Имя.

      Густой пар выходил из носика бурно кипящего чайника стоящего на дровяной плите, тонкая рука аккуратно взяла его и разлила горячую жидкость в уже подготовленные фарфоровые чашки с рисунком переплетающейся лозы и фиолетовых цветков, которые Джек никогда не видел вживую. Вода перемешалась с бордовой заваркой и комнату наполнил приятный аромат облепихи с малиной, который тут же ударил в ноздри. Сделав глубокий вдох, он провел пальцами по ободку чашки, вспоминаю как заполучил этот чайный сервиз, из которого по истечению двух лет и неуклюжести Мерлина осталось из четырех чашек лишь две.       Сей сервиз привез иноземный торговец, и продавал столь диковинную и тонкую работу за баснословные деньги, конечно же это привлекло взгляд эстета блондина, который очень долго рассматривать этот набор, взвешивая настолько ли сильно он ему нужен, но заинтересованность Джека заметил один человек — мужчина лет тридцати пяти, что всем своим видом излучал успешность; лёгкая шёлковая рубашка, черные штаны с лампасами и персни с драгоценными камнями украшающие пальцы, аккуратно уложенная прическа на бок и ухоженная борода в стиле бальбо, этот мужчина выделялся своей харизматичностью и образом беспринципного, но очень достойного человека, который получает от жизни все, что только захочет. Поймав на себе взгляд голубых глаз и улыбку лишь краешком губ, мужчина изящно поправил воротник рубашки и пригласил Джека на ужин, ничего более, просто приятная беседа и вкусная еда, но по истечению времени, когда на небе зажглись тысячи звёзд, они прошлись вдоль набережной, где этот мужчина пожелал ему всего самого наилучшего, и приподнес в качестве подарка тот самый сервиз. Имя того человека полностью вычеркнулось из памяти Джека, кроме первых двух букв «Ди», но, каждый раз смотря на эти изящные чашечки вспоминал тот вечер с упоением, представляя себя героем какой-нибудь сказки, где красивый и уверенный в себе зрелый человек имеющий не малый вес в обществе берет *под опеку* эгоистичного французского принца эстета. Тряхнув головой, Джек усмехнулся своим мыслям и положив чашки рядом с закусками на поднос направился в спальню, где как раз таки Артур уже закончил свои утренние водные процедуры и вышел из ванны в одних лишь черных боксирах, которые между прочим очень сексуально подчеркивали накаченную задницу их носителя и внушительных размеров член.        — Ого, завтрак в постель, с чего вдруг такая щедрость? — оголив белоснежные зубы, Артур уселся на свою кровать, вальяжно облокотившись об подголовник кровати.        — Toujours s'il vous plaît*(Всегда пожалуйста) — закатив глаза саркастически ответил Джек — как будто я никогда раньше не кормил тебя. — он положил поднос на прикроватную тумбочку и раздвинув ноги Артура уселся между ними, ерзая и устраиваясь на его груди.       Артур усмехнулся его словам, и взяв чашки протянул одну из них Джеку, после чего положил эту руку ему на живот, нежно поглаживая сквозь ткань.        — Я сказал что то смешное? — холодно поинтересовался он.        — Не, просто вспомнил кое-что, никогда не забуду это, как ты опрокинул сковородку с едой приготовленную Хансом и свалил все на меня, а потом носил мне передачки в комнату.        — Во-первых — сделав глоток он покрутил указательным пальцем перед носом Артура — виноват был ты.        — Стой-стой-стой, то есть, ногами размахивался ты, а виноват я?        — Exactement* (Именно), это ведь ты предложил заниматься сексом на кухонном столе.        — А ты согласился. — хищно улыбнувшись брюнет прижал еще ближе к себе Джека.        — Ну да, не то что бы я жалею об это..        — Ещё бы ты жалел, стонал на весь дом умоляя быть жоще и похотливо раздвигал свои ноги, настолько, что и опрокинул сковородку. Тяжело вздохнув, Джек положил свою и Артура чашку на тумбу и повернувшись продолжил.        — Secundo*(Во-вторых), тебе надо уметь слушать, а в-третьих, ребята скоро должны вернуться — повернувшись Джек словно невзначай лизнул краешек губ Артра и отпрянув улыбнулся. Мечник улыбнулся в ответ, хотя, это было больше похоже на оскал голодного зверя, обнажившего свои белые клыки, после он приподнял Джека за талию и усадил к себе на колени.        — Хитрая задница.

