Немного иная история

Одну из комнат Слизеринского факультета осветило солнце. Потянувшись, Драко открыл глаза и встал с кровати. Вчера вечером он видел, как гуляли Грейнджер и Уизли. Ничего необычного в этом не было, конечно, они же встречаются. Вот только… Эта картина до сих пор не давала ему покоя. Почему — парень не понимал. Лишь одно понятно точно: ему было отвратительно на них смотреть. Объяснял Драко это тем, что он не романтик; а всё милое и слащавое вызывает у него тошноту. Пытаясь избавиться от навязчивых мыслей, Малфой старается вести себя так, как и прежде. Ведь ничего же не изменилось, верно? И вряд ли может поменяться. В этом он уж абсолютно уверен. С такими мыслями Драко продолжал готовиться к первому учебному дню.

***

А в это время Невилл, потерпевший неудачу в прошлый раз, решил снова испытать судьбу. И никакой Малфой больше ему не помешает, ведь он твёрдо намерен сделать это именно сегодня. Лонгботтом просто не позволит никому вмешаться. Но так как сегодня первый учебный день, нужно успеть до уроков либо уже после. Немного подумав об этом, Невилл решил сразу же найти девушку. Как говорится: «чем раньше, тем лучше», верно? Луну он застал в библиотеке, где она обычно делала уроки. Так было и сейчас. На мгновение Лонгботтом потерял всю свою решимость и начал сомневаться в том, что делает, но потом опомнился и подошёл к подруге, заговорив: — Привет… — начал Невилл. Полумна тут же отвлеклась от заданий, посмотрела на него и ответила: — Привет, Невилл. Как дела? Мы с тобой вчера так и не смогли толком поболтать. Так что ты вчера хотел мне сказать? Парень немного растерялся, но ответил: — Всё хорошо. Да, я как раз потому и хотел тебя найти. Может, всё же выйдем, а то Мадам Пинс точно будет не в восторге от того, что мы тут разговариваем? — Ой, и правда! Я об этом не подумала, извини. Конечно, давай. Луна была заинтригована тем, что будет дальше. Улыбнувшись, Невилл протянул ей руку, а она охотно вложила свою руку в его, и они вышли из библиотеки в сторону выхода из школы. Решив уточнить, куда именно юноша её ведёт, Полумна спросила, не удержавшись: — Куда мы всё-таки идём, если не секрет? — Честно говоря, я и сам не знаю куда. Главное, чтобы нас никто не видел и не слышал, — уверенно ответил парень. Луна была поражена до глубины души, ведь он редко так серьёзно и уверенно говорил. Ей было очень интересно узнать, что друг хочет сказать. — К чему такая секретность? Даже приватность, если быть точнее. Неужели и правда хочешь сказать что-то очень личное? — изложила почти все свои мысли девушка. Она была довольно проницательна, а потому ей не стоило огромного труда понять, зачем Невиллу понадобилась такая скрытность. Только вот предположений на этот счёт было несколько, хоть она и высказала вслух лишь одну мысль. Наш герой покраснел от лёгкого смущения и лишь кивнул. Не говоря больше ни слова, друзья дошли до Запретного леса