come on, Lucifer

Следующие дни после нашей поездки в Цитадель были слишком похожими друг на друга, чтобы я могла вспомнить что-то необычное. Все обитатели Школы много работали для её восстановления, тренировались развивать как свою силу, так и умение обходиться с оружием. Мы больше не спускались на Землю – теперь было не до этого. Самым странным для меня самой был тот факт, что я совершенно спокойно смирилась с таким порядком вещей и с каждым днем все реже злилась, пока отчищала свои крылья от дневной грязи. Вместе с тем сегодняшний день обещал быть немного сложнее, чем предыдущие. Мама, как обычно, руководила процессом работ в Школе, метясь между ней и Цитаделью, а потому мне не удавалось много с ней общаться. К счастью, Мими стало лучше, и она вернулась в нашу комнату, сделав меня самой счастливой бессмертной на Небесах. Мы даже сблизились с Дино и Энди, пока тренировались вместе. Парни учили нас тактике ведения боя, правилам самозащиты, а также обращению с оружием. Этому я, конечно же, была рада, но явно не в те моменты, когда наблюдала за тем, как Люцифер, отгородившись от всех, улетал на соседний витающий в облаках островок, где тренировался один. День за днем, после дел в Школе демон срывался, не давая себе ни минуты отдыха. Последним временем с ним занимался тренер, а иногда даже Геральд. Видеть его тренировок не доводилось, но когда мне, как и остальным, удавалось поймать его присутствие по вечерам, что-то внутри моей груди разрывалось. Он выглядел уставшим, с дюжиной ссадин на теле, лице, руках и крыльях. Казалось, я могла чувствовать тяжелое дыхание этого демона за километры, хотя сама его энергетика теряла четкость осязания. Люций выматывался, работая как проклятый, над собой, своим телом и своими способностями. Он вдохновлял, показывая на своем примере, что даже такой сильный бессмертный как сын Сатаны не должен останавливаться на достигнутом. Я всегда наблюдала за ним со сжимающимся сердцем. Мне ни в коем случае не было его жалко – вместо этого внутри моей головы постоянно крутилось желание поддержать его, обработать ему раны или просто побыть рядом. Но это слишком дорогого стоило. После Цитадели наше общение снова свелось к минимуму, потому что мы оба были чем-то постоянно заняты. Я не хотела отвлекать демона от его дел и планов, поэтому не искала встреч. Для себя решила, что вопрос с отношениями нужно отодвинуть на потом. Если, конечно, это «потом» вообще у нас будет. Да и мне самой требовалось больше пространства для развития собственной силы, точнее той самой, взятой у Мальбонте. Представать «пустым сосудом» было воистину странно, и я даже до конца не осознавала, что со мной происходит. Тем не менее, меня не мог не радовать сам факт наличия сверхъестественной способности, которую можно использовать в нужных мне целях. Только вот контролировать эту силу было непросто: я проводила часы, пытаясь материализовать сгусток энергии, но прогресса было немного. Мое тело изматывалось во время продолжительных тренировок с оружием, и в конце дня ни ноги, ни крылья уже его не держали. Но всех моих мучений было до раздражения мало: ни мечи, ни кинжалы, ни какие-либо другие орудия не желали поддаваться мне как того требовал Геральд. А именно так, «чтобы меч был частью тебя, Вики, а не капризным ребенком в неумелых руках родителя». Учитель вместе с тренером говорили, что для начала мне нужно подобрать такое оружие, чтобы в руке у другого бессмертного оно казалось бессмысленным аксессуаром, а в моей – безотказной смертью для врага. А пока я ничего подобного для себя не нашла, приходилось вставать на самом рассвете и учиться синхронизировать свои мышцы вместе со смертоносным куском металла в кулаке. Сегодня не стало исключением: солнце только начинало показываться у склонов близ витающих островков, как обитатели Школы уже трудились в её окрестностях. Моё утро началось с разминки и краткой беседы с Геральдом. Дальше я осталась наедине с ранее выделенным мне мечом, отрабатывать последовательность самых эффективных и точных движений, как для нападения, так и защиты. Мы чередовали занятия в парах и по одиночку, чтобы параллельно привыкать и к сопернику, и к самому себе, своим инстинктам и телодвижениям. Я оттачивала одни и те же пассы, удары и стойки сотни, нет – тысячи раз. И с каждым взмахом своей руки или собственным шагом все больше удивлялась, как сумела убить самого Сатану с таким низким уровнем подготовки. Огромным плюсом одиночных тренировок было время, которое отводилось для того, чтобы