от Луны до Марса

      Антон сидел в машине, припаркованной около ресторана, уже больше пятнадцати минут, проклиная Даню с его «замечательной» идеей восстановить общение. Шастун искренне не понимает, с чего это вдруг его бывший решил, что им нужно о чём-то говорить спустя столько времени, когда каждый из них давно забыл ту часть жизни, как страшный сон. Хотя, кошмары, чаще всего, как раз-таки и отпечатываются в головах людей, поэтому Поперечному не стоит знать о том, как кондитер порой вспоминает о нём, покрывая всеми матами, которые только знает. – Так, ну, объективно. Чё он мне сделает, если я не приду? – нервно постукивая пальцами по рулю, спросил Антон у самого себя, – Да не, это будет слишком тупо, – вздохнул он, вынимая ключ зажигания из замка. Закрыв автомобиль, кондитер направился в ресторан, где его уже ждал Поперечный. – Здравствуйте, – поздоровалась с вошедшим в ресторан кондитером девушка, стоявшая на ресепшене, – У Вас заказан столик? Назовите Ваши имя и фамилию, – стала осыпать его вопросами, как было написано на бейджике, Софья. – Антон Шастун, но… – «у меня не забронирован столик», хотел продолжить шатен, но его резко оборвала девушка, листая какой-то список. – Конечно, извините. Ваш молодой человек уже здесь, – сказала она, направившись в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, перед этим захватив меню, – Приятного вечера, – пожелала она, проводив смутившегося шатена до нужного столика, и положила меню. – Привет, – за столом уже сидел невысокий молодой человек, одетый в бежевые брюки карго, серый свитшот с молнией на горле и чёрную удлинённую спортивную куртку. Кондитер не смог рассмотреть только обувь, но она и не особо важна, как и сама одежда, когда от человека несёт таким пафосом, что, находясь на небольшом расстоянии от него, можно действительно задохнуться.

Bitches in Impala, no stress, no drama Twenty bitches in Impala, no stress, no drama Bitches in Impala, no stress, no drama Twenty bitches in Impala, no stress, no drama

– Ну, привет, – хмыкнул шатен, оценивая взглядом своего бывшего парня. – Так и будешь смотреть на меня, – Поперечный расплылся в самодовольной улыбке, жестом подзывая к столу официанта, – Принесите самый дорогой коньяк, – сказал Данила, не сводя взгляд с Шастуна. – Вы что-нибудь будете заказывать? – спросил официант у шатена. – Только апельсиновый фреш, спасибо, – садясь на соседний стул, кивнул молодому человеку Антон, – Хорош выёбываться, ты вроде поговорить хотел, – сказал шатен, увидев как Поперечный закинул ногу на ногу. Кондитер включил телефон и поставил таймер ровно на час. – Трахаешься ты тоже с ним? – кивнул блогер на запущенный в айфоне таймер. – А ты с какой целью интересуешься? Для себя? – откинулся на спинку стула парень, складывая руки на груди. – Намекаешь на что-то? – Ага, – цокнул языком Антон, – На то, чтобы ты пошёл на хуй. – Только если на твой, – засмеялся в голос молодой человек, не обращая внимания на других людей, находившихся в ресторане. Он смотрел прямо в глаза Антона, и складывалось ощущение, что комик получал какой-то особый кайф от реакции бывшего на его слова. – Какой же ты мерзкий, – покачал головой шатен, чувствуя как его тянет блевать от нахождения рядом с Даней, – И как я мог полюбить такого человека? – задал риторический вопрос кондитер.       С каждой минутой Антону становилось всё хуже и хуже, не только физически, но и морально, от осознания того, что каких-то пять лет назад он не просто любил сидящего перед ним человека, но и защищал его перед друзьями и родственниками, даже когда тот прямым текстом оскорблял его. – А сейчас? – Поперечный отпил из принесённого только что стакана жидкость золотисто-янтарного цвета. – Что? – спросил Антон чуть севшим от волнения голосом, стараясь держаться. – Любишь меня? – задал вопрос Даня, поставив, до этого лежавшую на другой ноге, ногу на пол. – Ненавижу, – прошипел он, смачивая пересохшее горло фрешем. – Да брось, – поднял подбородок Данила и облизнул свои губы, – Я уверен, что до сих пор тебе нравлюсь, просто признай это. – Ты ошибаешься, – допив свой напиток, сказал Антон, – Я уже ответил на твой вопрос, можно мне уйти? – Антош, – комик схватил собравшегося уходить Антона за руку. Больно сжимая его запястье, свободное от украшений, молодой человек взглядом указал на стул, с которого только что встал кондитер, – я люблю тебя, – сказал Даня, в миг ломая что-то внутри бывшего парня, – Давай снова будем вместе, пожалуйста, мне очень плохо без тебя, – умоляюще прошептал Поперечный, смотря в зелёные глаза Антона. – Зато мне хорошо, понимаешь? – выдёргивая свою руку из хватки молодого человека, заплакал Шастун, – Я наконец-то чувствую себя свободным, так что съебись из моей жизни и больше никогда в ней не появляйся, – проговорил шатен, не обращая внимания на то, как слёзы из его глаз покатились только сильнее, и, схватив свой телефон, убежал в сторону лестницы, быстро спускаясь на первый этаж. – Сука! – крикнул Поперечный, разбивая стакан с остатками коньяка о стол.

