Sounds Like a Plan

      — Знаешь, как это звучит для меня, Стэнни-Мэнни?       — Не знаю… Может быть, глупо?       Ричи ухмыльнулся, полностью игнорируя возмутительный ответ Стэнли, как будто тот вовсе не имел в виду ничего плохого.       — Это, Стэнли… Звучит как план!       — А как по мне, та еще чушь собачья.       Ричи ничего не ответил. Вместо этого он достал из кармана скомканный листок бумаги и положил его на покрывало, на котором лежал вместе со своим лучшим другом.       — Только потому, что я нашел его в церкви, совсем не значит, что это чушь собачья, Стэн!       — Это чушь собачья не потому, что ты нашел ее в церкви! Ты за кого меня принимаешь? Это чушь собачья просто потому что! Ты не можешь определить, что кто-то гей, основываясь на этом дерьме. И это должно для тебя быть проявлением гомофобии, а не причиной начать проверять того, в кого ты втюрился!       Ричи шикнул на него, закатывая глаза.       — Заткнись, Стэн, мы все равно должны это выяснить. Мне нужно знать, нравлюсь ли я Эдди, и я воспользуюсь этой гейской Библией, чтобы облегчить свои исследования!       — Гейской Библией?! Все как раз наоборот! Знаешь… — он вздохнул на середине фразы. — А знаешь что? Это бессмысленно. Ладно, я помогу тебе с этим дурацким планом, просто чтобы ты заткнулся. Но если все эти вещи сопоставятся с Эдди или же ни одна из них — нет, то это ничего не значит! И знаешь почему? Потому что. Это. Чушь. Собачья.       Они одновременно взглянули на газету: Стэн в отчаянии, а Ричи глазами, переполненными надеждой.

Подростки, остерегайтесь «друга» вашего собственного пола, который: 1. Слишком милый, чтобы быть реальным. 2. Хочет проводить время с вами наедине. 3. Предлагает вам быть соседями по комнате или спать в одной постели. 4. Пишет вам любовные записки, как возлюбленной. 5. Направляет разговор на личные темы. 6. Хочет прикоснуться к интимным частям вашего тела. Это некоторые из черт гомосексуализма.

      — Ты уже можешь вычеркнуть первое, Эдди никогда не бывает милым, — фыркнул Стэн, все еще не убежденный словами Ричи.       — Может быть, он и не очень добр к тебе, Стэниэль. Но для меня он самый милый и пушистый человек на свете!       — Да, конечно, — саркастично произнес Стэн, стоя на своем и отказываясь даже спорить на эту тему. — Теперь, когда мы все выяснили, может, уже пойдем в Аркаду или нет?       На следующий день Ричи проснулся с довольной улыбкой на губах. Сегодня был тот самый день. Только начались зимние каникулы, и Неудачники собрались встретиться утром в их привычном месте, чтобы обсудить свои планы на ближайшее время, а во второй половине дня они, наконец, отправятся в Ашленд, штат Мэн.       У тети Беверли там был коттедж, и эта прекрасная женщина предложила подросткам остановиться у нее и отметить ближайший праздник.       Это был последний год, когда им, вероятно, удастся провести зимние каникулы вместе, и слова Стэнли, сказанные четыре года назад, теперь эхом отдавались в их сознаниях, крича им, чтобы они проводили время вместе. Чем больше, тем лучше.       — Как вы думаете, ребят, мы все еще будем друзьями, когда вырастем?       — А почему нет?       — Разве кто-нибудь из ваших родителей все еще общается со своими школьными друзьями? Я имею в виду, что потом все может измениться. Мы все изменимся.       — Мы всегда будем друзьями. Я не думаю, что люди теряют контакты, просто потому что становятся старше…       — Да, Стэн, чего ты? Тебе не стоит из-за этого быть таким… грустным.       Вот и все. Ричи знал, что перед ними сейчас один из последних шансов провести время вместе; возможно, его последний шанс быть со всеми Неудачниками одновременно (все они совсем скоро разъедутся по колледжам) и, самое главное, его последний шанс быть рядом с Эдди на протяжении больше двух часов подряд. Поэтому именно сегодня он попытается выяснить, была ли его любовь безнадежной и безответной или у него все же был шанс.       Соскочив с кровати, он взял со стола свою верную газетку, ту самую, которую накануне анализировал вместе со Стэном, и, крепко прижимая ее груди, спустился вниз завтракать. Его родители оба ушли на работу, перед этим оставив ему несколько свежеиспеченных пряничных человечков, аромат которых уютно окутал весь дом.       Радостно замычав непонятную мелодию себе под нос, он закинул одного в рот целиком, даже не откусывая. Конечно, Ричи был слегка встревожен от предстоящего, но, тем не менее, дрожал от приятного возбуждения.       Сегодня он собирался расставить все точки над «i». Он должен был сделать это. Взглянув на мерно тикающие часы, он усмехнулся. Ему нужно было поскорее закончить завтрак и бежать в друзьям. Некоторые из них, вероятно, уже были на месте и ждали остальных.       «Обожаю зимние каникулы!» — подумал он, с удовольствием закинув в рот очередного пряничного человечка.       Одеваясь, он натянул на себя свой любимый рождественский свитер — тот, на котором рождественские олени откровенно спаривались, а под ними было написано «Я очень непослушный» (Эдди открыто ненавидел этот атрибут одежды), — джинсы и свое объемное стеганое пальто. Легким бегом он добрался до входа в их секретное место, подпрыгивая от возбуждения и ожидая, когда же, наконец, наберется смелости войти внутрь.       «А что, если я ему не нравлюсь? А что, если чувства есть только у меня?» — нервно подумал он, кусая до крови губы.       Но это не мог быть только он. Даже Стэнли несколько раз говорил ему, что пора уже взять яйца в кулак и разрешить этот вопрос, ведь Эдди явно был в него влюблен, а Стэн никогда не лгал, чтобы заставить его чувствовать себя лучше! Ричи нравился Стэн, именно потому что тот всегда говорил правду, какой бы жестокой и обидной она ни была.       Он тяжело вздохнул, открыл дверцу и рысцой вошел внутрь. Только ступив на пыльный пол, он услышал, как его друзья возбужденно обсуждают предстоящую поездку, отчего ему стало тепло внутри.       На заднем плане играла музыка, доносившаяся из старого радиоприемника Майка — «Last Christmas» отражалась от стен их места. Ричи слегка закатил глаза. Никогда не любил рождественские песни, но они делали его друзей счастливыми, поэтому он никогда и не говорил ни слова против.       Маленькое помещение было украшено к предстоящему празднику: рождественские огоньки ярко сияли на стенах, плакат с Санта-Клаусом, который Ричи притащил несколько дней назад и повесил на стену рядом с гамаком, блестел в мраке помещения, и цветастые гирлянды были обвязаны вокруг всех деревянных столбов — рождественский подарок Беверли этому месту.       — Блять, ну наконец-то, говнюк! — он услышал чей-то раздавшийся голос и ухмыльнулся. Эдди, конечно же, первым заметил его присутствие. Развалившись, тот лежал в гамаке, одна его нога свисала вниз, ботинок почти касался земли. Сердце Ричи заклокотало в груди.       «Слишком милый, чтобы быть реальным», — тут же подумал Ричи, хотя и не был уверен, что тот факт, что Эдди первым обратился к нему, можно было посчитать чем-то приятным. «Говнюк» — это ведь не совсем хорошее слово, правда?       — Хей, Эдс… — ответил он неуверенным голосом, все еще погруженный в свои мысли. Эдди нахмурился, заметив, что что-то с его другом не так.       — Ричи, мы уже успели подумать, что ты не придешь, — пожаловался Стэнли, покачивая головой.       — И упустить возможность от души подействовать тебе на нервы? Никогда, Стэнни! — ответил он, пожимая плечами.       — Мы г-говорили о том, на с-скольких машинах нам стоит п-п-поехать, — сообщил ему Билл.       — Мой отец позволил нам взять наш джип, Биллу тоже дадут, а вот насчет Бена мы ничего пока не знаем, он все еще торгуется с родителями, — терпеливо объяснил Майк с улыбкой.       — О, я обязательно возьму свою малышку. Я уже сказал родителям, и они не возражают. На Рождество она все равно им не понадобится. В этом году гости приезжают к ним, а не наоборот.       — Отлично, значит, у нас есть, по крайней мере, три машины. Я думаю, проблем не возникнет!       — У меня есть кое-какие запасы еды, которые я могу взять с собой. Моя мама купила продукты, стоило мне сказать ей, что мы уезжаем, — произнес Бен, мягко улыбаясь.       — Ну, а я принесу спиртное, — ухмыльнулась Беверли, и Ричи, взяв ее за руку и поцеловав костяшки пальцев, опустился перед ней на одно колено.       — Ты моя королева, Мисс Марш, — пошутил он, на что девушка усмехнулась. Они оба, в отличие от остальных, не заметили, как Бен внезапно нахмурился.       — Ну и? — спросил Эдди, когда остальные начали спорить о том, кто будет отвечать за одеяла.       — Ну и что, Эдс? — недоуменно спросил Ричи, поворачиваясь лицом к своему другу. Он скинул с себя пальто, бросая на пол. Эдди нахмурился, но ничего не сказал.       — Не называй меня Эдс. Господи, как же я ненавижу этот свитер! — пожаловался он, закатывая глаза, а потом выжидательно посмотрел на него.       — Чего ты от меня хочешь? — растерянно спросил Ричи. Заметив, как Стэнли поглядывает на него искоса, он попытался (к слову, безуспешно) изобразить равнодушие.       — Так ты идешь или нет? — нахмурил брови Эдди, выглядя слегка раздраженным.       — Иду куда? — тупо спросил он, на что Эдди застонал.       — В гамак, ты тупица, ты всегда изводишь меня своими плохими шутками, когда лежишь в нем, чего же ты ждешь на этот раз?       «Ох. ОХ…» — осознал происходящее Ричи, и его щеки тут же вспыхнули.       — Соскучился по мне, потому что давно не видел, Эдс? — спросил он ехидно, присоединяясь к нему в гамак и попутно почти выталкивая прямо на пол.       — Еще чего! — простонал тот, и Ричи подмигнул ему.       Хоть и пытаясь выглядеть беззаботным, Ричи чувствовал, как в голове у него был полный бардак. Эдди никогда не приглашал его присоединиться к нему, даже наоборот.       «А что, если он тоже пытается это выяснить? А что, если он думает, что это его последний шанс, как и я?» — но он пока не осмеливался предположить что-то настолько серьезное.       Задаваясь вопросом, будет ли их совместное использование гамака квалифицироваться как предложение двоим спать в одной постели или желание провести время наедине, он все никак не мог распутать поток мыслей, роем пчел жужжащих в голове.       — Рич, ты в порядке? — раздался взволнованный голос Эдди, образ его друга был размыт даже с очками на носу.       — Конечно же, да, — сумел он выдавить, что было чистейшей ложью, которую заметили все из Неудачников.       Прикрыв глаза, он попытался расслабиться. Неожиданно он почувствовал, как Эдди начал ерзать, устраиваясь в гамаке рядом с ним, и обнаружил, что его рука бездумно тянется к чужой бледной лодыжке.       «Мне нужно успокоиться. Я больше не могу так продолжать, я даже не слышу, о чем он говорит», — подумал он, глубоко дыша.       Черные густые ресницы на веках вздрогнули и поднялись — первое, что он увидел, был пристальный взгляд Эдди, устремленный на него и переполненный беспокойством. На мгновение все остальное исчезло, и он почувствовал прилив адреналина, взявшего над ним верх.       Они оба одновременно открыли рты, пытаясь выразить переполняющие их чувства словами, когда Билл споткнулся о гамак, заставив их уродливо упасть на пол.       — Билл, я убью тебя нахрен! — взорвался Эдди, и Билл побежал наружу, хохоча во все горло, а первый погнался за ним, ругаясь как сапожник.       Момент пропал. Наконец Ричи встал, скуля, как побитый щенок, и хмуро посмотрел на Стэнли. Его друг осуждающе покачал головой.       — Ты должен завязать со своим дерьмом, Ричи! Ты делаешь только хуже. Просто скажи ему уже сейчас, — зашипел он, и Ричи в панике зажал ему рот рукой, чтобы прервать нравоучения друга.       Закатившиеся глаза, которые он получил в ответ, были определенно вполне заслуженными — абсолютно никто не выглядел так, будто обращал на них внимание.       После того как весь этот хаос поутих, они договорились встретиться в пять вечера и разошлись своими дорогами. К тому времени, когда Ричи появился у Билла, все уже стояли на пороге дома, как обычно дожидаясь его.       Свернув на дорожку у дома, он выскочил из машины.       — Здравствуйте, дамы и господа. Готовы ли вы отправиться в путешествие на моем поезде? — воскликнул он, подмигивая, и подошел к своим друзьям.       Майк ласково улыбнулся, но на остальных его поведение не произвело никакого впечатления.       Эдди, которого он больше всего жаждал услышать, казалось, и вовсе не уловил его слов. Парень выглядел… испуганным.       — Все хорошо, Эдс?       — Не называй меня Эдс, — машинально прошептал он, а затем снова сфокусировался. — Где тебя черти носили? Мы ждали тебя, почему ты всегда опаздываешь? — шлепнул он его по затылку.       — Ой! Успокойся, тигр, — заскулил Ричи, но, по крайней мере, шлепок означал, что все вернулось на круги своя.       — Да, Р-Рич, что ты вообще д-делал? Мы уже должны выезжать, — спросил Билл, помогая Стэнли запихнуть все бутылки в багажник.       — Мне нужно было хорошенько выспаться, чтобы сногсшибательно выглядеть, Денбро! — гордо сказал он, и Бев усмехнулась.       — Что-то не особо помогло, не думаешь? — с усмешкой спросил Эдди.       — Ауч, просто, ауч. Ты ранил мои чувства! Полегче, Спагетти! — пропел он игриво. Прекрасно осознавая, что Эдди шутит, он не мог отделаться от мысли, что накануне Стэнли был прав. Эдди не был мил к нему, как и ни к кому другому.       Возможно, все это было бессмысленно. Может быть, все, что он думал о них, на самом деле было просто односторонним чувством, в конце концов.       — По-моему, ты прекрасно выглядишь, Ричи, — мило проговорил Бен с полуулыбкой, и Беверли умиленно запищала.       — Вот видишь! Вот это мой человек. Стэниэль, тебя заменили!       — Если мне нужно делать комплименты твоей уродливой заднице, чтобы быть твоим другом, то я рад, что я не один из них, неудачник.       — Заткнись, я знаю, что ты любишь меня. И сам ты неудачник!       