Острые грани

От Клэри не укрылось, как на мгновение поменялся Алек в лице. Правда, он быстро взял себя в руки и натянул маску озабоченности и непонимания. — Кто? — спросил Алек, изо всех сил изображая непонимание. Внутри же у него бушевал ураган. Он не понимал. Что происходит? Откуда она знает имя Джейса, ведь ей начисто стёрли память обо всём, что касалось сумеречного мира. Одно Алек понимал, правду говорить нельзя. Не хватало к обилию бед добавить ангельский гнев. — Джейс, — повторила Клэри. — Я сейчас, как наяву, видела тебя и этого парня, блондина, у какого-то огромного экрана с картой города. Вы о чём-то спорили. Так кто это, Алек? — Я не понимаю о ком ты говоришь, — стоял он на своём. — Клэри, ты же сама говорила, последнее время тебе сложно и всё как-то не так. Может стоит почаще отдыхать? Клэри рассвирепела. Она была уверена в том, что это странное видение, не было порождением воспалённого разума. Это было похоже на обрывочное воспоминание. Она не сумасшедшая! — И ты туда же? — зло зашипела Клэри. — Чем больше проходит времени, тем больше я подмечаю странностей и несостыковок в словах и поведении окружающих. Люк, Саймон, Изабель — как на повторе льют мне в уши чушь, что всё мне не так из-за смерти мамы. Только это не правда! Да, я по ней безумно скучаю и мне больно от осознания, что её больше нет, но не это заставляет чувствовать неправильность жизни. И я чувствую, они, а теперь ещё и ты, вы все что-то знаете, но предпочитаете лгать мне в глаза. Хватит! Я вообще всё больше сомневаюсь, была ли кома. Такое чувство, что из моей жизни вырвали кусок и каким-то образом заставили об этом забыть, а знающие люди, вместо того, чтобы помочь, пичкают небылицами! — Клэри, послушай, — вскинул руки Алек, пытаясь успокоить разбушевавшуюся девушку. — Уверен, всё не так, как ты думаешь. У травм головы бывают странные последствия… — Вот только не нужно выставлять меня съехавшей с катушек дурой! — распалялась она. — Я уверена, что этот парень, Джейс — реален, и ты его точно знаешь! Так что, или рассказывай, кто он, или нам больше не о чем говорить. — Да не знаю я никакого Джейса, — выдавил Алек, стараясь, чтобы голос не сорвался на имени парабатая. — Уходи, — бросила Клэри, отвернувшись. — Клэри… — беспомощно протянул Алек. — Я больше никогда не хочу тебя видеть, — прозвучал голос Клэри. — Покинь мой дом. Хотелось плакать. Клэри была уверена, Алек ей врёт. Она чувствовала это всей душой. Почему-то его отказ поведать ей правду, воспринимался чуть ли не предательством. Что же, он сделал свой выбор. Помимо этого брюнета, в жизни Клэри ещё были те, кому она собиралась прямо задать несколько вопросов. Ей надоело чувствовать себя наивной идиоткой. Он был подавлен. Вот и выполнил данное парабатаю обещание. Но хуже было чувство, что он, Алек, в очередной раз потерял нечто ценное в своей увечной жизни.