Силы в нулях это конец, Я лечу вниз, потом вверх, Вызови скорую, вызови копов, Нам нужна помощь это пиздец

***

      Пытаясь дозвониться Жене, чтобы предупредить о своём приезде, Антон выехал с парковки ресторана. Сам до конца не понимая, чем обосновано такое желание, кондитер решает забрать пришельца домой прямо сейчас. – Как же вы все меня бесите, – отчаянно застонал парень, сбрасывая очередной, оставшийся без ответа, вызов.       Понимая, что ему, скорее всего, никто не ответит, кондитер свернул на другую дорогу, смотря нужный маршрут в навигаторе. Добравшись до места назначения меньше чем за полчаса, Шастун оставил автомобиль недалеко от его дома и направился к другу, игнорируя находящийся на первом этаже лифт. – О, Шаст, а ты чего пришёл? – удивился хозяин квартиры, открыв своему другу дверь. – На звонки отвечать надо, – устало вздохнул Антон, перешагнув порог квартиры, – Арсений у тебя? – Ну да, где ему ещё быть? – смутившись, задал вопрос блондин и посмотрел в комнату, где находился пришелец. – А я не знаю, мне не сообщил никто, – саркастично ответил кондитер, разводя руками, – Можешь позвать его? – Арс, к тебе тут Антон пришёл! – позвал юношу Попадинец, не отрывая взгляд от друга. – Привет, – улыбнулся молодому человек Арсений, выходя в коридор. – Собирайся, домой поедем, – сухо сказал шатен, смотря на юношу, – Я буду ждать тебя на улице, – бросил кондитер перед тем, как выйти из Жениной квартиры.       Положив все пакеты с новой одеждой пришельца и посадив его самого в машину, Топа вернулся домой, перед этим попрощавшись с ребятами. – А ты когда успел магазин одежды ограбить? – усмехнулся Антон, пристёгивая брюнета, который находился на переднем сиденье, ремнём безопасности. – Воровать – плохо. Мне это Серёжа купил, – смотря на кондитера, ответил Арсений – Мы с ним сегодня, точнее вчера, гулять ходили. Он мне почти весь центр Питера показал, – говорил пришелец, вспоминая их с Лазаревым прогулку, которая, несмотря на последний разговор в торговом центре, оставила у брюнета только положительные эмоции, – Мне, правда, холодно потом стало. Мы поэтому и зашли в магазин, – улыбаясь, продолжал свой рассказ парень, – А ещё Серёжа меня на крышу водил, там так красиво, сразу весь город видно и… – Всё, перестань! – разозлился молодой человек, напугав своим криком Арсения, – Я понял, что ты прекрасно провёл время, можешь помолчать? – чуть тише, но всё с тем же негативом, сказал Шастун. – Извини, – покрываясь мурашками от страха, сказал брюнет и обнял себя двумя руками, отвернувшись к окну.

Пиздец. Просто взял и наорал на него. Чем я тогда лучше Поперечного? Такой же долбаёб, не умеющий контролировать себя.

      Оставшуюся дорогу парни ехали молча, каждый думая о чём-то своём.

