Proof That Tony Stark Has a Heart

Гарри погладил волосы Люка, закрывая книгу, откладывая ее в сторону и подтягивая пуховое одеяло к своему спящему сыну. Оглядываясь через плечо, он улыбнулся Ремусу, прислонившемуся к косяку.  — Теперь мы можем поговорить? — предположил оборотень, Гарри приподнял бровь: он был дома только час и ничего еще не упомянул. — С чего ты взял, что нам нужно поговорить? — невинно спросил он, выходя из комнаты. Ремус фыркнул, закатывая глаза и закрывая дверь спальни Люка. — О, пожалуйста. Я знаю тебя, Гарри, и я знаю это выражение лица. У тебя есть новости, теперь говори, — призвал он. Гарри вздохнул, нервно теребя подол рубашки. — Люк и я переезжаем к Тони чуть раньше, чем планировалось, — признался он. — У нас была просто замечательная неделя, и Люку понравилось Малибу, а я очень скучаю по Тони, когда мы здесь. Мы собираемся записать Люка в маггловскую школу в августе, поэтому хотим, чтобы он успел адаптироваться, прежде чем мы это сделаем, — между тремя они выбрали одну, и Пеппер получила документы для заполнения. Это была частная школа, в которой было много детей из состоятельных и важных семей, и Тони с Гарри надеялись, что безопасность будет на высоте: Люк был в опасности в обоих мирах, учитывая, кем были его родители. — Я так и думал, — ответил Ремус, заставляя Гарри моргнуть. — Что? — спросил он в замешательстве. Ремус фыркнул, нежно улыбаясь своему крестнику. — Гарри, я не хотел говорить тебе, но я ждал, что ты скажешь это в течение нескольких недель. Ты не скрываешь то, как ты смотришь на Тони, когда он рядом, или то выражение чокнутого влюбленного, которое ты делаешь каждый раз, когда он уходит. Я никогда не ожидал, что вы затянете переезд так надолго, как планировали, — сказал он удивленно, когда Гарри покраснел. — Тогда ты не злишься? — неуверенно спросил он. — Вы все еще будете регулярно возвращаться, не так ли? — спросил оборотень, и Гарри кивнул. — И я смогу аппарировать и увидеть тебя, когда мне будет угодно? — Гарри снова кивнул. — Тогда у меня нет причин злиться. Я рад за тебя, Гарри. Ты наконец-то получишь то, что хотел в течение почти шести лет, — Поттер ухмыльнулся, крепко обхватив руками тонкие плечи Ремуса. — Люблю тебя, Луни, — пробормотал он в кардиган мужчины, заставив его посмеяться. — Я тоже люблю тебя, ребенок. И я знаю, что ты будешь счастлив в Америке с Тони. Черт, ты будешь счастлив в пещере с Тони, — добавил он сухо. Гарри не мог отрицать, что это правда. — Но ты же знаешь, что должен сообщить новости остальной семье, верно? — Гарри замер, затем громко застонал, уткнувшись лицом в шею крестного. — Убей меня прямо сейчас, — Ремус, бесчуственный ублюдок, только рассмеялся. .-.-. Гарри пригласил всех на ужин два дня спустя, не сказав ничего, кроме загадочного «у меня есть объявление» в качестве объяснения. Тем не менее, в четверг вечером у него на кухне была вся семья Уизли, а также еще несколько человек, которые могли бы присутствовать. Люку нравилось, когда вокруг целая семья, и Гарри чувствовал острую боль от мысли, что он будет находиться в нескольких тысячах миль от них всех. Но, честно говоря, он мог аппарировать через любое расстояние без особых проблем, и у Тони всегда был самолет. — Что за большое собрание, приятель? — тихо спросил Чарли, прислонившись к стойке, пока Гарри размешивал соус для пасты. — Подожди, ты узнаешь со всеми, — ответил он, и Чарли ухмыльнулся. — Не будет ли оно иметь какое-либо отношение к твоему Тони? — щеки Гарри покраснели, и Чарли издал тихий возглас триумфа. — Вот и оно. Ты снова беременный? — Гарри задохнулся, растеряшись, широко раскрыв глаза. — Нет-нет, не беременный. Может быть, через пару лет, но… пока нет, — он и Тони не обсуждали возможность появления большего количества детей с того дня, когда Тони увидел фотоальбом. Гарри был слишком нерешителен, чтобы поднять этот вопрос снова, на случай, если тот передумал. Прежде чем Чарли смог допросить его, на кухню прибежали трое детей, и Люк был во главе стаи.  — Папа! Папа! Вики взяла мою игру, которую дал мне па, и она не хочет вернуть ее! — настаивал он, щеки покраснели от разочарования, смотря почти со слезами. За его спиной стояла Вики с консолью Stark в руке и с раздраженным выражением лица. — Я просто хотела посмотреть! — сказала она Гарри, широкие голубые глаза умоляли его поверить ей. — Он был злым и не делился этим! — Я сказал, что она может посмотреть, когда я закончу свой уровень! — Люк вмешался. — Это была вина Вики, дядя Гарри, она просто не так поняла, — сообщил ему Алекс, его лицо было поразительно похоже на лицо его отца, когда он пытался внести свою лепту. — Вик, — начал Гарри, его тон сразу заставил девочку смутиться. — Ты же знаешь, что не стоит ничего ломать. Я уверен, что Люк был бы рад поделиться, но ты должна была быть терпеливее и подождать, пока он закончит свой уровень, верно? — Он слишком долго это делал, — упрямо пробормотала она, скрестив руки на груди. — Это не имеет значения, дорогая, это была его очередь. Почему бы тебе не отдать ее обратно, чтобы он смог закончить свой уровень, и тогда ты можешь попробовать ее, — спокойно предложил Гарри, задаваясь вопросом, внедрил ли Тони дизайн для SI или он планировал, чтобы Люк имел единственный экземпляр. Это стало бы хитом, если бы было продано на общем рынке, хотя он должен был признать, что это, вероятно, предназначалось для детей старше Люка. — Не хочу больше играть, — пробормотал Люк, качая головой. Девочка торжествующе ухмыльнулась, и Гарри нахмурился. — Вики, извинись перед Люком за то, что вырвала его игрушку, — строго призвал он. — И может, ты сможешь сыграть в нее после обеда, если он захочет поделиться с тобой, — она нахмурилась, топнула ногой, но явно знала, что лучше не спорить с ним. — Извини, Лукас, — выдавила она, толкая консоль обратно в его сторону. Люк взял консоль, не глядя на свою псевдо-двоюродную сестру, и Виктория ушла, бормоча о поиске Розы, с которой можно поиграть. Для ребенка почти шести лет она была невероятно порывистой, и не всегда в хорошем смысле. Она определенно взяла от своей матери больше, чем от отца. — Ужин почти готов? — спросил Алекс Гарри, который улыбнулся трехлетке. — Да, верно. Не думали ли вы, ребята, что могли бы оказать мне услугу и помочь накрыть стол? — Гарри посмотрел на Чарли, который не нуждался в подсказках, поднимая Алекса на спину с улыбкой. Люк покачал головой и обнял Гарри за ногу. — Хочу остаться с тобой, — настаивал он. Гарри положил руку на волосы Люка, улыбаясь ему. — Конечно, щеночек, — Алекс и Чарли ушли, а Гарри присел, чтобы быть на уровне глаз своего сына. — Все хорошо? — Люк прикусил губу, пожав плечами. — Слышал, как тетя Джинни говорила о па злые слова, — тихо признался он. Кровь Гарри заледенела от злости, но он старался не показывать этого на своем лице, чтобы не пугать сына. — Что она говорила, любовь моя? — То, что он не любит тебя. Что ему будет скучно с нами, — сказал ему Люк голосом чуть громче шепота. Гарри вздохнул, притягивая его ближе. — О, щеночек, — пробормотал он, целуя голову сына. — Не слушай тетю Джинни, хорошо? Ей не нравится Тони, я не знаю почему, но она не права. Он любит меня, и он любит тебя очень, очень сильно. Он никогда не будет скучать с нами, ясно? — ему определенно придется поговорить с Джинни о ее языке. Ей вообще не следовало говорить такие вещи, не говоря уже о том, что Люк мог услышать. — А теперь давай, почему бы тебе не помочь мне накрыть на стол? — Люк улыбнулся, кратко обняв его, и позволил Гарри поднять его на стул, чтобы он мог передать ему столовые приборы из кучи на столе. Люди начали втекать в комнату, и Гарри принялся за блюдца, следя за тем, чтобы было достаточно тарелок для всех. Он сел между Ремусом и Люком, а Гермиону посадил на другой стороне от Люка, желая иметь как