Хаос победил

       Вернувшись в квартиру, мне все ещё не верилось, что я дома. Последний месяц, в нашей с Ксавье квартире я появилась раза четыре, с целью взять новые вещи и закинуть в стирку грязные. Плимптон был крайне недоволен, но, ничего мне не говорил, потому что понимал, что маме и Монтане необходимо моё присутствие. Квартира во время моего отсутствия выглядела точно так же, как и раньше, только, не было аромата моих духов, из-за чего, ощущалось одиночество Ксавье. Наше семейное гнездышко находилось на третьем этаже, и имело спальню, выполненную в голубых и бежевых оттенках, гостиную совмещенную с кухней и коридором, в светлых цветах, еще была фиолетовая ванная комната соединенная с туалетом, а самым любимым местом в квартире являлся небольшой балкон, на котором стоял стол и два кресла. Стены квартиры украшали фотографии, где мы на различных концертах, вечеринках, день рождение Ксавье, когда все его лицо было в торте и я облизываю его щеку, пока на заднем плане Монтана бьет подушкой Чета, а Рэй из горла пьет виски, и мой младший брат Сэм ставит рожки Ксавье, потрясающая фотография, и их было нереально много, еще, висели постеры фильмов, в которых снимался Плимптон, фото со съемок и прочее. — Я не успел что-то приготовить, прости, — сказал Ксавье заходя в ванную. — Ничего страшного, приготовлю сейчас что-нибудь. Что бы ты хотел? — Пиццу! Ну, пицца, дак пицца. — Сходишь в магазин за тестом? — Ла-а-а-адно, — обиженно ответил он. Пока Ксавье ходил в магазин, я нарезала помидоры, ветчину, сыр, соленые огурчики и лук, и отправилась в спальню, чтобы собрать вещи на завтра. Нам придется жить там целое лето, с ума сойти. Звук открывающейся двери напугал меня. — Ксавье! Где моя бордовая сумка? Тишина. Зверь закрылась. — Плимптон! Выйдя из спальни в гостиную, и увидя то, что там никого не было, я мягко говоря, была в шоке. На диване лежала шишка. Обычная шишка от кедра. — Очень мило… В квартиру заходит Ксавье. — Там были только готовые коржи для пиццы, поэтому я взял их, еще взял вкусняшек, несколько шампуней, мыло, дезик, и лак для волос. Ты чего так смотришь? А смотрела я на него как на призрака. — Шишка? Очень романтично, спасибо, — сказала я протягивая ему ее. — Милая штучка, а я тут при чем? — Разве не ты ее подарил мне, а потом вышел из квартиры? — Нет. Что? — Ладно, забыли. — Ты меня пугаешь, София, — сказал Ксавье обнимая меня, — я понимаю, что смерть Сэма и отца нанесла тебе непоправимые раны, но, жизнь продолжается. — Да, ты прав. Просто мне нужно отдохнуть. Приготовив пиццу, мы с Плимптоном рухнулись на диван, чтобы посмотреть документальный фильм про различные убийства, преступления и тому подобное. Придя в ванну, чтобы умыться перед сном, я поняла, что хочу перемен. Мой взгляд упал на ножницы, и я без капли сомнений, решила обрезать волосы. Однажды, вместо длинных темно-русых волос по самую задницу, я пришла с длинной по лопатки. Мама долго ругалась, Монтана не могла сказать ни слова, а Ксавье, папа и Сэм сказали лишь то, что я прекрасна с любой прической. Кажется, это было около двух лет назад, с тех пор ничего с длиной волос я не делала. Разделив волосы на две равные части, и завязав резинки чуть выше плеча, легким движением руки, я ножницами отрезала волосы под каждой резинкой. Локоны падали, волосы становились короче, а мне становилось легче. Подровняв длину, и убрав следы стрижки, передо мной в зеркале стояла девушка, с удлиненным каре. Я долго смотрела на себя, трогала волосы, не веря, что это я. Папе с Сэмом бы понравилось. — Ну, как тебе? — сказала я Ксавье, выйдя из ванны в гостиную. От удивления, даже жевать перестал, глаза округлились и кажется, он даже не дышал. — Детка, это потрясающе! — радостно крикнул он, и подбежал ко мне. Облегченно выдохнула. — Правда нравится? — Да-а-а!

