Один секрет на два сердца

Думаю многие согласятся, что иметь семью это прекрасно. А когда эта семья успешна и скажем так, благополучна, вдвойне приятней. Ну, чем простые люди могут не угодить? И с соседями вежливы и приветливы. И родственники хорошие. Ага только вот от зависти, простой человеческой это все равно не спасает. Соседи злословят за спиной, а родне подавай денежки на очередного племяшу/внучка/троюродного брата четвероюродной сестры тёти Раи, нужное подчеркнуть. Ну, не знают порой люди чувства меры, что уж тут поделаешь. И вот так оправдывая неизвестно кого, я в тоже время пытаюсь не паниковать, потому что меня...похитили. То есть на полном серьёзе, чёрная тонированая машина, маски на рожах, пульки-пистолеты и все такое прочее. Может их и вынудила нужда, простите за тафтологию, но разве ж так можно? Скажу сразу, меня ещё ни разу не похищали и сейчас помимо страха, я испытываю ещё и жуткое любопытство. А что вы хотели, мне всего тринадцать лет?! На данный момент у меня завязаны глаза, кляп во рту, ноги и руки связаны за спиной. И если честно от этого странного скотча кожа начала чесаться. Мы подпрыгнули на очередной кочке и сразу завернули куда-то направо, судя по ощущениям. И вот машина остановилась и мужчины не сговариваясь полезли меня доставать. —Мужики, вы кто такие? — голос юный и явно это был парень. Мой ровесник? Он, что идиот вот так окликать явно опасных типов? —Не твоё дело пацан вали куда шёл. — ответил ему чей-то хриплый бас. —А не то, что? —Ну раз сам нарываешься... — послышались удаляющиеся шаги, затем приглушенное "Хек", звук удара и стон боли. —Следующий. — сказал все тот же парень. Да кто он такой? Брови сами собой поползли вверх. А двое других тем временем с гиканьем побежали на пацана. Ой, что сейчас будет! Может получится уползти? Эти увальни машину то без присмотра оставили. Но не успел я двинуться, как дверь открылась. — Н-да, вот и не лезь не в свои дела... — многозначительно и непонятно выдал все тот же юный голос. А вскоре я был свободен. Глаза все ещё слепил свет, но это было не смертельно. — Спасибо, ты меня реально спас. — искренне поблагодарил я, потирая затекшие руки и подслеповато щуря глаза. — Пожалуйста. Тебя как звать? — Никита. А тебя? Сколько тебе лет? И что ты с ними сделал? И как вообще?! — Оу-оу, притормози. Меня зовут, Максим. Мне пятнадцать. Я с трёх лет занимаюсь айкидо, так, что поверь такие хмыри мне не противники, даже со своими пугалками. Сейчас я их вырубил, но это минут на пять, максимум семь. Полицию тоже вызвал, а пока будем ждать давай ка их свяжем. Кстати, ты сам, как? Они же ничего не успели сделать? — Нет, я нормально. Если честно даже испугаться не успел, может потом накроет. Но ты прав, сначала нужно связать. — Максим отыскал ключи у одного из мужчин и быстро открыл багажник, там действительно оказалась верёвка и много таких нужных для похитителей вещей. — Остальное лучше не трогать. — я только согласно кивнул, стараясь не обращать внимание на канистру с бензином. Управились мы как раз перед приездом полиции. Максим рассказал все как было. Я подтвердил и дополнил. Сходил называется в школу. После того, как мне вернули телефон, настоятельно посоветовали позвонить родителям, что бы они забрали меня...из отделения. Представляю как им крышу снесло. Пока наоравшийся мне в ухо отец мчал сюда с матерью, мы с новым знакомым Максимом сидели у следователя в кабинете и делали вид, что пьём чай. — Максим, ты извини. Из-за меня и тебя сюда притащили. — Да ладно. Это все равно интересней, чем простые посиделки в кафешке. — С девчонкой наверно? — Если бы. — натянуто усмехнулся парень. — Просто с пацанами. — мы немного помолчали, а потом приехали мои родители. Я не рассказал им подробностей и они решили, что я ввязался в драку. — Прошу вас успокойтесь. Вы Колесовы? — Да. Родители этого обормота! — папа отвесил мне несправедливый подзатыльник. — Не торопитесь с выводами. Вашего сына похители сегодня утром по дороге в школу. Преступники задержаны, благодаря молодому человеку сидящему рядом. Он вовремя среагировал на подозрительно ведущих себя мужчин и сумел их задержать. — мама с папой не успевшие ничего сказать, переводили взгляд с меня на Максима и обратно. Затем мама как-то странно обмякла, но папа успел её подхватить и усадить рядом. Следователь спокойно встал, налил воды и протянул супругам. — Лена, Леночка, вот вода. Попей, успокойся. — увещевал папа дрожащим голосом. Женщина с трудом открыла глаза и сделала пару глотков. — К...