Часть 1
21 июля 2020 г., 01:53
Вечная борьба за жизнь, которая началась давным-давно и стала уже привычной для всех за последние несколько лет, стала казаться нескончаемой.
Никто уже и не верил, что однажды это закончится и, уж тем более, никто не верил в то, что это закончится чем-то хорошим для них.
Смерть и страх изо дня в день витали в воздухе, нагнетая обстановку, не позволяя никому спокойно дышать и спать по ночам. Ведь завтра снова придётся пойти и отстаивать свои права на Санктум. Снова придётся бороться за право существования на этой чертовой планете.
Все были на пределе и устали до невозможности. Никто уже и не помнил, а может, и вовсе не знал, каково это — жить спокойно, не бояться предстоящего дня, не хоронить ежедневно друзей и знакомых. Но все продолжали бороться, ведь никто из них не привык сдаваться. И, к тому же, у них не было выбора.
«Сражайся — либо умри».
Вот оно — правило, по которому все живут последние несколько лет.
Джон Мёрфи не был исключением. Он, также как и все, потерял надежду на спокойную и счастливую жизнь, продолжал бороться за призрачное хорошее будущее, которое, может, никогда и не наступит.
Очередной день, очередное утро. Недовольный Мёрфи идёт ко всем обсуждать планы на сегодняшний день.
Джон хоть и был волком-одиночкой, который был сам за себя и делал абсолютно все ради своего собственного благополучия, но несколько лет назад он познакомился с необыкновенной девушкой — Рейвен Рейес, которую возненавидел в первый же день без всякой видимой на то причины, и тогда его жизнь немного, но изменилась.
Да, у них действительно по началу не заладилось, но в какой-то момент ненависть прошла или превратилась во что-то иное, и они, наконец-таки, поладили.
Так что, за эти года Мёрфи начал переживать уже не только за свою задницу, но и за задницу Рейес, поэтому, первым делом зайдя в комнату, он пробежался взглядом по людям, ища до боли знакомую макушку с идеально каштановыми волосами. Приметив ее в углу помещения, наблюдающую за балаганом, мужчина тихо проскользнул к ней и, оказавшись рядом, слегка толкнул ее в бок.
— Что ж, нас ждёт очередной дерьмовый денёк, да, Рейес? — Мёрфи хмуро взглянул на Рейвен, которая в ответ лишь недовольно кивнула и продолжила слушать ежедневную «вдохновляющую» речь Кларк, Мэди и Беллами.
Переведя взгляд с подруги на «диктаторов», Джон закатил глаза и тихо усмехнулся, слушая ни-разу-не-вдохновляющую-речь, молясь, чтобы в скором времени закончилась война и им больше никогда в жизни не пришлось выслушивать эти мотивирующие речи, от которых уже хотелось блевать.
Когда маленькая командующая, ее замечательная «мать» Кларк и Беллами замолчали, Рейвен сложила руки на груди и покачала головой.
— Звучит удручающе, впрочем, ничего нового, — ответила Рейвен на речь друзей, обращаясь к ним.
Услышав ее голос, Мерфи повернул голову на тридцать градусов и посмотрел на нее. У девушки был растрёпанный вид и синяки под глазами. Судя по ее внешнему виду, она вновь провела ночь не сомкнув глаз за работой в мастерской. Время идёт, а привычки Рейвен не меняются.
Опустив руки, девушка оттолкнулась от стены и направилась к друзьям, с целью обсудить план действие на сегодня. Мерфи не спеша последовал за ней, думая о том, что ей стоило бы поспать, а не идти куда то, тем более с ее ногой. Ускорившись, он обогнал ее и оказался у неё перед лицом, заставляя девушку остановиться и сделать шаг назад, чтобы не врезаться в Мерфи.
— Что ты делаешь? — она нахмурилась, не понимая, что ему вдруг от неё понадобилось.
— Слушай, Рейес, может хватит уже ходить по «краю» со своими друзьями. Однажды такая вылазка в Санктум ничем хорошим для тебя не закончится, — Мёрфи придержал Рейвен за локоть и заглянул в карие глаза девушки, пытаясь увидеть реакцию на его слова.