очистить мысли. Мы готовились к чему-то воистину страшному и неизвестному, но дисциплина и последующая ей усталость полностью выбивали страх и сомнения из головы. И все же, некоторые опасения пробирались во внутрь, будто им был отделен отдельный вход. Так, стоя в уже заученной позе, я вращала меч в руке, стараясь делать свои движения максимально четкими и мощными. Удавалось так себе. Солнце пекло совсем не подбадривающе, мои руки устали, я чувствовала каждую появляющуюся на пальцах мозоль и завидовала упорству другим ученикам. Меч так и желал выскользнуть от меня, и я едва удержалась, чтобы со злостью не отбросить его в сторону. — У тебя неплохо получается, — голос появился издалека, но слова вместе с обволакивающей хрипотцой отчетливо донеслись до моих ушей. От неожиданности я чуть ли не выронила свое злополучное оружие, как мне и хотелось сделать несколько секунд ранее. Обернувшись, мои глаза машинально уткнулись вверх и не ошиблись: Люцифер парил в воздухе, едва взмахивая крыльями. Мужчина, сложивший руки на груди, выглядел отнюдь не уставшим, будто до этого каждый день не морил себя тренировками по несколько часов. — Нужно поработать над выпадами, но, в целом, весьма достойно как для Непризнанной. Глядя на демона снизу вверх, я сначала даже не уловила смысла сказанного ним. Потом, вспомнив о своем занятии, с досадой взглянула на меч в своей руке, и пальцы самовольно сжали его рукоятку. «Достойно» было явно не тем словом, которым можно было бы описать мои успехи, но и Люций не был тем, кто попросту раскидывался бы такими выражениями. — Я думала, ты уже улетел, — мой ответ прозвучал четким увиливанием от темы, но я и не собиралась этого скрывать. Мы не общались достаточно долго, чтобы мое непостоянное сердце успело истомиться в поисках встречи с сыном Сатаны. Каждый раз, видя его отправляющимся на тренировку или возвращающимся с неё, мне было тяжело на душе. Восхищение его настойчивости граничило с удушающим интересом, что же творится у него внутри. — Нет, — брюнет, наконец, спустился на твердую почву, прямо передо мной. Взмах его крыльев обдал моё лицо спасательным ветерком, которого так не хватало всё сегодняшнее утро. Я прикрыла глаза, ловля себя на дурном опасении, что демон мне привиделся, но реальность его присутствия не заставила себя ждать — он забрал меч из моей руки и стал разглядывать его. — Сегодня я здесь: Геральд попросил меня помочь вам. Словно завороженная, я наблюдала, как оружие в крепкой мужской хватке находит своё подлинное место; казалось, будто любые клинки в мире были созданы именно для этих рук. — Кажется, вы становитесь приятелями. — Война никого не щадит, — Люцифер позволил легкой полуулыбке отразиться на своих губах. — Как успехи? — Уже лучше, — я пожала плечами, параллельно думая, насколько это считается враньем, и решила добавить: — наверное. Мне сложно судить. — Тогда давай я посужу, — Люций заговорщицки улыбнулся, сделал шаг назад и плавно поднес конец меча прямо к моей груди. Я попятилась назад, не зная, чего ожидать дальше. — В мои сегодняшние планы не входило ночевать в лазарете. — Я принесу тебе фруктов, — не прекращая улыбаться словно Чеширский кот, ответил тот. И все же, спустя мгновение, убрал меч, утыкая его в землю. После, посерьезнел: — Если сможешь отбить несколько ударов подряд – ты уже не мертвец. — Ты себя так же успокаиваешь? — радуясь в кои то веки успокоившемуся дыханию, спросила я. — Я себя не успокаиваю, Вики, — мне не была понятна интонация демона, но от его слов стало как-то не по себе. Не позволив кучи мыслей свалиться мне на голову, брюнет продолжил: — Ладно, мне пора. Если что-то понадобится, я буду на стадионе. Люцифер взглянул на меня исподлобья и протянул орудие обратно мне. Я не сумела скрыть недоверчивого взора в его сторону. Неужели сын Сатаны заглянул ко мне всего лишь на минутку? Демон достойно проигнорировал мою молчаливую догадку и, простояв ещё несколько секунд, развернулся, чтобы уйти. Наверное, мне следовало остановить его, попросить научить меня обращаться с мечом лучше, но я, почему-то, запнулась ещё до того, как могла подать голос. Тем не менее, брюнет не ушёл далеко. Не сделав и пары шагов, он остановился. Я уставилась на него в ожидании, не решаясь предугадать его следующие действия. Да у меня и не получилось сделать бы это, потому что не успела я и моргнуть, как Люцифер одним незамысловатым движением вытянул меч из ножен, висевших у него за спиной. Проследив за его рукой, я только сейчас заметила широкий