Новый Рассвет

Рон быстро смирился с тем, что им с Гермионой не по пути, и вскоре сблизился с Лавандой Браун. Лаванда подарила Рону все, о чем тот мечтал, и Гермиона отметила, что эта девушка вовсе не зла, а просто не понимала, что её остроты могут серьезно задеть. Рыжий повеселел и больше не упрекал Гермиону. Единственное что её беспокоило — с кем идти на выпускной бал. Джинни в шутку предложила пригласить Снейпа, сказав что танец гриффиндорки с деканом Слизерина точно станет событием века в замке. Гермиона же пребывала в таком настроении, что ей хотелось сделать нечто безумное и иррациональное.       Девушка подошла к двери в кабинет директора и решительно постучала. — Заходи, Гермиона. У тебя вопрос? — Директор, скажите, а может ли выпускница пригласить на танец профессора? — А почему нет, Гермиона? Это же просто танец. Только предупреди его заранее, а то некоторых людей это может шокировать, — улыбнулась Макгонагалл, оглядывая ученицу. — Ну…я хочу пригласить на танец профессора Снейпа. — Я уже догадалась, Гермиона. Тебе удалось сблизиться с Северусом гораздо ближе, чем кому-то ещё за последние двадцать лет. Не думаю, что он откажет тебе, тем более его уже приглашали на бал два года назад. Это была слизеринка, но все же. Но предупреди его заранее, чтобы он мог переварить это и подготовиться. — А кто двадцать лет назад сблизился с профессором? — Я не должна это рассказывать никому, но думаю ты должна знать. И никогда не говорить об этом. Её звали Лили Эванс. — Мама Гарри? — Увы. Если бы не крестражи, то Волдеморт был бы убит в ту же ночь. Я не знаю и никогда не спрашивала у Северуса, что он чувствовал к Лили, но месть за неё стала делом его жизни. Я боялась, что после войны он не захочет жить дальше, но оказалось, что Северус гораздо сильнее чем кажется. Гермиона, об этом разговоре никто не должен знать, ни Рон, ни Гарри, ни сам Северус. — Я никому это не скажу, директор. Пока он сам не решится рассказать это мне. — Не бойся, Гермиона, будь уверена в себе. Северусу нравятся смелые люди, — подмигнула Макгонагалл. Гермиона постучалась и не дожидаясь ответа решительно открыла дверь лаборатории Снейпа. Тот сидел в кресле и проверял работы первокурсников, что-то подчеркивая на свитках. Увидев Гермиону, зельевар улыбнулся. — Войдите, мисс Грейнджер. Гермиона подошла к столу, придав своему лицу максимально невинное выражение. — Профессор Снейп, можно я задам вам один вопрос? — Можно и не один, мисс Грейнджер. Разве у вас мало вопросов? — Я хочу пригласить вас на танец на выпускном балу. Потанцуете со мной? На секунду лицо Снейпа приобрело удивленное выражение. — Хорошо, мисс Грейнджер. — Это значит «да»? Вы будете со мной танцевать? — Да, мисс Грейнджер, я буду с вами танцевать на выпускном балу. И даже не спрошу почему вы пригласили именно меня. — Спросите меня, пожалуйста. — Мисс Грейнджер, зачем спрашивать очевидное? Я не первый год в школе, и прекрасно знаю, что у ваших друзей есть девушки, которые идут с ними на бал. Вы же не хотите как остаться без партнера так и танцевать с первым попавшимся под руку. А я не испытаю ни малейшего удовольствия, глядя как вы краснеете и смущаетесь, пытаясь все это выговорить. И да, меня уже приглашала на бал одна студентка, если вас это успокоит. Мы мило потанцевали и она живет и здравствует до сих пор. — И кто же она была? — Слизеринка, чуть старше вас. Мисс Снайд. — И вам понравилось? — Это было весьма приятно. — Спасибо, профессор, я просто счастлива! — Ну, если это вас осчастливит ещё больше, то мне тоже приятно что вы меня пригласили. Всего доброго, мисс Грейнджер, работы сами себя не проверят.       Гермиона летела по коридору как на крыльях. Её мантия развевалась за спиной, вызвав усмешку Лаванды. Та с интересом изучала своей рукой бок Рона. — Рон, смотри, наша Гермиона начинает ходить как Снейп! Мантия развевается почти так же! — Лаванда, она просто довольная. Неужели тебе нравится видеть её расстроенной? — А с кем она пойдет на бал? Как думаешь? Одна наверное, бедняжка. — Наверное нашла кого-то младше её. Гермиона не обращала внимание на все эти разговоры, погрузившись в мысли о предстоящих экзаменах. Вот и настал день выпускного бала и прощания со школой. Рон предсказуемо пришел с Лавандой, Гарри привел Джинни Уизли, а Гермиона, казалось, пришла одна. В своем платье синего цвета девушка выглядела великолепно, и некоторые оставшиеся без пары когтевранцы пытались её пригласить. Она же с улыбкой утверждала что уже приглашена. Всех выпускников удивило, что профессор Снейп был без своей своей привычной мантии. Оказалось что он весьма эффектно выглядит и в своем черном костюме. По залу прошептались «Снейп пригласил кого-то», «Минерву наверное, кто ещё с ним пойдет танцевать», «Кого-то из слизеринских змей, как пару лет назад». Ещё больше все удивились, что когда Макгонагалл объявила о начале танцев, Снейп подошел к кучке гриффиндорцев, и пригласил на танец Гермиону. Та согласилась и вышла в центр, словно не веря что это происходит с ней. Джинни сказала Гарри и Рону: «Я же говорила, что он пригласит её, а вы не верили».       