и остановились. Встав напротив Полумны, Невилл взял её руки в свои и начал говорить то, что так долго не мог сказать. Девушка была близка к тому, чтобы понять всё до конца. Она всегда считала его своим другом и не больше. Но сейчас… Прямо сейчас наша героиня почувствовала то, чего не чувствовала никогда. Неужели это произошло? Глядя ему в глаза, чувствуя прикосновение его рук на своих руках, изнутри начинало подниматься сильноеволнение, а сердце билось всё быстрей и быстрей… Луна уже еле стояла на ногах, и если бы не их сцепленные руки — она наверняка потеряла бы равновесие. «Что со мной?» — думала героиня. Пока Полумна терялась в догадках, перестав понимать свои чувства, Невилл продолжал говорить: — Дорогая Полумна, я понимаю, что мы всегда были лишь друзьями и не больше, но… Не так давно я осознал, как много ты для меня значишь. Не знаю, взаимно это или нет, но ты мне нравишься. Я даже влюблён, не скрою и этого. А ты? Если нет, то просто забудь вообще наш разговор и мы останемся друзьями. Всё будет так, как и было раньше, если ты не разделяешь тех же чувств, что и я. И на такой ноте Невилл наконец закончил своё признание. Отпустив руки подруги, он сел на землю и замолчал. Полумна на миг потеряла дар речи, ноги её уже не держали и ей тоже пришлось сесть. Она не знала, что ему сказать: «Невилл, ты всегда был для меня только другом, но именно сегодня я поняла, что ты пробудил во мне то самое чувство, которое называют влюблённостью. Твои чувства оказались взаимны. Я влюбилась. В тебя.» или «Дорогой Невилл, мне так приятно это слышать, потому что… Потому что сама чувствую к тебе нечто особенное.» В итоге девушка сказала: — Ты застал меня врасплох. Я никогда не думала о тебе в таком смысле. Но в момент твоего признания, я почувствовала, как мои чувства изменились. Я влюбилась в тебя, мой друг. Не понимаю, почему я только сейчас это осознала, но ты тоже завоевал моё сердце. Невилл, о Мерлин, я никогда ничего подобного не испытывала. Что теперь? Как мы поступим дальше? Широко улыбнувшись, парень обнял Полумну и покружил её. Девушка счастливо рассмеялась и обняла его за шею. Опустив «подругу» на землю, он положил свои руки на её талию и сказал: — Вот что будет: мы начнём встречаться, а завтра я приглашу тебя на наше первое свидание. Как ты на это смотришь? Прижавшись к «другу», Луна ответила: — Я в восторге. Это замечательный план. А чем займёмся сейчас? Её глаза смотрели на Невилла с такой радостью и надеждой, что парень окончательно осмелел и пошёл на ещё один шаг: — А вот чем, — гриффиндорец наклонил голову и поцеловал её. Девушка посмотрела на него широко раскрытыми от шока глазами, но ответила на поцелуй, который был первым для обоих. Бабочки так и порхали у них в животе, как, впрочем, и вокруг них. Это было самое прекрасное утреннее предурочное время для наших влюблённых. И, вполне возможно, что они оба сегодня немного опоздают.

