Замок из песка

Большой планетарий постепенно наполняется людьми. Шумные студенты вечно что-то громко и эмоционально обсуждают. Последнюю вышедшую серию популярного сериала или нелюбимые факультетские предметы. Маленькая заведующая кафедрой английского языка в ярко красных колготках и с через-чур огромными очками, стекла в них, кажется, даже больше чем оконные, пытается привлечь внимание учеников, то ли хлопая, то ли танцуя, то ли дергаясь в конвульсиях. Говорят, она реально родилась в Англии, а потом переехала в Россию и писала своим друзьям письма, ну либо это очередной слух, которые распустили студенты, все мы знаем, как это происходит. Вокруг загадочной миниатюрной дамы в красных колготках, носится не менее маленький помощник, в не менее убогих очках, у которого уже, наверное, сошло потов так десять, пока он тщетно пытается настроить ей микрофон. Можно было бы рассказать об их романтичной истории (да-да и об этом тоже здесь ходят слухи), но явно не в этой жизни. В уже закрытый планетарий заскочила девушка с огненно-рыжими, кудрявыми волосами, по ее округленным глазам, можно понять, что она впервые видит такой большой учебный кабинет и такое большое количество учеников, соответственно можно сделать вывод, что она первокурсница. Студентка окидывает весь зал взглядом, пытаясь найти свой поток, но в глазах будто двоится, а легкие неприятно покалывает из-за сбитого дыхания, кому тут объяснять, что трамвай заглох на половине пути, и всю остальную дорогу до университета ей пришлось преодолеть на своих двоих. Есть, верно, особая романтика в этих стареньких трамвайчиках, потертые сидения и стук колес, именно поэтому она всегда выбирала их, а не новенькие электробусы, которые двигались по тому же маршруту. Итак, почему нет привычной пары по английскому и почему тут так много народу. Столько вопросов и нет ни одного ответа, вот так всегда. Гул в планетарии стоит настолько сильный, что перебивает музыку, играющую у девушки в наушниках, осознав, что в наушниках нет никакого смысла, она сняла их и наконец, услышала знакомые голоса однокурсниц. — Ева! Е-ева — кричали девушки с самых верхних парт и махали ей руками. Еве безумно повезло с группой, они проучились всего пару месяцев, но стали такими дружными. Услышав, знакомые, а можно даже сказать и родные голоса, рыжая поправила ручку сумки на плече и побежала по лестнице, ну надо же было им забраться на самый верх. Непонимание на ее веснушчатом лице сменилось солнечной улыбкой и второй раз, за это утро, запыхавшись, она заключила в объятие любимых однокурсниц. — Снова твой трамвай встал, мисс Маврина? Вот, запишись. — улыбнулась староста и протянула девушке листок со списком фамилий. — Я ничего не пропустила? Что вообще происходит? — спросила Ева, не поднимая взгляд с листка, и пропуская вопрос, наверное, он был риторическим. — У нас тут какая-то олимпиада дебильная будет по английскому. — ответила русоволосая девушка, крепко обнимая Еву со спины и кажется, у нее вот-вот либо сломаются ребра, либо все органы вывалятся наружу. — Ой, какой ужас. Это обязательно? Мне кажется, я последний раз писала олимпиады в классе седьмом. Русский медвежонок или как там еще было. Ульян, ты точно должна знать — рыжая засмеялась, обращаясь к девушке, которая так крепко сплела свои руки на талии Евы, а затем протянул листок старосте. — Кенгуру и Британский бульдог! — гордо сказала Ульяна, расцепив свои объятия. Ульяна из тех людей, которые больше всего в жизни кичатся своими достижениями в учебе, так называемый «синдром отличницы», который, наверное, был у нее в школе и продолжает быть в университете. Сначала это очень оттолкнуло Еву, но потом, узнав девушку немного ближе, она поняла, что та, замечательный человек. Так что, не судите человека по обложке и по тараканам в его голове, они все-таки обитают не в душе. Только в этот момент микрофон у маленькой загадочной дамы в красных колготках заработал, а за окном прогремел гром. Вполне обычная для поздней осени погода, которые многие считают сверхромантичной, но только не Ева. Если на улице нет солнца — оно не греет щеки, и нет такого веселого настроя. Они сидели настолько далеко, что тот взгляд, который она, перевела вперед на женщину, упал на парту на ряд впереди. И тут в голове заиграла романтичная мелодия, возможно, это был Эд Ширан или Иван Дорн, а сердце замерло или стало биться чаще, что именно с ним происходило понять сложно, но