Isolation is worse than you think

Самоизоляция- тяжелое испытание для каждого человека. Все мы знаем, что когда плод можно свободно съесть, то этого делать не хочется. А вот когда он является запретным, то желание его вкусить растет в геометрической прогрессии. Так и здесь: если на улицу ты раньше не так часто совался, то сейчас тебя прямо распирает от желания выйти на свежий воздух, поехать в центр города на метро, обнять прохожего на улице. Правила созданы, чтобы их нарушать, не так ли? С другой стороны это время для поиска новых способностей, развития старых. В самоизоляции ты предоставлен сам себе: хочешь- читай книгу, хочешь- рисуй руку, достающую персик, хочешь- учись петь, а можно вообще научиться готовить что-то кроме яичницы и блинчиков по выходным. Но как можно вообще что-либо делать, когда вокруг такая удушливая атмосфера?! Да, ты на удаленке- не нужно видеть надоевшего босса, можно пропускать ненавистные уроки математики или физики, также, если ты ходишь в садик, то можно не играть и не видеться с ребенком, с которым вы никак не можете поделить нового бионикла. Вроде бы все в плюсе, но нет. Как бы ты не любил свою семью - не важно женаты ли вы, вышли ли вы замуж или просто живете с родителями - ты не можешь видеть их 24 часа в сутки, семь дней в неделю. Поначалу все идет гладко, но потом начинают происходить маленькие ссоры, которые позже перерастают в настоящие скандалы. Нашему мозгу становится скучно и он пытается хоть как-то «развеселить» наш организм, вывести из состояния некого анабиоза такими выкрутасами. А потом вы громко миритесь - такое с родителями не прокатит- заказываете пиццу на дом, кто-то пачкает кровать колбасками пепперони, и вы снова начинаете ругаться. И так по кругу. Раз за разом. Если с семьей все понятно и, казалось бы, можно справиться, то с государственными проблемами справиться крайне сложно. Так странно, знаете ли, каждую ночь побеждать печенегов с чаем или молоком, а в обед идти в сражение с половцами и понимать, что мы ведь ЭТУ заразу ПОБЕДИЛИ, а какой-то там made in china virus даже приостановить не можем. Вроде бы и пропуска ввели, и на удаленку всех посадили, и штрафы нам сделали, но ничего не работает. Больных становится все больше и больше, люди гибнут стопками, всех сжигают. Так знаете чего не хватает? Знаете? Карантина, мать вашу! Только его и не хватает. Если бы наше государство не гордилось старинными победами над половцами и печенегами, а ввело бы режим ЧС, то это, по логике, позволило бы уменьшить количество зараженных. Ведь нам бы просто шла поддержка от государства. Честно. Мне стыдно за наш любимый СССР… ой. он же развалился (слава богу). Так вот. мне стыдно и противно из-за наших правителей. Как можно ставить деньги вровень человеческим жизням? Как? Никогда этого не понимала, не пойму и не собираюсь понимать. Предотвратить ссоры в семье можно, не читать и не слушать новости тоже. Но как справиться со своей работой, если она изначально подразумевает некую форму самоизоляции? Обо всем этом думала замученная Николь, в очередной раз выслушивая сварливые замечания Вэйверли- старшего научного сотрудника. — Да как ты…- на последнем издыхании воскликнула Эрп и, немного отдышавшись, продолжила, — смеешь заставлять меня все тут убирать, а сама ничего не делаешь?! Мне это уже надоело! — девушка подняла руки вверх и в ту же секунду резко опустила вниз. Такое случалось с ней, когда она доходила до некого пика своей злости. Также ее лицо становилось ярко-красным, как томатная паста, немного сливаясь с окрасом волос Николь. Рано или поздно каждый человек начинает задумываться о своем будущем. Кто-то уже с детства мечтает пробивать стены, вынося людей из пожара и туша его, кто-то- спасать людей на грани жизни и смерти, кто-то- стать домохозяйкой и нарожать кучу детей своему богатому мужу и так далее. Все эти желания безусловно хороши, но меркнут по сравнению с мечтой Вэйверли Эрп. Еще с детства эта девушка казалась странной для всех. Начиная от фамилии и имени, заканчивая любимыми жанрами книг. В школе ее по-доброму называли зубриком- от слова зубрила- она была любимицей всех учителей, была отличницей и даже старшую школу закончила экстерном. Каждый преподаватель видел в ней профессию, связанную с его предметом, но, когда стало известно, на что пал выбор этой замечательной