Садись ко мне на ручки

По оконному стеклу шумно стучат дождевые капли. Небо затянуто иссиня-чёрными, местами кучевыми облаками, которые не дают протиснуться солнечным лучам. Раз в десять минут вдалеке сверкает молния, на долю секунды освещая пространство. Небесная школа окрасилась в мрачно-серый цвет, не вызывающий и толику симпатии. Теперь она выглядит как самая настоящая тюрьма. Я очнулась в ярко-освещённом лампой лазарете. В нос ударил вязкий запах неземных лекарств, что заставил поморщиться. Глаза застилала белёсая пелена, так что мне пришлось потереть их руками секунду-другую, чтобы увидеть хоть что-то перед собой, вместо размытых фигур. Я уловила сладкий малиновый аромат с нотками шиповника и сушёного яблока. Мими. Её энергия такая поникшая и... словно не живая. В чём дело? И какого хрена я делаю в лазарете? Я резко вскочила на мягкой кровати, но, застонав от боли во всём теле, улеглась обратно. – Ты что творишь? Мисселина сказала, что тебе нужно лежать, – в голосе явное удивление. – Мисселина? – Ещё она сказала, что твоего пробуждения в ближайшие три-четыре дня ждать не стоит, – она положила ладонь мне на живот, – но я никогда не была так рада тому, что она ошиблась. Я наконец-то сфокусировала взгляд на соседке; её лицо сияло непомерным счастьем, но всегдашний лукавый огонёк в глазах исчез. – Мими…что произошло? Почему я в лазарете? – Совсем ничего не помнишь? – лицо тут же осунулось и голос приобрёл серьёзность. Я отрицательно покачала головой, готовясь к продолжительному повествованию. – После встречи с Люци в саду ты не вернулась: не через час, не через два. Я начала нервничать и закипать злостью на Люцифера: я боялась, что в порыве ярости он мог сделать что-то...страшное. За час до отбоя я вылетела из комнаты и направилась в библиотеку Ада, – там он проводит бо́льшую часть своего времени, – и он действительно оказался там. Сидел весь такой спокойный, даже глазом не моргнул, когда я выбила книгу из его рук. Дословно не вспомню, но я стала кричать на него о том, что он поплатится за то, что сделал с тобой. Он выслушивал мои угрозы минут пять, а после ответил, что ничего с тобой не делал. Потом уточнил, правда ли ты не вернулась в комнату. Получив отрицательный ответ, я заметила на лице несвойственную ему тревожность. Он поднялся с дивана и сказал, чтобы я возвращалась к себе, не попадаясь на глаза Фенцио или Серафиму Кроули. – Мими помолчала немного, восстанавливая дыхание, и продолжила: – Я пыталась пойти за ним, узнать, что он собирается делать, но он молчал, поэтому после нескольких тщетных попыток я направилась к себе. Через двадцать минут томительного ожидания он внезапно оказался у нас в комнате, держа тебя на руках. Я тотчас вскочила с кровати и подошла к нему. Он сказал, что нашёл тебя возле статуи без сознания и всю замёрзшую. Даже умудрился упрекнуть в том, что ты так и не научилась пользоваться данной тебе силой после смерти, – о том, что ты можешь согреться в любую секунду даже в самый лютый мороз. Мы мигом отнесли тебя в лазарет и передали на сохранение Мисселине. Она заверила нас, что ничего страшного не случилось и подобных случаев хватает с головой. Мы с Дино навещали тебя эти два дня, – кстати, он ушёл буквально полчаса назад.– Она остановилась. За всё время рассказа на её лице отражалась куча различных эмоций. – Ну, как-то так, подруга, – Мими легко похлопала меня по плечу, – должна признаться, я никогда не видела столько испуга в глазах Люцифера. Я внимала её словам и не верила. Люцифер переживал за меня? За Непризнанную? Вот так новости. И почему я абсолютно ничего не помню об обмороке? – А Люций... не навещал меня? – вырвалось как-то само. Непроизвольно. На лице Мими заиграла лисья улыбка. – Нет. По крайней мере, я не видела его здесь. Но ты спроси у него, как только сможешь встать на ноги, – демоница игриво сверкнула глазами. Мои щёки тут же предательски покраснели. Чёрт. Столько информации нужно переварить. – Ну что же, – Мими начала медленно подниматься, – раз тебе полегчало, я пойду. Даже Геральд уже начинает капать на мозги по поводу пропусков. Слабо усмехнувшись, я нехотя попрощалась с ней и решила дать телу восстановиться хотя бы день, поэтому тут же уснула.

