Амарант

Для меня было неожиданно очутиться в больнице. Как я поняла, что в больнице? Запах, несравнимый ни с чем. Лекарства, хлорка… Ненавижу больницы. Палата была на удивление одиночной, чистой и словно недавно… отремонтированной? Обновленной? Не знаю. Сажусь и оглядываю руки, тело… Н Е М О Е Эмоции словно приглушены. Я понимаю, что должна паниковать, но этого не происходит. Откидываю одеяло. Нервный смешок вырвался сам по себе. Резко затихнув, хватаюсь за голову. Сильнейшая боль разноситься по всему телу. Меня потряхивает. Я – парень. Сколько лет – не известно. Как зовут – не знаю. Свое имя… помню, но не могу произнести вслух. Образы, навыки… и силуэты вместо людей, провалы вместо лиц. Сколько я раскачиваюсь из стороны в сторону – не знаю. В себя прихожу, когда рядом садится врач. Он что-то быстро говорит, вроде бы на английском, что-то я понимаю, что-то нет. Мои навыки далеки от идеала. Подруга пыталась натаскать, да не… Не помню. Провал. Доктор говорит взволнованно, а я только наклоняю голову вправо… И он спрашивает: -Ты меня понимаешь?- Его вопрос был еле понятен. Разбираю около минуты. Врач терпеливо ждет. Пожимаю плечами. -…- Он вздохнул. … Спустя месяц меня выписали с больницы. Сейчас – 16 декабря. Я узнала, что мое имя – Дадли Дурсль. Мать тела – Петуния, а отец – Вернон. Есть еще кузен – Гарри Поттер, который живет с нами только летом, а остальной год учиться в школе интернате – Хогвартс. Я выпала, правда. Мой шок, что я попала в книгу… был долгим. За неделю были пережиты многие истерики и два припадка, и за четыре недели – были восстановлены хоть и не полностью, но все же, двигательные функции. Я вообще удивлена, почему смогла сесть в первое пробуждение. Не знаю, почему подросток впал в кому, мне, увы, не говорят. А еще было сложно, но большую часть слов я начала понимать. Да и тело… иногда меня подводит. Я все еще не могу привыкнуть к не своему росту, весу, зрению… цвету волос. Только от меня прошлой остались глаза. Серые, с зелеными пятнышками да темным ободком. Волосы светло-русые, прикрывают уши и слегка вьются. Кожа бледная. Рост выше, чем был у меня, как и вес. А еще непривычно… быть парнем подростком пятнадцати лет. … Уже две недели я живу в доме Дурслей. Усиленно учусь, запоминаю новые слова, правила, стараюсь по мере сил и еле уговорил отдать меня на… плавание. Меня напрягает опека, чрезмерная любовь к себе. Я кое-как, с горем пополам, вырываю возможность покупать себе продукты отдельно и готовить самостоятельно. Не употребляю жаренное. Ем только вареное, тушеное или блюда, приготовленные в духовке. Бегаю по вечерам, если не холодно, делаю зарядку. Пытаюсь почувствовать себя… Ж И В Ы М Как в той, уже далекой жизни, когда… Когда я была счастлива. Сейчас я чувствую лишь пустоту. Словно не хватает чего-то важного. Или кого-то. Мне… О Д И Н О К О … Еще месяц пролетает незаметно. Рождество я встречаю в своей комнате, на полу, свернувшись в позе эмбриона. Меня бьет озноб, тело немеет, а перед глазами бегают мушки. А я в тот момент думал о том, что сейчас помру, все же быть парнем – тот же ацтой, что и девушкой. А еще бесилась что английский, как мне когда-то говорила подруга, и впрямь учится лучше в среде с носителями. И то, что бесит чрезмерная опека. … Через некоторое время после Рождества я думаю, с чем связать свою жизнь. Я хочу путешествовать, завести собаку, чего не могла в прошлой жизни. Медленно, но верно, я выхожу из депрессии. Жить стало в разы легче после принятия себя. На дворе уже март, едва зеленеет трава и начали распускаться почки на ветвях дерева на заднем дворике дома Дурсль. Я все так же хожу в бассейн, учу английский, готовлюсь к экзаменам и никак не выберу профессию, с которой хочу связать свою жизнь. С семьей Дурсль у меня нейтральные отношения. Особо не лезу, терплю опеку… и не знаю, что делать дальше. Спустя неделю моя жизнь приобретает хоть какие-то краски. Я узнаю о беременности Петунии, и Вернон до безумия горд, ходит довольный и счастливый. Миссис Дурсль расцвела на глазах. Зарумянилась, чуть отяжелела, что ее только красит. Будто помолодела лет на двадцать. Она стала довольной, тратит время на себя, повесив на меня дела домашние. Я только свободней вдыхаю полной грудью, не возражаю и готовлю на троих. Мне официально доверили