девушки, все удивились такому необычному решению. Даже родители были приятно удивлены, что ее дочка, вместо скучной для них и малоприбыльной работы преподавателем истории, выбрала океанологию- науку, изучающую морскую флору и фауну. К большому сожалению, на нашем любимом постсоветском пространстве не распространена такая профессия, так что пришлось поступить в МГУ на гидрометеорологию. Обучение длилось около 4 лет, за время которых Вэйверли уже успела стать любимчиком лекторов и прочей фауны МГУ. По окончанию университета девушку отправили в Антарктику на свежепостроенную базу «Лазарь», что находится на Берегу Правды. Главная мечта девушки сбылась в 21 год, но быстро разрушилась, когда она узнала, что на базе никого не будет. Кроме чертовой Николь. — В мои обязанности входит только готовка еды. — безразлично на первый взгляд буркнула Хот. Почему на первый? Да потому что нихера она не безразлична к этой миленькой, вечно ворчащей девушке. Желание взять ее прямо здесь увеличивалось с той же скоростью, что у Эрп прибить Николь. За год пребывания здесь девушки уже успели и достать друг друга, и помириться несколько миллионов раз, и даже подраться из-за шаловливых ручек Хот. — Я не хочу делать то, чего не умею! Эрп практически с детства мечтала оказаться тут. Сильнейший ветер и морозы до 80 градусов, бескрайние льды и снега- вот, что привлекало маленькую отличницу. Хот же ненавидела это место всеми фибрами своей измученной, как она говорила, души. В отличие от Эрп ее не дразнили зубриком, она не была отличницей и даже не училась в МГУ. Да, она тоже из Москвы. Отец ее является крупной шишкой в нефтяном бизнесе, поэтому, понимая что в жизни все и так устроено, Николь даже не парилась с учебой. Еще в детстве она поняла, что ничего кроме кулинарии ее не привлекает. Родители, конечно, надеялись, что дочка продолжит «семейный» бизнес и пойдет учиться в МГИМО, но девушка настояла на своем. В итоге отец оплатил обучение в La Scuola Internazionale di Cucina Italiana, где Хот проучилась около года. Далее она, выслушав истерику своей матери о том, что она не может видеть свою дочь поваром и что ей необходимо юридическое образование, уехала в Америку, где устроилась работать на кухню к одному из самых уважаемых шефов Америки. Там она проработала около 5 лет. Все это время она жила и на деньги отца, и на свои заработанные. Но как она оказалась в Антарктиде? Несмотря на общительность, целеустремленность, ум, а также обаяние, Хот обладала таким маленьким, как у нас говорят, минусом- нетрадиционной сексуальной ориентацией. Наш народ в силу сталинской трактовки гомосексуализма не может воспринимать ЛГБТ адекватно. То в Библии якобы написано, что это неправильно, то гомосексуальность приравнивают к зоофилии и педофилии. Мужики кричат: «Фу, заднеприводные! В жопу долбятся!”- но сами практикуют анальный секс со своими девушками, женами, подругами. И чем они не геи после этого? Многие считают ориентацию ребенка позором, пытаются исправить ее, не понимая, что это невозможно в 95% случаев или просто наказывают детей, надеясь, что они поймут «неестественность» своей любви. Вот и отец Николь посчитал так же, но под влиянием истерик жены решил не отправлять свою дочку в Сербского, а просто лишил ее денег, статуса, работы и отправил на кухню к полярникам. Загадочного превращения в straight girl у Николь за это время не произошло, а наоборот она на все сто стала уверена, что является лесбиянкой. На базе ее раздражало все кроме маленького комочка счастья в виде Эрп. Она понравилась Хот при первой же встрече, но на все предложения сходить на свидание и посмотреть на пингвинов заканчивались строгим: «Нет!». — Ты ленивая задница, Хот! Как же ты меня достала! — взорвалась Вэйвс и, подойдя к дивану, взяла подушку и запульнула ею в девушку, которая мирно сидела на кресле, листая каталог женского белья. — Ненавижу! Ну почему ты такая? — у Хот складывалось впечатление, что Вэйверли готова просто взять и придушить ее только потому, что Николь не любит убираться. Подушки все не кончались, и Николь решила, что нужно встать и попробовать остановить кричащую мартышку. В такие моменты ее любимая была реально похожа на обезьянку. — Вовсе я не ленивая! Я готовлю для нас! — язвительно произнесла девушка, приблизившись к Эрп. — Ну хватит с тебя этих подушек! — заорала