Стэнли открыл было рот, чтобы выдать что-нибудь оскорбительное, но Майк мягко схватил его за плечо, останавливая.       — Если вы закончили притворяться, что ненавидите друг друга, мы можем поехать прямо сейчас. Я думаю, что все уже улажено с машинами, — проговорил Майк с улыбкой на лице, и Стэнли даже не закатил глаза, поняв, что его прервали. Ричи усмехнулся.       — Хорошо, поехали, — объявил Билл. — Бев, ты не хочешь п-поехать со м-мной?       Ричи даже не слышал, как Бен сказал: «Я тоже иду, Билл!» — потому что Эдди внезапно оказался перед ним с двумя дорожными сумками в руках.       — Прошу прощения, — сказал он, нахмурив брови.       — Прошу прощения?.. — глупо переспросил Ричи, а Стэнли оставалось лишь сокрушенно ударить себя по лбу за его спиной.       — Как я, по-твоему, должен положить вещи в твой багажник, если ты мне дорогу преграждаешь?       Ричи несколько раз недоуменно моргнул.       — Ты… ты поедешь со мной, Эдс?       — Конечно, я поеду с тобой! — нетерпеливо произнес он. Прошло какое-то время, прежде чем Эдди, казалось, понял, что он только что сказал. Слабый румянец начал распространяться по его веснушчатым щекам, когда он прошел мимо него и пробормотал: «Не заставляй меня сожалеть об этом и, ради всего святого, не называй меня Эдс!»       «Хочет проводить время с вами наедине», — подумал Ричи, стараясь не слишком усмехаться.       Бен, Беверли и Билл уехали на машине последнего, и Ричи увидел, как Стэнли забрался в джип Майка. Он подмигнул своему другу, на что Стэн лишь нервно отмахнулся от него.       Эдди уселся с ним в машину, тут же засовывая микстейп в магнитолу.       — О нет, только не говори мне, что это… — заскулил Эдди, когда Ричи завел машину. Остальная часть фразы замерла у него на губах, когда «Baby It’s Cold Outside» раздалась в салоне.       — Что? — спросил он в замешательстве.       Всю жизнь они спорили о том, что им предстоит слушать во время долгой поездки: Ричи был большим поклонником рок-музыки, а Эдди предпочитал более мелодичные песни. По большей части Ричи говорил, что праздничные песни были глупыми и бессмысленными, но с другой стороны, Эдди обычно всегда слушал их с ноября по февраль.       — Моя мама оставила микстейп в машине. Это ее, — солгал Ричи. Он сделал его для Эдди в прошлом году и никогда не показывал и не рассказывал о нем ему.       — Мы не обязаны его слушать, если ты не хочешь. Нам же долго ехать, — неожиданно сказал Эдди.       — Ты буквально попросил не заставлять тебя сожалеть о своем решении, и именно это я и пытаюсь предотвратить, — прошептал Ричи, искоса взглянув на него и улыбнувшись.       — Спасибо… — Эдди улыбнулся в ответ. — И извини за то, что я сорвался, у меня был тяжелый день, — добавил он после нескольких секунд неловкого молчания.       Голос Дина Мартина заполнил салон машины.       «Направляет разговор на личные темы», — мысленно повторил Ричи, пытаясь расслабиться.       — Что-то случилось?       Эдди неопределенно пожал плечами.       — Ничего нового. Моя мама не хотела, чтобы я уезжал… Я по сути сбежал из дома, вот почему я хотел уехать так скоро.       — Прости, я не знал. Я бы приехал раньше…       — Как ты и сказал, ты ничего не знал.       Проезжая мимо огромного знака «ВЫ УЕЗЖАЕТЕ ИЗ ДЕРРИ. ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ СКОРЕЕ!», они оба чувствовали себя так, словно с их плеч свалился тяжелый груз. Ричи услышал, как Эдди облегченно вздохнул.       Ричи подумал, что сейчас ему больше всего на свете хотелось бы прижаться к нему и поцеловать до потери сознания, но он этого, конечно, не сделал.       Следующей его мыслью было, что Эдди, вероятно, никогда не поцелует его, даже если и правда любит его, так как утром он не успел почистить зубы, впопыхах собираясь к своим друзьям.       Третья и последняя мысль заставила его громко выругаться.       — Твою мать! — ахнул он, из-за чего Эдди испуганно подпрыгнул. Потянувшись к своему ингалятору обеими руками, он встряхнул его и нажал на клапан, запуская в легкие облачко лекарства.       — Ты что, блять, убить меня пытаешься, Балабол? — прохрипел он, снова прижимаясь губами к ингалятору.       — Извини. Просто… я забыл дома свою зубную щетку, — прошипел он.       И он проклинал себя так сильно в своих мыслях, потому что к черту вообще его зубы и его родителей-стоматологов, просто он знал, что у него не будет ни единого шанса с Эдди, не имей он при себе зубной щетки.       Эдди покачал головой и громко расхохотался.       — Что опять?       — Нет, ты не забыл.       — Да я же говорю тебе, что забыл. Настолько я идиот! — простонал Ричи.       — Ты настолько идиот, и я это знаю. Вот почему у тебя есть зубная щетка. Я взял для тебя запасную.       — Что-что ты сделал?       — Я был уверен, что ты оставишь свою дома, и даже скажу тебе почему. Ты доел свой пакет чипсов, понял, что уже почти пять, бросился нам навстречу, и у тебя не было времени почистить зубы (что, к слову, отвратительно), поэтому ты и не подумал о зубной щетке и оставил ее дома.       Ричи некоторое время смотрел на дорогу, обдумывая услышанное.       — Именно это и произошло, — признался он скорее самому себе, чем Эдди.       Он спрашивал себя, действительно ли был для него такой открытой книгой и много ли Эдди замечал в нем такого, о чем Ричи и не задумывался.       Именно в этот момент он понял, что его друг заботится о нем, любит он его или нет. Он действительно так думал.       — Я знаю, что именно это и произошло. Вот почему я купил тебе ее вчера и положил в поясную сумку, чтобы не забыть, — согласился Эдди. — О! Она с принтом «Чудо-Женщины»!       — Спасибо, — растроганно прошептал Ричи. Больше он ничего не мог сказать, стараясь не раскрывать свои настоящие чувства.       — Всегда пожалуйста. Если я не позабочусь о твоей тупой заднице, то кто же тогда будет это делать?       «Слишком милый, чтобы быть реальным», — мечтательно подумал Ричи, и уютное тепло заполнило его грудь.       — Ну, не знаю. Скорее всего, никто. В конце концов, я вообще окажусь на улице.       — Да, именно это и произойдет.       — Тогда мне повезло, что ты у меня есть.       — Тебе следовало бы говорить это почаще, придурок.       Первые за день снежинки начали медленно и лениво падать с серых облаков, и Ричи сбавил скорость. У него не было проблем с управлением, когда шел снег, но он знал, что Эдди легко пугается, когда находится в машине в не лучшую погоду.       К тому же, он был не прочь побыть с ним наедине подольше, прежде чем присоединиться к остальным.       Песня резко прервалась, и «So This is Christmas» сменила ее. Не задумываясь, Эдди начал подпевать, и Ричи пришлось заставить себя перестать пялиться на него, потому что это было бы слишком очевидно и, более того, потому что он вел машину.       — Я хочу, чтобы ты сегодня напился, Спагетти, — выдал он, чувствуя необходимость сказать хоть что-нибудь, чтобы отвлечься от своих мыслей.       — Ну, тогда ты будешь крайне разочарован.       — Ну же, Эдс, хоть разок! Беверли притащила много алкоголя, ты же не можешь оставить все это нам! Мы просто умрем!       — Скорее, если я выпью, то умру. Со всеми лекарствами, которые принимаю, я уверен, что это к черту убьет мою печень.       — Разве они все не были просто, как ты их назвал?.. Газебо*? — небрежно спросил Ричи, но как только закончил фразу, то понял, что с этими словами что-то не так. Он нахмурился.       Эдди быстро встряхнул ингалятор и вдохнул горьковатое лекарство, чувствуя, как горят легкие.       — Что… что ты только что сказал? — спросил он дрожащим голосом.       — Эм, не знаю, — прошептал он. В голове его будто истошно вопили голоса, но он не мог понять значения сказанных ими слов. — Я даже не знаю, что это значит.       — Это значит чушь собачья, — прошептал Эдди, как будто сам того не осознавая.       — Что?..       — Понятия не имею.       Некоторое время парни молчали, но чем дальше они были от Дерри, тем легче себя чувствовали. Через несколько минут они уже даже не помнили, о чем говорили. Наконец-то успокоившись, они вернулись к привычному им состоянию.       Когда два часа спустя они прибыли в Ашленд, остальные машины уже были припаркованы. Здесь все кругом было покрыто сверкающим снегом, белизна почти ослепляла глаза. Безумно красиво.       Майк помогал Биллу перенести все коробки внутрь, а Бен был занят подметанием крыльца. Стэнли готовил всем кофе на кухне, а Беверли курила, составляя компанию Бену, когда Ричи и Эдди подъехали к ним, с любопытством разглядывая маленький коттедж.       — Эй, неудачники! — прокричал Ричи с ухмылкой, выпрыгивая из машины и захлопывая дверцу.       — Вы там заблудились или как? — поинтересовалась Бев, подмигивая и крепко сжимая сигарету между пальцами.       — Идет снег, Бев. Все знают, что безопаснее ехать медленно, когда идет снег! — рявкнул Эдди, поправляя шарф на шее.       — П-п-прекрати это д-дерьмо и помоги м-мне, Эдди, — одернул его Билл, борясь с коробкой в руках.       Ричи громко расхохотался.       — Не надо, Эдс, пожалуйста, на это слишком смешно смотреть!       — Вы оба — чудовища, — протянул Майк, сочувственно глядя на Билла и направляясь прямо в дом с огромной картонной коробкой, которая выглядела ужасно тяжелой. Бен предложил свою помощь, но тот с улыбкой покачал головой.       — Ну что ж, я вижу, что вы все заняты, и было бы стыдно мешать вашей тяжелой работе нашим присутствием, — Ричи широко улыбнулся, а Билл яростно выругался, стараясь не уронить коробку на землю.       — Да. Пока, неудачники, мы пошли выбирать спальню, — Эдди схватил Ричи за запястье, потянув за собой в дом.       — Говнюки! — Бев хихикнула, хотя и сама не очень-то старалась помочь остальным. Бен мягко улыбнулся ей. Ему было все равно, чем сейчас занимаются остальные.       — Выбирать спальню? — спросил Ричи, непонимающе моргая, пока его друг продолжал тянуть его.       — Конечно, очкарик, мы должны быть первыми, кто это сделает, я не хочу спать на грязной кровати, или в самой прохладной комнате, или на гребаной двухъярусной кровати — они опасны! Мне нужна теплая комната, желательно с большим окном, которое мы должны держать закрытым. Она должна быть рядом с ванной, я не хочу идти пешком три мили, если мне нужно будет пойти туда ночью, там должно быть…       Эдди продолжал тараторить, как обычно, пока они осматривали дом. Они пересеклись со Стэном, который вышел с несколькими кружками кофе, вероятно, чтобы помочь остальным, и Ричи посмотрел на него широко распахнутыми глазами, не слушая ни слова из того, что говорил Эдди, потому что когда он услышал, что тому не нужна двухъярусная кровать, его мозг отказался работать.       «Предлагает вам быть соседями по комнате. И спать в одной постели?» — последний вопрос просто убивал его.       — Мне кажется, что Эдди, наконец-то, сломал Ричи, — прокомментировал Стэн, протягивая горячую кружку с кофе Майку, который принял ее с теплой улыбкой, поставив перед этим большую коробку на диван.       — С-слава Богу! В последнее время он был просто невыносим! — пробормотал Билл, но в его голосе звучало удивление.       — Как ты думаешь, они с этим разберутся сами? — спросила Бев, положив руку на плечо Бена. Лицо мальчика стало пунцовым.       — Надеюсь, — протянул Стэн. — Они действуют мне на нервы.       — По-моему, они очень даже милые, — заметил Майк, пожимая плечами. Он улыбнулся, и раздраженное выражение лица Стэнли дрогнуло.       Тем временем Ричи и Эдди уже во второй раз осматривали второй этаж — Эдди был довольно нерешительным типом, — как вдруг он фыркнул и потянул Ричи за предплечье в соседнюю комнату.       — Окей, давай выберем себе эту!       — Ой! Какого черта, Эдс… — но прежде, чем Ричи успел закончить свою мысль, он снова посмотрел на комнату, которую Эдди, очевидно, только что решил оккупировать.       — Чувак, подожди, правда? Это похоже на спальню моих бабушки и дедушки! — Ричи мысленно выругал себя за то, что высказал нечто похожее на жалобу. Он ни в коем случае не жаловался — всего-навсего был сбит с толку.       Должно быть, это была личная комната тети Беверли. Она была прекрасна в своем античном стиле. Чертовски девичья, с вышитыми подушками и кружевными простынями, с бледными пастельными обоями и всем прочим, но все равно красивая.       Если честно, именно так он представлял себе номер для новобрачных. Эта мысль вызвала яростный румянец на его щеках, поскольку он задыхался от чувств, которые не имел ни малейшего представления, как выразить или даже классифицировать.       Эдди закатил глаза.       — Я знаю, что это тупо, но это самая удобная и ухоженная комната в доме. Она приятная и чистая на вид. И вообще очень плюшевая, только посмотри! Кроме того, здесь можно контролировать температуру, и…       — Нет, нет, все в порядке… где же мне тогда спать?.. — Ричи знал, что ему не везет. Эдди точно скажет ему, чтобы он просто спал на полу; что он хочет остаться в постели один.       — Э-э-э… я думаю, это не слишком отличается от нашего гамака… Обещай не быть придурком из-за этого, но как бы эта кровать предназначена для двоих… — сказал он, пожимая плечами, и на мгновение Ричи мог поклясться своей матерью, что Эдди покраснел.       — Н-Нет, я… то есть, да… все нормально… Я… это просто так… да! Именно так!       «Предлагает вам быть соседями по комнате или спать в одной постели», — Эдди буквально только что сделал именно это! Это ведь не может быть неверно истолковано, верно? Это буквально невозможно. Именно это и произошло. Так ведь?       — Ричи? Земля вызывает Ричи! Ты в порядке? — Ричи не мог понять, было ли это раздражение или беспокойство в голосе Эдди.       — Да, да, я в порядке…       — Ты уверен, что не подхватил что-то?.. Сейчас сезон гриппа, и Бог знает, в какое дерьмо ты попадаешь, когда меня нет рядом. Ты даже какой-то бледный, да и если подумать, то ты всю неделю вел себя довольно странно…       Ричи был уверен, что теперь, услышав от него такие слова, он стал выглядеть еще хуже. Теперь Эдди решил, что он заболел! В данный момент он, конечно, был вежлив, что было манной небесной, но теперь, когда он считал его ходячей биологической опасностью, он ни за что не позволит себе приблизиться к нему на расстояние меньше пятидесяти футов.       «Дерьмо».       — Нет, я в порядке! Просто размышляю, вот и все. Знаешь, хочешь — верь, хочешь — нет, но в моем тупом маленьком мозгу действительно творится всякое дерьмо, Эдс.       — Не называй меня Эдс и скажи мне, что случилось, Балабол, — голос Эдди звучал на удивление мягко, хотя взгляд его был полон решимости.       «Сейчас или никогда. Пора, блять, вырастить себе пару яиц и пригласить его на свидание. В этом нет ничего странного. Ничего слишком сложного. Ты мне нравишься, Эдди. Четыре слова», — мысленно повторял себе Ричи.       — Да так… просто всякая ерунда… ерунда и все такое, — неловко прошептал он.       «Вот же блять! Зачем я это сказал? Да что со мной такое? Трус!»       — Знаешь, есть еще одна причина, по которой я выбрал эту комнату… Я видел кое-что из окна… — робко проговорил Эдди, тщательно подбирая слова.       Это было очень странно. Совсем не по теме. Эдди вообще слушал его? Может быть, это и к лучшему, что нет…       — Давай, не смотри пока, просто пойдем со мной!       Эдди взял его за руку и повел вниз. Эдди. Взял. Его. За руку.       «Неужели он только что взял меня за руку? Неужели он только что…»       Ричи даже не заметил довольного выражения лица Стэнли, когда они спускались по лестнице, и ободряющей улыбки Билла, направленной Эдди, когда они проходили мимо двери.       — П-подожди, мы идем на улицу? Разве тебе не нужна твоя куртка? Я знаю, ты становишься…       — Бип-бип, Ричи! Разве не ты мне постоянно говоришь… Как там? «Поживи немного и не будь такой нюней»? Кроме того, болезни передаются патогенами, а не температурой — так же, как температура может повысить восприимчивость к инфекции, — голос Эдди дрогнул на последнем слове, но все же он продолжал тащить Ричи через заснеженный двор к небольшому строению впереди.       Ричи казалось, что он может слушать его разговоры о болезнях, передаваемых патогенами, весь день напролет и никогда не скучать, даже если и находил их чрезвычайно мерзкими.       Эдди повел Ричи вверх по ступенькам и топнул ногой, отчего рыхлый снег охапкой свалился с маленькой крыши, возвышающейся всего в футе или двух над ними.       — Газебо.       — А?       Теперь уже Ричи был сбит с толку.       — Именно это ты и сказал в машине, чуть раньше. Это беседка, мы находимся под одной из них, — спокойно объяснил Эдди. Его щеки начали краснеть, но Ричи не знал, было ли это из-за холода или из-за чего-то совсем другого.       — Это ты к чему вообще? — спросил он, с любопытством моргая.       — Я не знаю почему. Но я знаю, что это было нечто другое. Я про то, что ты имел в виду под этим словом. Не знаю, что именно. Думаю, что это как-то связано с моей мамой.       Ричи усмехнулся.       — Ты же знаешь, как я люблю, когда ты говоришь о своей мамочке.       — Боже, ты отвратителен, я больше не скажу ни слова! — поморщившись, Эдди нахохлился, как воробей.       — Нет! Прости! Прости, пожалуйста. Я просто тупо пошутил. Ха-ха. Очень смешно, Балабол. Продолжай, пожалуйста, — попросил Ричи, и Эдди нахмурился.       Несколько секунд щенячьих глазок Ричи сделали свое дело.       — Ладно, слушай, я увидел эту беседку из окна и принял ее за знак. Мы должны разобраться с этим дерьмом, Ричи.       — С каким еще дерьмом? Ты о чем вообще?..       — Знаешь, мы с тобой ходим в одну церковь. А из твоего кармана целый день торчит очень знакомый клочок бумаги.       Будь это возможным — умереть от смущения, то Ричи был на сто процентов уверен, что это случится с ним в ближайшие несколько секунд. На мгновение он испугался, что его колени вот-вот предадут его и он рухнет на пол.       — Ты видел… — прохрипел он, заставляя себя отвернуться, усердно делая вид, что ничего не происходит.       — Да. Я видел. Мы не можем продолжать это делать, это утомительно, послушай, Ричи, я…       Эдди изо всех сил старался контролировать дыхание, проклиная себя за то, что именно в такой важный момент забыл свой ингалятор. Ричи подошел ближе и положил ему на спину руку, ободряюще поглаживая.       — Эй, Эдс, ты в порядке? Где твой ингалятор?       Глубоко вздохнув холодный воздух, Эдди обернулся к Ричи и врезался в его губы своими дрожащими. Истратив все свое мужество на то, чтобы начать поцелуй, Эдди быстро отстранился, ожидая чего-то от сбитого с толку парня, стоящего напротив.       — Ох… — задыхаясь, прошептал Ричи.       Но Эдди не осмеливался даже взглянуть в его сторону. Так что Ричи знал, что ему придется его заставить. Он притянул его к себе для еще одного поцелуя, более длинного, более глубокого, как будто тот тайно тренировался на своей подушке в течение нескольких недель, предшествовавших этому моменту.       Холодные губы раскрылись, позволяя встретиться теплым языкам, и длинные руки Ричи обхватили талию Эдди, когда тот выдохнул ему в рот.       Оторвались друг от друга они только тогда, когда Эдди тихо рассмеялся.       — Я не могу в это поверить, — прошептал он, затем улыбнулся и быстро добавил: — Я хочу тебе кое-что подарить.       Ричи смотрел на него совершенно влюбленным взглядом. Голова у него кружилась, и он чувствовал себя немного пьяным, болезненный холод на коже был единственным, что удерживало его в сознании в данный момент.       — Твой рождественский подарок. Я не хотел дарить его тебе в присутствии остальных, если ты не возражаешь. Я знаю, что технически пока еще не Рождество, но…       Ричи, затаив дыхание, принял протянутую ему вещь. Это был маленький конверт.       «Пишет тебе любовные записки, как возлюбленной», — подумал он, хотя и понимал, что теперь вся его изначальная идея была абсолютно бессмысленной.       Он медленно разорвал белый конверт. Руки его дрожали.       «Это за все те разы, когда я говорю, что ненавижу тебя, чтобы напомнить тебе, что это никогда не может быть правдой».       Внутри была маленькая зарисовка, изображавшая их, глядящих друг на друга и зависающих в гамаке с переплетенными ногами. Ричи мог узнать стиль Билла на рисунке — парень, вероятно, немного помогал своему другу с выполнением задумки. Это было ужасно очаровательно.       И последнее, но не менее важное: внизу письма, как в постскриптуме, было пять кружочков со словом «Эдс» внутри каждого.       — Это Эдс-концессии, у тебя их пять штук. Я позволю тебе называть меня так пять раз в следующем году, при этом даю слово не жаловаться. Каждый раз, когда ты будешь делать это, я буду зачеркивать круг, — объяснил он, его голос становился все ниже и ниже, показывая его смущение. — Я знаю, что это очень глупо…       — Это вовсе не глупо. Мне это нравится, это… — начал он, но тут же кое-что вспомнил. — Подожди, я тоже хочу тебе кое-что подарить.       Он достал из заднего кармана джинсов маленький красный бархатный мешочек и протянул ему.       — Счастливого Рождества, Эдди.       Парень нерешительно взял в руку протянутую вещицу, тут же развязывая ремешки. Когда он узнал, что находится внутри, то в замешательстве нахмурился.       Это был ключ. С маленьким деревянным брелком, на котором были вырезаны буквы R+E.       Подняв голову, он вопросительно посмотрел на Ричи.       — Это мои ключи. То есть, уже твои. Но это ключи от моего… моего дома… — начал объяснять он, с трудом подбирая нужные слова. — Конечно, я сначала спросил своих родителей, и они совсем не против и сказали, что любят тебя, как родного сына. Мы, эм, мы все тебя любим. Типа того…       Он глубоко вздохнул и постарался не испоганить такой момент, неправильно выразившись.       — Я знаю, что ты не чувствуешь себя в безопасности в своем доме… Просто… тебе больше не придется спрашивать, можешь ли ты остаться у нас. Приходи, когда захочешь: посреди ночи, даже если меня нет дома, в любое время, правда. У тебя всегда будет… свой дом. Со мной, — нервно кусая кожицу на нижней губе, он надеялся, что не переборщил и не показался странным, но спустя мгновенье Эдди вновь целовал его, запустив растопыренные пальцы в непослушные кудри Ричи, а сам парень зажмурил глаза, жадно отвечая на поцелуй.       — И чего мы так долго ждали? — Эдди тяжело дышал, а губы Ричи все еще прижимались к его собственным.       — Я не знаю, это ты мне скажи. Здесь я тупой, во всем виноват ты, — прошептал Ричи, на мгновение остановившись и спустя секунду начав осыпать его лицо легкими, как перышки, поцелуями.       — Да ну тебя, ты очень умный, кто бы что ни говорил.       — Черт возьми, я должен был записать это на диктофон.       — Должен был, — улыбнулся Эдди и посмотрел на него со странным выражением лица, которое Ричи никак не мог распознать. — Насчет того списка… есть еще кое-что, что мы еще не проверили, не так ли?       Ричи на секунду задумался, и в его голове вспыхнули воспоминания о статье из газеты. Когда он, наконец, понял, что именно имел в виду Эдди, щеки его пылали как никогда прежде.       — Пресвятой Господь, — выругался он. Это действительно будет лучшее Рождество в его жизни.