— Джон, я нужна им. И твоя помощь нам бы тоже не помешала, кстати. Если я туда не пойду, то кто? Ты, например? Не смеши меня, Мёрфи. Я сильная и прекрасно могу за себя постоять, — выдернув руку, Рейвен, прихрамывая, направилась к друзьям.
Мёрфи вскинул брови, мысленно прокляв чёртову Кларк, Мэди, Беллами и всех остальных, кто явно не понимал, что брать Рейвен с ее больной ногой на вылазку — абсолютное безумие. Случись что, они все смогут убежать, а она останется там и погибнет.
Проводив ее взглядом и понимая, что ему здесь больше делать нечего, Джон захватил пистолет и направился к выходу из помещения.
Выйдя на улицу, он глубоко вдохнул свежий воздух и посмотрел вглубь леса. Неприятное чувство тревоги засело в груди, как будто предупреждая о том, что сегодня что-то произойдёт с его боевой подругой.
— Ну конечно, этого мне еще не хватало, — пробормотал он сам себе под нос.
Стараясь отогнать негативные мысли и тревожные ощущения на задний план, Мерфи отправился вглубь леса, погружаясь в раздумья касательно своей острой реакции на то, что Рейвен снова пошла на вылазку.
Мужчине было не все равно на то, что и без того израненная морально и физически Рейвен может пострадать. Как бы это ужасно и глупо не звучало, он привязался к ней, но, в силу своего характера, Джон никогда не показывал, как ему важна девушка и что он переживает за нее так же, как и за себя.
Он постоянно подкалывал Рейес, грубил и говорил с сарказмом, понимая, что задевает ее, но ничего не мог с собой поделать. Иногда, во время разговоров, когда Рейвен была расстроена и пыталась не показывать свою слабость с примесью боли, у Джона возникало желание забрать всю ее боль себе, словно ему было недостаточно собственной.
В такие моменты он подбадривал ее какими то шутками или говорил, что все будет хорошо, хотя и сам в это не верил. Несколько раз, он даже обнял Рейвен. Джон понимал, что такие действия не свойственны ему и это прекрасно понимала сама Рейвен. Но им обоим это было нужно, так что в таких ситуациях оба просто наслаждались моментом и чувством спокойствия, а затем расходились и вели себя так, словно ничего не произошло.
Джона довольно часто посещала мысль о том, что она дорога ему не как друг, но он тут же гнал эту мысль куда подальше. Он скорее позволит убить себя, нежели признаётся себе или Рейвен в том, что она ему небезразлична не в дружеском плане.
Учитывая, что каждый день их жизни подвергались опасности, он поступал правильно, ведь мог потерять ее в любой момент, а испытывать очередную боль потери ему не хотелось.
Уйдя на достаточное расстояние от места проведения ежедневных собраний, Джон осмотрелся по сторонам и, поняв, что тут никого нет, спокойно сел на землю, облокотившись о дерево.
Чувство тревоги, которое появилось несколько минут назад, до сих пор не давало покоя. Прикрыв глаза на несколько минут, он попытался подумать о чем угодно, но Рейвен никак не выходила у него из головы. Выругавшись, Джон открыл глаза и встал с земли. Подумав несколько секунд, он направился в сторону Санктума, думая о том, что если он сегодня будет рядом с Рейвен, то сможет заглушить это чувство. Чувство тревоги. Ведь если она будет на виду, то он будет знать, что с ней все хорошо. А заодно, ему хотелось доказать девушке, что он способен на что-то большое, чем просто охранять территорию их лагеря.
Погрузившись в свои мысли, Мёрфи быстрым шагом пошел по тропинке, которая вела прямо в Санктум. Завернув за дерево, он остановился и огляделся по сторонам. Он был практически у вражеской территории и понадеявшись на то, что Рейвен где-то тут, он огляделся. Приметив девушку, усердно чинящую что-то за кустами, Джон тихо подкрался сзади и облокотился на дерево.
— Рейес, помощь нужна? — Мёрфи поднял руки вверх, когда Рейвен направила на него пистолет, и едва заметно усмехнулся, замечая на себе ее угрюмый взгляд. — Спокойно, это всего лишь я, живучий таракан Мёрфи, — девушка ничего не ответила и убрала ружьё, принимаясь дальше за работу. — Ну так что? Помощь нужна? Или я могу спокойно посидеть и поглядеть на безоблачное небо?