она, когда Вэйверли взяла в руки вазу. — Ты меня бесишь! — она подошла к девушке, крепко взяв ее руки, посмотрела ей в глаза и, не успев подумать, поцеловала. Поцелуй длился недолго, Вэйвс не пыталась вырваться, но в итоге Николь получила резкий удар в пах, что не могло не отстранить ее от девушки. — Твою… зачем так больно?! — провизжала Хот. Отказы девушки, как казалось кулинару, не имели никакой логики. Николь часто замечала заинтересованный взгляд океанолога на себе, и сейчас она позволила себя поцеловать. практически. — А нефиг меня целовать! — заорала Вэйвс и развернулась в сторону двери, но не успела. Сильные руки Николь подхватили ее и взвалили на плечо. — Отпусти!!! — завизжала громче «побитой» она и попыталась ослабить хватку девушки. Не получив никакого результата, Эрп начала тарабанить ногами по груди Николь, за что получила звонкий шлепок по заднице. — Ты меня заебала! — рыкнула Николь и направилась из общей комнаты в свою личную. Дверь в комнату открыли с ноги, потому что Эрп снова попыталась вырваться и ее пришлось держать двумя руками. Николь бросила девушку на кровать и мигом оказалась над ней. — Как же ты меня бесишь. — прошептала Вэйверли в губы Николь, смотря прямо в глаза. — Поверь, ты бесишь меня намного больше. — послышался ответ. Николь приблизилась к Эрп, ощущая, как руки той обвили ее спину и прижали ближе. В мгновение их губы сплелись в жарком поцелуе. Затем Николь стала покрывать щеку девушки поцелуями, спускаясь к шее, это все срывалось до укусов, сопровождаемых рычанием, шумным дыханием и глухими стонами обеих. Эти же укусы были и встряской для тела, мыслей, и последней пулей в тело здравого рассудка. Эрп почти беспомощно впилась ногтями в спину Николь, пытаясь зацепиться за что-нибудь, чтобы притянуть ближе, ощутить всё это острее, ярче, больше. Поставив руки на постель, предварительно сняв с девушки свитер, Хот провела дорожку из поцелуев от груди до пупка, ощущая, как бледная кожа Эрп покрывается мурашками при каждом прикосновении. Вэйверли развела ноги в стороны и приподняла, не зная, куда их деть, она изредка касалась ступнями спины девушки. Вот с руками была большая проблема. Не найдя решения лучше, девушка схватила простыню одной, а указательный палец другой положила к себе в рот и прикусила. Тем временем Хот ловко стянула с нее штаны и трусики, с рычанием отбросив ненужные детали одежды в сторону и принялась целовать уже низ живота. Вэйверли застонала и подалась бедрами к Николь, выгибаясь сильнее. Усмехнувшись, Хот провела пальцами по внутренним сторонам бедер, поглаживая. — Сделай уже хоть что-нибудь! — простонала Эрп, максимально ярко показывая, что она уже готова к чему угодно. Николь, услышав долгожданные слова, приподнялась и стала медленно вести языком от середины бедра до горячего лона. Максимально приблизившись, девушка поцеловала девушку там, слизывая смазку, и почувствовала руку на своей голове, которая гладила ее по голове, перебирая рыжие волосы: — Ники, я прошу тебя. — будто в бреду произнес старший научный сотрудник. Раскрыв аккуратно кончиками пальцев половые губы, Хот провела языком очередную дорожку от клитора и до самого входа в лоно, чувствуя, как сильно намокла Эрп. Низ живота сводило в приятной истоме, даже мышцы пресса начали подрагивать. Николь самым кончиком языка очертила клитор, губами осторожно обхватывая на пару секунд, вновь легкий росчерк последовал ниже. Выпускница МГУ дернулась, зашипела тихо как кошка, и, нащупав край кровати, крепко сжала его. Хот чуть крепче обхватила руками бедра. Ласки языком не прекращались ни на миг. Вэйвс же кусала губы, порой вскрикивала тихо, когда кулинар задерживала свое внимание на клиторе. Рука с головы перекочевала на лопатку, ногти крепкой хваткой вцепились в девушку, заставляя ту погрузить внутрь пальцы и ускориться. — Ниииик! — Вэйверли стонала и вскрикивала, подаваясь бедрами ближе, еле сдерживалась, все крепче сжимая обе руки. Хот глубже и резче входила внутрь, не лишая внимания клитор. Она заставляла партнёршу практически кричать. Ткань девушки стала сжимать пальцы Хот, показывая, что Эрп находилась на самом пике. Достигнув оргазма, она откинулась на кровать, а Николь, не найдя в себе сил, положила голову на живот научного сотрудника и удовлетворенно сказала: — Президент самоизоляцию продлил. — Фак....