In the shadows

      Она прошлепала босыми ногами по паркету в кухню, откуда слышала громыхание посудой.        — Я все, — торжественно объявила певица.       Мужчина отвлекся от своего занятия и обернулся. Мокрые волосы беспорядочно спадали на ее глаза и плечи, она куталась в мягкий длинный халат и ежилась, будто от холода, хотя в доме тепло, очаровательно улыбалась.        — Садись, — он указал взглядом на высокий стул около барной стойки. Послушалась. Почти сразу перед ней появилась большая тарелка — черная квадратной формы — с куском говядины и овощами.        — Я подозревала, конечно, что ты та ещё хозяюшка у меня, но что настолько. Улыбнулся.        — Кость, мне очень лестна твоя забота, но на часах три ночи. Скажи честно: ты хочешь, чтобы я стала толстой и некрасивой, да? — хитро прищурила глаза.        — Да. И тогда я буду единственным кандидатом на твое сердце, — снова подмигнул и встал напротив нее, с другой стороны стойки.       Она улыбнулась и, смущённо опустив глаза, стала ковырять вилкой еду.        — Ладно, ешь, я пока схожу за постельным.       Константин легонько сжал ее плечи и поцеловал в макушку. Скрылся в спальне.       Женщина доела, вымыла посуду и прошла в гостиную, села на кожаный диван около камина, обняла колени.        — Хочешь — разожгу? — послышался голос за спиной.        — Давай, — вроде бы рада, а глаза грустные.       Он недолго провозился, поджёг дрова, закрыл створку и обернулся. Стоял так гордо, будто выиграл главный в жизни бой.        — Это что значит? Это мне тебе надо похвалить? — рассмеялась. — Спасибо, Кость, молодец!        — Да, я такой, — выставил грудь вперёд, руки упёр в бока.       Певица мягким взглядом проскользила по нему, снова постаралась сильнее укутаться в халат. Она делала вид, что все хорошо, даже смеялась, но такие движения выдавали ее душевное состояние.        — Тебе холодно?        — Нет.        — Может плед принести?        — Нет, все хорошо. Мне тепло.        — Чего тогда кутаешься? Я же даже разжёг камин.        — Не знаю. Как-то машинально, — она смотрела широко распахнутыми глазами.        — Ну, ничего, сейчас уж точно согреешься.        — Кость.- продолжала пристально смотреть и следить за каждым его движением, — сядь ко мне.       Мужчина сел рядом, она забралась к нему на колени и легонько толкнула ладошками, чтобы тот откинулся в угол между спинкой и подлокотником, он закинул ноги на диван. Певица сложила руки у него на груди, положила на них голову и закрыла глаза. Она почти полностью лежала на нем. Спортсмен обнял ее за талию и зарылся носом в ее волосы.       Тихо. Только треск бревен в огне. Темно. Только игры света пламени.        — Кость, — почти шепотом.        — Да, дорогая.        — За что ты мне такой хороший? — подняла на него глаза. Заметила, что он растерялся. Молчал.        — За то, что ты самая лучшая, — приподнял уголки губ.        — Спасибо тебе. Не знаю, как бы я. Без тебя. Сегодня. Да и всегда. Сначала улыбалась, а потом резко изменилась в лице и вздохнула.        — Ну, что такое? — ласково отвёл упавшую на ее лицо прядь за ухо.        — Сотри мне память, — говорила серьезно.       Не распознал шутливой интонации, поэтому не знал, что ответить.       Она подползла чуть выше, так, что их лица оказались в миллиметре друг от друга. Певица смотрела, словно спрашивала разрешение на поцелуй. Его рука проникла под халат. Впервые он держал ее в своих объятиях как женщину, а не как подругу.        — Ну же, поцелуй меня, — требовательно, но нежно, на выдохе. Он коснулся ее губами. Певица обвила его шею руками, плотнее прижимаясь.       За окном началась буря, ветер зловеще завывал и бился в окна, но они не замечали ничего. Ничего, кроме друг друга.