кухню, что стала полностью моей вотчиной. Теперь мы едим здоровую, вкусную и питательную пищу. Вернону я готовлю с собой обед, а Петунье еду для беременных, что нашел в одной из книг по кулинарии. Она только вздыхает, качает головой, приговаривает, что ее мальчик так вырос и уходит к другим мамочкам, обсуждать какую-нибудь неизвестную мне новость или что-то типа того. … Спустя время я понимаю, что мне нравиться шить, будь то игрушки, подушки, сумка или даже одежда. Спустя пять месяцев с моего… попадания? Замечаю, как тело сильно изменилось под влиянием души. Черты стали чуть женственнее, а тело более крепким. Накачал мышцы ног, чуть меньше рук… пресса нет как в той, так и в этой жизни. Катаюсь на велосипеде в библиотеку, магазин, лесок рядом с улицей. Я перестал особо контактировать с людьми, так как ощущаю направленные на меня эмоции. Стал ощущать ложь. Причем в этой жизни уровень моей интуиции в разы возрос. Но ведь ничего не появляется из ничего? За все я расплачиваюсь болью. Боль появляется внезапно. Волной проходится по всему телу, от чего еще около часа трясутся руки. … Май приносит тепло, расцветают цветы и мне становится легче. Сдаю экзамены и жду результат. Я уверен в своих знаниях, поэтому особо не беспокоюсь по этому поводу. Петунья полностью переключила свое внимание на будущего ребенка. Я знаю, что это будет девочка, чую. Увлекся травами и их свойствами. Собрал подушки для успокоения и релакса каждому из Дурслей. Даже Марджори, сестре Вернона. Марджори довольно… специфична для восприятия. Она больше любит собак, чем людей. Обожаю животных, да и они ко мне не равнодушны. За семь месяцев я более-менее обжился, и узнал много нового. Спасибо базе английского, стал понимать если не все, то очень, очень многое, научился писать и читать, пополнил словарный запас. И все еще не знаю, чем заняться в будущем. … Время пролетает незаметно, уже конец мая. Тело все так же ломит при не самых удобных случаях, но я научился не показывать самочувствие. Пью отвары трав, плету фенечки и проявляю эмоциональный спектр табуретки. То есть ничего не выражающее лицо. Редкие вспышки эмоций. Так же обустроил посадки полезных в хозяйстве растений, сушу травы и езжу на поле в трех километрах от Тисовой улицы. В некотором смысле я счастлив за семейство Дурсль. Каждый из них счастлив по своему, а я… С У Щ Е С Т В У Ю Все еще чувствую растерянность, смотря на окружающий, такой непривычный, мир. Все еще сложно принимать себя, как Дадли, а не как… Не важно. Я, наконец, оборудовал себе чердак. Идея его приватизировать пришла мне еще в начале мая. Долго уговаривать не пришлось. За месяц разобрав часть хлама, отгородил остальную ширмой, решив разобрать чуть позже. Было найдено много интересного, часть продали, часть оставили, отложив на всякий случай. Теперь чердак моя вотчина, где можно развесить травы, перемолоть их и изготовить мази, лекарства и многое другое. Здесь я чувствую себя немного… свободней. … Конец июня ознаменовал приезд Гарри Поттера. Честно говоря, я не знал чего можно ожидать. Я плохо помню, что было и что должно быть. Я слишком… вымотан. Приступы боли, возросшая эмпатия и интуиция. Беременность Петуньи протекает нормально, уже скоро появиться на свет Мелисса Дурсль. Еле как уговорил последние два месяца до родов провести в больнице, дабы не было осложнений. За июнь полностью разобрал теперь уже мое место обитания – чердак. К тому же, я сшил маленькой Мелиссе игрушку в виде пса. Я рад, что на меня обращают минимум внимания. … Поттер был… не таким, каким я ожидал. Самоуверенный, наглый, раздражающий, несносный. Ставит себя выше других. Колдует, особо не стесняясь. Он слишком… другой. Ведет себя как важная персона. Богато одет. И так гаденько ухмыляется, глядя на меня и Вернона, что хочется бить лопатой, пока не устану. Я сплю по пять часов, просыпаясь в четыре утра. Стараюсь все сделать до семи, только бы не встречаться с Поттером часто. Его эмоции - коктейль из жгучей ненависти, превосходства, эгоистичности. Он нас… Н Е Н А В И Д И Т Считает ниже своего достоинства. Будто мы – ничтожества, пыль под его ногами. И это так… раздражает. Он ведет себя так, будто мы ему что-то должны. … Спустя неделю Поттер исчез. Вернон даже не заметил этого, ходит, словно все так и должно быть. Мне