пояс, пересекающий торс брюнета и заканчивающийся между его темных крыльев. Впоследствии мужчина вернулся ко мне и протянул мне массивный меч. Лучи солнца на секунду отобразились в его наполированной стали, заставляя меня зажмуриться. — Возьми этот, — я с опасением потянулась к темной, обрамленной серебряными линиями рукоятке, даже не подумав о том, чтобы отказаться. — Это… — Он удобнее. Мне не представилось возможности что-либо ответить Люциферу или хотя бы поблагодарить его за столь внезапное одолжение, потому что он расправил крылья и улетел в сторону стадиона — как и говорил, помогать остальным тренирующимся. Я смотрела ему в след, ещё немножко довольствуясь порывом ветра, созданным черными перьями. Меч в моей руке был намного тяжелее того, с которым мне приходилось работать все эти дни. Но по какой-то неведомой мне причине управляться с ним было намного легче. Он не казался таким придирчивым, как его предшественник. Я подняла лезвие поближе, и в глаза бросились очертания каких-то неизвестных мне рун, высеченных на стали алыми полосками. Я снова подняла взгляд в небо, но следов появления демона там не было. Зачем он приходил, зачем оставил инструмент, с которым сам работал? Возможно, Геральд дал ему задание обеспечить учеников подходящим оружием? Или это было сугубо инициативой Люцифера отдать мне меч? В любом случае, мне стоит сказать ему «спасибо» в конце дня. Оглянувшись, я с тоской заметила, что снова осталась одна. Окутанная собственными неугасающими размышлениями и уже исчезающей ноткой одеколона сына Сатаны. Мне нужно много и упорно тренироваться, но сердцу ведь не прикажешь, о чем переживать, а разуму — о ком думать. После ухода Люция я ещё долго тренировалась, мысленно благодаря его о таком маневренном подарке. Только в конце дня до меня дошло, что, возможно, Геральд не отправил демона учить меня из-за сложившихся между нами перипетий и проблем, которые наши недо-отношения принесли Школе. Возможно, будь я демоном, помощь сына Сатаны имела бы место в расписании моего дня, а если ангелом — то о ней не пришлось бы и мечтать. А, может быть, дело было в самом брюнете — вдруг он самолично отказался уделять мне своё время, будучи занятым другими делами, и те несколько минут, что мы провели вместе, — это именно тот максимум, который он готов был мне дать. Казалось, я никогда не устану думать о том, чего я лишаюсь в отношении Люцифера, а чего удостаиваюсь, и единственным спасением для меня в конце этого дня была усталость, накапливающаяся часами. Отработав до совершенства несколько пассов, я оказалась довольная собой впервые после момента, когда моя рука схватилась за меч с целью научиться управлять им профессионально. Дни наедине должны были приводить моё нутро в порядок, но сейчас оно металось между желанием принять душ и завалиться спать и пойти на стадион с нелепой надеждой на то, что Люцифер будет всё ещё там, и я смогу поболтать с ним ещё немного, придя под предлогом вернуть меч его владельцу. Не сложно было догадаться, какая часть моей души победит, поэтому уверенно держа оружие Люция вместе со своим в руке, я отправилась на место, где проходило большинство тренировок. Стадион, почти опустевший, залитый теплым вечерним мерцанием уходящего солнца, встретил меня тихим говором находившихся там учеников. Ангелы и демоны измученно отдыхали от тяжелого дня: кто-то ещё трудился над собственными способностями, кто-то — уже собирался в Школу. Окинув взглядом всю территорию, я не нашла волнующей меня копны черных волос, поэтому мне не оставалось ничего, кроме как подойти к Энди, который в отсутствии Геральда заведовал всем школьным орудием. — Как день? — завидев меня, Энди улыбнулся своей привычной дружелюбной улыбкой, но даже она не смогла скрыть усталость на его лице. — Тяжело, — врать одному из лучших Непризнанных Школы, а по совместительству и моему хорошему другу, я не намеревалась, поэтому позволила себе изнуренно вздохнуть и поставить перед его глазами два клинка. — Я пришла отдать мечи. — Хорошо, поставь вот здесь, парни отнесут их в Школу, — сначала Энди даже не удивился тому, что у меня их несколько, но потом он все же остановил своё внимание на мече, полученном мною от сына Сатаны. — А этот у тебя откуда? Люцифер, что ль, где-то оставил? — Нет, я… — мне хватило ума не раскрывать все карты, потому я лишь тихо поинтересовалась: — А что не так? — Это его личный меч. Не знаю, откуда он у тебя, но лучше оставь его незаметно: Люцифер ненавидит, когда кто-то берет его оружие. Энди