День отправления в лагерь

После тренировки, мы решили заехать домой, чтобы закинуть форму и поесть. Монтана мне чуть голову не оторвала, увидев мою новую стрижку, но, ей, на удивление, даже понравилось, и остальным тоже. Брукки все же решила поехать с нами. Она вчера вечером позвонила Монтане и согласилась. По словам сестры, Брук была в истерике, или что-то такое, она обещала рассказать по пути в лагерь. Отправились мы в лагерь на темно-зеленом с оранжевой и желтой полосами, фургоне Ксавье. Внутри фургона был столик, пара стульев и диванчик. Когда-то, мы ночевали в нём, потому что однажды, до того, как купили квартиру, снимали жильё, но, нам нечем было заплатить за аренду, поэтому хозяйка нас выгнала. Около недели мы жили в машине. Веселое время было. По дороге в лагерь, Брук рассказала почему решила ехать. Оказывается, кто-то вломился к ней ночью, требовал отдать всё украшения, но, ничего ценного не оказалось, и незнакомец принялся избивать Брук, с целью убить. Но, соседи спугнули его своими криками, и убийца сбежал. — Выпей Джека, он решает все проблемы, — сказал Рэй протягивая фляшку Брук. Жадно отпив содержимое фляшки, она поморщилась. — Как я вообще жива осталась? — Просто ты крутая, вот и всё, — сказала Монтана. — Расслабься, он не знает где ты, и точно не найдет тебя, — сказала я, заглядывая в салон машины. — У нас целое лето на расслабление, тем более, у меня огромный запас травки, — произнес Рэй, хлопая сумку, — хватит на всю смену, еще и останется. Будешь? — обратился он к Чету. — Там нет тестов на допинг, малыш, — смеясь крикнул Ксавье. — Знаешь сколько нашли эти мрази у меня в крови? Одну тысячную! — прокричал Чет. — Да ладно тебе, нам можно признаться! Мы друзья! — Плимптон, отстань, — проворчал мистер мускул. — Какой тут допинг? Вы посмотрите на это тело! — Чет снял майку, чтобы продемонстрировать свои мышцы. Он был хорош, безумно хорош. Божественное тело. Но, как мужчина Чет меня не интересовал. Я погладила руку Ксавье, вспоминая вчерашнюю ночь. Его голос, руки, поцелуи, тело и движения, всегда доставляли мне такое удовольствие, что я долго не могла прийти в себя. Ксавье полностью завладел моим разумом, телом и душой. Он улыбнулся мне в ответ, видимо, думая о том же, взяв мою руку, Ксавье слегка кусал мои пальцы, позже целуя их. — Не начинай. — Сам еле держусь, чтобы не остановиться у обочины, затащить тебя в лес, и сорвать это милое платье, — прошептал он, пожирая меня взглядом. — Ты только посмотри на эти мышцы. Можете даже потрогать! — гордо крикнул Чет. Я обратила внимание на Брук, взгляд которой был прикован к загорелому телу. — Я тоже в форме! — крикнул Рэй, поднимая футболку. По сравнению с Четом, Рэй был в ужасной форме. — Да, желе имеет место быть! — смеясь сказал спортсмен, хлопая друга по животу. В салоне пахло травкой, алкоголем и звучали дурацкие шутки парней. Брук и Монтана говорили о чём-то своем, а я наслаждалась видом из окна. Ксавье остановил машину у заправки, и мы наконец-то вышли, чтобы размяться. — Жопа как камень, — проворчала Монтана, вылазя из фургона, — а куда пошел Ксавье? — К телефону, — ответила я. — Какой важный. Ксавье! Если мы хотим оказаться в Рэдвуде до заката, то давай быстрее! — крикнула она. Мужчина, который заправлял машину, удивился от сказанного Монтаной. — Ты сказала лагерь Рэдвуд? — спросил он. — Да, нас взяли вожатыми, — ответила Брук. — Вам лучше гнать в другу сторону. Они зря открыли этот лагерь снова, — прошипел он. Мы с Монтаной лишь хлопали глазами. Когда Ксавье сел в машину, то мужчина подошел к нему. — Вы все умрёте, если окажитесь там. Блондин лишь кивнул в ответ. — Почему этот мужчина пытался нас запугать? — шепотом спросила Брук. — В 1984 году, там произошла резня. Распотрошили десятерых вожатых. Убийцу поймали, лагерь закрыли. Но, в этом году, он вновь заработал, — ответил Ксавье. Остальной путь до лагеря мы ехали молча. Оказавшись уже на территории лагеря, мы увидели, как какая-то женщина