С твоим именем на губах

Люцифер Мы ехали с невероятной скоростью, и я искренне наслаждался. Быстрая езда — одна из немногих вещей, что мне так нравятся на Земле. Миля за милей под колёсами проносится дорога. Лишь эта непризнанная портит весь настрой своими глупыми вопросами. Как она вообще здесь оказалась? Она не ровня нам. Не ровня мне — сыну самого Сатаны. Если бы я мог ещё выжать скорости из этой ярко-красной малышки. Нужно сконцентрироваться на задании, на дороге. Мимо проплывают деревья. Уокер кричит. Какого хера ты орешь, дура? Вот черт. Ребёнок. До столкновения считанные секунды. Я резко сворачиваю влево. Нас уносит в кювет. Машина переворачивается. В глазах темно. Она совсем не двигается, лишь трепет век. Какого черта я так напуган из-за какой-то непризнанной? Ещё раз она все равно не умрет. Я быстро отстёгиваю ремень безопасности и вылезаю из машины. Уокер открыла глаза. Нужно ее вытащить, срочно. Я поднимаю ее на руки и иду на дорогу. Непризнанная хрипло стонет. Почему я переживаю? Этот вопрос не даёт мне покоя. Она вся в крови. Я тоже. Если я ее сейчас отпущу, то она упадёт. Машина гонщика за финишной линией, а он, кажется, мёртв. Мы выиграли. Что ж, победа того стоит. Наверное. *** Прошло несколько дней. Не могу больше находиться в комнате, нужно проветриться. Иду в сторону балкона и чувствую приятную телу прохладу. Уокер? Нет, она мне уже мерещится. Запах дыма. Все таки это она, чертова дура. *** Вики Стены давят на меня, я уже которую ночь не могу нормально спать. Лицо маленькой девочки просто не выходит у меня из головы. Неужели это та самая вынужденная жертва, о которой постоянно галдят учителя? Неужели это во благо? Черта с два. Нужно покурить. Я беру пачку парламента и выхожу из комнаты. Ветер приятно обдувает мою шею и лицо. Сначала стою и наслаждаюсь свежим воздухом, а потом поджигаю сигарету и затягиваюсь. Вот он мой воздух. То, чем теперь для меня пахнет Земля. Не хватает только запаха крови. Я горько усмехнулась и почувствовала на себе взгляд. Взгляд тех самых глаз, что заставляли меня пылать изнутри. Не понимаю почему это происходит со мной. Никогда ещё ни один мужчина не заставлял меня себя так чувствовать. И ты больше не заставишь. — Не спится, Уокер? — он протянул мое имя по слогам, будто пробуя на вкус. — Я думала, тебе больше нравится называть меня непризнанной, — что я вообще несу? — Мне больше нравится тебя вообще не называть. Но не моя вина, что ты постоянно оказываешься на моем пути. — Пытаешься задеть меня? У тебя ничего не выйдет, я и так практически разбита. — Оу, да наша малышка-непризнанная скучает по Земле? Я почему-то не удивлён, — он смеётся. — Не твоё гребанное дело, — раздражительно бросаю я и ухожу прочь. Тебе не удастся, Люцифер. Ты не сможешь меня растоптать. *** Я просыпаюсь от солнечных лучей, которые падают мне на лицо. Ну или от подушки, которую в меня зарядила Мими. — Вставай, засоня. У нас мало времени, мы сегодня летим на Землю, — весело прикрикивает Мими. — Опять задание? Надеюсь в этот раз никто не умрет. Я сказала это слишком горько, по видимому. Потому что Мими тут же подлетела ко мне и обняла. Мы быстро собрались и пошли во двор к остальным ученикам. Сегодня необычайно солнечно. Трава такая зелёная, что хочется снять обувь и пройтись по ней босиком. Мои мысли прерывает учитель — ангел Фенцио. — Уокер, сегодня на задании ты одна. Эту девушку зовут Лили и она должна решить сбежать ли ей от своего тирана-отца в другой город и начать новую жизнь, или остаться с матерью и терпеть дальнейший кошмар. Сторону выберешь сама, — он