можно больше союзников. Обед был, как обычно, беспокойным делом — с восемью детьми, плюс взрослыми, было около двадцати различных разговоров одновременно, и тарелки с едой плавали повсюду. Но только когда десерт был подан, Молли наконец сломалась. — Зачем ты привел нас всех сюда, Гарри, дорогой? — спросила она с любопытством. — Не то чтобы мне не нравилось, когда мы все вместе, но… ты сказал, что хочешь сделать объявление? — Гарри кивнул, пытаясь успокоить нервы. Он улыбнулся, когда почувствовал руку Ремуса на колене под столом, сосредоточившись на молчаливой опоре. — Да. Хорошо. Как вы все знаете, я вместе с Тони уже пару месяцев, — начал он, игнорируя темное выражение лица Джинни и обеспокоенное лицо Молли. — И, ну, в последнее время мы много разговаривали. Короче говоря… Люк и я переезжаем в Малибу. На следующей неделе, на самом деле, — и начался хаос. Молли сразу вскочила со стула с испуганным выражением лица. — Гарри, это слишком рано, ты так не думаешь? Вряд ли прошло даже три месяца, — воскликнула она. — Подумай о Люке: действительно ли ему лучше переехать к человеку, которого он на самом деле не знает? — Хочу переехать к па, — сказал Люк с решительным выражением лица. Лицо Молли слегка смягчилось, когда она повернулась к пятилетке. — Конечно, любимый, он новый, захватывающий и другой. Но подумай о том, как далеко ты будешь от своей семьи! Ты не сможешь прийти и поиграть с Алексом и Вики или получить объятья дяди Ремуса, когда расстроен! — Папа говорит, что мы можем возвращаться и часто навещать вас. И, насчет Вики, я не хочу играть с ней, — добавил он само собой. Гарри подавил фырканье, в то время как девочка громко вздохнула в обиде. — Честно говоря, ты не можешь сказать, что удивлена, мам, — ровно заметил Чарли. — Это происходит с того дня, как они встретились снова. Я только удивлен, что им понадобилось так много времени, чтобы разобраться, — он послал Гарри улыбку, и черноволосый мужчина улыбнулся в ответ, довольный, что Чарли был на его стороне. — Да, поздравляю Гарри. Мы рады за тебя, приятель, — добавил Рон, Гермиона кивнула в знак согласия со своей стороны. — Для нас это тоже не легко, Молли, — настаивал Гарри. — Мы делаем то, что лучше для Лукаса — ему нужны оба его родителя, и несправедливо держать его в постоянных переездах между домами. Тони не может переехать в Англию, вся его работа в Штатах. Я могу выполнять свою работу из любой точки мира, если захочу. — Но тебе всего двадцать два, Гарри, — возразила Молли. — Ты не можешь знать, что это будет лучшим для вашего будущего! — Молли, дорогая, тебе было восемнадцать лет, когда ты вышла за меня замуж, — кротко вмешался Артур. — Мне будет двадцать три через два месяца, Молли, и я уверяю тебя, я знаю, чего хочу, и это Тони. Я влюблен в него почти шесть лет, и он чувствует то же самое. Он не такой, каким кажется, и вы можете подумать, что у него плохая репутация, но просто верьте мне, когда я говорю, что он изменился, и Тони любит Люка и меня, — Гарри серьезно посмотрел на матриарха Уизли, умоляя ее поверить ему. Вздохнув, она прикусила губу. — Я просто беспокоюсь о тебе, дорогой Гарри. — Да, но можно меньше волноваться, когда я в Малибу. Тони позаботится обо мне и Люке, Молли. Он хороший человек, — заверил ее Гарри. — Гарри теперь взрослый человек, Молли, — тихо сказал Ремус. — Ты не можешь помешать ему принимать свои собственные решения. И я могу заверить тебя, Тони прекрасен с Люком, и он без ума от Гарри. Тебе не о чем беспокоиться. — Я не могу сказать, что рада этому, — сказала она в конце концов, садясь обратно. — Но если это то, что ты хочешь, тогда… я желаю тебе всего наилучшего, — Поттер улыбнулся ей, сжимая руку Ремуса с благодарностью. — Спасибо, Молли, — он оглянулся вокруг, увидев, что почти все остальные выглядели довольными за него. Джинни была, конечно, исключением: она все еще выглядела довольно потрясенной. — Конечно, вы