Весенняя палитра

Очнувшись от мыслей, бросаю взгляд на плеер, открытый в браузере. Фильм в очередной раз закончился и воспроизвёлся заново. Закрываю глаза, чтобы вернуться к вороху воспоминаний. Смотреть сменяющие друг друга кадры ни к чему: я помню сюжет наизусть, могу по каждому шороху или вздоху определить, что происходит на экране. За последние сутки кинокартина начинается с начала уже шестой раз. Крутится по кругу, как и мысли в моей голове. Я сплю, ем, принимаю душ, пытаюсь читать книгу, не выключая фильма, а поток мыслей остановить и вовсе невозможно. Смотрю в зеркало, но не вижу в нём себя. Всё внимание забирает фото, заправленное за край. В тот день ты была безумно красива, с букетом цветов и искренней улыбкой. Ты была счастлива, хоть и не любишь вспоминать тот период своей жизни. Твои тонкие пальцы сжимают стебли, а шуршащая упаковка бликует тебе на лицо. Ты щуришься, и я уже не могу отвести от тебя взгляда. Ты смотришь в камеру фотографа, а я — только на тебя. Воспоминания душат, и я в спешке собираюсь, чтобы проветриться. В наушниках — саундтрек из того же фильма, чтобы не менять атмосферу. Сверху шапку — зима ещё не до конца покинула этот город. Сигарету в карман пальто, где пальцы зацепились за фотографии: забыла их выложить, а теперь решила оставить. Последний штрих — очки. Они мне не нужны, но в них я нравлюсь себе чуть больше, чем обычно. Наконец собравшись, сбегаю по лестнице и покидаю здание. На улице ночь. Я зря надеялась, что свежий воздух поможет мне не вспоминать тебя. Это попросту невозможно. Иду вперёд, по улицам, не связанным с тобой, и мозг начинает генерировать воспоминания о событиях, которых не было. Вот мы идём вдоль домов, держась за руки. Ты ешь мороженое и даёшь мне попробовать его ягодный вкус, а затем целуешь. Твои губы влажные, холодные и такие же ягодные. Я улыбаюсь, ты тоже, и через какое-то время мы синхронно сгибаемся пополам от смеха. Наверное, это и есть счастье. Музыка прерывается, чтобы пропустить смс-ку. Телефон тревожно вибрирует в кармане. Хочу, чтобы это было сообщение от тебя, и крепко зажмуриваюсь на удачу. Достаю телефон, в лицо светится дерзкое «хэй, как дела?». Оно от тебя, но мне не легче. Не знаю, как ответить, чтобы ничего не испортить. Ведь ты пишешь, если тебе что-нибудь нужно. В очередной раз использовать меня. А я позволяю. Отвечаю коротко, словно каждая буква, которую я использую, причинит мне много боли. На самом деле боль причиняют буквы, которые используешь ты. «Можешь приехать?» Конечно, могу. Плевать, что сейчас ночь. Плевать, что в кармане мелочь, которой не хватит даже на автобус. Плевать, что до тебя идти и идти. Ты зовёшь, и я бегу, словно преданная собачка. Ты открываешь дверь, и я на мгновение замираю, не решаясь зайти. На тебе лёгкий халат, едва скрывающий укромные места твоего тела. Капли воды сияют, словно бриллианты, и цепочка таких же капель, только крупнее, больше похожих на лужи, тянется в ванную комнату. Улыбаешься, приглашая меня внутрь. Я вхожу, всё ещё неуверенная, снимаю пальто. До сих пор не имею понятия, зачем ты меня позвала. И, если честно, причины интересуют меня меньше всего. Ты болтаешь о чём-то незначительном, разливая по бокалам вино. Достаю из пальто мятую сигарету и прохожу на кухню. Протягиваешь зажигалку, зная наизусть все мои пристрастия и привычки. Знаешь ли ты о моих чувствах и желаниях относительно тебя? Уверена, что да. Улыбаешься, будто прочла мои мысли, и я невольно краснею. Беру вино и жадно отхлёбываю, чтобы скрыть смущение румянцем, проступающим от алкоголя. Твоя улыбка становится более хищной, и я в очередной раз убеждаюсь, что от тебя ничего не скрыть. И что я никогда не получу желаемого, в то время как ты добьёшься всего, что тебе нужно. Закрываю глаза и думаю только одно. Хоть бы тебе была нужна я. Хоть бы я. Хоть бы.