Две стороны одной медали

На меня смотрит пара разъяренных глаз, в которых, кажется, полыхает весь огонь ада. От этого зрелища, как и от его близости, я на секунду теряюсь, не в силах бороться или хотя бы отвести взгляд в сторону. Какое-то время мы с Люцифером просто смотрим друг на друга. Голубые глаза и красные. Как лед и пламя. Мы противоположны друг другу до абсурда. Неудивительно, что мы приносим друг другу столько проблем. И лишь немного придя в себя, я наконец снова могу найти в себе силы продолжить сопротивление. - Отпусти, - шиплю сквозь зубы, тщетно пытаясь вырваться из его сильной хватки. Меньше всего я сейчас хочу оставаться в такой близости от него. Ни за что не допущу, чтобы он понял, как он действует на меня. Нет! Даже самой себе нельзя в этом признаваться. - Еще чего, - судя по тону, Люцифер не просто зол. Он в ярости. – Ты ничего не хочешь мне объяснить? - С чего бы это мне объясняться перед тобой? – Я не оставляю попыток выбраться на свободу, хотя теперь они, скорее, сводятся к тому, чтобы не прекращать бесить его. Должна ведь я вынести из этой ситуации хотя бы моральное удовлетворение. - Уокер, прекращай хамить мне, - он сильнее сжимает мои запястья, наклоняясь еще ближе к моему лицу. Так близко, чтобы я могла расслышать его угрожающий шепот мне на ухо. Ощутить кожей его горячее дыхание. – Для Непризнанной ты слишком наглая. - Да, точно. Куда уж мне до тебя, - я не могу сдержать ядовитой усмешки, пытаясь, помимо прочего, скрыть за ней свое волнение. - Вот именно, - он смотрит мне в глаза, будто пытаясь понять, что происходит у меня в голове. Теперь помимо злости на его лице явно читается непонимание. - Тогда что тебе от меня нужно, Люцифер? Не стоит тебе якшаться с такими отбросами как я. Не боишься, что я использую тебя, чтобы стать заметнее на фоне таких же ничтожеств? – Его слова, до сих пор сидевшие в моей голове, подобно ядовитому червю, вернулись к нему же. Мне даже стало немного легче, когда я сказала все это ему в лицо. Однако его реакция совершенно не похожа на то, что я ожидала увидеть. На секунду Люцифер теряется, а потом вдруг начинает смеяться, отпуская мои запястья. Я смотрю на него с непониманием, совершенно не представляя, чем так могла его рассмешить. - Уокер, ты что, обиделась из-за того, что я сказал? – Он явно веселится, стоя напротив меня. Смотрит на меня, не скрывая самодовольной усмешки на лице. – Неужели ты настолько плохо понимаешь, что происходит вокруг тебя, и кто тебя окружает, Непризнанная? – Его ухмылка уже на каком-то клеточном уровне вызывает у меня волну злости. - Я прекрасно все понимаю, - сжимаю руки в кулаки, пытаясь заставить себя успокоиться. – Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что ты считаешь всех вокруг себя плебеями, - смотрю прямо в его глаза, наблюдая, как надменная улыбка постепенно сползает с красивого лица. – Конечно, чего еще можно ожидать от сына Сатаны? Ты только и умеешь, что кичиться своей силой и происхождением. Только вот кроме этого у тебя ничего и нет. Может, поэтому ты так стремишься унизить всех, кто тебя окружает? В следующую секунду я уже начинаю жалеть о своих словах, когда широкая ладонь сжимается вокруг моей шеи, тут же заставляя умолкнуть. Красные глаза светятся еще ярче, словно раскаленная лава. Я вижу, как сложно ему держать себя в руках и тут же понимаю, что ударила по самому больному. И, несмотря на страх, испытываю приятное чувство отмщения. - Не нарывайся, Вики. Я и так позволил тебе слишком многое, но всему есть предел, - он говорит сквозь стиснутые зубы, прижимая меня к стене. – Не заставляй меня жалеть о