все можете посетить нас в любое время. Особенно ты, Гермиона. Тони хочет поговорить с тобой о проекте, узнать, где ты остановилась, — Гермиона просияла, кивая. — Я с нетерпением жду этого, — ответила она, заставляя его улыбнуться. — Поздравляю, Гарри, — серьезно сказал ему Невилл, улыбаясь. — Я уверен, что вам с Люком понравится в Малибу. — Тебе придется проверить все на наличие гулподсов*, — серьезно добавила Луна, улыбаясь. — Сейчас они редки, но говорят, им нравятся солнечные пляжи. (*я не буду даже пытаться понять) — Хорошо, дорогая, — пообещал Гарри, задаваясь вопросом, что за черт этот гулподс. Он знал, что лучше согласиться, чем спрашивать. Медленно удивление исчезло, и группа людей начала возвращаться к своему десерту, а разговор возобновился. Когда детям стало скучно сидеть на месте, в кухне начали убираться, и Гарри стал собирать посуду и ставить ее в посудомоечную машину. Он почти подпрыгнул, когда Джинни заговорила, ведь считал, что он остался один. — Итак, ты и Тони теперь. Я думаю, это надолго, — она казалась почти побежденной, несколько несчастной, и Гарри подумал, верны ли подозрения Ремуса. — Да, мы вместе, — ответил он, не в силах подавить улыбку, возникшую при мысли о долгом пути с Тони. Воспитывать Люка вместе, возможно, иметь еще одного ребенка. Все еще вместе десять, двадцать и даже пятьдесят лет спустя. — Почему у тебя такая проблема с ним? — она открыла рот, готовая отрицать это, а затем закрыла его, нахмурившись. — Я просто… я не понимаю этого. Никогда не понимала. Он соблазнил мальчика, достигшего половины от его собственного возраста, влюбил тебя, а затем игнорировал в течение пяти лет. Если бы он действительно любил тебя, он бы связался с тобой в какой-то момент. Но я все равно никогда не понимала, что ты видел в нем. Гермиона показала мне все эти новостные статьи о нем: он плейбой, он груб, он пьет, он играет. Что, черт возьми, ты находишь в нем привлекательным? — Гарри вздохнул, проводя рукой по волосам. — Публичная личность Тони и его настоящая личность — это две разные вещи, — объяснил он. — Он, возможно, спал со многими людьми в прошлом, но он полностью верен мне, уверяю. Тони груб, но чтобы шокировать людей, заставляя оставить его в покое, и он не играл в азартные игры и не пил в течение нескольких месяцев. А то, что я нахожу в нем привлекательным, ну, он веселый, он до смешного интеллигентный, иногда он ужасно упрямый, и он, честно говоря, не сможет обойтись без Пеппер, но он действительно мил и даже не осознает этого, и он почти забавен… просто мелочи. Даже то, что большинство людей находят раздражающим, мне нравится. Я люблю его, Джинни. Тебе не нужно понимать, что я вижу в нем, только признавать, что я делаю. Это не твои отношения, — она отшатнулась, словно получив пощечину, и Гарри почувствовал короткую вспышку вины. — Он не заслуживает тебя, — сказала она ему откровенно, и он усмехнулся. — Возможно, нет, — согласился он. — Но большую часть времени я убежден, что тоже не заслуживаю его, поэтому я полагаю, что мы подходим друг другу, — не дожидаясь ответа, он покинул кухню и направился в гостиную, где собралась остальная часть семьи. Он сразу же оказался рядом с маленькой девочкой, приклеившейся к его ноге, и с легкостью поднял ее. — Не хочу, чтобы ты уходил, дядя Гарри, — пробормотала Роза, выпячивая дрожащую нижнюю губу. — Буду скучать по тебе, — он погладил ее спину, целуя в волосы. — Я не ухожу навсегда, крошка, — мягко сказал он. — Я буду приходить к вам в гости все время, и ты можешь аппарировать со своими мамой и папой и увидеть меня. И я буду на телефоне, — она не выглядела убежденной, но точно слегка ободрилась, и Гарри держал ее в своих руках, пока садился. Алекс потянул его за руку, выглядя обеспокоенным, ну, насколько мог так выглядеть ребенок Перси Уизли. — Мы еще увидим Люка? — с надеждой спросил он, и Гарри похлопал его по голове с улыбкой. — Конечно, Алекс. Как я и сказал Рози, мы будем возвращаться к вам постоянно. Дважды в месяц, если не больше, — пообещал он. Несколько человек в пределах слышимости, казалось, посветлели от новостей, особенно дети, и Гарри передал Роуз Гермионе, когда девочка начала дремать на его плече. — Мы будем скучать по тебе, понимаешь, приятель, — просто сказал ему Рон. Гарри мягко ударил его по плечу, посылая улыбку. — Нет, ты даже не заметишь, что я ушел. .