***

      Их отношения слишком быстро перешли в стадию, что если бы он не скрывались, то друзья возвели бы Артура и Джека в ранг возлюбленных, вечно кидая шуточки про молодожен. Но, их нельзя было назвать возлюбленными, а отношения на уровне молодожены тем более, они скорее были, больными?       Лишь секс, конечно же была и забота, на уровне завтраков в постель и напоминания помазать руки кремом, но не более. Они не лезли в личную жизнь друг друга, не сообщали о личных передвижениях, не рассказывали о своих чувствах и переживаниях, да и сам Джек не решался стерать границы их негласного правила, точнее, любое желание пропало после очередного секса в спальне, когда Артур не от большого ума выдал, напрочь руша и без того хлипкий «замок в облаках».        — Как бы это глупо не звучало, всегда мечтал заняться сексом в этой комнате, тут вечно тусуются ребята, да и девушку приводить было бы палевно. — он ненадолго замолчал, после чего усмехнувшись продолжил иронизируя — Правда не рассчитывал что это произойдет с тем, у кого между ног хуй болтаеться, но, в любом случае секс является сексом, верном? На это Джек лишь отмахнулся и прикрываясь полотенцем зашел в ванную, тихо прикрывая за собой дверь и судорожно вздохнув прислонился лбом к холодному дереву. Суть происходящего было до больного очевидно, и это бесило еще больше, ведь Джек прекрасно осознавал что это всего лишь игра.       Артур был по своей натуре очень мягок и раним, поэтому скрывал свою истинную сущность за маской брутального качка, это касалось и отношений, из редких высказываний и невзначай брошенных слов, блондин сделал вывод что тот боиться доверять людям, и как бы это комично не звучало нуждался в любви и поддержке, но было одно но, огромное НО, так это то, что он плюс ко всему еще тот эгоистичный мудак. Джек же был более хладнокровен, по крайней мере в этом плане, он сам по себе был менее эмоционален, где-то задрав нос промолчит, где-то кинет едкую шутку, которую в силу ограничености своих умственных способностей поймут не все, да и доказывать ему никому ничего не надо, что надо он уже давно доказал, единственное что, под рукой всегда должен быть тюбик с кремом, и какое нибудь пироженное с двойной начинкой и жизнь можно назвать вполне удавшийся.

