В тёплых руках

— Господин Казекаге, предоставьте этих уродов нам, а после мы сможем поговорить в более спокойной обстановке… — Дейдара, я буду атаковать, а ты прикрывай меня сверху, как всегда. — Как скажете, Господин Сасори. Наконец хоть кто-то оценит моё искусство по достоинству, хм… — Делай что хочешь, только не убивай того блондина, он судя по мощной чакре также является джинчуурики. — Ничего не обещаю, Сасори Семпай, «Гейджюцу ва бакхацу да!» — Тот что поднялся вверх, судя по всему атакует дальними техниками, а тот с хвостом, кукловод, и сам находится внутри куклы, с виду не скажешь, но шаринганом легко заметно. — Хорошо, Семпай, буду как всегда осторожен. Разберитесь с тем, что сверху, он будет только мешать своими атаками с воздуха. Благодарный за поддержку шиноби листа, Золотой мальчик начал эвакуировать жителей, в тот час, как началось сражение, а сам поднял АНБУ для защиты жителей, и стал наблюдать за происходящим. В это же время, окутанный злобой за нарушение планов, Блондин начал впервые входить в Кююби Чакура Моодо, с легкостью расправляясь с марионетками гениального специалиста моделирования из отряда кукловодов. С такой силой, ему не приходилось переживать за скорость уклонения от атак, так как реакция доходила до уровня легендарной желтой вспышки Конохи. С марионеткой казекаге, управляющего черным песком, пришлось потрудиться, но в итоге, разорванная нить чакры всегда лучше, чем море крови. В тот же момент, Итачи удалось сбить летающую курицу подрывника с помощью аматэрасу, и проткнуть его водяной сверлой, подпитывая разрушительную мощь стихией ветра. Тело легендарного творца искусства начало холодать, и не суждено было видывать его последнее грандиозное искусство, которое он хотел продемонстрировать за секунду, до смерти, назвав его Кюукёку Гейджюцу. Поняв, что сражение идет ко дну, Красновласый хотел передать свое ядро другой марионетке, и отступить. Но именно этой секунды хватило, золотистому лису, чтобы проткнуть своей Абусобой единственное живое место на теле великого кукловода. Полная тишина, и проткнутый шиноби, выдавливает лишь единственную скупую слезу, давая знать, что не все его тело было искусственным. А может, это была стихия воды... — Надеюсь деревня не сильно пострадала, Лорд Казекаге. — Нет, потерь деревня не понесла, хотя ворота деревни надо будет починить. Я безмерно благодарен вам, чужаки из Конохагуре, вы сказали что желаете поговорить со мной, теперь я обязан вас выслушать… Прошло уже 10 минут, и лишь хвостатые звери и два юных героя уловили разговор в подсознании, созданного аж еще великим Мудрецом Шести Путей. Остальные лишь смотрели как мирно и дружелюбно медитируют два абсолютно разных подростков. Монстр Тануки оказался более дружелюбным, чем рассказывал мудрый Лис своему носителю, которого он считал вторым учителем, хоть и знал, что именно он убил его отца. Воплощение песка согласилось поделиться с Ребёнком пророчества аж 80% своей чакры, а остаток приберечь, дабы «Достопочтенный Господин Казекаге» не погиб, оставаясь при своем хвостатом звере. — Готовы выдвигаться, Итачи Сенсей? Следующая остановка, Кумогакурэ…