— Для начала, говори тише, — прошипела она, откинув какую то железяку в сторону. Тыльной стороной руки она почесала нос и огляделась, думая чем бы занять Джона. — Следи за территорией, чтобы к нам никто не подкрался, пока я пытаюсь починить эту железяку, — Рейвен кивнула в сторону штуки, которая лежала сбоку, а затем повернулась и немного удивлённо посмотрела на Мёрфи. До нее, наконец-таки, дошло, что сам Джон-факинг-Мерфи пришёл сюда на подмогу, причем абсолютно добровольно. Это обескуражило девушку, как минимум, на несколько секунд и, заметив на себе взгляд Джона, она наклонила голову вбок и улыбнулась, оголяя белоснежные зубы. — Слушай, а чего это ты вдруг сюда приперся? Надоело охранять лагерь и ты решил помочь нам? — брюнетка усмехнулась и вернулась к работе.
— Я подумал, что, в случае чего, тебе и твоей ноге не помещает подмога, — услышав про ногу, Рейвен поджала губы и опустила взгляд, а затем резко его подняла и посмотрела на своего «помощничка».
— То есть, ты хочешь сказать, что ты тут потому что волнуешься за меня? —она вновь улыбнулась, а Мерфи напрягся, осознав, что снова ляпнул лишнего.
— Эм... Нет. Ты же знаешь меня. Я всего лишь планирую прострелить тебе вторую ногу, бросить тебя здесь на съедение волкам и потом сказать всем, что ты присоединилась к нашим врагам, потому что Рассел Первородный предложил тебе выгодную сделку, — ответив с сарказмом, он пожал плечами и натянул маску безразличия, будто он поистине собирался сделать все вышеперечисленное в ближайшие две минуты.
— Тебе никто не поверит. Это ты у нас здесь таракан, который с радостью присоединится к врагам ради собственный выгоды, — с ухмылкой на лице Рейвен отвернулась и продолжила заниматься своим делом.
— Ну, знаешь ли, это не новость, что мне никто не поверит, — Мерфи фыркнул и облокотился на дерево, вслушиваясь в неестественно тихое пение птиц, которые появились черт знает откуда. Кажется, что раньше их тут вообще не было или же Джон просто не обращал на них внимания.
Рейвен хотела ответить, что имела в виду совершено иное, но стоило ей только приоткрыть рот, как послышались характерные звуки выстрелов. Птицы тут же умолкли и с шумом разлетелись в разные стороны. Настороженно переглянувшись с Рейвен, Мёрфи напрягся и понял, что чувство тревоги возросло в несколько раз.
— Я думаю, нам пора сваливать, — мужчина отошёл от дерева и вытащил из кобуры пистолет.
— Джон, подожди, я не закончила. Осталось совсем немного. Мне поручили это дело и я не могу его провалить. Выстрелы где-то далеко, у нас есть несколько минут на то, чтобы я доделала это и мы свалили.
— Слушай, Рейвен, мне плевать, что ты там не закончила, и плевать, что это важно. Ты постоянно рискуешь ради других. Хватит строить из себя героя, просто побудь тараканом хоть раз и давай сваливать отсюда. Я не хочу, чтобы мы погибли около этого чертового Санктума, — подойдя к девушке, он схватил ее за запястье, заставляя подняться на ноги.
Выдернув у нее из руки какой то инструмент, он взял ее за руку и потащил вглубь леса, в сторону лагеря. Звуки выстрелов и крики становились все громче, а это означало одно — они идут прямо в руки врагов. Замерев на месте, Джон спрятался за огромным деревом и прижал к себе Рейвен, закрыв ей рот рукой. Неподалёку послышались шаги и мужчина затаил дыхание, тихо зашептав девушке на ухо:
— Рейвен, а я ведь был прав насчёт того, что тебе не стоило сюда идти, — услышав в ответ тихое мычание, он глубоко вздохнул, обдумывая план действий. — Ты сейчас идёшь в лагерь, а я тебя прикрываю. Поняла меня, да? Извини, но тебе и твоей ноге не уйти отсюда живыми, если ты достаточно быстро не добежишь отсюда до лагеря, — оттолкнув от себя девушку, он велел ей бежать, а сам побежал за ней следом, осматриваясь по сторонам.