***

Наверное, она это знала заранее, потому ещё горше было Клэри. В тот же вечер, как выставила Алека, она попробовала припереть к стенке Люка. Он тоже врал. При чём, несмотря на опыт работы в полиции, делал это куда хуже Лайтвуда. Его неискренность ножом резала душу Клэри. За что? Почему человек, заменивший ей отца, лжёт ей в глаза? Он готов убедить её в чём угодно, лишь бы не говорить правду. Больно. Эта боль сорвала все предохранители, и Клэри высказала всё, что думает о его поведении. Та же история повторилась с Саймоном и Изабель. Оба упорно делали вид, словно впервые слышат имя «Джейс», только Клэри не раз ловила, как они украдкой обменивались тревожными взглядами. Чувство предательства затопило с головой. Еле сдерживая слёзы, она попросила их больше никогда её не беспокоить. Как итог, меньше, чем за сутки Клэри разругалась со всеми близкими людьми. Если бы не приятели и приятельницы из школы искусств, с которыми она не теряла онлайн связи, она рехнулась бы. Но эти люди оттягивали на себя лишь часть её внимания, остальным владели горечь и одиночество. Сейчас Клэри, как никогда остро, не хватало мамы. Она бы точно ей лгать не стала. Они всегда удивительно хорошо понимали друг друга. Было больно. Она любила Люка как отца, Саймон был её другом с малых лет, да и Изабель ей нравилась. Клэри было невыносимо от того, что близкие люди так с ней поступают. Иногда даже возникала мысль — а может, всё дело во ней и она правда сумасшедшая? Но всё существо Клэри отвергало такие домыслы. Этот парень не порождение её бреда. За это говорит и сон, который она видела ночью, после которого не смогла сдержать слёз. Снился ей снова Джейс и там он обещал любить и оберегать её всегда. В итоге, пара дней размышлений и Клэри поняла — больше жить в доме Люка она не может. К тому же, в их с мамой квартире должны были закончить ремонт. Это чудо, что несущие конструкции дома при взрыве не пострадали. Если, конечно, взрыв вообще был, в чём Клэри всё больше сомневалась. Да и сумма денег, оставшаяся от мамы была более чем приличной. Можно было спокойно доучиться и лишь потом задумываться о работе, но она уже сейчас гоняла эту тему. Лишнее занятие оставит меньше времени на тревожные мысли. Правду ей не узнать, да и не уверена она была, что стоит. Шептало что-то внутри, истина лишь боль принесёт. И вот, собрав вещи Клэри ждала машину. Ей предстоит научиться жить самостоятельно, может, именно поэтому для переезда она выбрала время, когда Люка не было дома. Она хотела справиться с этим сама. А Люк, не смотря на ссору, полез бы помогать, а то и вовсе постарался бы её удержать. Детство кончилось, Клэри. Нужно учится жить самодостаточно.

***

Разговор с сестрой, не облегчил душу Алека, напротив стало ещё хуже. Изабель рассказала, что Клэри устроила допрос подобный тому, какому подвергся он сам, и им с Саймном. Как и он, они пытались отговориться и закончилось всё ссорой. Клэри самостоятельно решила вычесать их из своей жизни. Чувствуя фальшь, она не простила лжи. Слишком сильно хотела знать о Джейсе. И вот, впервые за месяц с лишним Алек зашёл в комнату парабатая. Снова накатила боль при виде вещей брата. Тут ничего не меняли со дня смерти Джейс, и казалось, он того и гляди зайдёт, чтобы переодеться. Только разум был беспощаден и давил Алека реальностью. Не зайдёт. Никогда больше. — Прости, Джейс, — прошептал Алек в пустоту комнаты. — Я снова тебя подвёл. Даже за Фрей присмотреть не смог. Хуже того, я забыл о ней. И сейчас ничего сделать не могу. Слёзы навернулись на глаза. Наверное, никакое время не притупит боль этой утраты. Ему суждено до самой смерти влачить жалкое существования половинчатого человека. В возможность найти смысл жизни, а тем более счастье, Алек не верил. Никогда ему не заполнить пустоту в душе и никто не займёт место Магнуса в его сердце. — Мне так тебя не хватает, — прошептал он. — Дышать без тебя мука. Как жить, Джейс? Почему ты ушёл? Ответом была всё та же тишина. Всхлипнув, Алек силовым рывком встал на ноги и вытерев мокрое лицо, вышел из комнаты.