сказал это совершенно буднично, будто я должна выбрать между чизбургером и пиццей, а не решить судьбу человека. Я думаю о том, что, наверное, никогда не смогу с этим смириться, но все равно прыгаю в водоворот. Он выкинул меня посреди небольшого парка, и я увидела девушку. Она очень красива, огненно-красные кудрявые волосы, но глаза наполнены слезами и непониманием как ей жить дальше. Я медленно подхожу и сажусь. Она поворачивает голову в мою сторону. — У тебя что-то случилось? — неуверенно говорю я, — Извини, что лезу не в своё дело. Просто я почему-то подумала, что тебе нужно выговориться. Девушка долго молчала, лишь тихонько всхлипывая. Я уже подумала, что провалю задание и уйду ни с чем, но тут она заговорила. Рассказала все то, что так долго висело тяжким грузом на ее сердце. Про то как ее отец постоянно пил, издевался над ней, избивал. Про то, как проигрывал все деньги на ставках на спорт. И про то, как она хочет уехать подальше из этого ужасного города с любимым парнем, но не хочет оставлять свою маму. Я некоторое время сидела и просто обнимала ее, пытаясь придумать решение. — Ты должна уехать. — Что? — девушка подняла на меня глаза. — Я говорю, что ты должна уехать. Если бы твоя мать хотела, она бы уже давно сбежала, но она осталась на добровольные пытки себя и тебя, — Я взяла ее за руку и вложила в свои слова как можно больше уверенности и добра, — У тебя же есть выбор. Если ты не сбежишь сейчас, то так и будешь жалеть об этом всю жизнь. В ее глазах промелькнула надежда: — А ведь ты права. Разве это любовь? Мама всегда потакала всем его выходкам. Я не должна страдать из-за решений своих родителей. Она посмотрела на меня и крепко обняла. А я обняла ее в ответ. Может это и есть то самое благо? Я ещё какое-то время одна сидела на лавке, наслаждаясь тёплой погодой и шумом ветра. И тут меня осенило: меня убили. Кто-то взял и оборвал мою прекрасную жизнь по своей прихоти. Я этого так не оставлю. Я поймала такси и поехала к себе домой. *** Я лежала в кровати и вспоминала события прошедшего дня. Точнее тот самый момент, когда я приехала к родному дому. Сквозь шторы окон я увидела моего отца. Он сидел за столом и перекладывал какие-то бумаги. Вдруг он, будто почувствовав взгляд на себе, повернулся в мою сторону и тут же бросился на улицу. Я сначала ужасно испугалась, но потом вспомнила, что выгляжу совершенно иначе и ему меня не узнать. Он выглядел ужасно подавленным, разбитым. Его лицо осунулось, глаза выражали невероятную скорбь. Первым порывом было броситься к нему на шею, разрыдаться и рассказать кто я на самом деле, и что со мной все хорошо. Только бы не видеть его печального взгляда. Только бы дать понять, что стоит жить дальше. Не ради меня, а ради себя. Но я не могла. Поэтому стояла как дура не в силах вымолвить ни слова, пока он просто на меня смотрел. — Вы знали Вики? — голос вырвал меня из размышлений. — Что? А. Да, я знала ее. Мы вместе учились. Мне очень жаль. Мне так ее не хватает. — Мне тоже, — было видно с каким трудом он сдерживает слезы, которых скорее всего почти не осталось. Я подошла к нему и крепко обняла. Это все что я могла. — Спасибо вам, — сказал он и скрылся за дверью. Я забыла как дышать. Рыдания душили меня. Я уже готова была уйти прочь, как вдруг заметила письмо, которое по-видимому выпало из кармана папы. Я молча крутила в руках письмо, ничего нового из него я не узнала, кроме названия участка, в котором расследовали мое убийство. Мне нужно туда попасть. Я прекрасно знала чем это может для меня обернуться, но останавливаться не собиралась. И