***

      Вечер был отнюдь не томным: он был мрачным, унылым и вязким, прямо как грязь, образующиеся от таяния снега. Вполне себе естественно, но не ожидаемо для первых дней весны. На улице царила сырость и слякоть, густые серые тучи заволокли небо и лишь редкие огоньки отражающиеся из окон импровизированного замка в лужах, разбавляя палитру серых оттенков.        — Что читаешь? Ханс появился из арки отделяющую кухню от зала, поправляя кожаный ремень охвативший талию ну или то, что анатомически должно ее напоминать.        — Жоффруа де Ла Тура «Livre pour l'enseignement de ses filles, Chevalier de La Tour Landry» в переводе «Книга поучений дочерям рыцаря де Ла Тура», хотя я бы назвал это больше дневником. — не отводя вгляд от страницы, ответил Джек.        — И как, интересно? — продолжил свои расспросы рыжий, плюхаясь в соседнее кресло и вытягивая ноги поближе к камину.        — Не то что бы, писатели той эпохи излогали свои мысли достаточно. достаточно… — Джек прикрыл глаза и безмолвно зашевелил губами, пытаясь выговорить слово — пригрязненно!        — Ты хотел сказать приземленно?        — Exactement! *(Именно!) — он уверенно согласился. Подавив смешок, Ханс невольно вспомнил моменты когда Джек путал похожие между собой слова или неправильно выговаривал их с непоколебимым выражением лица, что вызывало у команды, ну или по крайней мере у самого Ханса бурю эмоций, граничующиеся с умилением, восхищением и смехом.        — Если она скучна, то тогда зачем ты ее читаешь? — взгляд невольно упал на потрёпанный жизнью корешок.        — Это одна из немногих вещей, что осталась у меня с родины. — коснувшись подушечкой пальца языка, он перелистнул страницу — любимая книга матушки, она часто читала ее в слух.        — Частичка воспоминаний? Тяжело вздохнув, блондин бережно закрыл книгу и положил на столик, продолжая отвечать все тем же безразличным тоном.        — Если можно так выразиться. Поняв что дальше развивать данный диалог нет смысла, Ханс потянулся в кресле и бодро вскочив сообщил что на кухне их ждет как раз таки остывший к этому времени вишневый пирог.        — Хах, ты знаешь что я не способен отказаться.        — На то и рассчитано. — улыбаясь, рыжий протянул одну из тарелок.       Им было комфортно друг с другом, Ханс готовил, Джек с удовольствием ел, они обсуждали нейтральные темы, или вовсе молчали находясь в одном помещении. Это был один из немногих вечеров когда Джек рассказывал что-то сокровенное, что-то, что связывало его с прошлым, и так же, это был один из множества вечеров, когда Артур ночевал вне дома.

***

       — Ого, время так быстро летит. — Ханс устало зевнул покрутив в руке бокал с красной пряной жидкостью, посматривая в окно где во всю начинало светать. — Думаю пора закругляться.        — Я пожалуй еще посижу. — оперевшись подбородком о руку, он так же зевнул. Оглядев в пол оборота своего собеседника, рыжий подошел к нему и взяв за плечи слегка взъерошил.        — Для чего?        — Я так и не дочитал книгу. — Джек улыбнулся, но увидев пристальный взгляд сразу выпрямился, убирая с себя чужие руки.        — Дай угадаю, эта книга случаем не называться «Похождения эгоистично и самовлюбленного рыцаря Артура бабника»? — Ханс постарался вложить в этот вопрос максимальный сарказм с нотками призрения.        — С чего вдруг такие предположения? Джек спокойно посмотрел на Ханса, который облокотился плечом о соседнюю стену, скрещивая руки на груди.        — Это не предположение, это сухой факт. Нас с тобой нельзя назвать друзьями, и мы ими собственно и не являемся, но — он помедлил — не знаю, я просто не хочу что бы тебе было плохо, особенно из-за этого кретина, я все вижу Джек, я не дурак, то как ты на него смотришь, как таскаешь ему еду, как постоянно заступаешься за него, а он непонятно где шляться.. ответь Джек — прекрыв глаза, повор смягчил тон — разве он стоит этого?        — Я… — рассеянно блондин запустил пальцы в волосы — я не знаю.        — А что ты знаешь?        — Ханс! Se calmer*(угомонись), это вообще не твое дело.        — Хорошо. — он поднял руки в знак капитуляции после чего вышел из кухню кидая на последок — Если ты этого хочешь, делай, но только потом не жалей.       Верно, Джек хотел этого, он не будет жалеть, он сам хотел секса без обязательств, вот и сейчас, он вовсе, вовсе не жалеет когда Артур припёрся под самое утро.        — Боже, Джек, ты даже не представляешь, эта блондинка в постели была просто огонь, хотя изначально вела себя как старая дева. — Артур завалился на диван, крепко держа принца за руку.        — Артур, мне это неинтересно.        — Да? — он повел головой, осматривая ровно стоящую фигуру перед собой и одним сильным рывком притянул ее к себе, заломив руки. — Даже когда я делаю так? Горячее дыхание на шее опалило кожу, а полоса проведенная языком заставила мурашки пробежать по всему телу.        — Арт.. Ах! Я серьезно, отпусти меня. — Джек старался отстринится, но сильные руки и настойчивые ласкания мужчины не давали этого сделать.        — Артур, пожалуйста, я не хочу этого.        — А я думаю совершенно другое. Он продолжил покусывать кожу на шее, опускаясь к ключицам и с силой опрокинув Джека на спину навис сверху, заводя его руки над головой.       Запах чужого парфюма ударил в нос, прикосновения были отвратно противные, а от понимания того, что эти руки и губы недавно касались чужого тела и не факт что самого опрятного к горлу подступила тошнота.        — Черт, серьезно?! Ты лучше момента не нашел? — мечник отстранился, обеспокоенно взглянув на блондина и хотел было коснуться его волос, как тот жестом руки остановил его.        — Артур! Кх! Andouille! *(болван!) Я же попросил тебя.        — Отравился? — игнорируя попрекания, брюнет принес стакан с водой, после чего ехидно улыбнулся — Или я в скором времени отцом стану? Кинув колкий взгляд, принц принял стакан и вытерев губы о край рубашки сделал глоток.        — И не мечтай.        — Ладно-ладно, а если серьезно, что случилось? Взглянув на пол, Джек уселся на краю дивана подмяв под себя ноги, и вспоминая прошедший день устало вздохнул.        — От тебя воняет. Опешив, Артур понюхала край своего жилета и непонимающе взглянул на блондина.        — Эээ, нет.        — Ду.. — он хотел было уже сказать про отвратительно приторно сладкий запах самых что ни на есть дешевых духов, но в последний момент одумался, решив, что это не его дело.        — Ду?        — Думаю это все усталость, не стоило до утра сидеть с Хансом и распивать вина.        — Ты пил с Хансом? — мечник выгнул бровь.        — А какие-то проблемы? — его голос снова принял безразличный и холодный тон, что заставило Артура невольно отшатнуться.        — Нет, вовсе нет. Так — он поднялся убрав руки на пояс — иди спать, а я здесь избавлюсь от улик того, что наш утонченный принц, является таким же человеком как и мы все. Джек улыбнулся и дрожащими руками крепче сжал стакан.        — Не стоит, я сейчас приду в себя и все уберу.        — Нет, ты идешь спать, м.. да, между прочим нельзя оспаривать решения командира.

