. Говорят что в столице даже есть монумент с именами и временем умерших от проклятья, который пополняется сам по себе. А может, это мир по ту сторону? Но тогда почему он такой же? Да и мне всё еще больно.       С горем пополам я встал и побрел, опираясь на деревья, к телеге.       Дойдя до неё, я оперся на её край. И вдруг из леса показался силуэт. Это была Алиса. Она посмотрела в сторону телеги и закричала.       — Эй, это моё! Не смей брать! — её крик раздался эхом, а затем она опять впала в ступор и несколько раз протерла глаза.       — Тоя? Ты жив?       — Как видишь! А ты не рада?       — Но как, метка же активировалась?       — Я не знаю. След от неё почти исчез, но этот кабан сильно потрепал меня, и я ещё какое-то время не смогу практически двигаться. Так что продолжай, пока одна, не беспокойся, деньги поделим честно!       — Да это ерунда! Тебе срочно нужно к доктору!       — Нет, со мной, думаю, всё будет в порядке. Я только что пережил то, что пережить нельзя. Думаю несколько уже заживающих ран меня не убьют. А ты продолжай работать ради своей выгоды и ради нашего рейтинга.       Она хотела что-то возразить, но не стала. Так и прошел остаток дня: она ходила за хворостом в глубь леса, я собирал всё вокруг телеги и отдыхал.

***

      С горем пополам телега была собрана, и мы выдвинулись из леса, когда уже наступали сумерки.       Мой шрам от печати пропал, но остальные раны ныли, и я не мог вести телегу: я и так еле держал темп, и поэтому всё пришлось делать Алисе. Мы уже обговорили, что я отдам ей половину того, что мне заплатят. А так же договорились не говорить ни с кем о том, что произошло на самом деле в лесу.

***

       Мы добрались до поместья мистера Уолфорда. Мы позвали его, и он вышел к нам.       — Юнец, что с тобой?       — Разъяренный раненый бык напал на меня, но всё обошлось легкими травмами.       — Не повезло тебе, парниша. Доктор у нас уже не принимает.       — Ну, это ожидаемо.       — Ладно. Вот ваша награда. — дворянин протянул нам по мешочку медных монет и заглянул в телегу. Осмотрел всё и заглянул в мешок. — Что же, вы с хорошей добычей, если бы еще не опознали, может, я и доплатил бы вам.       — Мы всё понимаем. — голос Алисы был немного тревожный.       Я протянул ей половину монет, но она не взяла их, сказав, что за ней должок.       Я согласился, учитывая, что мне уже до деревни не добраться, а ночлег стоит денег.       — Простите, мистер Уолфорд, а могу ли я за эти деньги найти тут ночлег?       — Юнец, ночлег стоит гораздо дешевле. За 5 медяков я бы позволил тебе остаться, однако тебе в любом случае нужно смыть с себя грязь и кровь, так что это будет стоить 8.       — Я согласен.       Нам заплатили по 50 медяков. Один серебряный на двоих.       Мы попрощались. Алиса отправилась к себе в деревню, а я отправился делать водные процедуры. За 8 медных я получил такой же ночлег, как и у меня дома, с одним лишь отличием: он был в конюшне, с соответствующим запахом, но сейчас мне было уже всё равно, я нуждался во сне.       Я рухнул на сено — так и закончился этот жуткий день.