***

Посреди ночи меня разбудил оглушительно звонкий шум. С таким звуком обычно разбиваются вазы. Моментально открыв глаза, я прищурилась и изобличила у двери тёмный силуэт. Я пыталась всмотреться в него, а когда это удалось меня накрыло волной нервной дрожи. Это была чертовски знакомая фигура. Во тьме вспыхнули и тут же погасли красные глаза. – Не хотел тебя напугать, – тихий, такой не свойственный Люциферу, вкрадчивый голос заставил покрыться мурашками с головы до ног. По телу начало разливаться тепло. – Долго ты здесь шпионишь за мной? Он усмехнулся. Но не так, как обычно. В этот раз усмешка вышла непривычно доброй и местами кроткой. – Зашёл проведать. – Ночью? Люцифер начал неторопливо подходить ко мне, попутно осматривая помещение. На лице одна за одной появлялись брезгливость вперемешку с презрением, но тотчас исчезали, когда алые глаза останавливались на мне. Как же он красив в этом очаровательном лунном свете. – Глубокая ночь — самое лучшее время суток. Ты так не думаешь? – он сел на койку, стоящую напротив моей и принялся внимательно изучать моё лицо. Его угольно-чёрные волосы перламутрово переливались в приглушённом ночном свете. – Ты ведь навещал меня и до этого, да? Люцифер не задумываясь кивнул. Какое-то время я рассматривала его лицо в полумраке комнаты, пытаясь понять, что привело его сюда. – Спасибо, – вышло чересчур степенно. Он вопросительно поднял брови. – Мими всё рассказала. Насмешливая улыбка вновь красовалась на его лице. Я почувствовала, как щёки начинают гореть и отвернулась к окну. Ветки деревьев еле заметно колыхались порывом ветра, по стеклу скользили капли от недавнего ливня. Луна изредка мелькала среди агатовых грозовых туч. Сердце пропустило удар, когда я почувствовала как подо мной начала проваливаться кровать. Я стрельнула беглый взгляд на соседнюю койку и с ужасом отметила, что она пустая. – Ты настолько боишься меня? – притворно удивлённый голос заставил резко повернуться к Люциферу. Я хотела ответить ему какой-нибудь колкостью, пресечь его наглость, вытолкнуть с кровати, но заметив проницательно-томный взгляд осеклась. Его вечная маска безразличия спала, словно её никогда и не существовало на лице. Глаза больше не покрывала плёнка жгучего и отталкивающего льда. Губы дрогнули в мягкой улыбке, демон дышал размеренно и плавно, не отрывая от меня пронзительно-испытующего и елейного взгляда. Лоб прорезали задумчивые неглубокие морщинки. Он вдруг накрыл мою ладонь своей и бесшумно, практически одними губами произнёс: – Поправляйся, Уокер. Затем поспешно поднялся и быстрыми шагами направился к выходу, оставляя меня одну с открытым ртом. Но у самой двери неожиданно остановился и бросил через плечо, вполоборота: – Скоро чемпионат по крылобортсву, хочу видеть тебя на нём. Дверь с тихим щелчком закрылась и больше ничего не напоминало о недавнем присутствии демона здесь, кроме запаха его тела, пропитанного дождём, и шлейфа едва уловимого древесно-цитрусового аромата. Этот запах намертво впечатался в мои лёгкие.