***

Потерянный, никем не нужный, всеми забытый и оставленный.       Артур проснулся в холодном поту, рассеянным взглядом оглядев комнату, у него появилась резкая необходимость проверить на месте ли все ребята и кинув последний, более встревоженный взгляд на противоположную кровати где сопел Мерлин с открытой книжкой на груди, медленно поднялся с кровати и аккуратно убрал ее на подоконник листами вниз, что бы волшебник не потерял нужную ему страницу. Еще раз оглядев комнату, Артур тяжело вздохнул стараясь унять дрожь в руках и покинул комнату, спускаясь по лестнице он легким движением открыл двойные массивные двери и вышел на улицу.       Холодный ночной ветер обжёг кожу, серебристая луна украшающая небо с тысячью и тысячью звезд освещала горы и долину легким, почти невесомым сиянием.        — Что ты здесь делать? Слегка дернувшись, мечник расправил плечи и встал более уверенно.        — А сам? — в его голосе слышалась улыбка, за которой он по всей видимости старался скрыть тревогу.        — Беспокоюсь. — помедлив, Джек подошел к Артуру и прижался своим боком о его, сильнее сжимая руки на груди.        — Холодно?        — Немного. Брюнет обнял его за талию и чмокнул в лоб.        — Я разбудил тебя, прости.        — Я не спал. — задумавшись о чем-то своем, блондин поднял взгляд на небо и в его голубых глазах замерцали звезды. — Тебя опять начал беспокоить страх о том, что ты плохой лидер? Артур закусил губу, Джек слишком хорошо его знал, даже больше чем он сам.        — И да. И нет, честно говоря я.. Я вообще ничего не знаю. — отстранившись, мечник встал напротив Джека и печально взглянул на него усмехнувшись — Я наверное выгляжу сейчас ужасно.        — Точно не хуже, чем с масками на лице, хотя, мне кажется это чертовски милым. Улыбнувшись, он прикоснулся пальцами к волосам мечника и медленно спускаясь вниз погладил скулу, большая рука накрыла маленькую, прижимая ее к щеке, и прикрыв глаза Артур потерся о нее.        — Позволишь мне взять тебя? — с некой грустью спросил брюнет, все так же не открывая глаз и сильнее сжимая ладонь. Джек в ответ лишь привстал на носочки и облизнул пересохшие и потрескавшиеся губы мечника, подметив про себя, что не стоит забыть намазать их увлажняющим кремом.       Перебравшись в мастерскую, Артур поднял Джека на руки и усадил на стол, поверх чертежей, стягивая одежду попутно жадно целуя, облизывая, покусывая и посасывая освобожденные от ткани участки кожи.        — Надеюсь нам потом не достанется от тройняшек. — краснея и покусывая губы проговорил Джек, шире раздвигая ноги, давая больше пространства мечнику между ними.        — Свалим все на меня. Улыбнувшись Артур прильнул к ноге Джека, потираясь о нее щекой, тем самым царапая нежную кожу щетиной, поднимаясь все выше, он остовлял за собой раздражение, и добравшись к паху, он накрыл его большой и холодной ладонью, заставляя Джека поежится и сдержать стон.        — Тише, тише — он "успокаивающе" и медленно погладил орган — если мы разбудим ребят, у нас будут проблемы.       Джек судорожно сжал пальцы на ногах и выгнулся в спине, когда шлепнув резинкой трусов, Артур достал его член и медленно облизал, после чего полностью вобрал в рот. Что-что, а минет Артур никогда ему не делал, поэтому исступление не заставило себя долго ждать и закрыв рот руками Джек склонился над Артуром сладостно простонал, кончая на чужое лицо. Усмехнувшись, брюнет облизнул губы и навис над Джеком, касаясь пальцами колечка мышц.       Накину на плечи Джека свою сорочку, Артур натянул штаны и размяв рукой шею, немного помедлив сказал.        — Я ни с кем не спал.        — О чем ты? — выгнув бровь, спросил Джек аккуратно сползая со стола.        — Тогда, ну как, не только тогда. Я запутался, ушел из дома, встретил в пабе девушку, вроде как все нормально, она лезла ко мне, а когда суть до дела, ну.. Я не смог. Удивленно расширив глаза, блондин чуть было не раскрыл рот, но вовремя опомнился и принял уверенную позу вскидывая подбородок.        — И зачем ты мне это рассказываешь? — лишь холодно спросил он.        — Я.. Я думаю ты должен знать, без понятия почему. — закончил Артур более твердо и кинув взгляд на собеседника вышел из мастерской.       Когда дверь захлопнулась с обратной стороны, Джек судорожно сглотнул, скидывая маску равнодушия. Он окончательно запутался. С одной стороны Артура можно понять, не каждый день человек меняет свою сексуальную ориентацию, да в принципе и Джек был не против свободных отношений, но после услышанного мысли смешались в непонятный комок, хотел ли тем самым Артур сделать больно Джеку? Неясно. Или же вывести того на эмоции? Тоже непонятно. Но сколько бы вопросов не задавал себе Джек и сам же на них отвечал, разгадку он никогда не получит, ведь он не осмелится произнести их вслух.       По крайней мере их отношения улучшились, Артур прекратил пропадать по ночам, они стали чаще проводить время вместе и не только тогда когда собирались заняться сексом. Мысленно Джек радовался тому что не стал расспрашивать тогда Артура, ведь это могло пошатнуть и без того балансирующие на грани их отношения, все шло ровно так, как и должно было быть, не больше, не меньше, но, этой идилии не суждено продлиться вечно, ведь в одночасье бесстрашная семерка решает спасти прекрасную принцессу от дракона и ужасной ведьмы.