как? — Это ещё нужно выяснить. Сейчас могу сказать, что ваш сын мужественно держался с самого начала. Эти двое бойцов их ещё и связать успели к приезду наряда. — папа подошёл ко мне и крепко обнял. — Прости сын. Хорошо, что ты в порядке. — я чувствовал, как крепкие мужские плечи дрожали как и голос. — Горжусь тобой, правда горжусь. Ну а тебе парень мы теперь всю жизнь обязаны. — Да, что вы. Я просто мимо шёл. — смутился парень. А отец с облегчением рассмеялся и чисто в родительских порывах потрепал его блондинистую голову. Максим вжал голову в плечи и сразу стал будто младше на пару лет. Как необычно. — Поверь для нас это важно. — Валера... — мама тем временем пришла в себя и мужчина понятливо уступил ей место. — Если честно я не знаю как тебя благодарить, но знай одно, в нашем доме ты всегда желанный гость и если хоть чем-то в хот в чём-то сможем помочь, всегда обращайся. — Я...Спасибо. — Это тебе спасибо. Кстати нужно будет связаться с твоими родителями. Нужно же им рассказать, что их сын герой. — К сожалению с этим ничего не выйдет. Парень полный сирота и сейчас живёт в детдоме номер двести семнадцать. — мама с папой переглянулись, как это бывает когда двоих людей посещает одна очень светлая мысль. Кажется я знаю, что будет дальше. — Значит навестим начальницу детдома. — и ещё так пафосно кивнули друг другу одновременно, будто решили мировую проблему. Я только закатил глаза, но был с ними полностью согласен. Тем более, ну камон у меня будет старший брат! После очередного допроса, родители оставили свои контакты и нас всех отпустили. — Ну, что теперь поехали. — с энтузиазмом сказал отец, чуть ли не руки потирая. — Куда? — В школу тебе уже поздно. Поэтому едешь с нами в гости к Максиму. Максим, надеюсь ты не против? — Нет...нет конечно. Я покажу дорогу. — Заодно расскажешь нам побольше о себе. — мать тоже уже пришла в себя. Когда мы вчетвером высыпали и загрузились в машину был уже день деньской. Доехали до детдома довольно быстро, да и оказался он недалеко. Нас с Максимом оставили с другими детьми. Я не ожидал, что многие окажутся с отклонениями. Однако это не мешало им играть и веселиться с остальными. Когда они увидели новое лицо, тут же подлетели к нему и начали галдеть ещё громче. — Макс, а это кто, новенький? А сколько ему? — Ты разве не на тренировке? — Не все сразу. Распоясались. Небойся, это они так рады новому человеку. Проходи вон к тому столу, посидим там. — это он обратился уже ко мне и указал на небольшой столик у окна. Вообще я заметил, что это место очень светлое. Все дети были ухожены и мало чем отличались от обычных. По крайней мере встреть я любого из них на улице ни за что бы не догадался. Как и с Максом. — Долго ты здесь? — Сколько себя помню. Папаша спился, а мать умерла. Не знаю как, она пропала в один день, у меня была бабушка, но она не могла заботиться о младенце, хоть и навещала меня часто. Она и рассказала мне все. А недавно и её не стало. Как-то так. — И как ты на айкидо попал? — Спонсор у этого детдома хороший оказался. Он давал бесплатные абонементы и меня отдали в спорт. Вот так и получилось. — И тебе нравится? — Если бы не нравилось уже бы давно бросил. Да и пригодилось в итоге. — И не говори. Мне даже как-то стыдно. Спасибо тебе огромное. Только начало доходить какими проблемами это могло обернуться для всей семьи. — В следующий раз будешь осторожнее. — Буду буду... — многозначительно сказал я. Так мы просидели ещё час, а когда наконец к нам зашли мои родители и директор мы уже во всю играли с мелкими. — Ну, что перечень документов я вам дал. Дальше все зависит только от вас. Хотя думаю все будет нормально. Максим, подойди будь добр. — мы отвлеклись от игры и подошли вместе. — Максим, как ты смотришь на то, что бы стать частью семьи Колесовых? — парень впал в ступор. Он, что реально думал, что они просто поблагодарят директора и все? — Но ведь мой возраст... — начал он неуверенно. — Это никогда не было проблемой. Пока дети маленькие мы даём им привыкнуть к новым родителям. А так как ты уже почти взрослый, тебе придётся выбирать самому. Впрочем оформление всех документов займёт достаточно времени, что бы вы успели узнать друг друга. Тебе так же будет выдано специальное разрешение на посещение дома будущей семьи. Посмотри, подумай и там уже реши, хорошо? — Я... — он растеряно смотрел на взрослых, а потом тихо произнёс, — если я вас устраиваю. — мои родители облегчённо выдохнули, да и я сам, как оказалось перестал дышать. — Отлично. Тогда пока идёт оформление я выпишу тебе разрешение. — парень только сдержанно кивнул. — Надеюсь мы тебя устроим, Максим. — мама тепло ему улыбнулась и он смутился. Не привык все таки к такому вниманию. Мы тепло распрощались и поехали домой. Отец ещё долго негодовал, кому могло понадобиться нам так гадить. Мама благодарила господа бога, за то что "такой хороший и мужественный мальчик