-.-. Как и было обещано, Тони появился на аэродроме в пятницу утром, готовый помочь Гарри и Люку собрать вещи. Гарри приветствовал его долгим поцелуем, практически подпрыгивая от волнения.  — В основном мы уже собраны, — заверил он, отпирая дверь в дом после короткой поездки. — Все игрушки Люка и все остальное, большая часть нашей одежды и куча другой случайной чепухи. Много вещей, которые я оставляю здесь — мои вещи из Хогвартса, детские вещи Люка, некоторые книги и вещи — но есть еще много, с чем ты можешь помочь. — Тогда нам лучше начать. Где ребенок? — спросил Тони, отпустив Гарри и поднявшись по лестнице. — В своей комнате: пытается решить, что взять с собой и что оставить. Ему не нужны все вещи, которые у него есть — с половиной игрушек в своей комнате он не играл с тех пор, как ему исполнилось три года, — объяснил Гарри. — Постучав в дверь комнаты Люка, он привлек внимание внутри. Лицо Люка широко расплылось в улыбке, и он бросился на Тони. — Привет, па, — поприветствовал он, взбираясь на руки к Тони. — Что случилось, маленький человек? — ответил Тони, целуя лоб Люка. — Как дела с упаковкой? — Хорошо. Дядя Муни помогает мне, — добавил он, протянув руку к оборотню, который стоял над коробкой с игрушками. — Привет, Ремус, — Тони кивнул в сторону улыбнувшегося мужчины. — Утро, Тони. Хорошо прошел полет? — Да, неплохо. Чем я могу помочь? — спросил Тони, глядя на почти голую комнату с небольшой хмуростью во взгляде. — Не здесь, но ты можешь прийти помочь мне. У меня все еще осталась половина гардероба, чтобы взять с собой, — сказал ему Гарри, обхватив рукой Тони за локоть. — Клянусь, это хорошо, что мы не продаем Гриммо, иначе мне пришлось бы также упаковать мебель. Кстати, ты не можешь сказать, что бы нам понадобилось у тебя? — Тони нахмурился, мысленно вспоминая все, что он помнил о Гриммо, и все, что было у него на месте. — Не то, чтобы я мог придумать. Кроме стула в спальне Люка — у тебя был этот стул с тех пор, как он был ребенком, не хочешь взять его с собой? — Гарри улыбнулся, кивая на слова Тони. — Я надеялся, что ты скажешь это, — Тони схватил Гарри за руку, притянув того к себе лицом. — Гарри, это будет и твой дом. Если ты захочешь привезти каждый предмет мебели из этого дома, я выделю для нее место. Я переделываю свой дом примерно три раза в год, не думаю, что мы не сможем приспособиться так, чтобы сделать его нашим, а не моим, — настаивал он. Гарри мягко улыбнулся, целуя его. — Я знаю. Но я действительно не вижу смысла приносить большую часть своих вещей, когда у тебя уже все есть. Я мог бы также оставить это Ремусу. Я действительно привязан только к этому стулу, — заверил он. Тони не выглядел убежденным, но отпустил его, разглядывая пустые коробки, готовые быть заполненными одеждой Гарри. В чемодане, лежащем на кровати, уже было несколько полных коробок. Гарри полез в свой гардероб, вытаскивая стопку футболок. — Надеюсь, ты хорош в упаковывании, — сказал он с ухмылкой, глядя на стонущего Тони. Они закончили с одеждой и Тони остановился, наблюдая, как он вытаскивает коробку из нижней части шкафа. — Моя одежда для беременных, — тихо сказал Гарри, открывая коробку, чтобы вытащить пару джинсов с очень большой эластичной талией. Тони широко раскрыл глаза, и Гарри взглянул на него. — Должен ли я брать это, или…? — двойной смысл вопроса был очевиден, и сердце Гарри, казалось, остановилось за то время, которое понадобилось Тони, чтобы ответить. — Бери