не понятна эта перемена. Это – жутко. Выходит за рамки моего понимания. Страх надвигающейся катастрофы, обволакивает своими мерзкими щупальцами. ЧТО-ТО ПРИБЛЕЖАЕТЬСЯ … В конце июля Петунья родила Мелиссу. Мелиса – воплощение спокойствия. И мне приятно проводить с ней время. Она – родная. Она - семья. Она – сестра. Маленький лучик света в моей жизни. Маленькая, хрупкая. Ее хочется защитить. Петунья и Вернон счастливы, они фонтанируют теплом, светом, любовью. И это позволяет мне чувствовать себя живее. Словно я – часть этой небольшой, но уютной семьи. Словно так и должно быть. И это… заставляет меня улыбаться. … Моя жизнь вошла в своеобразную колею. Так как мне сложно находиться в толпе людей, Вернон и Петуния согласились оставить меня на домашнем обучении. Я учусь, провожу время с сестренкой и… в какой-то мере, счастлив? Это трудно признавать, но прошлая жизнь – стирается. Я уже не знаю что забыл. Да и понимаю, что прошлое должно остаться позади, но… Это – пугает. Иногда мне кажется, что в один момент я потеряю себя. Поэтому начал вести дневник, на помеси русского с английским. … Год с момента моего попадания в тело Дадли прошел. На годовщину съел десяток эклеров в одну мордаху, гулял до темна, купил книгу о целебных травах и их свойствах различных стран мира. Через месяц Мелисса сказала свое первое слово «Дад» и потянула ко мне свои маленькие ручки. Я так умилялся, что даже забыл, зачем вообще шел мимо гостиной. … Мелисса – милашка. И никому я ее не отдам. И да – у меня таки развился комплекс старшего брата. Не завидую ее будущим ухажерам. Ох как не завидую. … Всей семьей поехали на море. Купался до посинения, облазил все в округе, купил много всего интересного. Сидел с Мелиссой, играл в карты с Верноном и помог Петунии обновить гардероб. Приступы не возвращались в течение недели, что я провел на море, что меня и радует, и беспокоит одновременно. … Как только я вернулся с моря – приступы снова появились. Я настолько к ним привык, что уже принимаю как данность. Постоянная боль во всем теле – привычна. И я так хочу снова почувствовать ее отсутствие. Мелисса уже скоро начнет ползать и за ней только глаз да глаз. Люблю ее. … Довольно спокойно прошел второй год моего пребывания в этом мире. Я хоть и привык, но не особо. Мне нравиться проводить время с Мелиссой, общаясь по минимуму и только по необходимости с Петуньей и Верноном. Странно осознавать, что мне снова семнадцать. Что мне дан второй шанс, что скоро я поступлю в учебное заведение и буду снова студентом. Это – странно, но в то же время так… волнительно. Будоражит сознание. … Поступил на медицинский факультет. Усердно учусь, запоминаю, зазубриваю. Это – интересно, но очень выматывающее. … В этом году мне исполнилось девятнадцать. Я уже четыре года в этом мире. Мелисса подросла и радует своим позитивом. Мелисса – милашка. Чувствую себя драконом, охраняющим сокровище. … У Мелиссы случился магический выброс. Петуния и Вернон в шоке, в панике и не хотят отдавать дочурку в Хогвардс. Я с ними солидарен. Я помню, что еще магические школы находятся где то в России матушке, моей родине, и в США, если не ошибаюсь. Может где-то еще, но большего не помню. В течение следующего года искал хоть что-то, что помогло бы в решении данной проблемы. И нашел ой как много. Я раньше особо не обращал внимания на мелочи, что составляют мир, но все же… Зря я этого не делал. Я понял, что изменена география мира, его история, да даже некоторые законы физики, еще в первый год жизни здесь, но не предал этому значения. Магия – основополагающая этого мира. И многое, что казалось мне нормальным – оказалось далеко не так. Я узнал, что моя боль во всем теле – чистка магических потоков. Что я – можно сказать, тогда срастался с этим миром, когда все болело, да и сейчас болит. И будет болеть, покуда я не срастусь каким – то образом с ним окончательно. Как я это узнал? О, это отдельная часть моей жизни, которую я не хочу вспоминать. Вообще, меня тянет на родину, Россию-матушку, хоть я и мало знаю о ее магической части. С Петуньей и Верноном мы долго решали куда отправиться, в Америку или Россию. Я настаивал на России, они же на Америке. И все решил один случай. Кровавый, жестокий, повергающий в ужас случай, после которого меня еще долго преследовали кошмары…