оказался рядом". Ну а я просто радовался, что все обошлось и у меня будет брат. А то похищение, если честно, то почти сразу я о нем забыл. А что вы хотели, мне всего тринадцать. *** Оформление документов заняло целых полгода. Всю нашу семью сначала проверяли на наличие всех болезней, потом на психику и много чего ещё, я не вникал. Важнее было то, что мы действительно довольно хорошо узнали Макса. Надеюсь он нас тоже. Все чаще мы с ним проводили больше времени. Частенько он гостил у нас и даже оставался ночевать. Однажды я пристал к нему, что бы он обучил меня паре приемов, что бы если вдруг что, я смог сам за себя постоять. Парень долго ломался, но стоило вспомнить тот случай согласился. Кстати по поводу похитителей, их признали виновными конечно. Это оказались обычные исполнители и своего заказчика быстренько сдали. Им оказался один мамин двоюродный брат. Якобы он не раз сидел и все равно не исправился. А когда ему срочно понадобились деньги, ничего лучше не придумал. Мама как узнала, долго плакала и извинялась передо мной и папой за таких родственников. Мы же её только утешали, что в семье не без урода. А когда все более менее улеглось и все документы были собраны и одобрены, у нас стало на одного члена семьи больше. И потекла спокойная и довольно весёлая жизнь. Макс оказался отличным старшим братом, мог поругать, а мог и заступиться. Были правда неприятные моменты, но на самом деле возможно я просто придавал этому слишком большое значение. Я узнал, что над Максом издевались в его школе. Это случилось, когда я шёл к нему в школу, что бы пойти вместе домой, она как раз по пути от моей. Я как обычно зашёл во двор и пошёл ко входу в здание, когда услышал какую-то ругань за углом. Завернув за него увидел, как его прижали к стене пятеро пацанов его возраста. Они над чем-то смеялись, тыкали ему в грудь пальцем. Но тот не отвечал и не реагировал, а просто опустил голову и молчал. Скажу сразу, что он не был похож на спортсмена и в школе о его победах никто не знал. Он был довольно щуплым и не намного выше меня. Но я видел как он сжал кулаки и разозлился. — Вы что тут делаете? — сказал я, не выдержав и подходя к ним. — Не твоё дело сопля, иди куда шёл. — Макс, у меня прямо дежа-вю. — выдал я красивое словечко. Парень усмехнулся, а пацаны только на нас и смотрели. — Да они нас не боятся. Ну ка парни покажем, как мы умеем страх нагонять. — и ударил первым...Макса. Тот совершенно не сопротивлялся и дал себя бить. У меня будто красная пелена на глаза упала, я не совсем соображал, в тот момент что делал, но помню как подлетел к этому дятлу и зарядил кулаком кажется по скуле. Потом провел приём через бедро и опрокинул его на асфальт. Другие увидев такой финт ушами, остановились и пошли на меня, но потом их шуганул выскочивший из ниоткуда физрук. — Так молодые люди, сейчас пойдём к директору и вы все расскажете. Трофимов, ты опять влез в драку, что ещё от тебя было ожидать? — я тут же вскинулся и собирался наехать уже на этого дядьку, но парень крепко схватил меня за руку и покачал головой. Я недовольно поджал губы, но кивнул и нас повели к директору. Подумать только это был мой первый поход к директору...чужому. Если так посмотреть, то это даже немного смешно, а вот их отношение к Максу нет. Когда же мы зашли, этот тучный старик сразу напустился на парня и меня не забыл. Пока я не позвонил родителям, в кабинете стоял просто трехэтажный мат по поводу этих грязных детдомовских и тех кто с ними якшается. Мол, мешают учиться нормальным ученикам и все такое прочее. Как же у меня чесались кулаки и приезд родителей это ничуть не исправил. — Добрый день, мы Колесовы. Так, что натворили наши сыновья? — сходу начал отец, даже не поздоровался. Я мысленно показал ему палец вверх. — Сыновья? Но позвольте Максим Трофимов детдомовский. — Во-первых был. А во-вторых, даже если бы был, то что с того? — холод в голосе моего отца казалось мог повторно заморозить Антарктиду, а его картинно поднятая смолянная бровь, просто пригвождали собеседника к стулу. Сразу чувствуется настоящий руководитель. Вот и наш лысый старичок, ещё три минуты назад, сыпавший в наш адрес всеми проклятьями мира, захлебнулся словами и просто не нашёл, что сказать. — Он...