Любовь под маской

      Вокруг огонь. Агрессивные языки пламени так и норовили съесть спящую на кровати девушку. Она ещё ни о чём не подозревала, пока огонь сжирал деревянный шкаф, полный красивых платьев и костюмов, перекидываясь на дверной косяк.       Но вскоре дышать стало нечем, и в панике блондинка распахнула глаза. В носу жгло из-за едкого дыма, глаза слезились от жара. Страх захватил разум загнанной в ловушку девушки, она не знала, что ей делать. Из глотки вырвался истошный крик, будто её чем-то резали. Казалось, что полопаются стёкла в окнах – настолько громко она кричала. Паника и нарастающий страх смерти не давали ей сдвинуться с места и мыслить разумно. Это ведь пятый этаж, кто услышит её крик о помощи?       — Мама... — проронила девушка, тут же выбираясь из-под одеяла.       Страх вдруг куда-то делся, и на его место пришло беспокойство за единственного родного человека в этом новом большом городе.       Пламя давно уже сожгло дверь, и она превратилась в пепел, но пройти через арку огня не представлялось возможным. Стянув плед со стула, девушка замоталась в него и, глубоко вздохнув для смелости, сделала прыжок вперёд. Почувствовав неприятное жжение в районе спины, блондинка поспешила скинуть с себя горящий плед, и стала пробираться в комнату к родителю. Дыхание спёрло от волнения за мать, а жгучий дым и горячий воздух будто прожигали нутро.       Войдя в гостиную, она откашлялась, беспокоясь, как бы вместе с кашлем не выплюнуть лёгкие. Голова начинала кружиться, воздуха становилось всё меньше, и блондинка чувствовала себя, как рыба на суше. Перед глазами расплывалось, но девушка увидела на небольшом кофейном столике вазу с цветами и, вынув растения из неё, схватила тонкий плед, тут же намочив его водой из вазы. Прислонив спасительную ткань к носу, она глубоко вздохнула. Прохладный воздух был словно оазис в разгорячённой пустыне.       Но она не забыла про свою мать и продолжила продвигаться к ней, обмотавшись висевшим куском пледа, чтобы не обжечь кожу. Медленно пробираясь по дивану, до которого пламя ещё не добралось, девушка спрыгнула на чистый участок паркета.       Внезапно что-то сверху угрожающе заскрипело, и стоило блондинке поднять голову, как на неё рухнула обгоревшая несущая балка. Тишина, будто уши заложило. Ещё несколько мгновений после того, как тебе наносят удар, а ты не чувствуешь боли. Ты просто не осознаёшь, что произошло. А потом реальность происходящего резко бьёт в голову, и хочется выть от боли, пронзившей всё тело.       Девушка судорожно вдыхала в себя воздух, совершенно забыв про намоченный кусочек ткани. Не шевельнуться. От бессилия и осознания того факта, что мать, возможно, уже задохнулась, хотелось реветь, но блондинка старалась держать себя в руках и пыталась аккуратно вылезти из-под балки. Ей повезло, что бо́льшая часть обгорела, и вес был уже не столь велик, но она переживала по поводу спины. Было ощущение, будто ноги отнялись. Паника беспощадно ворвалась в голову девушки, и она начала заливаться слезами.       — Помогите... — дрожащим от истерики голосом в пустоту прошептала девушка. — Кто-нибудь... спасите.       Разум помутнел, перед глазами всё вновь начало расплываться. Боль с каждым стуком сердца отдавалась во всём теле, а горячая балка обжигала поясницу. Жар не давал шанса вдохнуть в себя воздуха, а вместо него была лишь едкая гарь.       Вдруг разбилось стекло. Его звон эхом отдался в ушах ревущей девушки, будто она находилась в каком-то тоннеле. Да лучше б оно так и было. Медленно подняв голову, она увидела перед собой ноги, обтянутые красной тканью. Секунда-другая, и тяжесть с её спины была убрана. В следующее мгновение кто-то поднял её на руки, но глаза девушки будто налились свинцом, и она их закрыла.       — Посмотри на меня! — услышала она велящий голос, и чуть приоткрыла глаза. — Не смей засыпать!       Перед глазами всё ещё расплывалось, однако блондинка увидела огромные белые глазища, глядящие на неё. Но сложно было удержать веки открытыми, и девушка вновь закрыла их.       Она почувствовала, как её шатает, а после холодный ветер ударил в лицо. Как только она вздохнула, то почти сразу открыла глаза, видя чёрное небо, усеянное звёздами. Что-то свистело в ушах и почему-то её трясло, но вскоре всё прекратилось.       Она услышала суету рядом с собой. Кто-то подхватил её обмякшее тело на руки, и в следующую секунду девушка уже сидела на койке. В руки сунули маску, из которой валил спасительный кислород.       Заторможенный мозг девушки не реагировал практически ни на что, поэтому спасатель сам нацепил на лицо пострадавшей маску. Сделав пару вздохов, разум начал проясняться, и блондинка стала видеть яснее. В двадцати пяти метрах от неё вся многоэтажка была покрыта огнём. Языки пламени будто исполняли танец на балконах дома. Рядом отважные пожарные тушили затянувшийся огненный вальс, а чуть поодаль от них сидели выжившие.       — Мама... — проговорила в маску блондинка.       Увидев, как кто-то в костюме приземлился рядом со скорой помощью, девушка сорвала с себя кислородную маску и, спотыкаясь, ринулась к нему. Она вцепилась в его руку, дрожа всем телом от нарастающей истерики.       — Девушка, вернитесь! — слышалось сзади.       — Спаси... — кристально-голубые глаза вновь застилали слёзы. — Спаси мою маму...       Человек с белыми глазищами кивнул и, отдав её в крепкие руки спасателя, подпрыгнул и полетел. На блондинку снова насильно надели маску, а она, ссутулившись, сидела на кушетке.       В голове было пусто. Даже обожжённая спина, почему-то, больше не болела. Наверняка обгоревшая балка прожгла всю футболку, правда девушка об этом не думала. Но спасатели не спасатели, если не заметят её серьёзный ожог. Они тут же велели блондинке лечь на живот, проводя какие-то махинации над пострадавшей спиной.       А в её голове появилась лишь одна мысль:       «Зачем мы уехали?»