ее, — объявил он, забирая коробку у Гарри и кладя ее вместе с другими ящиками «для перевоза». — Они могут пригодиться в будущем, — его тон был небрежным, как будто он просто забирал набор нормальной одежды, но последствия были огромными. Гарри сиял, глаза блестели: конечно, они говорили об этом раньше, но он не думал, что Тони был абсолютно серьезен. — Я люблю тебя, — выдохнул он, обхватив Тони за шею, чтобы поцеловать. — И я не говорю, что скоро. Но, может быть, однажды, когда мы все уладим. — Однажды, — согласился Тони, выглядя несколько обеспокоенным. — Я не был рядом с тобой во время твоей беременности Люком, но… я же говорил, ты выглядишь горячо на фотографиях, где ты беременный. Я хочу испытать это лично когда-нибудь, — Гарри засмеялся, удивляясь, как Тони может сделать что-то невероятное, как «я хочу, чтобы в будущем у тебя был еще один ребенок», звуча так извращенно и развратно. — Верно. Собирай вещи, — пробормотал он, неохотно отстраняясь. Тем не менее, он не мог подавить маленький пузырь радости, который поселился в его сердце. .-. Как только одежда Гарри была упакована, они перешли на такие вещи, как фотографии, украшения и книги, охотясь по всему дому за вещами, которые могли забыть. Больше всего было обнаружено игрушек Люка, разбросанных в разных местах дома, и Гарри настаивал на том, что, если он не заметил их пропажи, то не будет скучать по ним, когда они останутся позади. В конце концов, мальчику удалось решить, что он возьмет с собой и что оставит, и Тони отвел его вниз, чтобы перекусить, в то время как Гарри сжал остальные коробки, поместив их в чемоданы, чтобы забраться в самолет Тони с ними. Гарри присоединился к ним, когда Люк заканчивал есть свое яблоко, удовлетворенно улыбаясь и замечая Поттера краем глаза. — Мы все упаковали, — объявил он, протягивая руку за бананом из вазы с фруктами. — Полностью? Мы готовы? — Тони перепроверил, и Гарри кивнул. — Два чемодана у подножия лестницы. Мы можем уйти, как только вы будете готовы, — он улыбнулся своему партнеру, растянувшему губы в ответ, оба они были так же взволнованы, как и их пятилетний сын. — Надеюсь, не так скоро, — с удивлением ответил Ремус. — Вы еще не попрощались, — Гарри вздохнул, двигаясь через кухню, чтобы обнять Ремуса так сильно, что его ноги оторвались от земли. — Я никогда не попрощаюсь с тобой, — настаивал он, целуя Ремуса в щеку. — Не на совсем. Ты не избавишься от меня так легко — я буду видеть тебя каждый месяц, и буду звонить все время. Как, впрочем, и всегда, — оборотень засмеялся, также крепко обнимая его за спину. — Я знаю, детка, но я все еще буду скучать по тебе и Люку. Я привык к тому, что вы оба тут годами, — Гарри ухмыльнулся, отпуская блондина. — Да, хорошо, если у тебя появится подруга или парень, то ты легко привыкнешь к тому, что кто-то еще будет рядом в течение нескольких лет, — Ремус игриво зарычал, тряхнул головой Гарри, взъерошив его волосы. — Малыш, — пробормотал он, игнорируя смех Гарри. — Люк, детка, иди сюда и обними меня, я не увижу тебя некоторое время, — Люк без колебаний прыгнул в объятия Ремуса, крепко обнимая мужчину. Ремус вдохнул его аромат, целуя в грязные черные волосы. — Будь добр к своему отцу и папе, да? И развлекайся. Помни, ты можешь позвонить, если понадоблюсь, и я заберу тебя, несмотря ни на что, — Гарри прикусил губу, когда увидел, как по щекам Люка потекли слезы, и был очень рад, что он назначил встречу, чтобы попрощаться со всеми остальными тремя днями ранее. После этого они были не в порядке, но попрощаться с Ремусом было в десять раз хуже. — Ты можешь вывезти его, чтобы жить с нами, если скучаешь по нему слишком сильно, — пробормотал Тони, скользя рукой по талии Гарри, когда его губы прижались к уху британца. Гарри засмеялся, прислонившись к своему любовнику. — Со мной все будет хорошо, — пообещал он. — Он просто… прошел со мной через все. Будет странно, если его не будет