он затеял драку, и ваш второй сын вмешался... — Вы видели, что именно Максим был зачинщиком драки? — молчание. — И почему я не вижу других участников драки? Сын успел так же рассказать, что их остановил физрук. Я требую вызывать всех участников, а так же всех их родителей. И не уйду отсюда пока, вы не выполните мои требования. Тогда продолжим беседу. А пока... Никита, расскажи, как все было. — Я зашёл во двор школы, как обычно и направился к зданию, что бы зайти за Максом и тогда услышал за углом, как кто-то ругается. Мне стало интересно и я увидел, как пятеро пацанов прижали Макса к стенке и оскорбляли его. — Он поднимал на них руку? — Нет, он сдержался. Но это сделал я. Главный среди них слишком уж нарвался и я не выдержал и врезал ему в челюсть, а потом опрокинул. Это все что случилось. Потом прибежал физрук и почему-то их разогнал, а нас привёл сюда. — Вы услышали рассказ. — Это только с его слов! — тут же вскинулся свинячья морда. — Скоро мы добудим вам, доказательства. Только знайте одно. Если бы Максим затеял драку, то все его противники были бы покалечены. У него чёрный пояс по айкидо. — старик сидел и мог только открывать и закрывать рот. Дождавшись и препода и всех зачинщиков драки и их родителей, начались настоящие судебные разбирательства. Папа просто не давал шанса как-то оправдать своих детей. Директор вообще просто молчал. А физрук только мог что-то неразборчиво мычать. Потом, вызывали всех свидетелей потасовки. В общем разборки затянулись до самого вечера. — Я ни в коем случае не оправдываю своего младшего сына и он понесёт наказание дома. Но за то, что так наплевательски закрывали глаза на издевательства, вы ответите по полной. Завтра ждите письмо из министерства образования. Так просто я вам такого не спущу. Потому, что если бы он не был дисциплинирован или не мог защищать себя, то давно мог остаться калекой или стать преступником. Мы только недавно стали ему семьёй и до этого момента о нем должны были заботиться и вы в том числе. Но мало того, что вы смотрели сквозь пальцы на всю эту дикость, так ещё и молчаливо потворствовали. Ни за что не поверю, что из детдома вам не пришло письмо об уведомлении. — тут директор крикнул секретаря и письмо быстро нашлось. В столе того самого секретаря. Нераспечатаное. Я даже не заметил, как мама достала телефон сфоткала этот конверт с хорошо видимым адресом, а так же датой получения на печати. — Это послужит хорошим доказательством вашей халатности. — Но почему ему не сменили фамилию? — убитым голосом спросил мужчина. — Он сам этого захотел. Кто мы такие, если он хочет сохранить свою старую фамилию? Максим уже не маленький и имеет право принимать хотя бы такие решения. В общем ждите письма. А у вас Татьяна мы просим прощения за нашего сына. Он не владеет никакими единоборствами, но после одного неприятного случая Максим научил его немного защищать себя. И то, что он использовал эти знания не по назначению только наша вина. — Нет-нет,что вы! Это вы простите, я и не знала, что наш оболдуй таким в школе занимается. Будьте уверены мы своего тоже накажем. — твёрдо сказала женщина. Отец благодарно кивнул. И на этом конфликт пока успокоился. Но потом власть в школе и большая часть преподавательского состава сменилась и Максима перевели ко мне в школу. И вот там его уже все воспринимали, как моего старшего брата. А девчонки вообще с него пищали. Ну конечно он у нас натуральный блондин с голубыми глазами, да ещё и спортсмен. В отличие от чернявого меня с карими глазами. Кавказские корни до сих пор в нас сильны, как говорит папа. После этого жизнь снова пошла по привычном руслу. Максим не забросил тренировки, все больше выступал и все чаще побеждал. Отец им откровенно гордился, а мать не могла нарадоваться, что Макс хорошо влиял и на меня. Нет, я не ударился в спорт, зато был лучше в учёбе. Мы соревновались друг с другом и были лучшими друзьями и братьями. Я сам не ожидал, что мне так понравится иметь старшего брата. Время летело с огромной скоростью и вот через три года отец вдруг повёз нас неизвестно куда и сказал, что это сюрприз. Я сильно не удивился, потому что это был день рождения Макса. Когда мы приехали к новенькой многоэтажке, возникла одна догадка, но я как-то побоялся её озвучивать. Мама с папой повели нас на девятый этаж, а когда отец вручил парню ключи, тот сначала растерялся, но потом медленно протянул руку и взял их. — Зачем? — вопрос прозвучал как-то обречённо, будто его продали в рабство. — Не торопись с выводами сынок, а пока просто открой и осмотрись. — Макс кивнул и открыл кажется свою квартиру. Просторная двушка, уже с мебелью и всем необходимым. Он повернулся к отцу. — Не смотри на меня так, это мать твоя такая дотошная, а я говорил, что ты будешь против. — Поговори мне ещё, как будто вы мужики разбираетесь что к чему подходит и какие кастрюли для чего нужны. Я тут вообще одна женщина среди вашей оравы! — наигранно надулась мама. Я только рассмеялся, папа меня поддержал. — Но... — а брату было не до смеха. — Мы знали, что ты не примешь купленную нами квартиру, поэтому нам с мамой пришлось немного схитрить. — Мы немного переиграли и решили оформить