Гермиона и Снейп кружились в танце, вокруг них образовалось свободное пространство. Снейп великолепно танцевал, держал девушку мягко, но уверенно. Та была просто на седьмом небе от счастья, их пара определенно превзошла всех. Макгонагалл смотрела на них со смесью счастья и тревоги. Её девочка выросла и слишком явно начинала опасную игру. Лицо Снейпа выражало уверенность и спокойствие, иногда тонкие губы изгибались в улыбке, когда Гермиона что-то шептала ему. «Северус, сможешь ли ты оценить её? Она горяча сердцем, но хватит ли её огня, чтобы растопить твой лед? Не сглупи, Северус, не оттолкни её, и она засияет. А ты девочка, понимаешь ли с кем связываешься? Я же вижу, пусть ты ещё сама себе не призналась. Сошлись, разошлись в танце, прямо как в жизни.»       Танцы кончились, Гермиона устала и раскраснелась. Снейп предложил ей выйти на улицу и прогуляться вокруг замка. Он накинул на открытые плечи девушки свой пиджак, так закуталась в него поплотнее и поежилась. Они медленно шли вокруг замка, любуясь на ночное небо и поблескивающее вдали озеро. — Это было великолепно, профессор. Я и не думала что вы так хорошо танцуете. — Вы тоже были великолепны, мисс Грейнджер. — Я же вам на ногу наступила три раза. — Два раза. В третий раз вы очень старались, но промахнулись. — Все аж рты разинули когда вы меня пригласили. А тишина стояла как будто вы наложили Силенцио. — Я и наложил. Невербально и без палочки. — Да нет, Джиневра шепталась. — Значит я растерялся и сделал что-то не так. — Все равно все было замечательно. Я уезжаю уже завтра, из Оксфорда прислали сову, меня зачислили. — Я не сомневался в вас, мисс Грейнджер. Удачи вам в дальнейшей учебе, я всегда к вашим услугам. Можете писать мне в любое время и по любым вопросам. И если кто-то в Оксфорде будет систематически обижать вас, напишите мне записку с именем и фамилией этого человека. — Вы превратите его в жабу? — Нет, но ему определенно станет резко не везти во всем. Я не говорил что сделаю с ним что-то плохое. Вы первая выпускница Хогвартса в Оксфорде за последние пять лет. И я не позволю, чтобы надутые индюки, получившие образование в других школах или у «великих магов» унижали вас. — Спасибо вам за все, профессор! — поддавшись порыву, девушка обняла Снейпа и поцеловала его в щеку. Тот растерявшись, приобнял её в ответ. Те десять секунд, пока они стояли обнявшись. показались ей бесконечными. Затем зельевар мягко отстранил Гермиону и посмотрел ей в глаза. Обсидиановые глаза встретились с карими и время будто замерло. — Простите меня, профессор, — пробормотала она, отводя взгляд. За те секунды зрительного контакта, профессор увидел в глазах девушки заботу, тревогу и…что-то еще, что удержало его от щедрой порции саркастичных шуток в адрес выпускницы. — Не за что просить прощения, мисс Грейнджер, это совершенно нормально — обнимать приятных вам людей. Тем более, неизвестно когда нам удастся повторить это. А так я теперь знаю, что вы очень теплая. — Вы тоже, профессор. — А вы думали, что я холодный как ящерица? Я такой же человек как и вы. — Ящерицы не холодные, они комнатной температуры. — Но из-за того, что их кожа хорошо проводит тепло, они кажутся холодными. Простая физика. — А вы что будете делать, профессор? Ну, летом. — Я? Наверное поеду в отпуск. Пятнадцать лет жил без отпусков, надо начинать отдыхать. Тем более меня ничего не держит, никто не вызовет. — Вы уедете из замка? — Более того, из Англии вообще. Куда-нибудь где тепло, джунгли и море. Месяца на два. Все равно занятия начнутся в сентябре, так что вряд ли я понадоблюсь раньше. — Вы будете загорать и купаться? А фото пришлете? Я ни разу не была на море. — Я не загораю, мисс Грейнджер, я только краснею как вареный рак. А вот поплаваю вдоволь. Заодно погуляю по местным джунглям, пособираю ингредиенты. Фото вышлю после отпуска. — Вы полетите туда самолетом? — Конечно, мисс Грейнджер, не на метле же. Я полукровка, не забывайте, и ориентируюсь в мире не хуже вас. Если будете куда-нибудь летать, рекомендую Air France и Emirates. И палочку сдавайте в багаж, в ручную кладь их нельзя. — Как здорово! Вам никто не говорил, какой вы интересный человек? — Говорили конечно же, я все-таки не первый день живу. Вы тоже интересная, мисс Грейнджер. — Я буду по вам скучать. — Мы можем переписываться, мисс Грейнджер. Главное не забывайте о том, что и у вас и у меня будет много работы, и не обижайтесь если я иногда буду отвечать на ваши письма не сразу. Увы, уже глубокая ночь и вам пора отдыхать. Вы же завтра уезжаете, то есть уже сегодня? — Да, профессор, утренним поездом. — Тогда, до свидания мисс Грейнджер, и счастливого пути. Гермиона осторожно взяла руки профессора в свои. Тот слегка сжал её ладони, увидев как в глазах девушки предательски блеснули слезы. — Ну же, мисс Грейнджер, выше нос! Не бойтесь! Вперед, навстречу новому миру! Вы получили от Хогвартса все и даже больше. Мы прошли через такое, что теперь уже нечего бояться. Пусть этот год станет для нас годом открытий и новых свершений. С этими словами он слегка подтолкнул девушку. Оставшуюся дорогу они шли молча, наслаждаясь этими минутами вместе.