том, что я спас твою задницу от отчисления. - Не смеши меня, ты сделал это только для того, чтобы еще сильнее меня унизить,- даже страх не помогает мне остановиться. Вся та злость и обида, что скопилась во мне за последние дни, наконец нашла выход, и теперь я вряд ли смогу прекратить, пока не выскажу все в лицо этому зазнавшемуся Демону. - Если ты настолько тупая, что не в силах ничего понять, то мне жаль тебя. Но черта с два я снова стану подставляться ради тебя. Вообще не знаю, зачем я это сделал. Без тебя здесь было бы намного лучше, - несколько мгновений Люций смотрит на меня, после чего, скрепя зубами, отпускает и отшатывается на шаг назад, будто испугавшись каких-то собственных мыслей. – Убирайся, - он почти рычит, глядя на меня. Сейчас он настолько зол, что мне не хватает духу сказать что-то еще. Я просто смотрю в его глаза, полные неподдельной ярости и стою на месте, не в силах пошевелиться. – Вон, я сказал! От этого крика я вздрагиваю, будто выходя из транса и, наконец, понимаю, что происходит. Не теряя больше времени, кидаюсь к двери, и уже через секунду выскакиваю в пустой темный коридор, бегом направляясь в сторону своей комнаты. Стараясь не думать о том, что только сто произошло, и что все это вообще значило. В рекордное время добираюсь до своей комнаты и с облегчением замечаю, что Мими уже спит. Сейчас ее расспросы были бы совсем некстати. Падаю на свою кровать и смотрю в потолок, пытаясь унять дрожь в руках и разбушевавшееся сознание. Мысли крутятся в голове, сменяя одна другую быстрее, чем я успеваю их осознать. Это сводит с ума. Доводит до исступления. Нет, я не должна думать о нем. Плевать, что это значило. Плевать, что он думает. Даже сыну Сатаны не позволено вытирать об меня ноги. Беру подушку и накрываю ей лицо, пытаясь заставить себя отвлечься от всего этого кошмара. Как будто это вообще возможно. Не знаю, сколько прошло времени, но постепенно меня сморил сон. Проснувшись утром, я чувствую себя настолько разбитой, будто и не спала вовсе. Голова кажется слишком тяжелой, а непрошенные мысли никуда не уходят, что бы я ни делала. Но тем не менее, я нахожу в себе силы подняться с кровати и отправиться на уроки. После всего случившегося, мне придется изрядно попотеть чтобы Фенцио не завалил меня окончательно. Кажется, его желание отомстить моей матери, отчислив меня из школы, превосходит все разумные пределы. Но, на мое удивление, во время урока он едва обращает на меня внимание, кажется, теперь решив делать вид, что меня просто напросто не существует. Не знаю, что такого произошло, но сейчас я несказанно благодарна такому повороту событий. Я бы не смогла выстоять в перепалке с Ангелом. Видимо, гордость преподавателя была уязвлена, если он даже не поделился этим событием с Дино. Уверена, если бы он знал, что произошло, то не разговаривал бы вчера со мной так мило. Остальные уроки не наводили на меня такой ужас. Однако пережить их было от этого не легче. Все, на что я надеялась – как можно быстрее оказаться где-нибудь наедине с собой и как следует выспаться. Вот уж не думала, что после смерти все равно буду испытывать недосып и мигрень. Ах, да. И еще одно, самое главное – ни за что и ни при каких обстоятельствах не сталкиваться с Люцифером. Но с этим, кажется, проблем возникнуть не должно. Когда, во время перемены, прогуливаясь во дворе с Мими я заметила его, Люцифер, будто почувствовав это, нашел меня взглядом. Готова поклясться, в этот момент я почти услышала, как он до скрежета зубов сжал челюсти и тут же отвернулся от меня, сделав вид, что меня здесь и не было. От этого жеста я не смогла сдержать