колит дрова. — Добро пожаловать в Рэдвуд! Я Маргарет Бут, хозяйка лагеря, — сказала она. У Маргарет светло-русые завитые волосы по плечи, забавные очки в форме мягкого квадрата и костюм скаута, с натянутыми гольфами под колено. — Владелица сама рубит дрова, неплохо, — пропела Монтана. — Нам приходиться выполнять не только свои обязанности, нехватка персонала. — Мы единственные вожатые? — Да, из-за Олимпийских игр в Атланте, все рванули туда, оставив лагеря без работников. У нас много работы, дети приедут завтра утром. Оставьте вещи в машине, позже их заберете. Идите за мной, покажу вам лагерь. Маргарет привела нас на озеро. Вид потрясающий. — У нас есть лодки и каноэ. Когда дети заходят в воду, то они должны заходить вдвоем. Утопление — занимает первое место в рейтинге смертей летом. — А второе? — спросил Ксавье. Бут лишь цокнула, и мы отправились дальше. Вернувшись обратно в лагерь, мы оказались в столовой. Около которой стоял полный едой грузовик. — Это шеф-повар Бёрти, ветеран Рэдвуда, — Маргарет указала на смуглую женщину, которая была больше похожа на мужчину. — Ба-а-абки, — протянул Ксавье. — Если бы они у тебя были, ты бы не знал что с ними делать, красотуля, — сказала Бёрти своим басистым голосом. Ксавье снял очки, грызя зубочистку и удивлённо посмотрел на нее. — Давай, помоги даме заполнить склад, — она подает в руки парня ящик с продуктами, — поработай своими костлявыми ручками. Возьмите все по ящику. Жара убивает, — сказала Бёрти, куря сигарету. — Бёрти работала здесь ещё до того, как я стала вожатой. Нам повезло, что она здесь. — Как только я услышала, что Маргарет открывает лагерь вновь, то сразу же приехала. Это место заполнено прекрасными воспоминаниями. Жаль, что в бочку мёда, попала ложка дёгтя. Когда грузовик был пуст, то мы с Маргарет отправились дальше. Она привела нас к душевым. — Девочки принимают душ утром, мальчики — вечером. Вожатые тоже. Каждый день! Душевые были обычными, с полками для полотенец, зеркалами и прочим. Далее мы отправились к домику, с красным кругом на двери. — Это дом девочек. Домик был милым, двухъярусные кровати, тумбы, шкафы, диванчик и радио. В домике были две двери, в начале и в конце помещения. Выйдя из домика, немного пройдя, мы зашли в точно такой же дом, только с синим кругом. — Девочки — красный, мальчики — синий. И не пытайтесь создать фиолетовый! — Нам что, все лето хранить обет безбрачия? — спросил Чет. Маргарет развернувшись, остановилась у лестницы. — Мастурбация не запрещена. Хотя, каждое проглаживание чернит душу. Но, с этим ничего нельзя поделать. — На дворе 1996 год, Маргарет, — Ксавье уперся рукой об косяк двери, — в спортзалах Западного Голливуда уже стоят смешанные душевые. Вы вообще слышали про сексуальную революцию? Секс победил, — с надменной улыбкой сказал он, глядя на меня. — Я знаю, что ваша эпоха гниет. Трусы ниточкой, порно в каждом доме. Я годами на стороне Господа боролась с развратом. И поэтому, всё еще скорбя по ушедшему мужу Уолтеру, я взяла часть денег от наследства, выкупив этот лагерь. Для того, чтобы дети могли укрыться здесь от разврата и похоти. Это место должно быть чистым, безопасным и непорочным. Здесь мало правил, но я требую от вас их безоговорочного исполнения. Собравшись вечером у костра, мы с Брук жарили зефирки, мальчики устроились покуривая косяк с травкой, пока Монтана летала где-то в своих мыслях. Ксавье протянул свой блант Рите. Она работает медсестрой в лагере. Рита чернокожая женщина приятной наружности, у неё темно-карие глаза и чёрные короткие волосы, уложенные в высокую причёску. Она носит простую, открытую одежду в тёплых тонах. — Я не курю траву. Единственное, чем я травлю себя, это красный Мальборо, — Рита подходит к Рэю, забирая сигарету. — Эта хрень убьет тебя, — сказал Чет. — Все мы умрем. Дайте угадаю, вы раньше не были вожатыми, а приехали сюда, с целью вырваться из ЛА? Мы кивнули. — Понимаю, я и сама мечтала уехать из города на какое-то время. Страшно