***

Жизнь Клэри совсем потеряла краски. Самой себе она казалась персонажем дурного рассказа. День за днём проживала будто во сне. События словно туманом были затянуты. Зато сны, как раз были реалистичными, как никогда. И везде она видела его — Джейса. Более того, пребывая в царстве Морфея, Клэри чувствовала как щемит сердце от одного его вида. Чтобы не говорили ей, она уже уверилась — никакой комы не было. Просто неизвестным образом кто-то стёр воспоминания о нескольких месяцах её жизни. И во сне, она видит их, воспоминания былого. Это было странно, но проснувшись очередным утром, Клэри ощутила непреодолимую потребность поговорить с Алеком. Тут-то и вылез подвох, номера его у неё не было. Конечно, можно было попробовать то же самое рассказать Саймону с Иззи, но интуиция твердила, что ей нужен именно Алек, парабатай Джейса. Она уже поняла, что это узы сродни братским, если не крепче. Правда, не было никакой гарантии, что он опять не начнёт вешать ей лапшу на уши. И всё же, попробовать стоило. Именно поэтому она позвонила Изабель впервые за почти месяц и попросила номер её брата, который ошарашенная девушка продиктовала. — Да, — послышался мужской голос в трубке. — Алек, это я, Клэри, — пересохшими от волнения губами произнесла она. — Клэри? — удивлённо. — Неожиданно. — Слушай, мы можем встретиться? — произнесла Клэри. — Это важно. — Вполне, — прозвучал ответ. — Когда? — Давай через час у магазинчика вафель на Бейкер-стрит, — выдохнула Клэри. — Тогда до встречи, — после чего в трубке послышались короткие гудки. Чувствуя как взволнованно бьётся сердце, Клэри приступила к сборам. Ей хотелось верить, что сейчас он больше лгать не станет. Не знала лишь Клэри что в этот момент, в институте сумеречных охотников, Алек смотрел на мобильный огромными глазами, а внутри было чувство, будто свершилось чудо.

***

Волнуясь словно подросток перед первым свиданием, Алек ждал Клэри в назначенном месте. Она опаздывала. Придёт ли? Вдруг передумала? — Прости, я опоздала, — повинилась Клэри появляясь за спиной. — Да ничего, — нервно улыбнулся Алек. — Так чего ты хотела? — Давай отойдём в парк, — попросила Клэри. До природного уголка шли молча. Каждый думал о своём, но общим было то, что мысли молодых людей были друг о друге. — Выслушай меня и не перебивай, — произнесла Кн, неожиданно останавливаясь и заглядывая в лицо Алека. После чего она пустилась объяснять про свои сны. Их сюжеты и свою убеждённость в реальности увиденного. — Сны не бывают столь упорядоченными, не могут иметь один сюжет и вызывать чувство, что это реально, — говорила Клэри. Алек был близок к панике. Он не знал что делать. По сути, Клэри, пусть и таким странным образом, вспомнила очень многое. Но имеет ли он право рассказывать ей правду? Внезапно он понял, больше лгать он не может. Даже если за это его ждёт кара от ангелов. — Алек, ты парабатай Джейса и я чувствую, он был мне не просто знакомым, — говорила Клэри умоляюще заглядывая ему в лицо. — Прошу тебя, расскажи мне. — Джейс был твоим возлюбленным, — выдохнул Алек прикрыв глаза. — И он тоже любил тебя без памяти. — Любил? — нахмурилась она. — Почему ты говоришь в прошедшем времени? Зажмурившись, Алек пытался призвать покой в свою душу. Говорить о Джейсе было почти физически мучительно, но и молчать о нём преступно. А сейчас он ещё причинит боль этой девочке. — Потому что он погиб, Клэри, — тихо произнёс он. — Чуть более года назад. Показалось ей со всей силы врезали по грудной клетке. Дыхание перехватило, сердце забилось сильно-сильно. Алек сказал правду. Это Клэри чувствовала каждым атомом своего существа. Стало больно. Она многого не помнила, но известие о смерти Джейса стало ударом разящим наповал. Во снах она любила его и в реальности тоже. — Нет, — прошептала Клэри. — Нет. Ты лжёшь. Только что-то говорило — нет, не лжёт. — Хотел бы я, — выдавил Алек. — Но год с лишним назад, ты потеряла возлюбленного, а я парабатая. Слёзы сами хлынули из глаз. Не особо задумываясь о том, что делает, Клэри вцепилась в Алека, рыдая и заливая слезами его рубашку. Он против не был, обнимая её в ответ. Наверное, он моральный урод, но ему стало намного легче, когда в жизни появился человек, которому так же больно, как ему, от осознания, что Джейса больше нет.