Печатная машинка

      Сырой, промозглый ветер резко налетел на тёмную фигуру в плаще, открывающую дверь в дом. Мужчина поплотнее закутался в одежду, и наконец, справившись с замком, устало ввалился внутрь, попутно включая свет. Захлопнув дверь, он повесил плащ, снял ботинки и сразу пошагал к самой дальней комнате, которая всегда была закрыта, даже когда в доме был только хозяин, живший один, и гостей принимавший нечасто.       Открыв скрипнувшую дверь, мужчина проник внутрь, тут же захлопывая её и закрывая дерганным движением замок, будто опасаясь, что кто-то может приникнуть следом за ним… Или же наоборот, сбежать из загадочной комнаты. Вздохнув, хозяин вдохнул пыльный и сухой воздух, после чего окинул взглядом небольшую, погруженную во мрак, комнату. Мутное, пыльное окно пропускало слишком мало света, поэтому он поспешил зажечь многочисленные свечи, заменявшие в комнате отсутствующую люстру. Темнота сменилась дергающейся полутьмой, которая норовила создать из пляшущих на стенах теней, загадочные силуэты. Под тусклый свет свечей, мужчина окинул слегка испуганным взглядом помещение вновь и из тьмы выступил большой шкаф с книгами, занимавший практически пол западной стены. Левее шкафа стоял невысокий стол с бюстом самого мужчины, возле которого разместились две толстые, уже наполовину растаявшие свечи. Мужчина поморщился от сладковатого запаха воска и неприятного света, оставляющего на черном дереве узоры от раскаленного воска.       Перед шкафом располагался большой тяжелый стол из точно такой же черной, матовой древесины. Его освещали две оплавившиеся восковые свечи и тусклая, масляная лампа. В дальнем правом углу стола, если смотреть со стороны большого, темно-бордового мягкого стула, стоящего спинкой к книжному шкафу, располагались две потертые от множества рук, книги. Около них, чуть ближе к усевшемуся на стул мужчине, расположился человеческий череп, бездумно смотрящий в пустоту своими черными провалами пустых глазниц. Главным предметом на столе, помимо огромной стопки исписанной бумаги, являлась массивная печатная машинка, неизвестно зачем понадобившаяся прогрессивному человеку двадцать первого века. – Ну вот, я снова перед тобой… – усмехнулся мужчина, который и любил и ненавидел предмет, стоящий перед ним.       Это было его проклятие и его же благословление. Именно благодаря этой печатной машинке его произведения продавались и были настолько великолепны... Нет, конечно, талантом писатель обделен не был, но все же именно за этой машинкой у него выходили самые глубоко затрагивающие человеческую душу книги. Именно благодаря этому набору металлических деталей и штампов, он мог сидеть сутками напролет, забывая о еде и воде, которая, словно, становилась ему не нужна. Каждый раз, закрывая за собой дверь, мужчина боялся… Боялся того, что в этот раз странный феномен не произойдет и он умрет от жажды и голода, сидя за дьявольской машинкой.       Пальцы легонько надавили на клавиши, но те даже не шелохнулись, а мужчина улыбнулся, после чего задумчиво посмотрел в окно, где бушевал ветер, метая охапки промокших листьев, которые бились о, казалось бы, хрупкое стекло. Однако, не смотря на бушевавшую погоду, в комнате царила гробовая тишина, прерываемая лишь мерным тиканьем огромных напольных часов, за которые любые коллекционеры старины отдали бы кучу денег…       Пальцы снова осторожно прикоснулись к круглым клавишам машинки, ощупывая выгравированные на них буквы, неспешно переходя от одной буквы к другой. От начала до конца, от первой до последней буквы... Еще раз вздохнув, мужчина посмотрел на пожелтевшие листы бумаги: они уже пару лет лежали на этом столе, и он ни разу не прикоснулся к ним. Даже непонятно зачем хозяин дома продолжал держать их на столе, ведь любая лишняя вещь только занимала место и захламляла писательское пространство.       Хозяин дома задумался, размышляя над тем, что именно он будет писать. В этой комнате были запрещены любые другие мысли, не связанные с очередным произведением или с самой печатной машинкой. Они были неприемлемы, гротескны, вываливающиеся из общей картины этой, вечно закрытой комнаты. По крайней мере, так казалось самому мужчине… Вскоре пальцы вновь задвигались, с усилием надавливая на клавиши, оставляя на появившемся в машинке листе бумаги оттиски первых букв и символов. Вскоре было закончено первое предложение, и каретка перевела шрифт на следующий абзац.       В издательствах всегда удивлялись, почему он никогда не приносит электронный вариант произведений? Все вечно задавали лишние, ненужные вопросы, которые писатель оставлял без ответа. Ему не было необходимости отвечать, ведь он знал: именно из-за машинки его произведения идеальны. Их примут в любом случае, даже если он придёт без денег или же потребует купить у него листы. Как только редактор начнет читать книгу, он тут же окажется ей очарован, ведь в ней не будет ни одного изъяна, ни одного нелепого персонажа.       