Полукровка

Кол ходил по территории в поисках русоволосой. У него ещё много вопросов. И он думает, что она на них ответит. Но как бы он не старался, не мог её найти. Последнее место, где он не искал, место рядом с ангелом. Именно там он её видел в последний раз. Поднявшись на последний этаж, он пошёл к открытому окну и выглянул из него. Не прогадал — русоволосая действительно там. Она сидела с закрытыми глазами, наслаждаясь ветерком. — Ну и как долго ты будешь стоять там? Ты же не просто так меня искал целый день? Я уже сомневалась, догадаешься ли ты или нет. Она по-прежнему не открыла глаза. Но её губы расплылись в какой-то странной усмешке. Кол хмыкнул и пошёл к ней. Аккуратно, чтобы не упасть. Хотя он всё равно выживет, бессмертный ведь. — Откуда ты знаешь? — Карасу. Ему очень нравится наблюдать за тобой. Хотя, странно это. Обычно мой фамильяр не любит никого. — Разве фамильяры не у ведьм бывают? — Нет. Эти существа произошли от нас. Они помогали нам всегда. Правда, тогдашние ведьмы хотели также и прославили их, как помощников ведьм. Отчасти, поэтому я их и не особо люблю. Она наконец-то открыла глаза. И темно-синие глаза, цвета океана, посмотрели в его глаза. После она посмотрела на небо. — Значит, представители животных кланов вашей расы не просто так? — Ага. У Кайла — паук, у Скай и Джека — летучие мыши, у Сэма — кот, а у меня — ворон. — Почему я видел только фамильяра Кайла и твоего? От его вопроса девушка как-то странно усмехнулась, чтобы скрыть своё удивление, которое озарило её лицо на секунду. Но он это заметил. — Удивительно, что ты вообще видел Кариса. Он не особо любит Кая. Делает ему всё назло. Я думала, он не появится здесь. Странно всё это, — хмыкнула русоволосая и прикрыла глаза. Видимо, она подбирал для него слова. — Как бы тебе объяснить, почему я удивлена. Хм? — девушка обречённо вздохнула и устало посмотрела на небо. — Они не очень ладят со своими фамильярами. Их связь не такая крепкая, как у меня с Карасу. Поэтому они не любят показываться на вид. Помнится даже, кошка цапнула Сэма за то, что он хотел нацепить на неё ошейник с колокольчиком. Тот долго шипел по этому поводу, ворча что-то о том, что она должна подчиняться ему. — А ты так не считаешь? — Карасу — мой друг. Я уважаю его мнение. За много веков, что мы вместе, я уже привыкла к нему. Иногда разделяю его мнение. Поэтому они меня немного подбешивают. Хмыкнула русоволосая и выставила руку. Кол посмотрел на неё непонимающие. Но в следующие мгновения на неё сел Карасу. Ворон посмотрел на него и немного склонился голову в бок. — Так зачем ты искал меня? — Что ты нашла в том кабинете? — Ничего хорошего. Карасу, можешь проследить за закрытым блоком? Русоволосая посмотрела на ворона. Тот хмуро посмотрел на неё хмуро. А после, ответив своим обычным «кар», полетел в неизвестном для него направлении. Кол следил за вороном, пока он не скрылся из виду. Парень хотел спросить, зачем она это делает, но русоволосой рядом не оказалось. Она исчезла. Хмыкнув, он посмотрел на небо.

***

Кол внимательно смотрел на карту. Сложить два и два было просто. А увидев, как она смотрит на двери закрытого блока, сидя на ступеньках и делая вид, что читает книгу, сомнения отпали. Она что-то задумала. Кол сел рядом и посмотрел на двери. А после на Паркер, что абсолютно непринуждённо читала книгу, искусно делая вид, что не замечает ничего. — Ты хочешь пробраться в тот блок, не привлекая внимания? Она оторвала взгляд от книги лишь на несколько секунд, чтобы посмотреть на него, и вернулась к чтению. — Не имею понятия, о чём ты. — Да брось, Паркер, мне тысячу лет. Я прекрасно знаю, как ведут себя люди. И я хочу пойти с тобой. — С чего бы тебе идти со мной? — Мне скучно. Смеяться с шизофреников уже надоело. На мои вопросы Сэм не отвечает, — при упоминании Сэма, у неё задёргался глаз. — Остаётся только это развлечение. — Хм …ладно. Будешь мешать, мелочь, сверну тебе шею и отправлюсь туда одна. Она закрыла книгу и встала на ноги. Майклсон нахмурился. Мелочь? С хрена ли это? Ему тысяча лет. — Мне тысяча. Я уверен, ты родилась… — Мне пятьдесят столетий, Майклсон, — прервала его девушка и скрылась в коридоре. Майклсон подсчитал. Пятьдесят столетий это… пять тысяч лет?! Ей? Майклсон до последнего отказывался в это не верить. А после, забив на это, начал думать о Давине. Как он проведёт время с ней после этой дурки? Обречённо вздохнув, Майклсон пошёл в комнату.