Твоё сердце знает когда мне больно

Шуичи не спешил разрывать объятия. Впервые он чувствовал, что делает что-то правильно. Рядом с этим милым, невысоким, фиолетоволосым парнем, который явно имел отношение к его прошлой жизни, ему было спокойно. От мальчишки пахло чем-то сладким, возможно выпечкой и Саихаре совершенно не хотелось прекращать его обнимать. Ему вспомнилось, как почти каждое утро он просыпался от странного чувства, что сжимало лёгкие и мешало дышать. Сердце стучало так, словно пыталось пробить грудную клетку. И такие приступы начинали становиться для него привычкой, своеобразной нормой. А сейчас было так спокойно, словно он нашёл свою тихую гавань. Сам же Кокичи, зарылся носом в рубашку любимого человека, совершенно наплевав на то, что будет после. Какая разница, если он так долго ждал этого? Пусть и не так, но все же это был его Шуичи и это были все те же тёплые объятия, дарящие чувство безопасности и комфорта. — Шарф… — он не был уверен, что конкретно хочет узнать, но отчего-то решил спросить — … в черно-белую шашку, твой? — Угу — Кокичи вздохнул и отстранился от Шуичи. Становится наглым ведь тоже нельзя. А еще их могли увидеть и тогда это плохо закончилось бы. Не то, чтобы он был уверен в этом, но шестое чувство отчётливо об этом говорило. Саихаре почудилось, что вокруг вмиг упала температура на пару-тройку градусов, когда Ома отошёл от него. Он с сожалением скользнул взглядом по напряженной спине парня, который все-таки удосужился запихнуть свои учебники в сумку, а затем закинул её на плечо. Сначала Шуичи не совсем понимал, куда они идут, но когда Кокичи свернул к лестнице возле музыкально класса, до парня дошло — крыша академии. Сам он никогда там прежде не был, потому что обычно туда ходят те, кто любит нарушать правила. А Саихара совершенно не относился к такой категории людей. — Шуичи? Впервые, наверное, за все время он почувствовал некоторое раздражение, услышав её голос. Уж слишком часто она была рядом, и теперь у него начало складываться ощущение, что девушка пытается его контролировать. А может у него просто паранойя? Ведь нет ничего странного в том, что пианистка вышла из музыкального класса. Он развернулся, думая о том, что совершенно не хочет врать. А к этому, возможно, пришлось бы прибегнуть, чтобы иметь возможность узнать то, что он хочет. — О, Ома-кун! — ее взгляд переместился вверх по лестнице, замечая фигурку мальчишки. — Ты мне нужен, не мог бы ты зайти в класс музыки? — Каэдэ, это разве срочно? — Шуичи немного растерялся от того, что подруга знала этого мальчишку, а тем более имела к нему какое-то дело. — Да, срочно. — Произнесла девушка с нажимом на последнее слово. Саихара подумал о том, что скорее всего Кокичи откажется, ведь тот, как минимум, обещал ему разговор, но какого же было его удивление, когда Ома довольно быстро соскочил со ступенек и, не дожидаясь девушку, отправился в класс. Взгляд, который ему удалось разглядеть в таких красивых глазах цвета поздней сирени, был затравленным и полным боли, словно он шёл на пытку. И как все это понимать? Совесть отчаянно подавала сигнал о том, что здесь что-то не так, но он решил на время проигнорировать это. — К-Каэдэ? Но девушка не слушала его. Она развернулась и также ушла вслед за Омой, оставив Саихару в полном недоумении. — Ты тоже её иногда не понимаешь? — Из-за угла появилась Миу Ирума — лучшая подруга Акамацу. — С каждым днем, кажется, все чаще и чаще — вздохнул парень, приветливо махнув рукой. Девушка внимательно вглядывалась в него, изучая, осматривая его и явно что-то решая для себя. Она выдула большой пузырь розовой жвачки, который тут же лопнул. — Идём, — Ирума подошла к нему и схватив за запястье, все-таки повела его на крышу здания. — Зачем ты меня сюда привела? — Шуичи наблюдал за тем, как девушка осматривает территорию академии. Они были здесь уже десять минут и странное молчание начинало давить. — Каэдэ. Она тебе врёт.