усмешки. Что ж, это будет намного проще, чем я полагала. Следующие несколько дней, наконец-то, стали для меня небольшой передышкой. Не случалось вообще ничего. Я просто ходила на уроки, проводила время с Мими, Ади и Энди. Наследник Ада все также делал вид, что меня не существует на этой планете. Несмотря на то, что это и было моей целью, иногда я ловила себя на мысли о том, что мне не хватает его взгляда. Его надменной усмешки. Но, конечно же, я сразу пресекала эти мысли. За непродолжительное время, проведенное здесь, я смогла убедиться в том, что чем дальше я нахожусь от сына Сатаны, тем меньше проблем возникает в моей жизни. Моя новая жизнь вернулась к своему спокойному и размеренному ритму. Слухи о Мальбонте постепенно начали стихать, хотя, конечно, до сих пор находились некоторые особенно впечатлительные, кто продолжал мусолить эту тему. Но в большинстве своем ученики и преподаватели предпочитали избегать любых упоминаний этой легенды. И я относилась к их числу. Так как мои странные видения больше не повторялись, я предпочитала не бередить только начавшую затягиваться рану. Кажется, за последнее время я и так навлекла на себя довольно много подозрений из-за своих снов. И, если быть до конца откровенной, все эти видения ужасно пугали меня. Поэтому я воспользовалась наступившим затишьем, чтобы просто насладиться нормальной жизнью, без страхов и постоянного непонимания, что делать дальше. Хотя иногда я все еще ловлю на себе подозрительные взгляды Геральда. Будто он только и ждет, когда я снова что-то увижу, чтобы первым постараться узнать у меня подробности. Сразу после его урока мифологии, мы с Энди отправились в школьный двор, чтобы немного передохнуть перед следующим уроком с Мисселиной. - Кажется, сегодня ты в хорошем настроении, - он смотрит на меня и несмело улыбается. Кажется, в последние дни мне удавалось скрыть свое состояние не так хорошо, как я думала. - Да. Сегодня отличный день, - я улыбаюсь ему, надеясь, что улыбка получилась достаточно искренней для того, чтобы Энди не задавал больше никаких вопросов. Но, конечно, он не из тех, кто просто так отступает. - Что с тобой случилось, Вики? В последние дни ты была сама не своя, - он смотрит на меня с таким искренним беспокойством, что мне даже становится немного совестно за то раздражение, которое у меня вызвал его вопрос. - Все в порядке, Энди, - мой ответ звучит грубее и резче, чем я предполагала, и на лице моего друга тут же отражается удивление и некоторая растерянность. – Прости, - я вздыхаю. – Просто слишком много всего навалилось в последнее время. Энди берет меня за руку и смотрит прямо в глаза. - Ты ведь знаешь, что я всегда готов прийти тебе на помощь, - он сосредоточенно наблюдает за мной, будто желая убедиться в том, что я приняла его слова всерьез. Я благодарно улыбаюсь ему, окончательно успокаиваясь. В конце концов, Энди совершенно не виноват в том, что творится в моей жизни. - Конечно. Спасибо тебе, - я целую его в щеку и немного неловко отстраняюсь. – Прости. Я лучше пойду к себе. Увидимся позже. Когда я вижу, что Энди уже готов снова что-то сказать, разворачиваюсь и поспешно скрываюсь в здании общежития. Как бы хорошо я не относилась к нему, Энди не стоит знать слишком много о моей жизни. Хотя бы потому, что это может его крайне огорчить. Я быстро иду по коридору, глядя себе под ноги. Неужели, теперь мне всегда придется врать всем, кто мне близок? Это просто омерзительное ощущение. Как будто каждый раз наступаю себе на горло. Но где-то на задворках сознания я понимаю, что так будет лучше для всех. И для меня в том числе. Неужели моя мать