***

Как же проходит время у нашей любимой четвёрки? Они все вместе готовились к урокам и были почти готовы уйти. Ну, как готовились: Гермиона и Джинни готовились, а парни составили им компанию (Доделывали задания под строгим контролём Гермионы. Она как обычно им помогала, а они всё так же этим пользовались. Выходило так, что гриффиндорка почти всю работу делала сама, а они лишь слушали её поправки и записывали в свои конспекты. Хитрые засранцы, что тут скажешь.). Пришло время семикурсникам идти на урок по трансфигурации, а Джинни пошла на прорицание, по пути наткнувшись на Луну и Невилла, которые держались за руки. Счастливо усмехнувшись, Джиневра многозначительно посмотрела на друга. Похлопав его по плечу, она взяла подругу под руку и увела её на урок, расспрашивая о том, как всё прошло. Конечно, она была осведомлена о желании Невилла признаться Луне в своих чувствах, и теперь пребывала в восторге от очевидного доказательства того, что её друзья стали парой. В этом году, по Прорицанию, у неё и Полумны профессором будет кентавр Флоренце. И это было к лучшему. Ну, а у других ребят, как и всегда — бессменная Минерва Макгонагалл, ныне не только декан факультета Гриффиндор, но и директриса школы. На её долю выдалась нелёгкая ноша, но она справится. Это мы знаем точно. Прозвенел колокол и ребята зашли в класс. Все расселись по своим местам, и после того, как наступила тишина, профессор начала свою вступительную речь: — Дорогие ученики и ученицы, очень рада видеть вас всех здесь снова. Прошлый год закончился не так хорошо, как хотелось бы, но, невзирая на это, наша школа продолжает свою работу. Поздравляю вас с новым учебным годом и желаю успехов. Вы уже на седьмом курсе и должны понимать, насколько этот год важен и ответственнен. Решится ваша судьба: как сдадите экзамены, кем вы станете после школы и как вообще сложится в дальнейшем ваша жизнь. Призываю вас отнестись к последнему учебному году соответствующе и приложить ровно столько усилий, сколько потребуется. Я прекрасно понимаю, как будет непросто продолжать жить и учиться дальше; и дело, конечно, даже не в том, что вы заканчиваете школу, а в том, что произошло до начала этого года. Помните, что сделали для нас профессора Дамблдор и Снейп и никогда не забывайте. Я очень надеюсь, что, несмотря ни на что, вы сможете взять себя в руки, и этот год выдастся для нас не только плодотворным, но и успешным. Перейдём к квиддичу: всё будет так же, как и раньше. Гарри остаётся капитаном гриффиндорской команды, так что все остальные формальности за вами, мистер Поттер, — Гарри кивнул и радостно переглянулся с другом. — К остальным капитанам это тоже относится. Об этом мы ещё поговорим на обеде, ведь возможны некоторые изменения. И, к слову, о старостах: мисс Грейнджер и мистер Уизли, на данном этапе вы теперь старшие старосты, — лица ребят оживились. Гарри безмолвно их поздравил, перестав им завидовать. Он давно смирился с тем фактом, что ему не быть старостой. — Теперь всё. Остальное скажу в другое время. А пока речь пойдёт о вопросе касательно того, кто в этом году займёт пост преподавателя Защиты от Тёмных Искусств, — все ученики затаили дыхание, сгорая от любопытства, в особенности Гарри. — Было очень трудно найти подходящего кандидата на эту должность. Я долго думала над этим и наконец пришла к единому ответу. Итак, несмотря на сложности, связанные с поиском, и некоторые обстоятельства, преподавателем в этом году станет… «Кто же, кто же?.. И зачем только так тянуть? Неужели это тот, кого мы знаем, и кому мы точно обрадуемся?» — пронеслось в мыслях у начинающей что-то подозревать Гермионы. Заметив на себе сосредоточенный и задумчивый взгляд Малфоя, она с удивлением на него посмотрела, как бы спрашивая «Что?», но он тут же уткнулся в учебник и лишь изредка продолжал на неё поглядывать. Пожав плечами, девушка отвернулась и встретилась глазами с Гарри. Между ними завязался мысленный диалог: «Как думаешь, кто это может быть?» — спросила она у лучшего друга. «Не знаю, а ты?» — ответил юноша. «У меня есть предположение, что мы его знаем и можем ему даже обрадоваться,» — загадочным тоном пояснила Гермиона. «Всё может быть,» — согласился Гарри. Прервав безмолвный диалог друзей, профессор Макгонагалл многозначительно покосилась в сторону Гермионы и Гарри: — Да, мисс Грейнджер и мистер Поттер. Вы прекрасно знаете этого преподавателя. Однажды он уже у нас преподавал, но по некоторым определённым причинам ему пришлось уйти. «Неужели это…» — переглянулось Золотое Трио, не до конца веря в происходящее. — Это профессор Люпин. А теперь, давайте всё же вернёмся к уроку. В этом году очень сложная программа по Трансфигурации. Начнём мы с… Но Минерву теперь почти никто не слушал. Ученики до сих пор переваривали новость о возвращении Ремуса Люпина. Конечно, они рады, но им пока с трудом в это верилось. Никто и подумать не мог, что такое вообще случиться. Наша троица вовсю уже обсуждала такое приятное известие. Гермиона ещё, конечно, постаралась записывать важную информацию для конспекта, в отличие от других, но больше была занята разговором. Ведь Люпин — один из её любимых профессоров. Минерва Макгонагалл хоть и пыталась привлечь внимание учеников к себе и своему предмету, но не особо, так как понимала — сейчас это почти невозможно. В надежде на то, что одна из лучших учениц их класса поможет им или просто попробует помочь — профессор продолжала вести урок как ни в чём ни бывало, попутно делая замечания особо шумным и громким ученикам. Но в следующий раз никаких поблажек точно не будет, иначе она перестанет быть в глазах ребят такой требовательной и строгой. Это приведёт к расслабленности на её уроках. А этого нельзя допустить. Таким образом продолжился первый урок. Когда прозвенел колокол, наши герои пошли гулять по школе, с нетерпением ожидая урока с Ремусом.