***

       — Ты не хочешь это обсудить? Джек взглянул на свои зеленые маленькие ручки, усаживаясь рядом с Артуром.        — Нет.       Прошло уже больше года, они перестали общаться, а с появлением Красных Туфелек все только усугубилось, ведь одержимый идеей снятия заклятия Артур творил полную что ни на есть ересь, не обращая ни на кого внимания. Но даже в этом случае Джек скрепя зубами вставал на его защиту, внушая уж тоже больно активному Мерлину суть того, что заполучить один поцелуй гораздо проще, нежели все семь. А все это потому что Джек понимал насколько это важно для Артура. Сам же блондин, конечно же хотел вернуть свой истинный, что ни на есть прекрасный облик, но не так яро как волшебник и мечник, ведь он умел терпеливо ждать, к тому же во всем искал свои плюсы, ведь теперь крема для ухода за телом требуется в разы меньше, что существенно повлияло на его капитал. Но все же, нотки ревности проскальзывали в его поведении, например когда Туфельки отшили шатена сильной пощечиной, Джек не скрыл своего счастья, отметив какой неплохой вышел шлепок, но другая его часть сожалеюще подумала о том, что удар еще долго будет болеть. Да и в целом, наблюдать за провалами Артура было хоть и радостно, но при этом безмерно грустно.        — Почему ты стал избегать меня?        — Ты серьезно?! Ты хоть видишь на кого я похож?        — На гнома, как и я. — по факту ответил Джек — но это никак не объясняет того, что ты стал избегать меня. Ударив со всей силы о деревянный подлокотник, который при прежней его силе скорее всего треснул, Артур удрученно взглянул на Джека.        — Да, не объясняет, я повел себя как последний трус, я постоянно от всего убегаю, как и от тебя, так и от самого себя. — помедлил Артур постарался себя успокоить, после чего спросил — Как ты думаешь, меня кто-нибудь полюбит, прямо как Белоснежка Мерлина?        — Обязательно, в тебя все влюблялись тогда, хотя ты дурак из дураков, был, и остаешься. Так что, вряд ли это составит особого труда сейчас, просто ты не нашел ту самую. — последнии слова Джек произнес на грани срыва, хотя всеми силами старался это не показать.        — Прости меня.        — За что на этот раз? — усмехнувшись спросил он, но увидев серьезное выражение лица бпюнета, неосознанно выпрямился.        — Я действительно дурак, не в моей привычке привязываться к людям, я вечно боюсь что потеряю друзей по своей глупости, а все эти девушки, им нужна была только моя внешность и репутация, с тобой же было все по другому, ты всегда был отстранен, ухожен, ты привлекал меня как человек, но я никогда не мог подумать о большем, а когда я увидел тебя в переулке с парнем, во мне сыграла ревность, по поводу того, что мы с тобой никогда так не общались. Когда мы вернулись домой, мной руководил лишь интерес, поэтому я предложил тебе это, но никогда в жизни не мог подумать что меня это затянет, что мне будут противны чужие прикосновения, я боялся привязаться, хотел забыться с другими.. но как ты знаешь у меня ничего не получилось, а своим эгоистичным поведением я хотел вывести тебя на эмоции, понять, что ты ко мне испытываешь, но ты реагирова… Не дав договорить Джек вскочил на диван закрывая свои глаза и накрывая своей рукой глаза Артура впиваясь в его губы, жадно вторгаясь языком. Действительно, они похожи, два нарциссичных дурака, которые скрывают свои комплексы и страхи. Один не в состоянии попросить чего-то большего, боясь лишиться всего, а второй раскрыть свои истинные чувства, боясь быть брошенным.        — Dieu*(Боже), это ты должен простить меня. — приводя дыжание в норму, Джек коснулся своим лбом лба Артра, все также не открывая глаз.        — Значит простили друг друга.. Джек? — улыбаясь спросил мечник и не дожидаясь ответа поцеловал его, но уже более нежно.

***

      Джек сидел на диване и на французском читал книгу, а Артур нежась у него на коленях с закрытыми глазами внимательно вслушивался в мягкий и мурлыкающий, такой родной и.. И любимый голос?