Когда подошла к концу первая страница, под намазанные чернилами штампы отправился следующий лист, так же появившийся в катке машинки, как и первый. Вокруг склонившегося над клавишами мужчины стали возникать полупрозрачные образы, сотканные из сизого дыма, выходившего из печатной машинки. Они сплетались между собой и тут же расходились в разные стороны, принимая все более и более четкие контуры. Вот появилась молодая девушка ¬¬– главная героиня новой книги. Волей автора ей суждено было пережить страшные испытания, которые в последствие изменят юную, хрупкую и добрую душу. Следом из клубов дыма сплелась невысокая пожилая женщина, сохранившая привлекательные черты и в старости – мать девушки, а по совместительству - старая ведьма, которая начнет учить свою дочь запретному колдовству, убеждая девушку, что от этого ей будет намного лучше жить. Следом показалась мощная и крепкая фигура, облаченная в рыцарский доспех – главный герой. Это был рыцарь, который должен будет схватить всех ведьм и отправить их на костер святой инквизиции, но впоследствии передавший всех, кроме той самой девушки, от которой он потеряет голову. За спиной рыцаря возник пузатый, лысый мужчина, хитро смотрящий перед собой – святой отец. Он глава местной церкви, который и отдаст указание схватить местных ведьм и еретиков, чтобы самому не попасть под гнев инквизиции, прознавшей про его, отнюдь не святое поведение с молодыми девицами.       Возле хозяина дома материализуется молодой парень, одетый в длинный плащ, и держащий в руках лук. Это охотник, который окажется втянут во всю эту историю и падет жертвой жестоких ведьмовских чар, заставящих его пожертвовать собой ради спасения девушки и её матери. На плечо парня кладет руку гороподобный мужчина – отец юного охотника, сам исходивший все местные леса вдоль и поперек. Он отправится мстить церкви за смерть единственного сына и закончит свою жизнь на костре, как помощник слуг дьявола.       По мере того, как толстела стопка листов, заполненных ровными строками букв, дымчатые образы начинали двигаться, проживая жизнь, отпечатанную, уже засохшими чернилами на бумаге.       Девушка-героиня беззаботно водит хороводы с подругами, после чего они сидят и обсуждают свои девичьи секреты. Следом идет сцена как старая ведьма склоняет на свою сторону дочь и начинает обучать её ведьмовскому искусству. Вот сцена где рыцарь стоит на одном колене перед святым отцом, читающим над ним молитвы, и благословляющим его и еще семь рыцарей ордена на борьбу со слугами дьявола. Дым подергивается и следом за этим, рыцари уже идут к деревне, обсуждая между собой Бога и Дьявола. Не присоединяясь к их беседе, молодой герой молча едет впереди, замечая кружащихся в хороводе девушек…       Картина сменяется, и рыцарь уже сражается со своими товарищами, защищая молодую ведьму, которая без всяких чар пленила его сердце. Они уходят, встречая по дороге охотника и прося его о помощи. За ними гонятся инквизиторы, и девушка решается на отчаянный и смертельный для охотника шаг. Она пленяет магией разум охотника, и тот преграждает путь служителям бога, убивая нескольких из них, после чего его четвертуют перед всей деревней. Дальше, обезумевший от горя отец молодого охотника, убивает инквизиторов и уходит из деревни, намереваясь мстить церкви. Но вскоре его пленяют её же рыцари, и он сгорает в костре инквизиции, прямо на центральной площади города.       Вскоре дым возвращается к главной героине. Сейчас она переживает смерть матери и даже утешения любимого не помогают ей. Груз вины и отчаяния ложится на хрупкие девичьи плечи, полностью ломая характер девушки, и вскоре, рыцарь находит её повесившейся в лесной хижине, где они поселились. Парень переживает её смерть, но такой удар ломает и его, оставляя вместо, когда-то храброго и удалого святого рыцаря, сломленного человека, который решается на отчаянный шаг. Придя в церковь, он убивает во время утренней молитвы святого отца, после чего тоже отправляется на костер…       Закончив книгу, мужчина встает и забирает стопку листов, отмахиваясь от сотканных из дыма фигур, приблизившихся к нему с разных сторон, и хватающих его невесомыми прикосновениями, заставляя их распасться. В его волосах появляется еще пара седых локонов, что, впрочем, его не особо интересует. Он знает, какую цену платит за то, что машинка создает шедевры из его любопытных идей…       Хозяин дома хватает плащ и выходит на улицу, направляясь в ближайшее кафе. Из его головы не выходят образы туманных фигур, вырывающих из него очередной кусок времени, отведенный ему до смерти.       Вздохнув, он направляется в редакцию и, отдав очередную стопку листов, которая вскоре пронесется по всему миру в виде новейшего бестселлера, писатель возвращается к себе, по дороге останавливаясь у детского дома…       Подумав, мужчина заходит внутрь, где его приветствует молодая женщина: –Здравствуйте, думаю, такой известный человек как вы пришли только по одной причине: хотите пожертвовать средства? –Нет. Я пришел забрать отсюда ребенка, приняв его как своего. ¬– он смущенно улыбается. – Если простите мне небольшое, эгоистичное желание, то я бы хотел, чтобы он, или она были творческими личностями и возможно, пробовали писать… –Конечно, но из таких детей у нас только одна девочка. Ей пятнадцать и она пишет небольшие сказки для малышей приюта. –Я бы хотел поговорить с ней.       Вскоре женщина приходит с невысокой девочкой-блондинкой, которая удивленно, и восхищенно смотрит на известного писателя, чьи книги она зачитывает до дыр. Вся бумажная волокита оканчивается в один момент, и мужчина отправляется с приемной дочерью в её новый дом. Когда они заходят, хозяин дома ведет её к дальней комнате. –После моей смерти, прошу, продолжи мое дело, а пока, я познакомлю тебя с моим проклятием и моим благословлением…       Он заходит в комнату, заводя девочку за собой, а та с любопытством оглядывается по сторонам. Внезапно, отовсюду начинают показываться сплетенные из дыма фигуры. Они окружают мужчину с девочкой и смотрят на последнюю, но не решаются прикоснуться: она не связана с машинкой. –Это и есть мои книги, дочь… Они поистине прокляты… И великолепны!