Я скучал.

Изо рта вырывается презрительный смешок, а голубые глаза скользят по стоящему напротив мужчине. Он никогда не признается в том, что ему не приятно, никогда не покажет свою слабость. Он будет делать так, как все привыкли, как все считают правильным. У Дьявола нет совести и чувств? Прекрасно, значит так тому и быть. Михаил это знает. Понимает, ощущает. Ему самому нелегко даётся всё то, с чем приходится справлятся, но он ничего не может поделать. Он — хороший сын, и он оправдает надежды своего отца. *** После возвращения Люцифера на Небеса прошло некоторое время. Для всех это было в новинку, никто не знал, как правильно себя вести. Но тем не менее, все стали потихоньку привыкать, возвращаться к рутинным занятиям и всё меньше акцентировать на этом внимание. Никто так и не признался в том, что скучал, или в том, что архангела не хватало здесь, дома. Но все и так это понимали, слов было не нужно. И только один из семьи держался холодно и отстранённо. Михаил, казалось, был совершенно не рад такому расскладу. Он всё ещё злился на брата за то, что тот предал его и всё то, во что он верил. Пошёл против Отца, хотел показать, что он выше него. Но что самое отвратительное — вынудил скинуть себя с Небес. Люцифер даже представить не мог, насколько Архистратигу было больно и тяжело это делать. А сейчас, он как ни в чём не бывало, ходит по дому, выдаёт свои шуточки и ведёт себя так, будто ничего не было. Только Люцифер изменился. Он уже не был прежним архангелом, любимцем Бога. Он стал Дьяволом, но тщательно это скрывал. Или нет? Чёрт бы его знал, Михаил уже совсем перестал понимать брата. Особенно не понимал того, почему младший избегает его. Но, так или иначе, ничего не вечно. И блондин не мог вечно избегать того, с кем так сильно хотел бы поговорить. Да что там поговорить?! Обнять, прижаться, сказать, что скучал. Но нет. Люцифер банально боялся. Боялся серьёзных разговоров, выяснений отношений, боялся разрушить ту хрупкую связь, что была сейчас. Он знал себя, и знал своего старшего брата. И знал, что тот на него всё ещё в обиде. Вероятность положительного исхода такого разговора чертовски мала, и Люцифер не хотел это проверять. Но поджидающий на кухне Михаил разрушил все планы Люцифера. — Знаешь, я переступил свою гордость, чтоб поговорить с тобой. — Выпалил он, стоило блондину появится в дверном проёме. По-хорошему, Люциферу нужно бы уйти, но он всё-таки остался. Не смог перебороть любопытство. — О чём? — Спросил он, присаживаясь на стул напротив. — О, у нас есть о чём поговорить. — Михаил взболтал виски в стакане в своей руке и сделал глоток. — Почему ты поступил так? — Как? — Умение вовремя включить дурачка часто спасало блондина, но другое дело, когда тебе не хочется его включать. — Ты восстал. Ты предал нас. Ты пал, мне пришлось скинуть тебя. Ты... бросил нас. — Пауза. — Меня... Брюнет говорит это шёпотом, опустив взгляд в стакан, но Люцифер слышит. — Я не бросал вас и не предавал. — Сказал, как отрезал. Холодно. Без доли эмоций. Сатане пришлось приложить не мало усилий, чтобы это звучало именно так. — Мне казалось, Михаил, что это ты. Ведь это ты побежал за Отцом как послушная собачонка, выполняя все его приказы. Ведь это ты стал моим противником, зная, как для меня была важна именно твоя поддержка. Ведь это ты предал меня. Стул жалобно скрипнул, когда Михаил с него подорвался. Люцифер выдал презрительный смешок и отвёл взгляд. Конечно, чего он ожидал? По-другому и быть не могло. Старший брат никогда не поймёт его, никогда не встанет на его сторону. Последний тёплый луч надежды в душе архангела угас, Дьявол взял верх. Небесно-голубые глаза стали ярко-алыми и выражали лишь разочарование и горечь. — Впрочем, какое это имеет значение? — Голос как сталь, но какие-то иные нотки проглядываются. — Ты хотел поговорить только об этом? — Нет. — После короткой паузы выдаёт брюнет. Он понимал — компромисса они так просто не достигнут. А продолжив разговор, лишь усугубят всё еще сильнее. — Вообще-то, я хотел сказать, что скучал. Очень скучал... Люцифер так и застыл на стуле, прожигая Михаила взглядом. Вот это было уже как-то необычно. Необычно и.... приятно? В глазах запрыгали чёртики, а в голове что-то усилено лепетало о том, что оказывается, не всё потеряно. — Я тоже... — Слова искренние и честные, полные всей той горечи разлуки и долгих лет наведения, что там, да как. Блондин поднялся со стула и подошёл к брату. Они некоторое время просто молча рассматривали друг друга, пытаясь заполнить тот пробел, что случился в их жизни этим событием. Первым опомнился Люцифер. Он робко обнял брата, ощущая, как тот сделал то же самое. От него немного несло виски, что говорило о том, что тот стакан был не первым. А в объятьях было столько тепла, что словами не описать. Всё-таки тот ничтожный процент удачного исхода взял верх...