тоже проходила через это? Что, если в ее новой жизни все также запуталось, и поэтому ей пришлось так поступить с Фенцио? Черт, чем дольше я нахожусь в этой школе, тем больше вопросов у меня возникает. Но ответа на них я найти не в состоянии. Будто слепой котенок, передвигающийся на ощупь. Почему все обязательно должно быть так сложно?! Я сворачиваю за угол и прислоняюсь к стене, закрывая глаза. Делаю глубокий вдох, успокаиваясь и оглядываюсь по сторонам, в надежде, что никто не видит меня в таком состоянии. В противоположном конце коридора замечаю какое-то движение и чувствую, как сбивается дыхание. Что, если это просто кто-то посторонний? Меня ведь вполне можно не заметить с такого расстояния. И ничего противозаконного я не делала, так ведь? Но ноги сами несут меня в ту сторону, будто там мне должно открыться что-то важное. Быстро дойдя до конца коридора, выглядываю за угол и тут же замираю. Немного дальше, оперевшись рукой о стену, стоит Люцифер. Его глаза закрыты, будто он пытается побороть головокружение. Я уже видела его в таком состоянии однажды. Это было в тот день, когда он, вместо того, чтобы отправиться в школу, остался на земле и помог мне получить адрес отеля, где жил мой убийца. Его лицо покрыто ссадинами и кровоподтеками. Он тяжело дышит, пытаясь справиться с приступом боли. Его брови сведены вместе, будто он сам собой недоволен за то, что испытывает это чувство. Стыдясь своей боли, как слабости. Но проходит несколько секунд, и он открывает глаза, резко выпрямляясь. В тот же миг наши взгляды встречаются. Я сразу забываю как дышать, глядя в его красные глаза, которые сейчас не выражали ничего, кроме усталости. Но это исчезает также быстро, как и появляется. Люцифер берет себя в руки и сжимает челюсти, обжигая меня презрительным и рассерженным взглядом. Не говорит ни слова и открывает дверь в комнату, тут же скрываясь в ней. Я остаюсь стоять посреди коридора, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Почему сейчас, видя его в таком состоянии, я испытываю острое желание помочь ему? Будто Люцифер из тех, кто когда-нибудь позволит обычной непризнанной помочь ему. Это уничтожит его гордость и самолюбие. Возможно, это и стало основным аргументом, после которого я, не раздумывая, иду в сторону двери, за которой исчез Демон. Я замираю у двери и уже поднимаю руку, собираясь постучать, но быстро понимаю, что это также бессмысленно, как стучать в глухую стену. Конечно, он знает, что это я и ни за что не откроет. С демоном нужно вести себя как демон, поэтому я берусь за ручку и открываю дверь. Оказываюсь в самой обычной комнате. Такой же, как у меня и Мими, только вот она рассчитана на одного человека. Вот, пожалуй, и все отличие. Темные стены, минималистичная обстановка. Абсолютно ничего не напоминает о том, кто здесь обитает. Люцифер стоит у кровати, глядя на меня тяжелым злым взглядом. - Уокер, ты совсем страх потеряла? – Он явно не рад меня видеть, особенно в минуты своей слабости. – Какого черта ты здесь делаешь? Кажется, я тебя не приглашал. - Я знаю, - останавливаюсь посреди комнаты, молча глядя на него. Если честно, я и сама не понимаю, что здесь делаю, но почему-то уйти не могу. - Тогда милости прошу на выход. Тебе здесь не рады, - он молча отворачивается от меня и снимает рубашку. Я вижу сильную широкую спину, на которой также красовалось несколько больших синяков. Один, особенно обширный, был на ребрах и уходил в сторону груди. Почему мне так тяжело на это смотреть? Через несколько секунд Люций поворачивается и равнодушно смотрит на меня. – Ты все еще здесь? - Да, - я встречаю его взгляд. Минуту