говорил почти что укоризненно, словно намекая мне, что я сделала какую-то глупость, но он меня не выдаст. Я ещё раз осмотрелась вокруг, и в этот раз мне повезло — демон, отдавший мне свой личный меч в одному лишь ему известных целях появился на трибунах, расположившись на них и снимая с себя какую-то экипировку. Я опустила свой взгляд на рукоятку, торчащую из моих пальцев. Люцифер вручил мне что-то личное и, наверняка, очень важное для него. Мне, Непризнанной, с которой ироничность судьбы связала его не так давно. Серебряные линии меж моих пальцев так красиво извивались вокруг набалдашника меча, что самовольно хотелось верить, будто они связывают нас с его владельцем ещё крепче. Воспользовавшись тем, что Энди отвлекся, и не желая подпитывать его интерес к сложившейся ситуации, я без раздумий направилась к мужчине, отдыхавшем на трибунах. Демон не заметил моего приближения и поднял голову, только когда я остановилась прямо перед ним. Взгляд его темных глаз вызвал у меня не контролированную дрожь в районе крыльев. Там вовсе отсутствовали присущие только ему искорки задора, а на губах не было видно ни тени интриги. Плечи демона были опущены, руки расслаблены, но ни одна эта деталь не забирала его врожденного мужества и уверенности. — Спасибо, но не стоило, — я заговорила быстро, не давая возможности Люцию выдать что-то внезапное, что сразу же могло сбить меня с толку. Тот проследил за моим движением и сразу же догадался, о чем идет речь: — Кто проболтался? — от моего внимания не ускользнула легкая усмешка, вылезшая наружу, но, кажется, Люцифер и не собирался её скрывать. Он забрал у меня свой по праву меч и откинулся на спинку сидения. — Те, кто боятся даже взглянуть на твое оружие, — не зная, куда деть свои руки, я присела рядом и не удержалась — тоже усмехнулась. Сложившаяся ситуация не была забавной, но во всеобщей суматохе такая мелочь как этот инцидент тепло грел душу. Брюнет смотрел прямо перед собой, а потом оставил меч в сторону и завел руки за голову. Мне не хотелось, чтобы он чувствовал какую-то ответственность за свое состояние перед кем-либо, но это то, что сейчас происходило — сын Сатаны не разрешал себе показывать слабину, будто изматываться для него было смертельным грехом. — Они с палками управляться не всегда умеют, а хотят заимствовать меч, высеченный из огня и крови Сатаны. — Крови твоего… отца? — я ошарашенно повернулась к демону, мысленно желая, чтобы он посмотрел на меня. — И ты отдал его мне? Но Люций продолжал глядеть в темное небо, словно разговаривал сам с собой. Моё удивление не произвело на него должного эффекта, и он продолжил говорить размеренно, спокойно, словно ничего выразительного не произошло. — Тебе нужно было более маневренное оружие. Чтобы не мешало передвижению и удобно изворачивалось в руке. Лучше этого не найдешь. — А ты чем маневрировать собрался? — я переборола желание подняться и встать прямо перед своим собеседником, поэтому во всю повернулась к нему. Ответ брюнета прозвучал тише, чем я ожидала, и твердости в нем было предостаточно: — Вики, я разберусь. Думай о себе и о своей безопасности, — только сейчас Люцифер соизволил взглянуть на меня. Но лишь на секунду, и сразу же сам встал со своего места. А потом, помолчав ещё мгновение, улыбнулся и добавил: — Отвлекаешь. Я нахмурилась, боясь чувствам внутри себя преобладать. Мне не хотелось анализировать его выражение лица, тон и обстоятельства; не хотелось придумывать или игнорировать причины сказанных им слов. Всё, чего мне хотелось в этот момент — оказаться к нему ближе, и я не смогла справиться с таким искушением. Я подлетела с места и обняла Люцифера. Обхватила его шею руками, чувствуя, как под моим внезапным прикосновением вздрогнули демонские крылья. Наверное, я должна была произнести тысячи слов, что всё это время крутились на моем языке, но единственное, что мне удалось выдавить из себя, было тихое: — Спасибо. Я чувствовала, как Люцифер смотрел на меня, но не могла решиться убрать свои руки и отстраниться. Такое необдуманное действие, которое могла привлечь лишнее внимание, выбило сына Сатаны из колеи. В какой-то момент мне даже стало страшно, что он этого не оценит, что разозлиться или чего хуже… Но в ответ Люций обнял мне, крепко сжимая руки на моей талии. — Пожалуйста, Непризнанная, — прохрипел он мне на ухо, задевая мою кожу своей. Возможно, я позволяла себе больше, чем следовало в сложившихся обстоятельствах, но одно было точным — я четко почувствовала, как расплываются в улыбке его губы.