вот я уже стою на привычном мне балконе и открываю пачку парламента, которую очень кстати прихватила на Земле. Теперь сигаретный дым вряд ли страшен моим легким. Хоть какая-то польза от новой жизни. *** Новое утро. Мы стоим на поляне и учимся распознавать энергию друг друга. Энди не спускает с меня глаз, но подойти никак не решается. Что ж, Энди, все равно ты ничего не изменишь. Ко мне подходит Ади, я широко расставляю руки, позволяя обнять себя. Его энергия совсем не такая, какой я себе ее могла бы представить. Снаружи он довольно горяч: рыжие волосы, хорошее телосложение и веснушки, которые дополняют образ. Но его энергия была больше похожа на лёд. Если бы можно было попробовать жидкий азот, я уверена, они были бы идентичны. Следующий — Сэми. Такой милый ангел. Он смахнул челку с глаз, и я ненароком засмеялась и заключила его в объятья. Такой теплый внутри и снаружи. Его энергия будто пуховое одеяло. Я была права, когда подумала, что они с Ади идеальная пара. Лёд и пламя. Инь и янь. Они оба приятно пахнут корицей. Я улыбаюсь. Выхватываю из толпы свою новую соседку. Дьяволица Мими напоминает мне вкусную спелую малину, которую срываешь прямо с грядки. Энергия Дино удивила меня. В ней будто бы был стержень, настолько она была крепка, взращена тяжелым трудом. Снова чувствую на себе взгляд горящих глаз и невольно поворачиваюсь. Люцифер. Как я могла о нем забыть. — Привет, непризнанная, — он хватает меня в охапку и прижимает к себе. Я бы сказала, что это очень интимно, не будь он сконцентрирован лишь на задании. — Прекрати думать, ты меня сбиваешь, — нервно говорит он, — Я не собираюсь стоять тут с тобой вечно. И правда, чего это я. Ему же нет до меня никакого дела. Я принялась изучать его. Ничего более мощного и горячего я не чувствовала никогда. Я не понимала как он один может вмещать в себя столь сильную энергию. Сын Сатаны. Словно извергающийся вулкан. Другого и ждать не стоило. Казалось, мы простояли так целую вечность. — Ты пустышка, Уокер. Не понимаю как ты тут вообще оказалась, — он оттолкнул меня словно мешок с картошкой и пошёл в сторону Ости. — Не смей вести себя так со мной, я тебе не какая-то вещь, — раздраженно крикнула я ему вслед. Но он даже не обернулся. *** Ну как можно быть ТАКИМ??? У меня в голове не укладывается. Наглый, невоспитанный, злой, грубый, бесцеремонный ублюдок. И как только его земля носит? Сущий дьявол. Ненавижу. Вот уже битый час я лежу и покрываю его адскую сущность всеми возможными гадкими эпитетами. Посмотри я со стороны на эту темноволосую девушку, с голубыми глазами, которая не может никак выбросить придурка из головы, я бы сказала, что она влюбилась. Но сама себе я такую пакость сделать не могла. Я так и уснула с мыслями об этом сукине сыне. Шепфа, помоги. Я вышла из общежития в прекрасном настроении и тут же направилась на школьную поляну. Солнце мягко целует мои плечи, ветер приятно щекочет лицо. Такой прекрасный день, но вокруг ни души. Странно. Совсем никого. Тучи взялись словно бы из ниоткуда. Внутри сжался комок тревоги. Прогремел гром, эхом отдаваясь в моей голове. Я услышала шум над головой, повернулась и обомлела. Статуя Немезиды. Мне показалось, что она двигает рукой. Такого просто не может быть, нужно выспаться. Я снова уловила движение, но отвернуться уже не смогла. Она схватила меня и что-то заговорила мне прямо на ухо. Из-за собственных криков я сначала ничего не разобрала. Она говорила на неизвестном мне языке. Но следующее я услышала достаточно отчетливо: — У твоей погибели один глаз красный, а другой голубой. Я проснулась.