***

– Антон, – позвал кондитера пришелец, продолжая смотреть в экран телевизора, – а почему я не видел у вас в городе лам?       С той ужасной ночи прошло уже около трёх дней и, на удивление Антона, за всё это время Данила не пытался с ним контактировать никаким образом. – Потому что они живут в Южной Америке, – запустив посудомоечную машину, сказал шатен, – Или потому что ты в зоопарке не был. Там как раз есть одна по имени Арсений, – усмехнулся Шастун, оборачиваясь к парню. – Правда? – удивился он. Видимо, сюжет мультфильма ему уже не так важен. – Нет, – отрицательно помотал головой молодой человек, возвращаясь к уборке кухни.       Пока Арсений наслаждался просмотром какого-то диснеевского мультика, кажется, «Похождения императора», Антон вновь спасал кухню от очередного шедевра в мире кулинарии, созданного пришельцем.       На этот раз ему взбрело в голову приготовить холодец, который, к слову, Шастун просто ненавидит. «Почему?», «Зачем?» и «Как?» – были все вопросы кондитера, так и оставшиеся без ответа, а ведь стоило всего лишь на час оставить парня одного, отойдя в магазин. – Я всё равно хочу в зоопарк, мы же сходим туда? – немного расстроенно спросил брюнет. – Сходим, – сказал хозяин квартиры, понимая, что по-другому от него не отстанут, – Только не сейчас, зимой там делать особо нечего. Точнее, может и есть, но не уверен, что кто-то вообще выдержит гулять столько по морозу. – А если я улечу раньше? – всё не успокаивался юноша.

А если нет?

– Значит… так и не увидишь настоящих лам, – пожал плечами шатен, пытаясь соскрести с тарелки странное месиво.       Услышав как раздался дверной звонок, пришелец вопросительно посмотрел на кондитера, наклонив голову набок: – Ждёшь кого-нибудь? – Нет, – Антон пошёл в коридор, чтобы посмотреть, какой дурак мог прийти к ним в субботу в девять часов утра. – Здравствуйте, – поздоровался молодой человек, когда перед ним открылась дверь. Судя по его одежде, это был курьер, – Вы Антон Шистун? – Шастун, – исправил шатен молодого человека, пытаясь понять, что от него хотят. – Распишитесь здесь, пожалуйста, – проигнорировав замечание кондитера, курьер протянул Антону ручку и папку-планшет с закреплённым на ней листком. – А что, собственно, происходит? – читая написанный на листке текст, задал вопрос шатен. – У меня происходит вручение подарка получателю, – наклонившись за небольшой но, видимо, тяжёлой коробкой, сказал курьер, – От кого – не знаю. Всего доброго! – забрал папку молодой человек, перед этим проверив подпись, и улыбнулся, вручив шатену коробку. – Антон, кто это был? – подбежал с кондитеру Арсений, услышав как тот захлопнул дверь. – Курьер. Но я ничего не заказывал, – поставил, как ему сказали, подарок на журнальный столик в гостиной Шастун.       Развязав ленту и сняв с коробки крышку, кондитер достал содержимое, которое оказалось довольно крупным цветком с большим количеством бутонов розового цвета.       У Антона есть странная, как некоторым кажется, особенность покупать и дарить вместо букетов горшечные цветы и растения. Он всегда считал, что букеты – какой-то отдельный вид издевательства над природой, потому что такие цветы продаются каждый день в больших количествах, но живут и радуют людей очень небольшой отрезок времени – максимум месяц, как показывает практика. И, нет, кондитеру не становится плохо при виде цветов собранных в букеты, как вампиру от запаха чеснока, он просто принципиально не покупает их, делая выбор в пользу растений в горшках.       Когда кондитер ещё встречался с Данилой, комик таскал ему такие цветы чуть ли не каждый день, думая, что таким образом может загладить свою вину за очередной совершённый перед парнем проёб. Только вот по итогу Поперечный, сам того не понимая, просто наполнял квартиру ненужными воспоминаниями. А Антон чётко помнил, за что именно был подарен каждый из горшков. – Антон, тебе звонят, – сказал Арсений, коснувшись плеча шатена, не реагировавшего на звонок, – Антон. – Что? – спросил кондитер так, будто ничего не произошло. – Тебе звонят, – повторил пришелец, подмечая странное состояние молодого человека. – Да, точно, – сказал Шастун, взяв с дивана телефон, и удалился в спальню. – Уже получил мой подарок? – раздался такой же самодовольный голос Поперечного, – Я помню, что тебе нравятся такие цветы, поэтому решил подарить самый красивый. Прямо как ты. – А ты, я так полагаю, на курсы подкатов записался, – съязвил шатен, понимая зачем ему снова позвонил Даня, – Похвально, но, честно говоря, пока получается так себе. – Антон, хватит уходить от темы, – возмутился комик, останавливая своего бывшего, – Вернись ко мне, я всё что угодно готов сделать, – проговорил Данила шёпотом, – Я уйду от своего парня, обещаю.       Проследив за тем, как уходит в другую комнату кондитер, Арсений взял в руки вложенную в цветок записку, пытаясь понять, что повлияло на такую резкую смену настроения молодого человека.