временное опекунство сроком на три года, до твоего совершеннолетия. Таким образом ты мог претендовать на новую квартиру как полный сирота и мы таки смогли выбить хорошую и в приличном районе. Теперь ты полноценный взрослый и можешь сам решать, что делать. — Помнишь разговор с директором детдома? Сейчас мы снова хотим дать тебе выбор. Квартира в любом случае твоя, ты её заслужил. Вопрос у нас другой... — папа сбился и слово взяла мама. — Мы очень тебя полюбили, ты все время был нашей гордостью и прекрасным старшим братом. Поэтому хотели спросить. Не станешь ли ты нашим сыном теперь по настоящему? Не торопись отвечать и знай мы примем любой твой выбор. — И даже, если ответ будет отрицательным все просто останется, как и прежде. — парень в полном шоке повернулся ко мне. — А я что? Ты мне жизнь спас не забывай! — Да, но... — Хватит "нокать"! Ты же не лошадь понукаешь! Просто скажи чего ты хочешь, в конце концов! Я вот не помню что бы ты хоть что-то у родителей просил. — мы все стояли посреди квартиры и никто не мог сделать хоть шаг в сторону. Когда он наконец двинулся и обнял мать с отцом, мир снова начал вращаться. — Спасибо вам. Спасибо. Лучших родителей и нельзя пожелать. — голос был тихим и казалось мог сорваться на плач. Мама все таки расплакалась, а папа по мужски обнял сына и счастливо улыбаясь, хлопал его по спине. — Ник, иди к нам. — Вот, а то я думал про меня уже забыли. — Забудешь тебя как же! — Макс потрепал меня по голове и побратски приобнял за плечо, улыбаясь при этом так счастливо и лучезарно, что мне самому захотелось пустить слезу. Но я только фыркнул в ответ. Мать с отцом были с ним полностью согласны. **** А дальше. Дальше было поступление Макса, через два года моё. Почему-то было очень важно поступить туда же. Мне очень не хотелось разделяться. Даже девушек мы стали заводить почти одновременно. Когда я в первые увидел, как он целуется с какой-то девчонкой, то подумал, что и мне уже пора. К двадцати двум я догнал Макса в росте, но все ещё уступал в комплекции. Но девчонки все равно тащились от моих длинных ног, так, что я не комплексовал. Спасибо маме. И все вроде бы здорово. Максим готовился к выпуску, а мне ещё до него было далеко, но он все равно находил время на меня. Однако, чем дальше, тем страньше он начал себя вести. Во-первых девушки из его жизни как-то плавно испарились. Во-вторых, я стал замечать какие-то грустные взгляды обращенные в мой адрес. Всё чаще, все больше, он правда почти сразу отворачивался, а когда я спрашивал прямо, говорил, что устаёт из-за диплома и экзаменов. Плюс тренировки и поиски работы. Максим и раньше был весьма сдержанным на эмоции. Вбитая годами дисциплина не ослабла и сейчас, но со временем он стал выражать эмоции ещё хуже. Вроде бы все так же смеётся и разговаривает, но прикосновений почти не стало, про совместные тренировки вообще молчу. Мне это не нравилось, но я никак не мог вывести его на диалог. Один раз он вообще неделю не выходил на связь и мы не на шутку испугались. А когда объявился, сказал, что просто ездил на море с друзьями. Родители облегчённо выдохнули, но я нет. Всё это было очень странно. Однако в один прекрасный день, все мои тревоги отошли на задний план. Когда мы все в очередной раз собрались по уже ставшей семейной традиции, мама огорошила всех, что она беременна. Папа сидел ни жив ни мёртв. Мы с Максом в шоке, но оба рады. — К...когда. То есть сколько? — о папа отмер. — Хмм, кажется уже четвёртая неделя пошла. — задумчиво ответила женщина. А отец опустился перед ней на колени и положил голову на живот. Мама со слезами на глазах гладила его по волосам. И мы не посмели нарушить эту идиллию. Наконец когда мужчина оторвался от неё и поцеловал ей руки, праздник приобрёл ещё один повод. — Интересно это когда нибудь закончится? — вдруг спросил я. — Что именно? — мама отпила воду и налегла на мясо, которое папа упорно ей накладывал. — Вот это вот счастье. С тех пор, как Макс появился в нашей жизни, происходит только хорошее. Мне достался идеальный старший брат, вам идеальный сын. И вообще все как-то очень хорошо. — А ведь ты прав, сын. Но нам вообще повезло с обоими сыновьями. Вами обоими мы гордимся и любим одинаково. — Я просто брал пример с Макса. А если бы его не было кто знает каким бы я вырос. — Я далеко не идеальный, Ник. Идеальных людей вообще нет. — с этим трудно было поспорить и эту тему мы замяли. А главным обсуждением стало имя будущего ребёнка. Чего только не перебрали от простой Ани до Ядвиги, если будет девочка и от Миши до Антуана, если будет мальчик. В общем вечер прошёл весело. Следующие три месяца пролетели как один день, пока нам не сказали, что мама носит двойню! Пока рано говорить о поле, но это...