что-то явно происходило. Впереди сидел ОН — Герман Гольдман. Парень очень давно симпатизировал девушке, да и многим в университете — голливудская улыбка, красивые черты лица. Но, как говорится, либо у таких красивых парней есть девушки, либо они геи. Тут первый вариант, хотя по тем же университетским слухам — второй, потому что кудрявый парень с поблескивающей серебряной сережкой в ухе, который сидел по правое плечо красавчика, был самым настоящим, открытым геем (и уже не по слухам), но этот факт не мешал их дружбе. Ева, естественно, прибывала в облаках и не слушала нотации или правила, которые зачитывала заведующая кафедрой. Трясущиеся от волнения рукой, девушка дотянулась до плеча кудрявого. — Ммаарк. — ее голос, верно, дрогнул, хотя может ей это только показалось, но смотря на то, как хихикнули однокурсницы — не показалось. Девушки не знали о симпатии Евы к Герману. Она считала эту симпатию странной и неловкой. Она нашла его в инстаграмме и уже долгое время следит за его страничкой. Так называемый «краш». Наличие «краша» в 18 лет казалось ей поистине странным. И поэтому она никому не признавалась, даже, наверное, себе. А однокурсницы почему-то шипперили ее с кудрявым, похоже, до них еще не дошла информация о нетрадиционной ориентации парня. Легко догадаться, что они знакомы. Первым делом, Ева записалась в кружок фотографии, а Марк был один из его участников, так еще и с ее направления — они быстро нашли язык. — О! Ева, привет. — Марк погладил ее по руке, все еще лежащей на его плече. Герман обернулся тоже и, окинув рыжую, заинтересованным взглядом фирменно улыбнулся. А в ее голове крутилось: «какие же у него красивые брови», самая странная мысль, которая могла прийти ее голову, но брови у него действительно были красивые — темные, с привлекательным изгибом. Мысли о бровях и обо всей привлекательности парня, заставили Еву зависнуть и дичайшим образом затупить, не проронив не слова, а парень уже отвернулся и приступил к решению теста. Девушка глубоко вздохнула и опрокинулась на спинку стула. Теперь в ее мыслях было только: «какая же я дура». С самого детства рыжей легко давались языки и поэтому, не сильно напрягая мозги и задумываясь в смысл теста, она решала его. Кстати, весьма удивительный факт, в планетарии сидела и девушка Германа, но совершенно в другой стороне от него и с другим молодым человеком, хотя раньше, их постоянно замечали вместе. Открывать его социальные сети сейчас через-чур палевно, но когда Ева последний раз заходила в инстаграм парня, у него все еще были фотографии и видео с ней. А в наши времена — это самый главный показатель. Гул в планетарии не прекращался даже после объявления начала олимпиады, и, кажется, заведующая кафедрой уже бросила попытки всех успокоить и просто листала книжку, подперев старое, но достаточно симпатичное лицо рукой. А из глубоких мыслей Еву вырвал тот о ком как раз-таки, и были эти мысли. — В пятом точно B?! — закричал Герман неправильный ответ и стал смеяться, указывая Майклу на тех, кто судорожно стал исправлять. — А во втором «don’t», я так и знал! — снова неправильный ответ и смех. Назревает один вопрос, к какому возрасту мужчины начинают взрослеть, если Герман уже на втором курсе, а ведет себя как ребенок. Марк смеялся до того, как осознал, что осталось всего пять минут до конца теста, а он так и ничего не написал. — Гер, Гера! Там пять минут осталось, а мы нихера не написали, тебя не смущает? — Марк пихнул соседа локтем. Пока Ева следила за тем, что происходит на передней парте, однокурсники активно списывали ее работу, фоткали и рассылали по группам. Девушку это совершенно не смущало, ей казалось, что она редко может помочь другим людям, но, а когда может она хватается за этот шанс. Ведь делать людей счастливыми, одно из самых любимых занятий Евы. — Когда меня что-либо смущало? Маркус, сдадим пустые, не парься. — Герман самодовольно ухмыльнулся. — Нет уж, знаю тебя, так не пойдет, а потом англичанка нам вставит! — после этих слов Марк резко повернулся к рыжей и продолжил реплику только, уже для нее: — Ева, ты вроде бы говорила у тебя хорошо с английским, не поможешь нам хотя бы с парочкой вопросов. — Вы так громко кричали ответы, что я уж могла подумать, что вы здесь самые умные. — Ева усмехнулась и протянула парням свою работу. — Герман. — парень протянул ей руку, и девушка сначала опешила, но потом схватилась за руку брюнета и сжала ее. — Ева.