рядом, — Тони крепко обнял его, и в итоге Ремус повернулся к ним. — Ты присмотришь за моими мальчиками, Тони Старк, — твердо сказал он, и Тони кивнул. — Да, сэр. И, пожалуйста, переезжай к нам, я имею в виду, в любое время. Малибу или Нью-Йорк, там найдется место для тебя, когда бы ты этого не захотел, — Ремус улыбнулся словам Тони, удивив американца, передав Люка Гарри и крепко обняв его. — Спасибо, Тони. Я уверен, что скоро увижу вас. Удачного полета, — сказал Ремус, похлопывая его по плечу. Затем он посмотрел на Гарри в последний раз, и Тони осторожно освободил Люка из рук своего партнера. — Я люблю тебя, Луни. Скоро увидимся, да? — пробормотал Гарри, проиграв битву со слезами. — Я тоже люблю тебя, детка. Береги себя и наслаждайся. Ты ждал этого момента почти шесть лет, — с улыбкой заметил Ремус. Гарри хмыкнул, вытирая щеки. — Да, ты прав, — он глубоко вздохнул, изобразив улыбку на лице. — Я позвоню тебе, когда мы доберемся до Малибу. — Как тебе будет удобнее. Идите, давайте. Вы же не хотите расстроить пилота Тони, — Старк фыркнул: его пилот всегда капризничал. — Давай, детка, — пробормотал он, поглаживая мокрую щеку Люка. — Пойдем, загрузим все в машину, — Гарри схватил один из чемоданов, а Ремус взял другой, и Тони отнес Люка к машине. Мотоцикл Гарри уже был с любовью сжат и хранился в коробке — он никак не мог оставить его позади. С лёгкостью поместив два футляра в багажник, Люк пристегнулся к своему сидению, и Гарри в последний раз обнял Ремуса. — До скорой встречи, ребенок, — сказал Ремус с улыбкой, целуя Гарри в лоб. — И держись подальше от неприятностей, — Гарри засмеялся, подняв бровь на мужчину. — Ты забыл, с кем разговариваешь, Луни, но я попробую. Береги себя, да? Не закрывайся, — Ремус криво улыбнулся. — Я не думаю, что Молли позволила бы мне. Но я обещаю, что постараюсь выйти и… встретиться с людьми, — Гарри торжествующе ухмыльнулся, садясь на переднее пассажирское сиденье машины. Ремус махнул Люку на заднем сидении, когда они вышли, и Гарри слабо улыбнулся, когда Тони протянул руку, чтобы сжать его колено. К тому времени, когда они действительно достигли аэродрома, слезы Люка высохли и сменились волнением: он никогда не был в самолете раньше. Доверив свои вещи бортпроводникам, Гарри и Тони последовали за Люком, когда он практически побежал вверх по лестнице, задыхаясь от страха перед самолетом. Гарри ухмыльнулся, с любовью вспоминая частный самолет. Хотя, как и все, что было у Тони, он был реконструирован с тех пор, как волшебник видел его в последний раз. Люк подпрыгнул на диване, широко улыбаясь. — Это так круто! — твердо заявил. Тони ухмыльнулся, всегда довольный, когда одна из его игрушек прошла проверку Люка. — Пожалуйста, пристегнитесь и готовьтесь к взлету, сэр, — вежливо попросила стюардесса. Гарри привел Люка к одному из кресел, пристегнув его, прежде чем занять свое место рядом с Тони. Когда они взлетели, мальчик выглянул в окно и подпрыгнул на сиденье, прижавшись лицом к нему. Гарри наклонился к плечу Тони, улыбаясь, когда рука мужчины обняла его. — Ты в порядке? — тихо спросил Тони, и Гарри промычал в согласии. Тони погладил его по волосам, целуя висок. — Хочешь сыграть в Марио Карт? — Гарри фыркнул, подняв бровь. — У тебя есть Марио Карт здесь? — он остановился, моргая. — Конечно, есть, о чем я говорю, ты же Тони Старк, — тот ухмыльнулся ему, расстегнул ремень безопасности и побрел к телевизору. Увидев, как Тони встает, Люк мгновенно расстегнул свой ремень и нырнул обратно на диван. — Хочешь сыграть Марио Карт, маленький человек? — Люк радостно кивнул, садясь рядом с Тони, когда он начинал игру. — Давай, великолепный. Я позволю тебе быть в нашей команде, — Гарри не мог не улыбнуться словам Тони, отстегнув себя и присоединившись к паре на диване. Тони сунул контроллер в руку и наклонился, чтобы поцеловать его в челюсть. — Вот и мы. Теперь давай пойдем надрать задницу Йоши.