Рейвен свернула в сторону Санктума, с целью закончить начатое, но вместо этого угодила прямо под пулю. Не сразу почувствовав боль, она продолжила бежать, благодаря выделившемуся адреналину, но, через пару метров, упала на землю.
Как только Мерфи поняла куда побежала Рейвен, выругался себе под нос и начал стрелять в последователей Рассела, тем самым прочищая путь девушке. Когда патроны кончились, он откинул пистолет в сторону и прислушался. Выстрелы прекратились и он позволил себе спокойно выдохнуть. Оглянувшись в поисках Рейес, Мерфи в ярости пошёл в ту сторону, в которую она побежала, с целью высказать все свое недовольство, касательно ее героизма, которое уже сидит в печёнках. Сделав еще несколько шагов? он приметил на земле знакомую красную куртку. Cорвавшись с места, Джон подбежал к Рейвен, судорожно бегая глазами по ее телу, ища ранения. Увидев огромное пятно крови на футболке, мужчина крепко прижал ладонь к животу девушки, пытаясь остановить кровь.
— Рейвен, ты даже... Не смей сдаваться, ты слышишь? — Джон встревоженно взглянул на перекосившееся от боли лицо и взял девушку за руку, — Черт, я же сказал тебе бежать в лагерь. Нахрена ты решила снова включить свой героизм и вернуться?
— Мёрфи, может хватит? Последние несколько лет, если не считать те замечательные сто с лишнем лет, когда мы находились в криосне, идут войны. Я знала, что однажды такое произойдёт. Так что иди и спасай свою задницу, а я уже достаточно пожила. К тому же, я не хочу провести последние минуты своей жизни рядом с тобой, — девушка еле слышно усмехнулась и снова поморщилась от боли, пытаясь поверить в собственные слова. Ей не хотелось оставаться одной. Это страшно. Чертовски страшно. Никто не хочет быть один в последние минуты жизни.
Джон ничего не ответил, а лишь злобно прорычал, подхватывая девушку на руки и быстрым шагом направился в сторону лагеря. Он опасливо поглядывал по сторонам и лишь иногда опускал взгляд на Рейвен, чтобы убедиться в том, что она жива. Джон остановился только тогда, когда заметил, что девушка едва дышит.
— Эй, Рейвен, приём. Земля вызывает Рейвен! Не смей закрывать глаза и отключаться, слышишь? — в ответ Рейес лишь что-то пробормотала и Мёрфи понял, что до лагеря еще далеко и он просто не успеет.
Убедившись, что вокруг никого и что им ничего не грозит, Джон аккуратно положил Рейвен на землю и, найдя у нее в куртке рацию, настроил нужную, для связи с Кларк, частоту.
— Кларк, приём! Если ты меня слышишь, то мы с Рейвен в лесу, ее ранили! Судя по всему, ранение серьёзное. Лагерь далеко, а ей нужна твоя помощь, Кларк, — в ответ последовало лишь шипение, и Джон выругался себе под нос.
— Джон, — Рейвен закашляла и поморщилась от боли. Приподняв руку, она положила ее поверх руки Джона, которая сжимала рацию. — Только попробуй кому-нибудь сказать, что я переметнулась на строну Рассела. Лучше уж скажи, что меня съели волки, — она выдавила из себя легкую ухмылку, хотя по ее щекам стекали едва заметные слезы.
Джон лишь кивнул, не в силах проявить еще какую-то реакцию. Больше всего на свете он бы хотел сказать ей и заодно себе, что все будет в порядке, что ей еще долго и счастливо придется мучиться со своей ногой, но он прекрасно понимал, что у нее нет шанса выжить. Пуля явно задела задело жизненно важные органы. Кларк черт знает где, а до лагеря они не доберутся при всем старании.
Хватка Рейвен ослабла и ее рука упала на землю. Мерфи перевёл взгляд с раны на ее побледневшее лицо.
— Эй, Рейес, — он тихо позвал ее, искренне надеясь на то, что она ответит.