мы молча смотрим друг на друга. Он ждет моих дальнейших действий, и я вижу, как на его лице начинает появляться привычная наглая усмешка. - Что, очарована видом? – Он даже не скрывает своего самодовольства, только мне почему-то кажется, что за ним он скрывает что-то еще. Будто хочет спрятать свои настоящие эмоции, как обратную сторону луны. Чтобы никто и никогда не видел ее. Я не отвечаю на его нападки. Вместо этого молча подхожу к небольшой раковине, находящейся в углу. Беру полотенце и, намочив его, подхожу к Люциферу. На его лице читается такое искреннее удивление и непонимание происходящего, что, когда я поднимаю руку и начинаю аккуратно стирать следы крови с его шеи и лица, он никак на это не реагирует. В красных глазах растерянность. Он не знает, как реагировать на мое поведение. Вижу, как в нем борются противоречивые чувства. Сущность демона говорит ему оттолкнуть меня. Не позволять никому увидеть его слабость. Скрыть то, что никто не должен знать. Но есть и другая сторона. Та, которая нуждается в поддержке. В осознании того, что он не одинок. Что есть кто-то, кому он небезразличен. Возможно, я снова вижу то, чего нет на самом деле, но чем дольше Люцифер неподвижно стоит передо мной, позволяя касаться себя, тем больше я убеждаюсь в своей правоте. Я отвожу взгляд от его лица и сосредоточенно продолжаю свою работу в абсолютной тишине комнаты. Единственными оставшимися звуками сейчас было лишь наше дыхание и мягкий шорох полотенца, касающегося кожи. Тем временем я спускаюсь к его рукам, стирая с них следы пыли и запекшейся крови на ладонях. Беру его руку в свою, продолжая свою работу. Чувствую на себе его взгляд. Слышу учащенное дыхание, но не подаю вида. Просто продлеваю это мгновение. Не знаю, почему, но мне хочется, чтобы это не заканчивалось. Знаю, что вероятность снова увидеть его таким стремится к нулю, поэтому стараюсь запомнить каждую секунду. Каждое прикосновение и каждый вдох. То чувство, которое пронзает все тело, будто электрическим током при каждом касании. Это намного интимнее любого поцелуя. Знаю, что он тоже понимает это. И тот факт, что Люцифер не отталкивает меня, кажется мягко говоря удивительным. Наконец, я набираюсь смелости и поднимаю на него взгляд. Люций смотрит на меня сосредоточенно, изучающе. Будто видит впервые. Будто также, как и я, старается запомнить этот момент. Отпечатать в памяти. Осознание этого заставляет меня немного улыбнуться. И от этой улыбки Люцифер будто выходит из транса. Резко выдергивает свою руку из моей, тут же надевая свою раздраженно-надменную маску. - Какого хрена ты делаешь, Непризнанная? – Рычит сквозь зубы, злясь на меня и на себя за то, что показал мне больше, чем я должна была увидеть. - Прости, - знаю, что ему сейчас сложно. Страшно. Непривычно. Мне кажется, я впервые понимаю его по-настоящему. Потому не хочу давить. - Убирайся отсюда. НЕ хочу тебя видеть, - шипит сквозь зубы, делая шаг от меня. Сжимает руки в кулаки. - Хорошо, - я кладу полотенце на его прикроватную тумбочку и иду к двери. Когда я выхожу из комнаты, чувствую спиной сосредоточенный взгляд алых глаз. Но не осмеливаюсь повернуться. Сейчас он как загнанный в угол зверь: будет сопротивляться и биться до последнего. А мне так не хочется снова позволять ему топтаться по моему самолюбию. Особенно сейчас. Когда я впервые видела его таким. Мне стоит все обдумать. Спокойно. В одиночестве. Когда пройдет дрожь в руках и перестанет так бешено стучать сердце. Когда его образ перестанет перебивать все другие мысли. Когда я буду готова признать, что даже у демона, как у золотой медали, есть две стороны.