двойня же! — Макс ты только представь, да мы сразу многодетной семьёй станем! А интересно кто родится? Надеюсь будут две девочки, ну что бы пополам. Да и мама давно девочку хотела, а тут целых две, а то вечно жалуется, что одна среди мужиков. — Да тихо ты, Ник. Твоя привычка тараторить, когда взволнован ничуть не изменилась. — Ну и что! Я же от радости. — и такие разговоры стали довольно частыми в нашей жизни. Мы обсуждали, кто в каком порядке будет менять пелёнки, купать или кормить. Доставали маму вопросами и пытались все запомнить. Женщина на это только смеялась и говорила: — Вот торопыги, они же ещё не родились даже. — Лен, не останавливай их. Чем раньше научатся, тем лучше. Им своих скоро заводить. — мы с мамой были согласны, а вот Макс... Парень как-то сразу помрачнел. И хоть улыбался, выглядел очень огорченным. Я насторожился, но поговорить с ним так и не удалось. А вскоре мы узнали и пол детей. Это были мальчик и девочка. — Ну хоть на одну женщину будет больше. — делано расстроилась мать, но мы то все знали, что она в любом случае счастлива. А после их рождения мы с братом просто утонули в заботе о них. Я долгое время не мог отойти от этих сладких крошек и постоянно их нянчил. Макс вечно меня ругал за это и говорил, что вычитал о вреде вот такого таскания. Якобы они сильно к этому привыкают. Сначала я не прислушивался, но через первые полгода сильно пожалел. — А я ведь говорил. — ворчал брат, пока мы пытались их укачивать в кроватках. Первые шаги детей в нашем доме были отмечены большим праздником. Хотелось бы мне, что бы такая жизнь продолжалась всегда. Но кажется я все таки сглазил. Когда детям исполнилось три года, Макс снова исчез, на этот раз на месяц. Ни звонков ни сообщений. Ничего. Мы не на шутку испугались, потому что это было на него не похоже. С ног сбились в его поисках. Я часто навещал его квартиру в надежде на то, что он вернулся. Пока однажды не смог туда попасть. Ключи просто не подошли. Сердце ухнуло вниз от догадки и я начал тарабанить в дверь. — Макс! Я знаю, что ты там, открой! Это Никита, Макс! Почему ты не отвечал нам, мы все поседеть успели пока искали тебя, мать все слёзы выплакала, отец похудел килограмм на пять! Колесов Максим, открывай сейчас же или клянусь я выбью эту чёртову дверь, ты меня знаешь! — с той стороны послышался щелчок и дверь открылась. На пороге показался осунувшийся и какой-то побледневший Макс. — Да, тебя я знаю очень хорошо. Проходи. — он ушёл в глубину тёмной квартиры. — Почему тут так темно? И вообще где ты был? Мы же извелись все. Малышня за тобой знаешь как плачет! Хоть бы строчку написал! А мама с папой вообще почти спать перестали, все ждут звонка из больниц, да моргов. Надеюсь у тебя есть хоть какое-то объяснение. — Опять тараторишь. — Не увиливай от темы! — Я и не увиливаю. Я все скажу. Но не думаю, что тебе понравится правда. — он сел на кровать и с тяжёлым вздохом растер руками своё лицо. — Я так больше не могу Ник. Мне очень тяжело. — Что-то случилось? Ты попал в передрягу? Только скажи мы поможем. Если не хочешь говорить родителям я помогу сам! — Нет, Ник, я бы никогда не доставил вам таких проблем. Дело просто...во мне. Я устал Никита, очень сильно устал. Мне нужно было отдохнуть и все обдумать. — Да не тяни ты, от чего устал? О чем подумать? — Об этом сложно говорить вообще-то. Дай хоть слова подобрать. — я замолчал и в комнате воцарилась тишина. Нет, я откровенно ничего не понимаю. Что заставило, Макса, того вечно строго и дисциплинированного Макса, просто сбежать, исчезнуть? У меня столько вопросов к нему, но он прав, мне тоже нужно остыть. — Я отплатил тебе и твоим родителям черной неблагодарностью, Никита. Вы приняли, меня, дали мне лучшую жизнь, я не видел и не знаю родителей лучше и родней. Но я...провалился, как брат, да и как сын тоже. Я...Чёрт! В общем, ты имеешь полное право меня ударить. — я собирался спросить за что, но не успел. Лицо Макса стало как-то слишком близко, а в следующую секунду он уже целовал меня. Меня! Целовал! Макс! Это же...это... Что происходит?!! Он оторвался от меня и видимо прочитав на моем лице полное непонимание и шок, грустно усмехнулся и упал обратно на кровать. — Помнишь я говорил, что я не идеален... — уронил он в тяжёлую тишину. Значит он уже тогда...Не помню, как вскочил со стула не помню как бросил ключи в коридоре и долетел до дома. Мать с отцом встретили меня и я коротко рассказал первую попавшую в голову идею о том, что он оказывается лазал по горам и связь там не ловила. Из-за непогоды спуск занял много времени и что там я ещё нёс, сам не понял. Родители наверно подумали, что мы поссорились, но особо не удивились и отпустили спать. Я проведал мелких, они уже видели десятый сон. А вот я уснуть не мог. Мысли не могли сформироваться в одну кучу. От извечных вопросов "Почему и как?" до "Как он посмел?" и "Что теперь делать?". Я прекрасно понимал, что как раньше уже не будет, а он оказывается знал об этом...