оставаться там, из-за маньяка. — Что здесь произошло в 1984? — спросила Брук. — Ох, двенадцать лет назад, здесь произошла самая ужасная резня из всех, что я видела. Его звали Бенджамин Рихтер, но другие его звали мистер Джинглс, или Перезвон. Он был участником войны во Вьетнаме, где нашел своё призвание. Не смотря на ранение, за ним числился самый высокий уровень убийств. Он любил убивать. Бен имел мерзкую привычку — собирал трофеи из своих жертв, отрезая им уши и делая из них ожерелье. В армии узнали об этом, и выгнав его лишили всех прав и привилегий. Рихтер вернулся домой ни с чем. Поэтому, в Рэдвуде он работал уборщиком. Но, одной ночью, он забрался в домик вожатых, и искромсал десятерых вожатых, каждому из них отрезав по уху. — Девять, а не десять, — раздался голос Маргарет, — одна выжила, — Маргарет убрала волосы с левого уха, показывая нам то, что ушная раковина отрезана под корень. Данное зрелище повергло нас в шок. Брукки даже отвернулась. — Я спала, когда услышала какой-то звук, это был звук звона ключей на связке. И услышала его за секунду до того, как Рихтер ударил меня ножом. Но, произошло чудо, я оказалась жива. Ранение не стало смертельным. Я лежала вместе с остальными телами моих друзей. Мне было настолько страшно, что даже дышать не получалось. Когда Бен склонился над моим лицом, чтобы отрезать ухо, мое сердце все также было спокойно. Я ощущала то, как он отрезает ушную раковину. Ни звука, ни движения. А боль была невыносимой. Я осталась жива лишь благодаря ангелам, ведь именно им я молилась каждое утро и вечер. Бог услышал меня и дал мне второй шанс на жизнь. В суде я выступила главным свидетелем. После суда, я думала, что все закончилось. Но, этот перезвон ключей преследовал меня везде. Поэтому, я решила сделать Рэдвуд местом, после которого остается не ужас и страх, а светлые и добрые воспоминания. Очистить это место от зла. И это был последний раз, когда мы говорили о том, что произошло в 1984, — с этими словами, Маргарет покинула нас и направилась в свой домик. Остаток времени до сна, мы болтали о разном: музыка, книги, спорт, секс и прочее. — Ксавье, дай пожалуйста ключи от фургона, хочу взять куртку, а то уже холодно. — Могу дать свою, — полушепотом сказал он, снимая с себя вещь. — Нет, ты сам замерзнешь, за ней все равно надо будет идти. Давай ключи. — Давай сходим вместе, замок заедает в ключе, — сказал он, вставая. — Ксавье, не смей совращать Софию, Маргарет убьет вас, если узнает, — смеясь, сказала Рита. — Я ее уже давно совратил, — ответил он, страстно целуя меня в губы. — Пошли уже! — Вы пара? Я думала, ты гей, — удивленно сказала девушка. Мы лишь рассмеялись. — Она убьет вас! — хором крикнули парни и Рита. Смеясь, мы с Ксавье направились к фургону. Достав из фургона куртку, он задал мне вопрос: — Ты действительно замёрзла, или просто соскучилась? Вместо этого, я притянула его к себе, и прикусила нижнюю губу блондина. — Значит, соскучилась. Ксавье схватил меня за талию, прижав к фургону, и начал жадно целовать мою шею, пока его руки блуждали под платьем. — Фургон стоит напротив дома Маргарет, — простонала я. — И что? Хоть увидит как надо делать, — просмеялся он мне в губы. Запустив свои пальцы в волосы Ксавье, я притягивала его ближе и ближе к своим рукам. Мы целовались как в последний раз, жадно и задыхаясь. Глухие стоны Плимптона сносили мне башню. — Завтра приедут дети, — прошептала я, после того, как укусила шею парня. — Да, ты права. Надо отдохнуть, — простонал он, — а потом, ты от меня никуда не денешься. — Согласна. Закрыв фургон, мы отправились к домикам вожатых. Проводив меня до лестницы, Ксавье притянул меня к себе, и с новой волной желания впился в мои губы. - Ксавье, дети... Он рыкнул, шлепнув меня по заднице, и отстранился. - Спокойной ночи, София. - И тебе. До завтра. Поцеловав его в щечку, я вошла в домик. На мое удивление, Монтана и Брук уже спали. Переодевшись, я тоже решила присоединиться к их компании спящих.