Антон, я всё ещё люблю тебя и хочу снова быть вместе. Подумай, пожалуйста. Даня.

– Пиздец, у тебя ещё и парень есть, – ахуевая, сказал Шастун и закрыл лицо свободной рукой. – Он ничего не значит, честно. Антош, я изменюсь ради тебя, – чуть ли не скулил в трубку Поперечный. – А я для тебя тоже ничего не значил? – горько усмехнулся кондитер, отворачиваясь к зашторенному окну, – Дань, – обратился к своему бывшему шатен, – люди не меняются. Особенно такие твари, как ты, запомни это, – сказал Антон, выдохнув, и сбросил вызов.       Поперечный всегда добивался всего, чего хотел, любым способом, даже если приходилось класть хуй на принципы и людей, и ненавидел когда ему отказывали. Поэтому, разозлившись от их с кондитером разговора только больше, комик нашёл в интернете адрес Антоновой кондитерской и решил отправится туда вечером.

Черные следы у меня на сердце, От твоей любви пусто, Если честно, можно выбросить Эту часть из жизни моей

***

      Брать Арсения в кондитерскую стало уже какой-то традицией, потому пришелец снова сидел за своим любимым столиком, общаясь о чём-то с Женей.       Если не считать Макара, который ещё развозил заказы, Антон работал в этот раз один, потому что у Лазарева появились какие-то срочные дела, еле как успев к открытию кафе, из-за произошедших утром событий. – Женя, какая приятная встреча, – подошёл к ребятам Поперечный, слишком наигранно здороваясь с блогером. – Даня, а ты что тут делаешь? – задал вопрос Топа, стараясь соответствовать своему собеседнику.       Услышав знакомое имя, Арсений, сразу напрягся, начиная догадываться в чём дело. Он перевёл взгляд, до этого опущенный на стол, на подошедшего молодого человека и почувствовал какой-то резкий неприятный запах. – С Антоном поговорить хотел, – взяв у соседнего столика стул, сел рядом с ребятами Данила, – Я знаю, он здесь, – фальшиво улыбнулся блогер.       Арсений заёрзал на месте, ощущая, как по его руке прошёл исходящий от браслета разряд тока, как бы намекающий на то, что нужно что-то сделать. – Отстань от Антона, он не хочет с тобой общаться, – сказал пришелец, пристально смотря на Даню. – Арс, успокойся, пожалуйста, мы сами разберёмся, – находясь в полном шоке, шепнул ему блондин. – А ты вообще кто? – усмехнулся Поперечный, – Его новый парень? – спросил он, оценивая юношу взглядом. – Да! – не переставая смотреть на комика, брюнет подскочил с кресла, упираясь руками в стол.

Пизда…

– А не пойти бы тебе на хуй? – Данила ударил парня правой рукой точно в переносицу.       Немного придя в себя, пришелец накинулся на блогера и замахнулся в его нижнюю челюсть. Перед глазами всё плыло, но не смотря на это Поперечный ещё пытался отвечать Арсению, на этот раз попадая ему в губу. – Арс, Арс, ты как? – подлетел к брюнету Топа, заметив, что тот резко пошатнулся, задевая столик, за которым сидели наблюдавшие за дракой люди.       Посетителей в кофейне было не особо много и, увидев разборку парней, каждый из них оторвался от еды и своих дел, наблюдая за потасовкой, как за каким-то шоу. Всё бы ничего, если бы они просто смотрели на драку, но некоторые, узнав Поперечного, решили, что будет прикольно заснять происходящее на телефон. И лишь пару человек догадались вызвать полицию. – Замечательно, – сплёвывая кровь, ответил парень.       Пришелец и сам не знает откуда в нём столько силы, но, почувствовав новую волну гнева смешанного с адреналином, он оттолкнул Женю и замахнулся Даниле в живот, добивая его. – Пиздец, ты неадекватный, – выдавил из себя комик и, держась за живот, скатился вниз по стене. – Не я драку начал! – рявкнул Арсений и присел рядом с Даней на корточки, – Надеюсь теперь ты исчезнешь из жизни Антона, – проговорил он, предупреждающе смотря на молодого человека.       Услышав странный шум и крики, доносящиеся из зала, с кухни прибежал Антон: – Ахуеть, – одними губами произнёс кондитер, обводя взглядом помещение.