сколько? Когда это началось? Может когда он в первый раз пропал на неделю? Или это тоже следствие? Получается ещё раньше? Откуда в нем это? Он же встречался с девушками я видел и знал! Он сам рассказывал, каково это в первый раз, черт возьми! Как? Как теперь с ним общаться? А что если...А вдруг он решил исчезнуть? Навсегда! Может и вещи у него уже почти собраны? Поэтому в квартире было темно, что бы я не увидел коробки? Меня прошиб холодный пот и сразу стало страшно. Страшно от понимания, что я не представляю свою...нашу жизнь без него. Я всегда мечтал о другом. О том, что мы оба познакомим родителей с будущими жёнами. Мы почти одновременно заведём детей и каждый день до самой нашей смерти будет наполнен светом и теплом. Как всегда. Как мы привыкли...Следом пришло понимание, что такой наша жизнь стала только после его появления. До этого нас постоянно донимали родственники и спасу от них не было. Но когда в нашу семью пришёл Максим, отец вдруг стал твёрже и жёстче, но вместе с тем правильно нас воспитывал. Он послал всю дальнюю родню и сосредоточился на своей собственной семье. Мама тогда не могла нарадоваться и говорила: — Этот мальчик, как будто специально был послан нам, что бы принести в нашу серую жизнь тепло. — и это оказалось правдой. Жизнь потекла спокойней, папу повысили, мама наконец занялась любимым делом и сменила серый офисный костюм на кондитерский чепец. Мы все считали его появление в тот день в том месте даром господним. И что же теперь? Теперь или придётся во всем разобраться самому или... Нет, думать что он может оставить нас приносит боль...или все таки меня? Такой вихрь из мыслей и эмоций так и не дали мне уснуть. А утром я снова отправился к нему. Макс видимо не ожидавший, что я вернусь сильно удивился, но все равно пригласил в дом. Прохадя в комнату, понял, что был прав. Повсюду стояли и лежали коробки, квартира стала полупустой. Эта картина мне не понравилась, как будто кто-то пытается стереть часть меня. — Зачем ты здесь? — Поговорить. — Вчера уже поговорили. Впрочем я не собирался уезжать не попрощавшись. И извиниться надо, конечно. Хорошо, что убить за вчерашнее не пытаешься. — Теперь ты тараторишь. — От тебя нахватался. Так зачем пришёл? — Попросить тебя не уезжать. Макс, ты не представляешь, как мы привязаны к тебе. — Я не могу. Я же вижу как ты любишь малышей, знаю, как мечтаешь о своих. И в какой-то момент понял, что не смогу смотреть на твою счастливую семью. Я не хочу желать тебе горя, но и счастья желать тоже не могу. Столько лет, Ник...столько лет. — парень, плюхнулся на стул, схватившись за голову. — Чего я только ни думал. Я наверно сошёл с ума. Может это стресс. Братский комплекс. Отклонения психики. Да что угодно бы подошло! Когда осознал, что могу встречаться с девушкой обрадовался, что мне показалось, но когда сравнил прикосновение к её коже, с твоей это ни шло ни в какое сравнение. Даже мимолетного касания, до руки или шеи. И осознание этого заставило меня в первые за столько лет заплакать. А когда почти смирился со своим отклонением, увидел тебя с девушкой. Терпеть получалось, но в какой-то момент я просто не выдержал и... — И исчез на неделю. — Макс кивнул. — Когда успокоился, вернулся и смог себя контролировать и чаще избегать тебя. Но я больше не смог посмотреть ни одному из вас в глаза. А когда родились малыши...Я был счастлив. Правда и абсолютно искренне. Я до сих пор думаю о них, как о своих младших брате и сестре и очень их люблю. И наверно так будет всю жизнь. Забота о них, позволила вечному стыду и неопределённости уйти в тень. Но по мере их взросления я начал замечать, как ты на них смотришь. И осознав, что когда нибудь это случится и с тобой снова не выдержал. Ты будешь замечательным отцом, Никита. А мне нужно уехать. Недалеко, но туда, где я буду реже тебя видеть. Прости. И знай, что ни ты ни наши родители ни в чем не виноваты. Дело во мне... — Ты когда нибудь вообще думал обо мне как о брате? — Не успел. Я только привык считать тебя другом, когда все осознал. — Но это же почти сразу, как... — Да. — И все это время... Как ты только выдержал? — Никит, серьёзно? Тебе твой брат, хоть и не родной, в любви признается совсем не братской, а тебя только это беспокоит? — Я просто всю ночь думал. Когда ты меня п...поцеловал, у меня не возникло даже мысли тебя ударить или возненавидеть. Меня больше всего беспокоило, с каких пор. А когда подумал, что ты возможно можешь исчезнуть навсегда, стало очень больно. И...