Стеклянно карие глаза смотрели куда то в небо, не моргая. Проверив пульс, Мерфи убрал руку от раны и поднеся ее к лицу брюнетки, закрыл ей глаза.
— Может мы встретимся вновь, — сказав эти ненавистные слова, Джон возненавидел себя, эту планету и свою бесполезность. Он не смог помочь единственному, по-настоящему дорогому ему человеку.
***
Джон вскочил с кровати в холодном поту. Нервно бегая глазами по темной комнате, он прокручивал в голове последние события, попутно пытаясь понять где он. В голове была сплошная каша, а к горлу подступил ком. Стало трудно дышать, из-за этого мужчина резко откинул одеяло в сторону, садясь на кровати. Холодная женская рука легла на плечо Джона, а затем последовал легкий поцелуй в шею и шёпот на ухо. — Тебе опять снятся кошмары? — сказал тихий женский голос, но мужчина ничего не ответил, лишь сильнее сжал свою челюсть и глубоко вдохнул, пытаясь восстановить пульс до нормального состояния. Девушка убрала руку с его плеча и потёрла свои глаза, отгоняя сон. Немного подвинувшись, она оказалась у Мерфи перед лицом и, взволнованно пробежав глазами по нему. Закусив губу, она взяла его за подбородок и заставила посмотреть на себя. — Это просто очередной кошмар. Все хорошо, —Мерфи взглянул в карие глаза девушки, пытаясь найти в них свое спасение и утешение, но быстро понял, что это совсем не те глаза, которые могли бы помочь ему в этом. Он отвёл взгляд в сторону окна, из которого просачивался лунный свет. — Эмори, это не... — он запнулся и, потерев переносицу, продолжил: — Это не очередной кошмар. Это события годовалой давности, которые до сих пор меня не отпускают. Ты просто... — он сжал челюсть и прикрыл глаза на несколько секунд, а затем тихо сказал: — Не понимаешь. Никто не понимает, — Джон встал с кровати и направился на балкон. —Мне нужен свежий воздух, —немного громче сказал мужчина, не оборачиваясь. Ничего не ответив, Эмори проводила его взглядом и легла обратно, смотря в сторону прозрачной дверцы, через которую было видно, как Мерфи сел на холодный кафель и схватился за собственные волосы. Внутри девушки в очередной раз что-то оборвалось, ведь она прекрасно понимала, что дело тут вовсе не в свежем воздухе. Ему была нужна она — Рейвен. Эмори знала, что никогда не сможет ее заменить, ведь сердце Джона принадлежало Рейес, а он до сих пор, спустя столько лет, так и не смог себе в этом не признаться. Каждую ночь, на протяжении последнего года, Мерфи снился один и тот же кошмар. Каждую ночь она будила его и успокаивала, а он лишь вставал и уходил на балкон. Садился на холодный пол, смотрел на небо и, порой, когда было невыносимо плохо, доставал помятую пачку сигарет, которую берег как зеницу ока. Вытаскивал одну сигарету, поджигал и делала глубокую затяжку. Каждый год, на годовщину смерти Рейвен, когда старые знакомые собирались вместе, чтобы почтить память о мертвой боевой подруге, Мёрфи всегда был сам не свой. В эти дни ему было еще хуже, чем обычно, он напивался и из-за этого он срывался абсолютно на всех. Вечно искал макушку с каштановыми волосами, надеясь снова подойти и зацепить Рейес своей очередной саркастичной шуткой. Ему хотелось вновь спросить, все ли у нее в порядке, заведомо зная, что она ему солжет, сказав, что все хорошо. Хотелось снова взглянуть в ее идеально карие глаза, которые слишком часто бывали грустными. Хотелось, чтобы она просто была рядом, была жива. Он зол. Чертовски зол на себя за то, что не смог ее защитить, никак не смог ее спасти Чертовски зол на нее, ведь она не послушала его и пошла на очередную вылазку, которая в итоге стала роковой. Она хотела спасти всех, стать героем и доказать самой себе, что она чего-то стоит, даже несмотря на свою ногу. Но вот Джон не хотел, чтобы она была героем, который в итоге спас бы всех. Он хотел, чтобы она просто была счастлива. Джон Мерфи не желал большего, вот только жизнь распорядилась иначе. И эта боль утраты уже никогда не покинет его.