и когда увидел тебя впервые с девчонкой, просто подумал, что и мне теперь можно. — Тебе это не понравилось? — Я не успел осознать этого тогда. — А сейчас, вспоминая, что думаешь? — Не знаю...наверно не понравилось. А ещё больше не нравится сейчас, что ты решил просто от нас сбежать! — От вас? Или от тебя? — Не знаю я, Макс! Правда не знаю. Просто как подумаю, что ты...а я останусь один и... — боже, что я несу? Как я могу остаться один? У меня есть любимая семья и я хочу создать свою. Или не хочу? Когда я вообще об этом задумался? Может, когда в первые подумал, что Макс в один день может привести в дом невесту? И что же тогда? Я...я же... — Макс, сядь рядом. — голос внезапно охрип, но парень послушно сел на кровать. И пока тот не успел опомниться повторил его вчерашнее действие. — Ник, что... — он оторвался и попытался, что-то сказать, но я только ответил: — Ещё раз. — и снова напал на его губы, но теперь поцелуй углубил. Макс кажется был в таком шоке, что даже забыл, что может легко меня остановить. А вот я останавливаться не собирался. И пока тот был в ступоре опрокинул нас обоих на кровать и удобно на нем устроился. Когда он начал отвечать? Не знаю, я утонул в ощущениях. Было ли противно? Нет не было, даже наоборот. И это в какой-то степени пугало, но не достаточно, что бы остановиться. А когда я случайно задел своим возбуждением его и неосознанно потёрся, он таки смог меня отлепить. — Никита, прошу хватит. Ты же знаешь, что мы не можем. Я никогда не смогу смириться и простить себе, если я так отплачу твоим...нашим родителям. Прошу тебя, Ник, не вынуждай меня. — Нет. — Что, нет? — Нет, не отстану. И нет, я не дам тебе уехать. — Ох, Никита, ты просто не понимаешь, что делаешь! — Всё я понимаю. Спасибо, научился. — Не поясничай. Я же не об этом. — Я прекрасно понимаю о чем ты. Разве я говорил, что о чем-то жалею? Я целовал тебя развлечения ради? Так ты обо мне думаешь? — Нет, конечно нет, но... Я не смогу. Я слишком ценю и люблю родителей, что бы так их подвести. — Я тоже, поверь. И за то, что они решили подарить мне тебя я благодарен им особенно сильно. — Мне придётся всю жизнь нести этот грех. — Не тебе одному. В отношениях должны быть двое. — аргумент был железным, как мне показалось я его убедил. Он только тяжело вздохнул и до боли зажмурился. А потом легко, почти невесомо, коснулся моей спины и обнял. — Мне страшно, Ник. Очень страшно. Нам придётся всю жизнь это скрывать. — Может быть, когда нибудь, нам придётся рассказать и тогда будь что будет. Их ненависть мы тоже разделим на двоих. — тело подо мной вздрогнуло, но рук он не отпустил. — Ты меня под монастырь подведешь, честное слово. Как так получилось, что спортом занимался я, но сильнее оказался ты? И как так все легко и просто у тебя получилось? — Далеко не просто. Я до сих пор размышляю и сомневаюсь. — Тогда... — Но о сделанном не жалею. И тебя не отпущу. — и как бы в подтверждение ухватил его за майку. Он устало рассмеялся и ответил только: — Делай, что хочешь. — я принял это как сигнал к действию и снова поцеловал, но на этот раз Макс сомневался всего секунду, а потом уже с охотой все больше перехватывал инициативу. Постепенно, мы так разошлись, что не заметили, как оказались без одежды. Макс навис надо мной и я все понимал по его глазам, в которых плескалачь ничем неприкрытая страсть. И совершенно не был против. Но пока было слишком рано и мы помогли друг другу руками. После разрядки ещё долго лежали и разговаривали обо всем. Иногда целовались. Так пролетел день до самого вечера и я предложил пойти домой. Он согласился, но было видно с какой неохотой. — Хотя бы ради мелких. Они правда часто за тобой плачут и ищут каждый день. — Хорошо. Я тоже по ним скучал. — я поблагодарил и поцеловал гладко выбритую щеку, сказав, что это ненадолго. А когда мы пришли мама с папой долго ругали Макса и он искренне извинялся. Потом прибежали малыши. — Масим, ти де был? Больсе ни ухати! — Поиглай с нами. — Яна, Дениска, как я по вам соскучился! Я больше никуда не уйду, клянусь. И мы обязательно поиграем. — он поднял их на руки и крепко обнял. Смотря на детей, родители махнули рукой и мы пошли играть. А когда Макс ушёл я серьёзно поговорил с родителями и сказал, что пора от них съезжать. — Это ты нас прости, сын, мы с мамой долго держали тебя около себя и не хотели отпускать. — эти слова отца внезапно пронзили все моё тело уколом вины. И теперь я наконец понял, как чувствовал себя все это время Максим. Когда я вернулся к нему уже с вещами и обо всем рассказал, он долго не выпускал меня из объятий. Теперь я уверен, что мы сможем разделить этот секрет на двоих.